Меню
Главная
УСЛУГИ
Авторизация/Регистрация
Реклама на сайте
Лингвемы религиозного стиляЛингвемы разговорного стиляЛингвемы публицистического стиляЛингвемы официально-делового стиляНаучный стильНаучный стильЛексика научного стиляЭксплуататорско-авторитарный стильИспользование стилей оформления при форматировании документаНаучный стиль
 
Главная arrow Документоведение arrow Стилистика современного русского языка
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >

Лингвемы научного стиля

Обобщённость и логичность научного изложения проявляются прежде всего в лексике, словообразовании и грамматике научного стиля.

Состав слов и номинативных словосочетаний с повышенной частотностью в научных текстах отвечает конструктивному признаку обобщённости. Научная речь оперирует почти исключительно сигнификативными (понятийными) значениями слов. Конкретно-предметная лексика, обладающая не только сигнификативным, но и денотативным значением (оно связано с предметом реальности, стоящим за словом), употребительна только в иллюстрациях научного текста, в авторской же речи конкретная предметность неактуальна, она отодвигается, гаснет, уступает позиции, в ней с помощью специального контекста актуализируются обобщающие понятийные компоненты слова, ср. значения одной и той же лексемы в художественной и в научной речи: В багрец и золото одетые леса (А. Пушкин) и Золото - один из первых металлов, открытых человеком.

Процессы нарастания отвлечённости и формирования лексико-семантических вариантов, которые, закрепившись за книжной речью, практически оторвались от своих конкретной смысловой основы, шли медленно, они продолжались веками. В настоящее время научная речь располагает обширным фондом лексических единиц абстрактного значения, практически утративших связь с исходным денотативным базисом: существовать, выступать, следовать, достигать, считаться, заключаться, происходить, отношение, проявление, колебание, величина, последовательность и многие другие. Некоторые из глаголов такой семантики формально-грамматически организуют предложение, исполняя роль связочной части составного сказуемого (быть, иметь, являться, стать, признаваться, обладать, служить и др.). Весь этот фонд сложился на основе естественного отбора, такие процессы происходили лишь в той части лексики русского языка, которая отвечала потребностям научной речи. Так, из более чем 1700 глаголов движения русского языка в научной речи реализовано только 153 глагола, а наибольшую частоту употребления имеют лишь пять из них (являться, следовать, приводить, привести, выступать), причём эти и другие частотные лексемы реализованы в виде отвлечённых но значению лексико-семантических вариантов. Их употребительность в научной речи в несколько раз выше по сравнению с общей в русском языке, ср. являться: 706 и 112 употреблений, следовать - 285 и 121, приводить - 153 и 211.

Сфера употребления подобных слов не ограничена научной речью. С учётом высокой степени семантической обобщённости, чрезвычайно широких возможностей сочетаемости, а главное, - повышенной частотности во всех книжных стилях литературного языка, данный круг лексических единиц в стилистике обозначается термином общекнижная лексика. Это наименее специализированная группа лексических лингвем научного стиля. В активном словаре автора научного текста особенно важны частотные глаголы, утратившие первоначальное конкретное значение и в значительной степени десемантизованные: входить (словосочетание входит в число номинативных единиц), включать (обычно слово включает в себя несколько морфем), вытекать (из этих наблюдений вытекает следующий вывод), говорить (наскальные рисунки говорят о ...), считать (эту формулу можно считать доказанной), составлять (данные процессы составляют основную особенность тропического климата) и т.д.

Настройку на эксплицитную логичность отражает общекнижная лексика с семантикой логических отношений, операций, объектов. В дозированных пропорциях она встречается во всех научных текстах. Это слова, которые указывают на классификацию и состав объекта (род, вид, класс, группа, составляющая, включать, исключать), на логические взаимосвязи (обусловить, детерминированность, тождество, оппозиция, противоречие, сопоставить, обобщение, развиваться, дополнительно), на ход изложения (во-первых, во-вторых, перейти, ранее, итак, заключение). Той же цели служат предлоги, союзы, союзные слова различного логического содержания (ввиду, поскольку, если, отсюда, следовательно, по причине, благодаря, вопреки).

Несколько большей специализированностью обладает общенаучная лексика: лексические единицы, которые используются во всех сферах научного знания и характеризуются высокой степенью употребительности в рамках научного стиля. По большей части, это группы слов, связанные с методами наук, предельно общими обозначениями явлений, наименованиями свойств, процессов, соотношений объектов действительности: метод, анализ, классификация, комплекс, вещество, форма, исследовать, определять, происхождение, элемент, система, структура, типология, ядро, периферия, трансформация, функция, эмпирический и др. В силу своей употребительности (данный тип лексики актуален во всех подстилях научной речи, а также, с ограничениями, применяется образованными людьми и за пределами научной ситуации) общенаучная лексика, как и общекнижная, является разрядом слов общего литературного языка, с размытыми границами научной и книжной, книжной и нейтральной стилистических окрасок. В значительной своей части общенаучная лексика сближается с терминологией, наиболее специфичным разрядом слов в языке науки.

Научная терминология включает лексические языковые знаки, соотнесённые со специальными понятиями одной или ряда наук. Понятийное содержание терминов определяется их функционированием в трудах учёных, принадлежащих той или иной научной школе, научному направлению. Каждый термин интерпретируется членами научного сообщества па конвенциональной основе. Например, философский термин эпифеномен употребляется представителями естественнонаучного материализма для обозначения пассивного сознания, не играющего никакой роли в отражении материального содержания мира. Конвенциональному осмыслению подвергается не только отдельный термин, но и его положение в терминосистеме. Все номинации научных понятий, связанных с отдельными науками, научными направлениями, концепциями, методами исследования, складываются в терминосистемы, вне которых отдельный термин несамодостаточен. Термин получает дефиницию и семантическую полнозначность только в границах конкретной теоретической системы. Например, литературоведческий термин реализм может быть осмыслен только в общем парадигматическом ряду обозначений надындивидуальных методов-типов: классицизм, сентиментализм, романтизм, символизм, модернизм. Системность терминов -обязательное свойство науки, дефиниция (строгое логическое определение) каждого научного понятия осуществляется исходя из требований системы, в которую оно входит, и в границах этой системы. Так на лексическом уровне проявляется логичность научного стиля.

Каждая терминосистема включает в себя парадигматические ряды связанных по смыслу терминов одного типа и уровня абстракции. Например, в терминосистеме философии есть парадигма имён, номинирующих философские учения: антропософия, антропосоциология, бихевиоризм, гилозоизм, гносеология, онтология и др. Терминологической номинацией может выступать не только отдельное слово, но и номинативное словосочетание. Вот, к примеру, парадигма терминов, номинирующих семантику падежей русского имени существительного: родительный (падеж) даты /материала /меры или количества / носителя признака / отношения / объекта/ совокупности /субъекта / удаления / целого состава / части / сравнения; родительный количественный / определительный / предикативный.

Проявлением систематичности являются также антонимические пары слов-терминов, отражающие дихотомический подход к объекту исследования: изменяемость - неизменяемость; эксплицитный - имплицитный; интегральный - дифференциальный; гомогенность - гетерогенность; индукция - дедукция; имманентное - трансцендентное. Синонимия, также наблюдаемая в отдельных терминосистемах, является нежелательной в языке науки. В идеи, термин в рамках своей системы должен быть строю однозначен. Однако терминология, при всей её специфичности, остаётся частью лексики и подчиняется её общим закономерностям, поэтому реально встречается и синонимическая дублетность (языкознание - лингвистика, многозначность - полисемия, префикс - приставка), и семантическое пересечение синонимов (диалект - говор, литота - мейозис). Большого распространения в терминологии синонимия, конечно, не имеет.

Системно-парадигматическая взаимосвязь терминов подчёркивается их словообразовательной соотносительностью. Например, стилистическая целостность терминологической подсистемы регулярно маркируется морфемным способом: аффиксация (родовое понятие), префиксация, суффиксация, конфискация (виды аффиксации); синусит, фронтит, ларингит, гайморит, гастрит, ревмокардит (названия болезней); неопозитивизм, неофрейдизм, неомарксизм, неоплатонизм, неокантианство (новые философские учения). В области терминологии очень активны концовки существительных изм, -ание, -ение, -ация, -изация, -ость и др.

Во многих терминосистемах выделяются группировки однокоренных слов, сохраняющих живые лексические связи и создающих стилистическую однородность. Словообразовательное гнездо, как отмечает А. Н. Тихонов, может полностью совпадать со стилистически однородным гнездом узкоспециальных терминов определенной науки: рекогносцировать воен. геодез., рекогносцироваться, рекогносцирование, рекогносцировочный, рекогносцировщик. Однако это происходит далеко не всегда. Словообразовательное гнездо может включать два и более стилистически однородных узкоспециальных терминологических гнезда разного объема: в гнезде с исходным словом агглютинировать объединены термины лингвистики и биологии: агглютинироваться, агглютинация, агглютинативный, агглютинативность, гемагглютинация, агглютинатин, агглютинирующий. При этом каждое терминологическое гнездо функционирует автономно, т.е. в научном стиле имеет место омонимия терминов. Кроме того, стилистически однородное лексическое гнездо может быть равно общеязыковому словообразовательному гнезду, но может быть меньше последнего по объему. Так, в терминологическом гнезде с исходным словом норма (нормализовать, нормализаторство, нормативность, нормативный, нормирование, нормированный, нормоцентрический и др.) отсутствуют такие члены общеязыкового словообразовательного гнезда, как ненормальный, нормировщик, нормировщица, пронормировать.

По распространённости в литературном языке научные термины неоднородны. Многие из них (прямая, треугольник, атом, молекула, траектория, затмение, белок, углеводы и др.), в основном через посредство школьного образования, стали настолько общеизвестными, что влились в состав общеупотребительной лексики литературного русского языка, утратив при этом свойственную языку науки книжную стилевую окраску. В противоположность им узкоспециальные термины отдельных наук (например, в математике: гамма-функция, резольвента, ромбоэдр, изоклин) обладают яркой функционально-стилевой окраской. В толковых словарях узкоспециальные термины сопровождаются детализирующими пометами: йотированный лингв., тангенс матем., окись хим., радиофобия мед., вокализ муз. Промежуточное место между общенаучными и узкоспециальными занимают межотраслевые термины, характерные для двух или нескольких наук. Так, термин валентность применяется не только в химии, но и в языкознании; знак, корень - в математике и языкознании, темп - в физике, языкознании, музыковедении. Отдельные термины такого рода проявляют свойство многозначности, другие являются омонимами. Для научного стиля характерно изолированное использование терминосистемы в целом, независимое как от степени её "обкатанное™" в общем литературном языке, так и от наличия параллелей в других терминосистемах.

Вся терминология неэкспрессивна. В то же время отдельные номинации такого рода явно имеют отношение к образности, например: заячья губа, грудная жаба, мерцательная аритмия медиц.; беглые гласные, лексико - семантическое поле, семья языков, родственные слова лингв.; перпендикулярная готика, пламенеющая готика архитект.; тонкий эффект, пульсация звезды астрон. В данном явлении отражается особая роль образности (прежде всего, метафоры) в языке пауки: здесь метафора служит номинативной точности. Она выступает средством познания, способом вербального означивания нового научного понятия, а не средством создания эффекта усиленного воздействия. Образный в своих истоках термин метко схватывает суть явления, и в этом состоит предназначение исконной образности термина. Укрепившись в терминосистеме, он сохраняет выразительность лишь на взгляд неспециалиста, для специалистов же подобен всем прочим и не сопровождается эмоционально-экспрессивными смысловыми добавками (лингвист или математик вряд ли воображает корни дерева, когда говорит о корне слова или квадратном корне). Вероятно, в силу особенностей происхождения термины с остаточной образностью очень редко комбинируются в отдельные подсистемы.

Итак, для научного стиля характерны такие типы лексических единиц, как термины (узкоспециальные и объединяющие группы наук), общенаучная и общекнижная лексика. Фоном их использования являются общеупотребительные слова, в числе которых особенно значимы единицы со значением логических отношений и служебные слова. Лексический состав стиля, таким образом, достаточно однороден: его основу образуют нейтральные общеупотребительные слова и книжная лексика, лишённая экспрессивных приращений.

Отклонения от магистральной линии отбора лингвем наблюдаются в дополнительных подстилях языка науки, а также в особых вариантах научного общения (научной полемике, рецензировании). В частности, это касается экспрессивных средств, доля и роль которых в учебно-научной и научно-художественной речи значительно возрастает.

Лексико-грамматические предпочтения научного стиля отражают общую тенденцию обобщённого представления содержания. В области всех частей речи наиболее востребованы именно те категории, которые воплощают идею абстрактности, обобщённости. Например, для имени существительного это асемантичная категория среднего рода, употребительность таких слов в научных текстах вдвое выше, чем в целом литературном языке. В их числе много отглагольных имён с концовками -mue, -ание (давление, направление, основание, использование) и других абстрактных существительных (тождество, противодействие). Абстрактная лексика широко представлена также существительными женского и мужского рода с книжными суффиксами (вербализация, унификация, функциональность, сепаратизм, реализм), так что в целом она образует одну из самых заметных лексико-грамматических групп научного стиля. См., например: Можно без преувеличения сказать, что все человеческие достижения - результат обучения через понимание, через приобретение личного и усвоение чужого опыта и переноса его в новые сферы. Другой сдвиг в сторону обобщённости демонстрируют формы числа: частотность форм единственного числа существительного в научных текстах повышена, а ведь для обобщения используется именно эта форма: человек в значении "люди, все люди", книга как "любая книга, все книги".

Для глагола в научной речи наиболее характерно использование форм настоящего времени с расширенным (вневременным) значением. Так называемое настоящее постоянное время глагола указывает на устойчивость обозначаемого процессуального признака, распространяет утверждение во времени и сдержанно выражает уверенность в нём: В этом и природа поэтического слова: за обычным смыслом скрывается другой - необычный; Наиболее простые и наглядные примеры сочетания различных стилей даёт архитектура; Энтропии противостоит внесение энергии извне. Глагол в научной речи вообще значительно урезан в правах. Десемантизация и превращение в связочную единицу, неактуальность некоторых словоформ и категорий дополняются снижением общей частотности глагольных слов и повышением употребительности именных частей речи (сравнительно с общей частотностью в литературном языке). Именной характер стиля подчёркивается предпочтением отглагольного существительного, а не глагола; составного именного сказуемого, а не простого глагольного; формы причастия, имеющей ряд грамматических признаков имени, а не личной формы глагола.

Именной характер научного стиля подтверждён авторитетными исследователями (М. II. Кожина, О. Д. Митрофанова, Г. А. Золотова, О. А. Крылова) на основе лингвостатистического обследования материала и его сравнения с общими частотными данными русского языка. Внешняя обусловленность данного стилистического явления тоже связана, вероятно, с обобщающей целью научной речи и принципом логичности. Цель объективно-логической систематизации, важнейшая для любой науки, результируется в системе специальных понятий. Процессы (реальные и мыслительные), представление которых требует большого количества глаголов, - это путь к обоснованию термина (системы, подсистемы терминов), логические операции исследователя служебны. Понятийные же элементы исследования, их оппозиции, группировки и, наконец, общие результаты исследования фиксируются именными частями речи, поэтому они востребованы в большем количестве и семантически более полнокровны.

Характерный стилевой маркер научной речи - бессубъектность изложения, что влечёт за собой почти полный отказ от личных местоимений первого и второго лица. Стремясь к максимально объективному представлению обсуждаемой проблемы, автор чаще всего отказывается от лексем я, вы, лишь изредка прибегая к этикетному мы (считаем, полагаем, предполагаем). С бессубъектностью связано и повышение частотности пассивных конструкций: Произведения Шекспира воспринимаются и в стиле барокко, и в стиле ренессанса; Стиль не пассивно воспринимается читателем; Стиль Бидермайер подвергся нападкам со стороны знатоков искусства; нами проанализированы все эти факты; данный метод применяется и в физике, и в математике. Сходный смысл передают безличные предложения, часто в роли главной части сложного предложения: Их необходимо увидеть, ибо...); Можно уверенно утверждать, что..; Остаётся неясным, что следует считать...

Логическая полнота научного изложения ярко проявляется в области синтаксиса. В научном тексте доминируют полноструктурные предложения с выраженной союзной связью. Для предложения характерна распространённость, причём второстепенные члены предложения также распространены. Типично также обилие осложняющих компонентов предложения: однородных членов, обособленных определений и обстоятельств, приложений, вводных слов и предложений с информационно-логическим значением, вставных конструкций. Установка на сообщение, ведущая роль информативной функции проявляются в абсолютном преобладании повествовательных предложений. Достаточно обратиться к приведённому ниже отрывку, чтобы найти в нём почти все эти признаки. Тем же результатом закончится обращение к любому другому научному тексту.

Стилистическое единство создаётся совместно, творцом произведения и его читателем, зрителем, слушателем. Автор произведения искусства сообщает тому, кто его произведение воспринимает, некий стилистический ключ. И в конечном счёте творцами стиля эпохи оказываются как авторы, так и те, к кому они обращаются. Более внимательное изучение стилей показывает, однако, что большинство высокохудожественных произведений могут быть "прочтены" не в одном ключе, а по крайней мере в двух. И это один из признаков их художественного богатства (Д. Лихачёв).

Охарактеризовав набор лингвем с повышенной частотностью, т.е. стилевые предпочтения языка науки, кратко перечислим языковые средства, частотность которых мала или вообще стремится к нулю. В лексике это разговорные слова и обороты, эмоционально-оценочные средства, переносные лексико-семантические варианты слов, использованные в целях выразительности, личные местоимения первого и второго лица. В грамматике "отрицательными показателями" стиля являются назывные и особенно неполные предложения. Крайне редки бессоюзные сложные предложения.

Следует заметить, что в отдельных подстилях и жанрах, в текстовом творчестве учёных, безусловно, имеются отклонения от названных стандартов. Так, в учебно-научном подстиле резко возрастает роль и число средств, помогающих объяснению материала, а также средств диалогизации, в том числе личных местоимений; в жанре рецензии обязательна оценочная составляющая, выражаемая, как правило, с помощью лексики рациональной оценки; полемическая ситуация обязательно вызывает к жизни ораторские приёмы усиленного воздействия и противодействия и т.п. Язык науки не заключён в жёсткие рамки, и всё же его стилевая магистраль несомненна.

Итак, отбором и регулированием частотности применяемых языковых единиц руководят семантическая обобщённость и открытая логичность изложения. Достаточно "сухой" стилистический образ научной речи (развитая многоуровневая книжность на нейтральном фоне, прочие средства носят характер вкраплений) дополняется обстоятельностью и полноструктурностью изложения (книжным синтаксисом), доминированием объективно-логической программы текста.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика