Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Государственная служба

Статус государственного служащего

Понятие государственного служащего. Государственно-властный характер функций государственного служащего

Основным действующим лицом на поле государственной службы является должностное лицо. Государственный служащий - лицо, реализующее своей деятельностью функции государства. Стихийно "демократическое" отторжение бюрократического стиля деятельности государственного служащего, ярлыки чиновнику типа "бюрократ" ("бурро". по-испански - осел) и т. д. - нисколько не влияют на сущность и социальную мощь его деятельности. Просто отражают непонимание обывателем исторического места, а отсюда и надлежащих параметров института государственной службы, деятельности государственного служащего. Иногда такая трактовка государственного служащего направлена против государственности РФ методом подрыва престижа государственной службы. Государственный служащий действует от имени государства и принимает в силу должностного положения лично решения, имеющие юридически обязательную силу и социальное значение для всего общества. Например, одно должностное лицо, Б. Ельцин (в частности, постановлением Правительства РФ от 29 декабря 1991 г. № 86 "О порядке реорганизации колхозов и совхозов") или Е. Гайдар (в частности, постановлением Правительства РФ от 15 июля 1992 г. № 490 "О порядке введения в действие системы приватизационных чеков в РФ") своим личным актом реализуют непомерную власть, считают себя вправе своей подписью принимать решения о судьбах народа, приватизации заводов, переселении населения российского Севера, продажи государственного имущества, создавать "новый класс собственников" и даже совершать социальную революцию. Причем, заняв должность, уже не спрашивая согласия населения и демонстрируя естественную максиму: власть - самое выгодное вложение капитала.

Историческое место государственного служащего в системе разделения труда требует его профессионального владения материалом, умения управлять населением на основе познания закономерностей развития общества и механизмов регулирования этого процесса. Построение профессионального государственного аппарата впервые началось Наполеоном в 1798 году во Франции, в Великобритании - с реформ Маколея (1834 г.), доклада Норткота - Тревельяна, представленного парламенту в 1854 г. Предпочтение в то время отдавалось гуманитарному образованию, лицам широкого профиля. То есть, как пишет А. В. Оболонский, "первые роли в системе должны были играть не узкие специалисты, а по-прежнему "талантливые любители". "Политики" избираются населением и выполняют роль обеспечения связи масс с аппаратом государства. В то время как вести хозяйство государства могут только квалифицированные лица, инженеры, интеллигенция - специалисты.

Статус государственных служащих в Российской Федерации1 чрезвычайно размыт и вряд ли даже в принципе может быть поддержан в таком его состоянии, каким он проявляется в настоящее время в законодательстве Российской Федерации о государственной службе. Не говоря уж о том. что часть лиц, основным направлением и существом деятельности которых с несомненностью является выражение интересов народа, служба государству, ответственность перед избравшим их или допустившим их правление народом современным законодательством о государственной службе вообще изымается из правового регулирования. Этим создается даже не класс чиновников4, а прослойка государственных должностных лиц. каста неприкасаемых, стоящих даже и за пределами бюрократии и чиновничества. Именно это закреплено в пункте 2 статьи 1 Федерального закона РФ от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации"', который гласит:

". Деятельность лиц. замещающих государственные должности Российской Федерации, и лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации, настоящим Федеральным законом не регулируется". Но эта деятельность и ничем, кроме этого специального закона, не регулируется, но крайней мере в прямом смысле слова, так как косвенно она все же регулируется большим числом законодательных актов, законодательством о труде, которое, как это ни противоречиво звучит2, распространяется и на тех лиц. в статусе которых как государственных служащих закон оснований сомневаться не оставляет.

Но даже и те государственные служащие, статус которых урегулирован законодательством и которые подпадают в точном смысле пункта 1 статьи 1 Федерального закона РФ № 58-ФЗ под понятие государственного служащего, снабжены Законом странными для государственной службы качествами, что они якобы могут служить, иначе - выполнять "профессиональную служебную деятельность" по "обеспечению исполнения полномочий". - трем или пяти видам субъектов:

Российской Федерации;

федеральным государственным органам;

субъектам Российской Федерации;

государственным органам субъектов Российской Федерации; лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации;

лицам, замещающим государственные должности субъектов Российской Федерации. То есть трем видам, если рассматривать субъект РФ как государственное образование со своей государственной службой, или пяти, если рассматривать субъекты РФ выделенными лишь по территориальному принципу из государственной службы Российской Федерации.

Само подобное построение понятийного аппарата можно расценивать как антинаучное мышление о государственной службе. Оно вызывает совершенно очевидное непринятие в концептуальном смысле, ибо на одной территории не могут быть две суверенные государственные власти. Федерации и субъекта Федерации. Например, в ряде законодательных актов прямо запрещается наличие двух вооруженных формирований (п. 5 ст. 13 Конституции РФ 1993 г.). характерных для признания какого-либо конституционного субъекта государством, двух судебных систем. Вполне возможно трактовать создание "государственной службы" по националистическим или уездным принципам на территории единого государства. Российской Федерации, как действие, прямо запрещенное тем же пунктом о статьи 13 Конституции РФ 1993 г., который предусматривает, что "5. Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни".

В данном случае приведенная формулировка не подпадает прямо под понятие подрывной деятельности против государства, методом создания альтернативных государственных служб в РФ. Однако практика привела к катастрофическому положению в РФ именно с точки зрения сохранения единства страны в существующих территориальных границах, что прямо отразил в свое время первый заместитель руководителя Администрации Президента РФ Д. Медведев.

Создание и узаконение государственной службы как единства указанных выше трех субъектов, в отношении которых якобы государственная служба осуществляется, нанимателей, является очевидной технической подготовкой сепаратизма, узаконенной системой правовых актов и структурных элементов по подготовке собственного ''государственного" аппарата субъектов Российской Федерации. Практически это техническая подготовка развала теперь и Российской Федерации вслед за СССР методом подготовки и налаживания их собственного государственного аппарата с собственными "государственными" служащими.

При этом закон никак не говорит, остается ли служба, например, указанному выше лицу, все же государственной или она становится равной службе денщика, наемной прислуги перед лицом, определенным в законе как наниматель граждан на государственную службу. Представляется, что государственная служба не может быть государственной, если лицо, ее осуществляющее, выступает не от имени государства. Субъектом, предоставляющим полномочия на исполнение обязанностей государственной службы, является государство, и в этом случае государственная служба - это служба государству, а не органу, и тем более не лицу. Противоположная точка зрения, проведенная в Законе № 58-ФЗ, является отражающей антигосударственные направления в государственном аппарате РФ, отражает точку зрения подрывных элементов в науке и практике государственного строительства. После таких положений закона немудрено, что появляются мнения, как, например, выраженные Д. Медведевым, что хорошо было бы сохранить страну в этих территориальных границах. Действительно, при наличии законодательства, прямо разрывающего само понятие государственной службы на службу трем субъектам, совершенно немудрено, что постепенно воспитываются кадры якобы государственной службы, но служащие своему вождю, своей этнической общности, республике или еще какому-либо анклаву. Вырастают и воспитываются центральной властью такие лидеры, которые любовно называются "полевыми командирами", а никак не бандитами, преступными элементами. И тогда дальнейшее дробление страны. Российской Федерации, становится прямо подготовленным таким законодательством, так как аппарат сепаратизма готовится заранее. Ровно так же, как был подготовлен развал СССР созданием заранее государственного аппарата союзных республик, аппарата на местной националистической почве, при том что республики в составе СССР имели всегда в национальном отношении смешанное население единой страны.

По моему мнению, никакая государственная деятельность не может осуществляться от иного имени, чем имя государства, все приведенные выше ступени классификации государственной службы являются недостаточно учитывающими происхождение государственной власти от народа, и никакое служение отдельным должностным лицам не может иметь иного содержания, как служение государству. Государство является единственным субъектом, осуществление функций которого государственными служащими может быть названо государственной службой. Государственные служащие выступают в своей деятельности не от своего имени, и не от имени патрона, и даже не от имени государственного органа, а от имени государства. До сих пор в правоведении это было аксиомой, колеблющееся новым законодательством РФ о государственной службе. Вполне справедливо мнение, что такое противоречивое в своей основе законодательство о государственной службе отражает криминальный характер самого законодательства.

Приведенная выше законодательная классификация государственных служащих на тех, которые занимают государственные должности просто и занимающие государственные должности государственной службы приводит к большим проблемам и в случае законодательно предоставленной возможности государственным служащим объединяться в профсоюзы, заключать коллективные договоры и выступать от имени трудящихся перед нанимателем. Профсоюз тех лиц. которые называют себя лицами, занимающими государственные должности, но не относящиеся к государственным должностям государственной службы, вероятно, формально не создан, и только классовая солидарность лиц. обладающих государственной властью, без ее достаточного правового оформления, позволяет им проводить свой корпоративный интерес, который не всегда может совпадать с интересами страны, государства1. В науке и правовой практике ряда стран считается аксиомой, что государственные служащие не могут объединяться в профсоюзы со своими собственными профессиональными интересами, отличными от интересов государства, которому служат. Извлечение личных выгод с использованием служебного положения, от занятия государственной должности обычно квалифицируется преступлением.

Громадные международные долги СССР, являющиеся следствием деятельности бывшего генсека ЦК КПСС М. С. Горбачева, не перелагаются на его личность, а возлагаются на государство в целом, потому что вовне государство выступает единственным субъектом права. Фикция отсутствия принадлежности подобных лиц к представителям государства, его государственным служащим - не в интересах государства, за пределами надлежащего правового регулирования их прав и обязанностей, как и ответственности. Всякие государственные же органы, имеющие полномочия заключать даже межправительственные договоры, своей деятельностью создают условия ответственности именно государства. Такое положение было не раз наглядно продемонстрировано исками швейцарской фирмы "Нога" к российскому государству. Те уловки, к которым прибегает Верховный Суд РФ, каждый раз прокламируя, что отвечает от имени государства федеральное казначейство, только маскируют реального правонарушителя, действовавшего от имени государства и остающегося, таким образом, за пределами ответственности за свою вредительскую деятельность. Схема исключения некоторых высших государственных лиц из числа государственных служащих, хотя и "занимающих государственные должности", когда они изымаются из ответственности за их служебную деятельность, совершенно не соответствует интересам народа и противоречит теории государства и права.

Остается загадкой, почему большинство ученых так рьяно и некритично продолжают трактовать действующее законодательство

Российской Федерации совершенно спокойно, в то время как оно прямо ущербное и направлено не на укрепление государства, а на его развал. В порядке общей вялотекущей дискуссии о том. какое законодательство октроировано им сверху. Возможно, этим двигает желание сохранить синекуру от государственной должности, постоянно подрывая это государство вредными решениями. Однако такая позиция очевидно не дальновидна.

Весьма осторожную критику содержания российского законодательства о государственной службе можно увидеть в позиции профессора А.П. Алехина, когда он называет странную концепцию, на которой основано современное законодательство РФ о государственной службе, "специфичной", то есть, на мой взгляд, не основанной на научных достижениях в области оценки государственной службы и ее исторического места в соответствии с теорией государства. Действительно в этой концепции слишком много допущений и условностей, искажающих, в сущности, и понимание государства, и понимание института государственной службы, как одной из основных характеристик государственной формы организации общества на стадии развития человечества - цивилизации. Концепция, на которой основано современное законодательство о государственной службе, противоестественно не относит широкий круг лиц. занимающих определяющее место в государственном аппарате страны, к государственным служащим: Президента РФ, Председателя Правительства РФ, министров и ряд других должностных лиц. А кому же они в этом случае служат? Очередная нестыковка в концепции понятия государственной службы отражена в законодательстве тем, что закрепляются как негосударственные те должности, которые включаются "в штатные расписания государственных органов в целях технического обеспечения их деятельности", а служащие, их занимающие, не признаются государственными служащими. И это в то время, когда в зарубежных государствах зачастую даже рабочие государственных предприятий признаются и имеют статус государственных служащих, поскольку финансируются бюджетом государства. Представляется, что удар в концепции российского законодательства о государственной службе направлен прежде всего на государство, подрыв его единства и монолитности государственного аппарата, расчленение государства на слабо связанные между собой парцеллы, и на этой почве ослабление Российской Федерации как конкурента на мировом рынке продукции, товаров и услуг, а главное, в политическом плане как мировой цивилизованной державы.

Основную концепцию государственной службы, на которой строится современное российское законодательство о государственной службе, нельзя признать коммунистической, ибо она не провозглашает отмирания государства а вместе с ним и государственной службы, нельзя назвать ее и капиталистической, так как в капиталистической концепции государство сильно в своей административно-политической сфере деятельности, при отсутствии четких представлений о том, чью волю выполняют государственные служащие, она не смогла бы отразить место и роль государства в капиталистическом обществе. Таким образом, принятая концепция государственной службы в законодательстве Российской Федерации - решение политического характера. Оно продиктовано некими политическими установками, не основано на достижениях правовой науки о понятии государственной службы. В то же время правовое решение данного вопроса может иметь место. Тогда в правовом плане нельзя определять государственную службу как службу государству, органу и лицу, а определять ее как выполнение функций государства по должностным обязанностям определенной государственной должности. Уйти от политической формулировки понятия государственной службы и перейти на правовую. Предлагается закрепить в законодательстве следующее определение государственной службы: государственная служба - это профессиональная деятельность личного состава государственных органов на государственной должности с властными полномочиями но реализации функций государства.

Основными ключевыми точками правового регулирования статуса государственного служащего являются:

  • а) порядок получения от государства полномочий государственного служащего на совершение властных действий от имени государства;
  • б) механизм реализации государственным служащим функций должности от имени государства;
  • в) обеспечение действий служащего, как выразителя воли государства, государственным принуждением;
  • г) ответственность государственного служащего, в том числе прекращение полномочии, компенсация ущерба обществу.

Под государственным служащим понимается:

  • а) физическое лицо, обычно гражданин данного государства;
  • б) занимающее должность в государственном аппарате;
  • в) наделенное государственно-властными полномочиями по своей должности. В отличие от других трудящихся он имеет полномочия, а не права (правами можно пользоваться или нет. а от должностных обязанностей уклоняться невозможно, полномочия сочетают в себе и права, и обязанности);
  • г) выполняющее функции государства, поэтому действующее от имени государства;
  • д) на возмездной основе, то есть профессионально, получающее основной источник своего существования от деятельности на государственной службе. Бесплатное выполнение государственных функций говорило бы об имущественной состоятельности, экономической независимости от бюджета субъекта управления и, таким образом, о частном распоряжении публичным интересом;
  • е) действия государственного служащего обеспечиваются государственным принуждением.

Эти признаки государственного служащего в современном законодательстве РФ имеют определенную специфику правового регулирования. Ряд административно-правовых отношений по законодательству Российской Федерации осуществляются с участием в качестве властной стороны специально указанных в законодательстве отдельных должностных лиц. Должностное лицо является одной из разновидностей государственных служащих.

Понятие государственного служащего выводится из функций государства. Если государство выполняет ту или иную деятельность, прямо определяемую сущностью, классовой структурой, идеологическими постулатами (например, религиозными) данного государства, значит, вовне эту деятельность от имени государства выполняют служащие государства. Признано ли это официально, возведена ли эта деятельность в ранг государственной явным признанием этой деятельности таковой - вопрос второстепенный, вопрос правовой системы в данном государстве. Страны англосаксонской системы нрава не закрепляют изначально перечень государственных дел. но в случае противоречий по их оценке суд признает эти действия подлежащими защите правом или не признает таковыми; в первом случае они становятся включенными в государственную сферу деятельности и защищаются государственным аппаратом, во втором - они остаются проявлениями случайностей, не возводимых государством в ранг защищаемых правом и не регулирующих общественные отношения.

Историческое место государственного служащего в системе разделения труда требует его профессионального владения материалом, умения управлять населением на основе знания закономерностей развития общества и механизмов регулирования этого процесса. Построение профессионального государственного аппарата впервые началось Наполеоном в 1798 г. во Франции, в Великобритании - с реформ Маколея (1834 г.). доклада Норткота - Тревельяна. представленного парламенту в 1854 г. Уже тогда рекомендовалось упразднить систему патронажа, заменить ее открытыми конкурсными экзаменами и проводить их под наблюдением центральной экзаменационной комиссии. Предпочтение в то время отдавалось гуманитарному образованию, лицам широкого профиля. То есть, как пишет А. В. Оболонский, "первые роли в системе должны были играть не узкие специалисты, а по-прежнему "талантливые любители". "Политики" избираются населением и выполняют роль обеспечения связи масс с аппаратом государства. В то время как вести хозяйство государства могут только квалифицированные лица, инженеры, интеллигенция.

Деление видов государственной службы, например, в Великобритании, на "военных слуг королевы" и "гражданских слуг королевы" не должно оказывать решающего влияния на сущность статуса государственных служащих. Обычная ассоциация государственных служащих с гражданской службой в Великобритании вызвана по преимуществу историческим происхождением термина. "Термин "гражданская служба" появился в середине XIX века в системе английской колониальной администрации в Индии. Разбухший колониальный аппарат Вест-Индской компании был разделен на гражданскую службу и военную службу. Впоследствии этот термин был заимствован и в самой Англии", - пишет Н. А. Куфакова.

Важным вопросом является установление круга лиц, подпадающих под понятие государственного служащего. Включаются ли в их число только гражданские служащие исполнительного аппарата государственной власти или сюда должны включаться и военизированные и другие службы, работающие по уставам, президент, министры, депутаты и ряд других должностей государственной службы. Признание государственными служащими только лиц. работающих в исполнительных органах государства, так же условно, как и само деление органов государства на исполнительные или иные. Властями признана субъективная теория Монтескье о разделении властей, а было бы разумнее стоять на позиции теории Ж.-Ж. Руссо о суверенитете народа как источнике власти. Квалифицирующим признаком государства является власть, а она следует для гражданина из любых организмов государства. Осуществлять эту власть могут только служащие государства.

Например, понятие публичного служащего в соответствии с Кодексом профессиональной этики гражданского публичного служащего федеральной исполнительной власти, утвержденного декретом Президента Республики Бразилия № 1.171 от 22 июня 1984 г. для целей определения этических проступков таково: иод публичным служащим понимается любое лицо, которое на основании закона, договора или другого юридического акта осуществляет услуги на постоянной, временной или разовой основе, в том числе финансового характера, связанные прямо или опосредованно с любым органом государственной власти, таким как самостоятельные органы, публичные фонды, парагосударственные единицы, публичные предприятия и общества смешанной экономики, или с любым сектором, в котором преобладает интерес государства (пункт XXIV). То есть в Республике Бразилия применяется это широкое понимание государственного служащего при решении вопроса об ответственности за дисциплинарные проступки.

Только в законодательстве Японии прямо перечислена группа должностных лиц, на которых распространяется законодательство о государственной службе. Этот список имеет специфический характер, так как в него включаются не только лица, наделенные высшей властью, избранные народом: но и такие категории государственных служащих, как послы, должностные лица ведомства императорского дворца и другие. При этом ст. 2 позволяет Палате по делам персонала толковать, принадлежит ли данная должность к должностям государственных публичных должностных лиц. а также принадлежит ли она к устанавливаемым в этой статье общим должностям или же к специальным должностям. В Мексике выделяются такие категории, как президент, губернаторы, депутаты законодательных органов и члены Высших судов штатов (ст. 108 Конституции Мексики), а также все те лица, которые пользуются или распоряжаются федеральными средствами (ст. 2 Федерального закона Мексики от 30 декабря 1982 г. "Об ответственности государственных служащих"). Все они являются субъектами ответственности в соответствии с данным законом как государственные служащие.

Как видим, законодательство обычно проявляет широкий подход к понятию государственных служащих. Единственно, что ряд должностей, во Франции называемых "политиками", а в других странах выделенных иначе, имеют специфическую процедуру привлечения их к ответственности, напоминающую "импичмент", применяемый в отношении главы государства в странах англосаксонской правовой системы. Особенно это применимо к тем государственным служащим, на которых распространяется принцип несменяемости, например, в ст. 8 Закона Японии: "член Палаты не может быть уволен вопреки его воле, за исключением случаев, когда он подпадает под один из нижеследующих подпунктов..." В этом случае, чтобы иметь основание для увольнения, к нему применяется процедура импичмента в Верховном суде (ст. 9). обвинение поддерживает парламент.

Такое правовое регулирование связано и с доктриной совместимости мандата депутата с должностью в исполнительном аппарате государства. По этому критерию для англосаксонской системы права характерна доктрина совместимости мандата, то есть депутат партии, победившей на выборах, одновременно имеет право занять руководящие посты в правительстве, стать министром. Напротив, характерным для стран континентальной системы права является принцип несовместимости мандата депутата с должностью в исполнительном аппарате государства.

В социалистической правовой системе выделялись работники, называвшиеся номенклатурными. Особенностью их правового статуса являлась не особая процедура их отставки (импичмента не было), а то. что эти лица свободно перемешались государством в совершенно различные сферы применения государственной службы. Положительными качествами такой схемы является возможность маневра и оперативного использования квалифицированных кадров, принадлежащих к господствующей группировке власти. Недостатками такой системы является факт, что в ином месте квалифицированными кадрами аппарат оказывался не обеспеченным, а также трудности оперативного вхождения номенклатурного работника в новые условия применения своей силы. "Демократы" клеймили эту систему, но с точки зрения управленческой техники эта схема имеет такие положительные характеристики, что в деятельности Президента Л. Джонсона (после убийства Д. Кеннеди) эта схема была применена и в США. Впрочем, устами депутата Государственной Думы РФ Л. А. Иванченко схема номенклатурного работника определяется как "принцип приватизации власти. Можно прочитать последние публикации в газетах о том, к чему это приводит, когда дети, племянники и родственники уже заняли все ключевые позиции не только в государственных, но и в коммерческих структурах. И естественно, преодолеть этот ресурс власти достаточно сложно". Родственные связи - это. конечно, не номенклатура, но могут и быть ее аспектом. Номенклатура - это другое. Номенклатурным работником является лицо, которое обладает такой степенью доверия власти, когда это лицо, невзирая на его личные качества, направляется на все участки борьбы власти с народом, на все участки государственной деятельности, требующие доверия власти. Например, А. Б. Чубайс. То он финансист, и Ельцин посылает его в Давос представлять страну в финансовых заимствованиях России у доверенных банкиров под определенные рассчитанные проценты закабаления. То он энергетик, и страна стонет от отключений энергии, невозможности жить, при этом данный номенклатурщик указывает, сколько стоит жизнь каждого методом отключения систем жизнеобеспечения. И везде он верно служит правящему режиму.

В соответствии с Федеральным законом РФ от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" гражданским служащим является: "гражданин Российской Федерации, взявший на себя обязательства по прохождению гражданской службы. Гражданский служащий осуществляет профессиональную служебную деятельность на должности гражданской службы в соответствии с актом о назначении на должность и со служебным контрактом и получает денежное содержание за счет средств федерального бюджета или бюджета субъекта Российской

Федерации" (ст. 13). Важнейшим из этих признаков является принадлежность такого лица к государству, интересы которого он и будет выражать в своей деятельности.

Однако были случаи назначения на государственную службу России в качестве советников иностранных советологов: Джеффри Сакса, директора Центра международного развития Гарвардского университета. Михаила С. Бернштама. старшего научного сотрудника Гуверовского института Стэнфордского университета в Калифорнии, и других (см.. например, распоряжение Председателя Верховного Совета РФ Р. И. Хасбулатова от 7 июля 1992 г. № 3237рп-1). Платная работа иностранца в государственном аппарате всегда является поводом к обвинению такого гражданина в работе на иностранную разведку. Обычно государства такого положения не допускают. Именно поэтому существует понятие "почетного консула" как лица, выполняющего обязанности но государственной должности иностранного государства безвозмездно1.

Иностранцев принимают на государственную службу и в Великобритании, и в США только на вспомогательные должности за рубежами метрополии. "Согласно правилам, иностранец не может быть назначен на должность или получить место на государственной гражданской службе, если только речь идет не о назначении в страну за пределами Соединенного Королевства или же есть сохраняющее свою силу специальное разрешение, выданное соответствующим министром с согласия министерства но делам гражданской службы". Так предусмотрено в Англии Законом об ограничении (уточнении) правил использования иностранцев 1919 г. с изменениями, внесенными ст. 1 Закона о найме иностранцев 1955 г.)2.

Особенности применения норм Трудового кодекса РФ в отношении социального партнерства в сфере труда к государственным служащим, работникам военных и военизированных органов и организаций, органов внутренних дел. учреждений и органов безопасности, органов налоговой полиции, органов уголовно-исполнительной системы, таможенных органов и дипломатических представительств Российской Федерации устанавливаются федеральными законами - ст. 28 Трудового кодекса РФ. принятого Федеральным законом РФ № 197-ФЗ 2001 г. Пока таких законов нет.

Доктрина нейтральности государственного служащего распространена в странах, где существует многопартийность. Она признается для того, чтобы обеспечить несменяемость опытных государственных служащих в условиях смены правящей партии в зависимости от результатов очередных выборов. Считается, что партии приходят и уходят, а государственные служащие выполняют свои обязанности, реализуют функции государства постоянно. Противоположным принципом является принцип лояльности, когда лучшим служащим признается лицо, верное победившему на выборах лидеру.

Социальная значимость государственного служащего такова, что законодательство содержит ряд мер для поддержания его авторитета. Так, невыполнение в установленный срок законного предписания (постановления, представления, решения) органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль), об устранении нарушений законодательства в соответствии с ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ 2002 г. влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трехсот до пятисот рублей; на должностных лиц - от одной тысячи до двух тысяч рублей или дисквалификацию на срок до трех лет; на юридических лиц - от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей.

Одновременно наказывается и узурпация государственной власти ненадлежащим субъектом. Так, ст. 288 УК РФ "Присвоение полномочий должностного лица" предусматривает, что присвоение государственным служащим или служащим органа местного самоуправления, не являющимся должностным лицом, полномочий должностного лица и совершение им в связи с этим действий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций. - наказываются штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет. либо арестом на срок до трех месяцев.

Высокое правовое значение точного определения понятия "государственный служащий" можно проиллюстрировать следующим судебным казусом.

Приказом по управлению внутренних дел г. Красноярска от 28 августа 1997 г. Макаренко был "зачислен внештатным сотрудником отдела по борьбе с экономическими преступлениями" и ему было выдано удостоверение. В этом качестве он производил контрольные закупки в торговых павильонах, принадлежащих гражданам, зарегистрированным в качестве предпринимателей, и в случае нарушений правил торговли составлял акты, которые обязан был передавать в отдел по борьбе с экономическими преступлениями УВД г. Красноярска для применения к нарушителям мер административного и иного воздействия. В тот же день. 28 августа 1997 г.. Макаренко объяснил нарушителю правил торговли Гусейнову, что он должен помочь милиции и перечислить спонсорскую помощь в личный фон;; Макаренко "Восход", что Гусейнов и сделал, перечислив 500 тысяч рублей. Этими средствами Макаренко распорядился по своему усмотрению.

И если Красноярский краевой суд признал Макаренко виновным в мошенничестве с использованием своего служебного положения, неоднократном получении взяток, превышении должностных полномочий и уничтожении официальных документов из корыстной заинтересованности1, то Президиум Верховного Суда РФ постановил: "Поскольку Макаренко не являлся должностным лицом, он не может нести ответственность и за превышение должностных полномочий, ответственность за которое предусмотрена ст. 286 УК РФ. и приговор в этой части полежит отмене с прекращением дела за отсутствием состава преступления. Акты контрольных закупок, которые уничтожал Макаренко, нельзя признать официальными документами, так как они составлялись не должностным лицом, а оформлялись с целью обмана частных предпринимателей. Поэтому приговор в части осуждения Макаренко по ч. 1 ст. 325 УК РФ также подлежит отмене с прекращением дела за отсутствием в его действиях состава преступления".

На мой взгляд, в этом казусе еще раз проявляется концептуальная незавершенность в выработке представлений о соотношении государства и общества, государственной службы и общественной коммунистической самодеятельности. Человек и сам вел себя, и граждане так его воспринимали, как будто это государственное должностное лицо, именно поэтому и возникли все правоотношения, рассмотренные судами. Нормальное государство не может позволить всякому Бендеру. проходимцу изображать из себя власть. Это и есть покушение на присвоение власти, а не мошенничество. Верховный же Суд в конце концов признал за Макаренко состав - мошенничество (ст. 159 УК РФ).

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы