Меню
Главная
УСЛУГИ
Авторизация/Регистрация
Реклама на сайте
Закон сохранения ссуженной стоимостиРоль "гибкой власти" в современном геополитическом противоборствеОбразование как условие сохранения цивилизации и развития человечестваПринципы инвариантности и законы сохраненияТеория локальных цивилизаций А. ТойнбиВедущие геополитические парадигмы и современная методология...Открытие закона сохранения массыГеополитические коды мировых державГеополитическая карта современного мираИрригационная основа первых цивилизаций: Шумер и Египет
 
Главная arrow Политология arrow Геополитика современного мира
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >

Власть цивилизации: закон сохранения геополитических сил

Плодотворность цивилизационного подхода в геополитике сегодня является общепризнанной, но совершенно несправедливо пальму первенства в распространении этого подхода современные геополитики отдают американскому политологу С. Хантингтону, выступившему в начале 1990-х гг. с идеей "столкновения цивилизаций". На самом деле цивилизационный анализ в геополитике впервые был использован великим русским мыслителем Николаем Яковлевичем Данилевским в работе "Россия и Европа", вышедшей в свет в 1871 г.

В России эта пионерская работа не была оценена ни при жизни ученого, ни после его смерти. Многие известные деятели прошлого века, такие как B.C. Соловьев, П.Н. Милюков, Н.И. Кареев, не нашли в работе Данилевского ничего достойного внимания, кроме проповеди панславизма, национализма и ненависти к Западу. Исключение составили академик К. П. Бестужев-Рюмин и философ П.И.Страхов, принадлежавший к лагерю славянофилов. С возмущением оценивая реакцию либеральной критики на книгу Николая Данилевского. К. И. Бестужев-Рюмин писал: "Для русских литераторов (почти всех без исключения) существует пункт, на котором они все сходятся. Этот пункт, как ни странным кажется этот факт, - отрицание возможности самостоятельной русской или всеславянской культуры... Как противна русской интеллигенции мысль о возможности такой культуры, можно убедиться и теперь". Однако Бестужев-Ракшин полагал, что рано или поздно книга Николая Данилевского станет поворотным пунктом в развитии российского самосознания и тогда наконец с нею ближе познакомятся мыслящие русские люди и решатся изучать ее без всяких предубеждений. Хочется надеется, что сегодня настало именно такое время.

Для геополитики особый интерес представляет концепция "культурно-исторических типов" (или цивилизаций), созданная Н.Я. Данилевским. Почему уже в середине XIX столетия для Данилевского было очевидно: пространственными отношениями между государствами управляют не законы развития наций, а законы распространения цивилизаций? Что такое цивилизация как "культурно-исторический тип" и каковы принципы ее организации и развития в пространстве? Почему славянский культурно-исторический тип имеет особую геополитическую судьбу? Ответы на все эти непростые вопросы мы можем найти на страницах книги Данилевского, их проверила сама история, поскольку со дня опубликования работы прошло уже почти полтора столетия.

Цивилизация, или культурно-исторический тип, согласно Данилевскому, есть совокупность народов, обладающих языковой, территориальной, нравственно-психологической, культурной и политической общностью. Данилевский полагал, что каждая цивилизация основана на какой-то исходной духовной предпосылке - большой идее, сакральной ценности или первичном символе, вокруг которых в ходе развития формируются сложные духовные системы. Особая роль в формировании цивилизационной идентичности принадлежит религии.

За многовековую историю человеческой культуры лишь некоторые народы смогли создать великие цивилизации. Данилевский выделяет одиннадцать таких цивилизаций, или культурно-исторических типов: египетскую, ассирийско-вавилонско-финикийско-халдейскую (древне-семитскую), китайскую, индийскую, иранскую, еврейскую, греческую, римскую, аравийскую (новосемитскую), европейскую (романо-германскую) и славянскую. Две цивилизации - перуанская и мексиканская - погибли на ранней стадии развития насильственной смертью.

Данилевский подчеркивал, что в мире не может быть особых, привилегированных культурно-исторических типов, поскольку ни одна цивилизация не может создать "окончательные", универсальные формы общественного устройства. Прогресс состоит не в том, чтобы всем идти в одном направлении, а в том, чтобы все поприще исторической деятельности человечества исходить во всех направлениях.

Интересно, что впоследствии все эти идеи нашли свое развитие в трудах известных западных ученых - А. Тойнби, О. Шпенглера, П. А. Сорокина, С. Хантингтона. В современной геополитике утвердилось понимание цивилизации, весьма близкое к тому, которое в свое время предложил Николай Данилевский: цивилизации есть типы человеческих сообществ, вызывающие определенные ассоциации в области религии, архитектуры, живописи, нравов, обычаев, словом, в области культуры. По если у Хантингтона цивилизация - это культура, дошедшая до естественных границ своего распространения ("культурная общность наивысшего ранга", "самый широкий уровень культурной идентичности людей"), то согласно Тойнби под цивилизацией понимается весь блок исторического материала, к которому обращается тот, кто пытается изучить историю собственной страны. Именно эти пределы во времени, пространстве, культуре дают интеллигибельную единицу научного исследования: "...если вы идете от Греции и Сербии, пытаясь понять их историю, вы приходите к Православному христианству, или Византийскому миру. Если начинаете с Марокко или Афганистана... неизбежно придете к Исламскому миру". Действительно, чтобы понять часть, мы должны прежде всего сосредоточить внимание на целом, потому что это целое им есть поле исследования, умопостигаемое само по себе.

Тем самым в рамках постклассической методологии политического анализа цивилизационная парадигма заняла ведущее место, вытеснив национально-государственную. Именно цивилизации, а не национальные государства, как было прежде, становятся интеллигибельной единицей геополитологического исследования. Почему же это неминуемо произошло?

В конце XIX начале XX столетия, задавшись целью обнаружить интеллигибельную единицу геополитологического исследования, ученый неизбежно приходил к рассмотрению национальных государств. И это неудивительно, поскольку две мощные силы - национализм и индустриализм - действовали сообща, созидая и разрушая национальные государства. Особенностью общественного самосознания было притязание считать себя, "свое" общество замкнутым универсумом, космосом в себе самом.

Каждое национальное государство оказывало всестороннее влияния на жизнь общества, и с этой точки зрения могло рассматриваться как ось, вокруг которой вращается весь мир. Все национальные государства: от самых мелких до самых крупных - отстаивали суверенное право организовывать свою жизнь самостоятельно, и эти претензии распространялись не только на политическую и экономическую сферу, но и на область культуры. Парадокс сложившейся ситуации состоял в том, что крайне узкий, националистический взгляд на геополитику находился в удивительном противоречии с расширяющимся в пространстве и времени геополитическим горизонтом. В пространстве поле зрения раздвинулось до размеров всего человечества и всей обитаемой земной поверхности - Ойкумены, а также звездного Космоса, в котором Земля - лишь исчезающе малая величина. Во времени горизонт раздвинулся, вобрав с себя все цивилизации, существовавшие за последние шесть тысяч лет.

Еще одним парадоксом новейшей политической истории стало то, что преодоление националистического взгляда на политические отношения в первую очередь произошло не в передовых, высокоразвитых странах мира, а на окраинах земной Ойкумены. Исламский, дальневосточный, индусский и православный мир, т.е. все незападные культуры, пережили огромное потрясение, вызванное мощным, всепрощающим облучением западной цивилизации. В результате эти культуры, одна за другой, изменили свой эгоцентрический взгляд на мир. Труднее всего с иллюзией "европоцентризма" расстается западная цивилизация, по рано или поздно Запал будет вынужден отказаться от идеи "европоцентризма" и переориентировать политическое мировоззрение.

Почему это неминуемо произойдет? К этому закономерно ведет диалог с другими культурами. Казавшееся совсем недавно неодолимым наступление Запада по всем позициям (экономической, политической, военной, интеллектуальной) постепенно останавливается и поворачивается вспять контрмерами его "незападных жертв". Этот процесс происходит на наших глазах. По всем точкам, где они были атакованы, контрнаступление незападных народов очевидно. Культурная агрессия Запада породила мощный процесс девестернизации других цивилизаций, где сегодня происходит возврат к собственным корням. Мир заговорил о "реисламизации" Ближнею Востока, "индуизации" Индии, о "возврате в Азию" Японии.

В исламской, конфуцианской, японской, буддистской, индуистской культурах почти не находят поддержки основополагающие западные идеи индивидуализма, свободы, отделения церкви от государства, равенства, прав человека, либерализма. Пропаганда этих идей вызывает враждебную реакцию против "империализма прав человека" и приводит к укреплению исконных ценностей родной культуры. Проведенное в 1990-е гг. западными учеными сравнительное исследование значимости 100 ценностных установок в различных странах показало, что "ценности, имеющие первостепенную важность на Запале, гораздо менее важны в остальном мире". Молодежь незападных стран все чаще поддерживает движения религиозного фундаментализма, которые активно действуют уже не только в исламе, но и в западном христианстве, иудаизме, буддизме, индуизме. Как точно заметил Г. Вайгель, "десекуляризация мира - одно из доминирующих социальных явлений конца XX века".

Современные политики и правительства, пытаясь добиться поддержки населения и сформировать коалиции, все реже апеллируют к национальному сознанию, все чаще обращаются к общности религиозных и культурных ценностей. XX век очертил свое поле геополитических исследований, не ограниченное рамками национальных государств. Это диалог культур, диалог цивилизаций.

Заслуга Н. Я. Данилевского состоит не только в том, что он ввел в геополитику понятие "цивилизация" в качестве единицы анализа, но и в том, что он сформулировал пять основных законов развития цивилизации, которые позволили подойти к пониманию основных геополитических закономерностей ее развития в пространстве.

1. Любые народы, говорящие на одном языке или принадлежащие к одной языковой группе, могут стать "культурно-историческим типом", если они духовно способны к историческому развитию.

2. Непременным условием развития цивилизации является политическая независимость.

3. Начала цивилизации невозможно передать от одного культурно-исторического типа к другому, возможны только взаимные влияния друг на друга.

4. Цивилизация достигает своего полного расцвета лишь в том случае, если ее "этнографический материал" разнообразен.

5. Каждый культурно-исторический тип проходит определенные ступени или "фазисы эволюции" по аналогии с жизненным циклом растений, животных и человека - цивилизации и народы, их составляющие, рождаются, достигают различных ступеней развития, стареют, дряхлеют и умирают.

Итак, цивилизация - живой организм, возникающий и развивающийся в пространстве по некоторым законам. Как же происходит цивилизационное освоение пространства? Об этом говорит сформулированный Данилевским геополитический закон сохранения запаса исторических сил. Он проявляется в следующем: в начале истории цивилизации, в этнографический период ее развития, часто происходит так, что интенсивное освоение своего пространства цивилизация начинает лишь в некоторых частях, находящихся в особенно выгодных географических условиях, или в близких непосредственных отношениях с народами, достигшими более высокого уровня культурного развития. В этой части цивилизации развиваются просвещение и науки, достигают высокого уровня совершенства политическая, культурная и религиозная жизнь.

Основание, на котором построено это развитие, непрочно, корни его не распространяются по всему пространству цивилизации, что могло бы придать им крепость и устойчивость, и потому внешние бури часто угрожают гибелью этому первоцвету. Между тем остальная часть цивилизации продолжает вести тихую жизнь на далеких окраинах пространства цивилизации, сберегая геополитические силы под охранительным покровом могучей природы (лесов, степей, горных хребтов и рек). Эта часть цивилизации часто вливает свою кровь в инородческие племена, которые соседствуют с цивилизацией, мало-помалу уподобляет их себе и таким образом составляет обширный запас сил, как бы геополитический и культурный резерв, который в свое время явится на выручку своих аванпостов, когда в них станет иссякать внутренний источник жизни или их сломят внешние бури. Этим доставляется возможность цивилизации шире раскинуться в пространстве и зацвести в более широких размерах.

На равнинах России первые семена гражданственности и образованности развиваются в Приднепровье и предгорьях Карпат под влиянием Византии. Внутренние раздоры, татарский погром, вторжение Литвы, польская власть разрушают эти начинания русской жизни. Но на северо-востоке, в глухой лесной стране, русская колонизация в стороне от деятельной исторической жизни образует сильный запас русской силы, рушит финские племена и, окрепнув, становится восстановительницей единства России, собирательницей земли русской под знаменем Москвы и продолжателей ее дела - Петра и Екатерины.

С точки зрения этого закона интересно рассмотреть также отношения между западными славянами, окруженными романо-германскими народами и волей и неволей захваченными круговоротом их жизни, потерявшими в нем свою политическую самобытность и независимость, и Россией, составляющей громадный запас славянских сил. Данилевский был уверен: голос истории свидетельствует, что запас этот не пропадет втуне, ибо он предназначен для того, чтобы обновить, восстановить, возродить собою славянскую цивилизацию.

Самой большой опасностью в геополитике Данилевский считал опасность отрыва от национальных истоков, денационализацию пространства. Как ни важны при обыкновенном, мирном течении жизни экономические и финансовые вопросы, торговые, колониальные или дипломатические выгоды, все они отступают на задний план, когда речь идет о духовной жизни и смерти народов, т.е. об исполнении ими исторического призвания. Для народов и государств, так же как и для частных лиц, всевластные миллионы теряют свое значение там, где разыгрывается вопрос о жизни и смерти.

Здесь Данилевский подходит к формулировке геополитического закона о защите пространства с помощью дисциплинированного энтузиазма. В решительные минуты, в кризисы народной жизни на первый план выступают не деньги, даже не та или другая военная организация, а два нравственных двигателя, при посредстве которых только и возможно то напряжение всех сил народных, которое все сокрушает и ничем само сокрушимо быть не может: "Это - дисциплина, или дар повиновения, или энтузиазм, или беспредельная готовность к самопожертвованию".

Если талант военачальника есть дело случая или дар провидения, которые никто предусмотреть не может, то нравственный дух войск - главная сила, в конце концов решающая успехи войн, - принадлежит к постоянным, коренным свойствам народным, которые не могут быть ни приобретены, ни заменены чем бы то ни было. Данилевский был уверен, что счастье и сила России в том и заключаются, что само дело ее правое - оно одно может непосредственно возбудить ее до самоотвержения, если только будет доведено до сознания народа всеми путями гласности. С начала XVIII столетия на долю России выпало бороться с тремя величайшими военными гениями новейшего времени, которые были одновременно и полководцами, и государями, а следовательно, могли располагать полной свободой действия и всеми ресурсами своих стран: с Карлом XII, Фридрихом II и Наполеоном I. Из борьбы со всеми тремя Россия вышла победительницей (XX в. добавил к этому победу над Гитлером). Победу в этих войнах Россия одержала не с помощью финансовых операций, займов или военной техники - победу одержал несокрушимый народный дух. Удержать пространство цивилизации может только сила народного единения.

Итак, цивилизационная парадигма в геополитике - и этот вывод также приобретает значение геополитического закона - предполагает, что цивилизационная идентичность является главным фактором, интегрирующим большие пространства. Основное следствие этого закона гласит: "...политическое раздробление в среде одного и того же культурно-исторического типа имеет вредную сторону, состоящую в том, что оно лишает его политической силы, а следовательно, возможности успешного противодействия внешнему насилию".

Политическая история знает немало примеров, подтверждающих действие этих геополитических закономерностей. В Древней Греции не только всякие незначительные этнографические оттенки, но часто даже случайные обстоятельства являлись основанием для образования самостоятельных геополитических единиц. Это стало одной из главных причин кратковременности независимой политической жизни античной Греции, она закончила свое развитие под чуждым игом. Политическая система Европы, напротив, служит положительным примером действия этого закона: Европа в ее настоящих и естественных границах как культурно-исторический тип объемлет собою романо-германский мир. Слова "европейский интерес" - не пустые для француза, немца и англичанина, а имеют смысл, каждому из них понятный, независимо от интересов Англии, Германии или Франции.

Н.Я. Данилевский предельно ясно объяснил, где проходит граница между требованиями национальной самобытности и необходимостью национального единства в рамках цивилизации. По его мнению, эта черта определена самою природой. Народы, говорящие на столь близких языках и наречиях, что в общественной жизни легко понимают друг друга, должны составлять одно политическое целое. Так, народ русский, несмотря на различие в наречиях великорусском, малорусском и белорусском, или народ немецкий, несмотря на более сильное различие в наречиях верхне- и нижненемецком, должны составлять самостоятельные однородные политические образования, называемые государствами. Напротив, для целых народов, говорящих на разных языках, принадлежащих к одному лингвистическому семейству, соответствующему самобытной цивилизации, следует предпочесть федерацию как особый тип государственного устройства. В этом смысле мы можем говорить о европейской федерации, основанной на международной системе права.

Интересно, что объяснение действия этого закона в рамках формирующегося славянского мира привело Данилевского к естественному выводу о необходимости создания "всеславянского союза" и даже "всеславянской федерации", поскольку наряду с европейскими интересами были и будут интересы славянского мира, которые придется отстаивать, ибо в противном случае не удастся защитить огромные пространства славянского мира от внешних врагов. Именно этот вывод послужил поводом для объявления великого русского мыслителя примитивным националистом, противопоставлявшим ненавидимой им общечеловеческой цивилизации единственно любимый им славянский тип.

Здесь прослеживается весьма интересная параллель. В статье С. Хантингтона "Столкновение цивилизаций?" есть символический подзаголовок: "Запад против остального мира". Но этот вывод американского политолога не оскорбил слух ни одного русского либерала, его сочли весьма уместным в рамках цивилизационной идентичности. Между тем Данилевскому идею "славянского союза" либералы не могут простить уже полтора столетия, обвиняя его в национализме и шовинизме.

Дело, однако, не во взаимных обвинениях. Утверждение цивилизационной парадигмы в геополитике предполагает решение принципиально важного вопроса: можно ли избежать столкновения цивилизаций в современном мире?

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика