Арабский мир после краха биполярной системы. Эпоха глобализации и демократизации

Кувейтский кризис 1991 г. Давние притязания Ирака к Кувейту в середине июля 1990 г. переросли в конфликт. 15 июля 1990 г. министр иностранных дел Ирака Тарик Азиз (Tariq Aziz) направил генеральному секретарю Лиги арабских государств Шадли Гулайби (Chadli Gulaybi) меморандум, в котором обвинял Кувейт в том, что он разместил свои военные сооружения, посты, предприятия нефтяной промышленности и плантации на иракской территории, воспользовавшись тем, что Ирак был поглощен военными действиями с Ираном. В меморандуме Кувейт и ОАЭ также обвинялись в демпинге нефти на мировых рынках, так как превысили установленные для них ОПЕК квоты, в результате чего Ирак потерял в период с 1981 по 1990 г. 89 млрд долл. Ирак просил списать его долги за этот период и разработать арабский план с тем, чтобы возместить Ираку ущерб, нанесенный в ходе военных действий. Начавшиеся благодаря посредническим усилиям Египта и Саудовской Аравии переговоры в Джидде (Jeddah) не дали результатов из-за нежелания Ирака пойти на компромисс.

2 августа 1990 г. иракские войска оккупировали соседний Кувейт. Багдад заявил, что пришел в Кувейт на основании имевшего место обращения за помощью к иракскому руководству «революционных сил народа Кувейта, восставшего против реакционного режима эмира». Средства массовой информации Ирака утверждали, что Ирак имеет историческое право на Кувейт на том основании, что некогда тот являлся частью иракской территории. Другая мотивировка вторжения состояла в том, что действия Ирака имели целью осуществить идею арабского единства и уничтожить искусственные границы между частями единой арабской нации, проведенные колонизаторами. Кроме того, утверждалось, что оккупация и аннексия Кувейта носят принципиальный характер, так как имеют целью справедливо распределить арабское богатство между богатыми государствами Залива и бедными арабскими странами, а также повысить престиж ислама в его противостоянии коррумпированным режимам.

Сразу после вторжения в Кувейт было создано «временное свободное правительство Кувейта», а 8 августа было объявлено, что Кувейт становится неотъемлемой частью Ирака.

Руководство Саудовской Аравии, Кувейта и всех членов ССАГПЗ обратилось в ООН, к правительствам США и Западной Европы, к другим членам мирового сообщества за военной и политической помощью с целью вернз'ть статус-кво в регионе. Совет Безопасности ООН принял 11 резолюций, направленных на урегулирование кризиса в Персидском заливе политическими средствами, но они нс дали результата.

29 ноября 1990 г. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 678, предусматривавшую в случае невыполнения Ираком положений ранее принятых резолюций до 15 января 1991 г. «использовать необходимые средства... и восстановить международный мир и безопасность». Претендуя на роль выразителя интересов всей арабской нации, С. Хусейн выдвинул идею увязки урегулирования «проблемы Кувейта» с разрешением палестинского вопроса, с «немедленным и безусловным выводом израильских войск с оккупированных арабских территорий». Тогда силы антииракской коалиции, получившие мандат ООН, 16 января 1991 г. начали против Ирака военные действия, получившие название «Буря в пустыне», длившиеся шесть недель. Совпадение позиций аравийских правящих кругов и членов НАТО, признававших необходимость любыми средствами бескомпромиссно и безотлагательно решить этот вопрос, привело к беспрецедентному вмешательству международных сил в кризис в зоне Залива. В регионе был сосредоточен значительный военный контингент из войск США и членов блока НАТО.

Иракские войска были выведены с территории Кувейта. 26 февраля 1991 г. президент Ирака объявил по багдадскому радио, что иракские войска, в соответствии с резолюцией 660 СБ ООН, завершат свой уход из Кувейта, а Кувейт перестает быть частью Ирака.

Агрессия Ирака против Кувейта дорого обошлась иракскому народу. Операция «Буря в пустыне» привела не только к разрушению военных объектов, но и нанесла огромный ущерб экономической инфраструктуре страны: заводам, дорогам, мостам, жилым зданиям; погибли тысячи мирных жителей. Катастрофические последствия войны в сочетании с экономической блокадой и политическими санкциями должны были, как полагали аналитики, привести к падению иракского режима. Расчет не оправдался: режим Саддама Хусейна не только устоял, но и существенно укрепился в условиях экономической блокады. Более того, страна быстро наращивала экономические темпы развития: уже спустя два года после прекращения огня в Ираке практически не оставалось внешних свидетельств недавних боевых действий.

Война в Заливе имела определенные последствия и для всего арабского мира. Арабский мир раскололся на два лагеря: антииракский (страны ССАГПЗ, Египет, Сирия, Марокко, Ливан, Сомали и Джибути) и проиракский (Алжир, Йемен, Иордания, Палестина, Судан, Мавритания, Ливия, Тунис). Однако ни в одном из этих лагерей не было полного единства. Так, например, страны ССАГПЗ, непосредственно оказавшиеся в зоне кризиса, заняли более решительную позицию в осуждении Ирака, чем другие государства. Марокко, несмотря на свое категоричное осуждение вторжения, стремилось занять позицию, которая при благоприятных условиях позволила бы прийти к решению проблемы мирным путем. Позиция Египта характеризовалась стремлением действовать точно в духе международного права и требованием немедленного и безоговорочного ухода Ирака из Кувейта. Тем не менее Египет допускал использование любой возможности для посредничества и мирного урегулирования. Что касается другого лагеря, то входившие в него страны, хотя в целом признавали опасность иностранного вторжения, по-разному относились к возможности простить такое вторжение.

Объединение Йемена. Гражданская война межу Севером и Югом.

22 мая 1990 г. в Сане было объявлено о добровольном объединении двух частей Йемена и создании единого йеменского государства — Йеменской Республики (ЙР). Формально после образования ЙР все посты в государстве были поделены поровну между представителями двух элит, а временный парламент был сформирован путем механического слияния законодательных органов ЙАР и НДРЙ. Но фактически север оказался в привилегированном положении: Али Абдалла Салех (АН Abdullah Saleh), президент Йеменской Арабской Республики, стал председателем Президентского совета — своеобразного коллективного главы государства, а Али Салем аль-Бейд (Ali Salem al-Beida), генеральный секретарь ЦК Йеменской социалистической партии, — его заместителем. Кроме того, в проекте Конституции, одобренном впоследствии на всенародном референдуме, предусматривалось, что выборы парламента будут всеобщими, прямыми и равными, а новые парламентарии сформируют Президентский совет, члены которого выберут своего главу. Учитывая, что население Севера - около 10 млн человек, а юга — около 3 млн, было ясно, что и парламент, и Президентский совет будут неизбежно «северными» но составу.

По мере слияния государственных институтов южане все более разочаровывались в сделанном шаге. Северяне же вели планомерный сознательный курс на их вытеснение из руководящих сфер, чему способствовало численное преимущество севера.

В конце 1991 г. социально-экономическое положение в стране резко ухудшилось из-за поддержки Саной Багдада во время кризиса в Персидском Заливе, что привело к всплеску безработицы и усилению инфляции. Резко обострилась проблема внешней задолженности, достигшей к октябрю 1991 г. 7,8 млрд долл., причем 2/3 суммы приходилось на страны Восточной Европы[1]. Саудовская Аравия сразу выдворила со своей территории более миллиона рабочих-йеменцев и прекратила оказывать ему всякую финансовую помощь. Экономический кризис ухудшил и внутриполитическую ситуацию, последствием чего стал рост влияния на йеменцев, особенно городские низы и сельское население, правой оппозиции, представленной исламистскими радикалами в союзе с феодально-племенными элементами.

На парламентских выборах 27 апреля 1993 г. правящая партия («северная») Высший народный конгресс (ВНК) получила 121 место (из 301), исламская партия Йеменское единение в защиту реформ (ЙЕР) - 62 места, Йеменская социалистическая партия (ЙСП) («южная») - 56 мест, остальные 62 места были распределены между другими партиями

(прежде всего, Баас) и независимыми кандидатами. Новое коалиционное правительство было образовано четырьмя этими партиями.

В 1993 г. аль-Бейд и его сторонники стали открыто обвинять А. Салеха и его окружение в узурпации власти в стране и в невыполнении первоначальных обязательств, предусмотренных соглашениями о единстве. Северянам вменялось в вину и то, что они попустительствовали террористической деятельности против функционеров ЙСП, в которой обвинялись исламские радикалы и в результате которой погибли десятки видных деятелей социалистической партии. С другой стороны, и ВНК стала все чаще заявлять о намерении ЙСП расколоть единство страны.

Рост противоречий между севером и югом страны привел в мае 1994 г. к вооруженному конфликту. Йеменский конфликт стал результатом сработавшей одновременно совокупности внешних и внутренних факторов: ростом внутриполитической борьбы между ВНК и ЙСП, дополнявшейся исторической племенной враждой, нефтяной проблемой (основные месторождения нефти находились на спорной территории между севером и югом), политики Саудовской Аравии, активно поддержавшей исламистов, прекращение финансовой помощи зарубежных инвесторов и др.

В начале июля правительство Саны восстановило единство страны силой, а руководство южан бежало за границу. Война между политическими элитами севера и юга была кровавой, но не стала подлинно гражданской, так как в ней не приняли участие многие племена.

После окончания конфликта перед руководством ЙР стали две задачи: достижение национального согласия и восстановление экономики страны, прежде всего южных провинций. Первым шагом на этом пути стало принятие новой конституции в 1994 г., а в 1995 г. начались экономические реформы, целью которых были снижение инфляции, увеличение иностранных инвестиций, приватизация, сокращение дефицита бюджета. Однако проведение этих реформ без достаточного финансового обеспечения только ухудшило положение населения: выросли цены, увеличилась безработица, что периодически приводило к массовым беспорядкам в различных районах страны.

В 1999 г. в стране были проведены первые прямые всеобщие президентские выборы. Победу на них одержал Али Абдалла Салех, получивший 96,3% всех голосов избирателей. Правительство поставило перед собой цель проведение в первоочередном порядке административной реформы и рыночных преобразований, обуздание инфляции и борьбу с коррупцией. Новый премьер Абдель Кадер Баджамаль (Abdul Qadir Bajamal) пообещал обеспечить в стране «закон и порядок», добиться экономического подъема и ослабить финансово-административные рычаги.

20 февраля 2001 г. состоялись первые выборы в местные органы власти, победу на которых одержала правящая партия — ВНК, набравшая свыше 60% голосов избирателей. Следовавшая за ней партия Ислах (партия Йеменское единение за исламскую реформу) под руководством шейха Аль-Ахмара (Al-Ahmar) официально набрала 26%, а правившая вместе с ВНК в 1990-1994 гг. ЙСП — около 14%. Процедура выборов сопровождалась кровавыми столкновениями, в которых участвовали силы безопасности.

Победившая партия объявила выборы шагом на пути к демократии, проигравшие обвинили власти в грубых нарушениях правил голосования и подтасовке данных и призвали оспорить результаты, назвав их антидемократическими. В обществе назревал протест, вызванный масштабами коррумпированности и неэффективностью государственного механизма и законодательства, перекосами в распределении постов, гипертрофированными службами безопасности. Параллельно с выборами в местные органы власти проходил референдум, на котором были утверждены поправки к Конституции, срок полномочий президента был продлен с 5 до 7 лет, что теоретически давало возможность президенту Салеху править до 2013 г.

Государственный переворот в Алжире 1992 г. и его последствия. В 1970-х гг. Алжир добился серьезных успехов в своем социально-экономическом развитии. Высокие доходы от нефти и газа позволяли успешно справляться с внутренними проблемами, а жесткие меры режима X. Буме- дьена практически нейтрализовали любую оппозицию. Однако уже в конце 1970-х гг. стало ясно, что реализация избранной стратегии на практике привела к серьезным отраслевым диспропорциям, падению эффективности производства, снижению обеспеченности страны продовольствием, повышению ресурсоемкости национального дохода и, главное, болезненно сказалась на проведении в жизнь программ социального развития. В начале 1980-х гг. по Алжиру прокатилась волна массовых выступлений.

Начавшаяся реформа правящей партии Фронт национального освобождения и другие меры, предпринятые правительством, не получили необходимой поддержки «снизу». Общественное сознание связывало их с ростом безработицы, увеличением имущественного неравенства, снижением жизненного уровня, инфляцией и др. Коррупция, фаворитизм и бюрократизм, разъедавшие госаппарат АНДР и партаппарат ФНО, стали особенно заметны на этом фоне.

Крупнейшие за всю историю независимого развития Алжира выступления (спровоцированные резким падением мировых цен на углеводороды, доход от которых составлял более 90% ВВП Алжира) начались в октябре

  • 1988 г. в столице и других городах и сопровождались политическими требованиями, в частности расширением демократических свобод. Октябрьские волнения заставили руководство страны принять ряд мер политического характера, в том числе внести поправки в конституцию и принять в июле
  • 1989 г. закон, легализовавший в стране многопартийную систему. К концу
  • 1990 г. в Алжире уже было зарегистрировано около 40 политических партий. Наиболее влиятельной и многочисленной стала партия Исламский фронт спасения (ИФС), возглавляемая Аббаси Мадани (Abbasi Madani). Политический кризис, вызванный победой ИФС в первом туре парламентских выборов, привел 11 января 1992 г. к отставке президента Шадли Бенджедида, находившегося на этом посту с 1979 г. На этом настоял Высший совет национальной безопасности (ВСНБ), основную роль в котором играли силовые структуры. Одновременно были аннулированы результаты первого тура выборов в парламент, учрежден Высший государственный совет (ВГС), который установил в стране трехлетний «переходный период». В ответ на это Исламский фронт спасения развернул в стране массовый террор, опираясь на глубоко законспирированное вооруженное подполье. В дальнейшем ситуация в стране переросла в полномасштабную гражданскую войну.

В январе 1994 г. была проведена общенациональная конференция, которая рассмотрела и утвердила новые формы управления страной на следующий период (1994—1996). На место коллегиального органа управления страной пришел президент —оставивший за собой пост министра национальной обороны генерал Ламин Зеруаль (Lamine Zeroual), основной задачей которого было воссоздание государственных институтов, упраздненных в ходе военного переворота 1992 г. Л. Зеруалю потребовалось почти два года, чтобы провести в ноябре 1995 г. всеобщие президентские выборы и тем самым легализовать себя на этом посту. В июне 1997 г. состоялись выборы в парламент, и была сформирована его нижняя палата — Национальная народная Ассамблея (ННА). Осенью того же года прошли выборы в местные органы власти. Вновь избранные губернаторы вошли в состав Совета наций и образовали, таким образом, верхнюю палату парламента. В 1999 г. новым избранным президентом Алжира стал Абдельазиз Буте- флика (Abdelaziz Bouteflika), который во многом способствовал примирению различных политических сил, прекращению огня и переключению общества на проблемы восстановления экономики.

Последующие парламентские выборы в Алжире (2002 и 2007 гг.) подтвердили наметившуюся политическую тенденцию на сосуществование во властных структурах различных партийных группировок, в том числе и умеренных исламских партий. Президент А. Бутефлика с подавляющим преимуществом голосов переизбирался в 2004, 2009 и 2014 гг. Годы нахождения у власти президента А. Бутефлики показали, что ему в целом удалось построить взвешенные отношения с различными группами населения, в том числе с военной верхушкой.

Военная операция США против Ирака. Становление новой иракской государственности. 20 марта 2003 г. началось вторжение в Ирак англо- американского корпуса, к которому примкнули отдельные подразделения других государств, хотя официально ни ООН, ни НАТО в этой операции не участвовали. Подавляющее превосходство американцев позволило им за месяц установить контроль практически над территорией всего Ирака, при этом страна подверглась разрушению, а население понесло большие потери.

22 мая 2003 г. Совет Безопасности ООН единогласно одобрил резолюцию 1483, в которой с учетом сложившейся ситуации сформулировал общие подходы международного сообщества к проблеме дальнейшего послевоенного обустройства Ирака и основные принципы его политического развития. Функции управления страной на период до сформирования международно признанного правительства Ирака и официального принятия им властных полномочий были возложены на коалиционную Администрацию, главой которой стал специальный посланник президента США П. Бремер (Р. Bremer). Под эгидой данной Администрации были сформированы в качестве органов временной коалиционной власти следующие государственные учреждения: Иракская временная администрация (ИВА), Временный управляющий совет Ирака (ВУС), Переходное правительство и Фонд развития Ирака.

Однако после оккупации иракцы, практически не оказавшие сопротивления регулярной армии союзников, начали против них масштабную партизанскую войну; страну захлестнула волна насилия и кровопролития. Американцев встретили как агрессоров, тем более что в стране так и не было обнаружено тайных складов оружия массового уничтожения, якобы наличие которых стало основным предлогом для США и Великобритании начать оккупацию Ирака. В этот период неизбежные трения между арабами и курдами, суннитами и шиитами, а также другими общинами страны в отдельных районах выступили на первый план. Вакуумом власти быстрее и успешнее всех воспользовались духовные лидеры различных конфессий. Это поставило перед американцами сложнейшую задачу послевоенного обустройства Ирака — налаживание диалога с представителями различных этнических и конфессиональных групп населения, в том числе с теми, кто проживает за рубежом, вовлечения в политический процесс всех влиятельных сил Ирака и нахождения компромисса между ними.

В 2005 г. была принята новая конституция Ирака, на основе которой началось формирование постоянных органов государственной власти. Конституция вводила двухпалатный законодательный орган, состоящий из Совета представителей и Совета союза. В Совет представителей избирается один депутат от каждых 100 000 жителей страны на основе всеобщего, прямого и тайного голосования. Эта палата представляет все население страны и избирается сроком на 4 года. Совет союза формируется из представителей районов и провинций. Исполнительная ветвь власти Ирака включает в себя президента Республики и Совет министров. В систему органов государственной власти входят также региональные органы управления.

Последние выборы в Совет представителей состоялись в 2010 г. На 325 депутатских мандатов претендовали более 6 тыс. человек, представляющих 86 политических партий и объединений. Наибольшее количество голосов набрал возглавляемый бывшим временным премьер-министром Ирака Айядом Аллауи (Ayad Allawi) блок «Иракский список», выступавший под лозунгом организации всех иракцев, вне зависимости от их религиозной или национальной принадлежности. Чуть меньше получила коалиция «Правовое государство», возглавляемая премьер-министром Ирака Нури аль-Малики (Nouri al-Maliki), представлявшая, главным образом, шиитов, «умеренных» исламистов.

Выборы в парламент иракского Курдистана, проходившие одновременно с выборами президента Курдистана, состоялись 25 июля 2009 г. 11 мест регионального парламента Курдистана оспаривали 507 кандидатов из нескольких политических партий, коалиций и союзов. Это были первые прямые выборы президента Курдистана. Парламентские выборы завершились победой правящего альянса, сформированного двумя крупнейшими курдскими партиями — Демократической партией Курдистана (ДПК) и Патриотическим союзом Курдистана (ИСК). На президентских выборах Масуд Барзани (Massoud Barzani) получил поддержку почти 70% населения Курдистана. Предвыборная ситуация в Курдистане характеризовалась большой напряженностью, однако ни одна партия или коалиция, участвовавшие в выборах, не выдвигали лозунга независимости Курдистана.

Военная операция Израиля в Ливане. Усиление политической роли «Хизбаллы». На общей ситуации в регионе в конце 1990-х — начале 2000-х гг. негативно сказывались события на ливано-израильской границе. Израиль и Ливан обвиняли друг друга в срыве имевшихся договоренностей. В феврале 2000 г. в отношении шиитской организации «Хизбаллы», боевики которой убили пятерых израильских солдат, Израиль предпринял «акцию возмездия»: нанес удар по трем ливанским электростанциям. Израильская артиллерия вела огонь по нескольким деревням, расположенным в «зоне безопасности».

Параллельно с этими событиями вновь возник вопрос о выводе израильских сил с территории Ливана. В мае — июне 2000 г. Израиль вывел свои войска почти со всей ливанской территории (оставив за собой небольшой, но стратегически важный район Шебаа (Shebaa) на стыке территории Израиля, Сирии и Ливана). В связи с этим шагом возник ряд проблем, в частности, связанных с поддержанием порядка и обеспечением безопасности в тех районах, которые ранее контролировались израильскими военными и армией Южного Ливана. Одним из вариантов было расширение функций подразделений ООН, располагавшихся в Ливане. По этому вопросу велась интенсивная работа, в том числе в рамках ООН.

После убийства 14 февраля 2005 г. известного ливанского политика Рафика Харири (Rafik Hariri) США и Евросоюз усилили давление на Дамаск по вопросу его военного присутствия в Ливане. Кроме того, в самом Ливане образовался широкий антисирийский лагерь («Движение 14 марта»), объединивший суннитов, друзов и ряд маронитских политиков, во главе которого встал сын Р. Харири — Саад Харири (Saad Hariri). Они требовали вывода из страны сирийских войск и отставки «ставленника Дамаска» — президента Эмиля Лахуда (Emile Lahoud). В апреле 2005 г. сирийские войска были выведены с территории Ливана.

На парламентских выборах, состоявшихся в июле 2005 г. «Движение 14 марта» завоевало большинство мест в высшем законодательном органе и провело через парламент своего премьера: им стал Фуад ас-Синьора (Fouad Siniora), который сформировал свой кабинет министров. Однако в этот период в Ливане не прекращалась волна насилия, вызванная еще большей поляризацией общества после выборов и связанная в том числе с борьбой за президентское кресло; одновременно активизировались и палестинские беженцы. При этом исламская группировка «Хизбалла» начала диктовать «Движению 14 марта» условия, на которых она согласна участвовать в диалоге о достижении национального примирения: руководство «Хизбаллы» выдвинуло ряд требований, касавшихся расширения участия этой организации в парламенте и в правительстве.

Вывод сирийских войск из Ливана, на котором так настаивал и Израиль, не привел к улучшению ливано-израильских отношений. 12 июня 2006 г. Израиль приступил к широкомасштабной операции на территории Ливана, поводом к которой послужило похищение двух израильских военнослужащих, что было расценено Израилем как нападение на суверенное государство. Бейрут, в свою очередь, расценил израильские действия как агрессию и обратился за помощью к международному сообществу. Официальными целями израильской кампании были названы: возвращение похищенных заложников, установление перемирия между Ливаном и Израилем, вывод военизированных подразделений «Хизбаллы» с юга Ливана, установление контроля ливанской армии над этим районом. Эта боевая кампания длилась 34 дня, бои происходили по фронту около 100 км и на глубину в 30 км, при этом Израиль задействовал самые передовые вооружения.

11 августа 2006 г. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 1701, в которой призвал к полному прекращению боевых действий и постановил ввести в зону конфликта миротворческий контингент ООН, а также подтвердил требование своих прежних резолюций о разоружении всех вооруженных групп в Ливане.

В результате этой войны значительная часть ракетного потенциала «Хизбаллы» была уничтожена израильской армией; от мирового сообщества удалось добиться решения о разоружении «Хизбаллы» и вытеснении ее вооруженных отрядов с юга Ливана, о передаче 30-километровой зоны на границе с Израилем под контроль миротворческих сил ООН и ливанской армии. Тем не менее «Хизбалла» сумела выстоять против опытной и технически хорошо оснащенной израильской армией, сохранить свой военный потенциал, хотя и существенно подорванный. При этом ее авторитет среди населения Ливана и в других арабских странах заметно возрос.

После прекращения военных действий «Хизбалла» перехватила инициативу, и ее лидер Хасан Насралла (Hassan Nasrallah) выступал уже не как лидер шиитов Ливана, а как один из политических лидеров страны. Начало 2007 г. ознаменовалось в Ливане очередным витком эскалации внутриполитической напряженности. В январе «Хизбалла» организовала в Бейруте массовую забастовку с требованием отставки кабинета министров. В основе противоречий — требование оппозиции по кардинальному изменению системы государственного управления с перераспределением власти между христианскими и мусульманскими общинами.

Доминирующая коалиция «Движение 14 марта» во главе с С. Харири опиралась на поддержку значительной части мусульман, друзов и маро- нитов; ее активно поддерживали США, Саудовская Аравия и Египет. Их оппоненты (прежде всего «Хизбалла») получали поддержку у Сирии и Ирана. Правительственная коалиция в первой половине 2008 г. настаивала на избрании президентом страны командующего армией Мишеля Сулеймана (Michel Suleiman), однако оппозиция увязывала этот шаг с изменением закона о выборах и изменением системы распределения мест в парламенте. Позиции сторон оказались настолько противоположными, что стране пришлось более полугола жить без президента. Мучительный процесс избрания новым главой государства Мишеля Сулеймана и формирования «правительства национального единства» свидетельствует о том, что конфессионализм по-прежнему представляет собой неотъемлемое явление ливанской политической жизни.

Кризис переговорного процесса в палестино-израильском урегулировании. Приход к власти в секторе Газа ХАМАС. В 1998 г. очередную попытку разблокировать ситуацию на палестино-израильском направлении предприняли американцы. 23 октября 1998 г. Я. Арафат и Б. Нетаньяху подписали документ, призванный обеспечить выполнение Временного соглашения по Западному берегу и сектору Газы от 28 сентября 1995 г. Документ получил название по месту подписания Меморандум Уай-Ривер и определял порядок дальнейшей передислокации израильских войск. Палестинцы приняли на себя обязательство осуществить все необходимые шаги для предотвращения актов террора и враждебных действий против израильских граждан и их имущества. Со своей стороны, и израильская сторона обязалась предпринимать меры для предотвращения подобного рода актов против палестинцев. В соответствии с этим документом Израиль возобновил передислокацию своих войск, хотя после выполнения первой фазы передислокации дальнейшее выполнение договоренностей было приостановлено. В ноябре 1998 г. начал работу аэропорт, а в декабре в Газе была открыта промышленная зона. Центральный Совет ООП разработал текст послания Я. Арафата на имя американского президента по вопросу об отмене антиизраильских статей Палестинской Национальной хартии. 14 декабря 1998 г. в присутствии Б. Клинтона, посетившего Газу, Национальный Совет Палестины утвердил этот документ.

В конце 1998 — начале 1999 г. в связи с истечением трехлетнего срока, отводившегося Временным соглашением для мероприятий переходного периода, палестинское руководство стало прорабатывать план одностороннего провозглашения независимого Палестинского государства. Я. Арафат при этом подчеркивал, что ответственность за неудачу решить проблемы переходного периода лежит на Израиле, который проявлял нежелание идти на какие-либо компромиссы в ходе переговоров. Израильтяне эти доводы отводили, предупреждая, что односторонние шаги палестинцев вызовут далеко идущие встречные действия Израиля, подорвут весь наработанный переговорный потенциал. Россия в качестве коспонсора мирного процесса стремилась найти компромиссное решение, в частности, выступила с инициативой продлить переходный период, с тем чтобы стороны могли прийти к решению всех спорных вопросов, не покидая переговорное пространство. Аналогичную позицию заняли американцы и европейцы. 23 марта 1999 г. на встрече Евросоюза в Берлине было принято заявление, в котором указывалось на право палестинцев на самоопределение вплоть до создания собственного государства.

  • 17 мая 1999 г. в Израиле в результате досрочных выборов главы правительства и членов парламента создалась качественно новая ситуация, в значительной степени повлиявшая на развитие переговорного процесса. Новым премьер-министром вместо Б. Нетаньяху стал лидер Партии труда Израиля Эхуд Барак (Ehud Barak), который обещал обеспечить энергичное продолжение поисков компромиссов с арабами на всех направлениях. Одним из первых реальных результатов формирования нового климата в мирном процессе стало подписание Э. Бараком и Я. Арафатом 4 сентября 1999 г. израильско-палестинского Меморандума по вопросам, связанным с выполнением Временного соглашения, которые ранее не удавалось согласовать. После завершения в запланированном объеме передислокации израильских войск, под полным или частичным контролем Палестинской национальной администрации должно было находиться порядка 40% территории Западного берега (сектор Газа, кроме районов израильских поселений и приграничной полосы, был уже ранее передан под юрисдикцию ПНА).
  • 11—24 июля 2000 г. в Кэмп-Дэвиде под эгидой президента США Б. Клинтона были проведены встречи Я. Арафата и премьер-министра Израиля Э. Барака по проблематике окончательного статуса палестинских территорий. Важным итогом переговоров было то, что впервые узловые вопросы, касающиеся будущего устройства Палестины, включая определение статуса Иерусалима, стали предметом детальных обсуждений. По ряду направлений наметилась положительная динамика (в частности, в вопросе передачи израильтянами ПНА, по меньшей мере, 90% оккупированных земель). Имевшиеся противоречия наиболее острый характер приняли в вопросе определения статуса Храмовой горы — ключевого в религиозном и политическом отношении места Иерусалима, где расположены святые места как мусульман, так и иудеев. Обе стороны твердо и однозначно настаивали на своем суверенитете над Храмовой горой.

Кризис переговорного процесса постарались использовать в своих политических интересах экстремистские элементы. На палестинских территориях усилилась агитация радикальных организаций, в первую очередь ХАМАС (HAMAS) и Исламского джихада, критиковавших «соглашательскую линию» Я. Арафата и призывавших к возобновлению силовых акций против израильтян. В Израиле некоторые влиятельные религиозные партии и оппозиционные деятели выступили с резкими обвинениями в адрес Э. Барака. В этот момент один из лидеров израильских сторонников жесткой линии в отношении палестинцев Ариэль Шарон (Ariel Sharon) с группой своих сторонников посетил Храмовую гору. Последовала крайне негативная реакция палестинцев и в целом арабов. Впервые за длительный период на территории Израиля и ПНА начались вооруженные столкновения. Переговоры ООП с правительством Э. Барака были сорваны. Приход к власти в Израиле в феврале 2001 г. А. Шарона стал началом нового витка напряженности и второй интифады.

Новый формат переговоров по урегулированию палестино-израильского конфликта был предложен в 2002 г. четверкой международных посредников — США, ЕС, ООН и Россией. В разработанной квартетом «Дорожной карте» уже со всей определенностью была поставлена цель поэтапного продвижения к созданию независимого демократического палестинского государства, которое будет существовать в мире и безопасности с Израилем и другими соседями.

Смерть Ясира Арафата в ноябре 2004 г. содействовала усилению напряженности в регионе, осложнив борьбу между многими течениями в НДС и между равными лидерами и предлагаемыми ими концепциями выхода из ближневосточного туника. Главой ПНА был избран давний соратник Я. Арафата Махмуд Аббас (Mahmoud Abbas). В январе 2006 г. состоялись парламентские выборы в IIНА, на которых исламской партии ХАМАС удалось получить 74 из 132 депутатских мандатов, что означало потерю правящей партией ФЛТХ монополии на власть.

ХАМАС, суннитская фундаменталистская организация (Харакат аль- мукаввама аль-исламийя — Движение исламского сопротивления), была создана шейхом Ахмедом Ясином в декабре 1987 г. на основе палестинских отделений «Братьев-мусульман». После гибели в 2004 г. лидеров ХАМАС шейха А. Ясина (A.Yassin) и Абд аль-Азиза аль-Рантиси (Abd el-Aziz al-Rantisi) фактической главой организации, а затем главой Политбюро стал Халед Машаль (Khaled Mashaal). Идеологической основой деятельности ХАМАС является Хартия, принятая в 1988 г., в которой подчеркивается, что единственным способом решить палестинскую проблему является джихад, участвовать в котором должны не только палестинцы, но и весь арабский мир. Участие в переговорах с израильтянами расценивается как предательство принципов ислама.

ХАМАС считал курс ФАТХ на переговорах с Израилем капитулянтским и выступал за твердость в борьбе за права палестинцев. Острой критикой коррупции в эшелонах власти и в структурах ФАТХ движению удалось привлечь на свою сторону большое число сторонников и симпатизирующих. Кроме того, оно наладило систему оказания всесторонней помощи малообеспеченным слоям населения, используя для этого мечети и другие религиозные учреждения.

Создать коалиционное правительство не удалось; оно было сформировано из министров ХАМАС во главе с Исмаилом Хания (Ismail Haniyeh). В своем выступлении в Законодательном совете ПНА И. Хания заявил, что новое правительство категорически отказывается признать многочисленные соглашения, подписанные Я. Арафатом с руководством Израиля. Председатель ПНА М. Аббас в ответ на это подчеркнул, что не сможет принять представленную политическую платформу нового правительства и пригрозил, что, если позиции кабинета нанесут ущерб национальным интересам палестинского народа, он расформирует его. Первые столкновения между отрядами ФАТХ и ХАМАС начались уже в апреле 2006 г., в мае 2007 г. они переросли в масштабные бои, которые привели ХАМАС к полному контролю над сектором Газа и фактически к трансформации конфликта из межнационального (между Израилем и палестинскими арабами) в межконфессиональный: между приверженцами ислама и всеми остальными.

На Западном берегу позиции ФАТХ оказались надежнее ввиду наличия там влияния давних противников исламизма (коммунистов и левых националистов), объективно — союзников ФАТХ, и по причине существования здесь более развитой экономики и занятых в ней социальных сил - квалифицированных рабочих и служащих, предпринимателей и торговцев, заинтересованных в сохранении мира.

В ответ на непрекращавшиеся обстрелы израильской территории, в декабре 2008 г. Армия обороны Израиля провела военную операцию «Литой свинец» против движения ХАМАС в Газе, в результате которой ХАМАС понес огромные потери, как и мирное население сектора. Однако, несмотря на это, ХАМАС сохранил свои кадры и структуру, свою способность воевать, а главное — свое политическое влияние и политический потенциал.

После операции «Литой свинец» в январе 2009 г. в Каире под давлением арабских стран и международного сообщества при посредничестве египтян ХАМАС и ФАТХ вновь предприняли попытку договориться о создании переходного правительства. Однако это не принесло никаких результатов.

В декабре 2010 г. администрация США проинформировала руководство ПНА о провале усилий, направленных на то, чтобы Израиль ввел новый мораторий на строительство жилья в еврейских поселениях на Западном берегу реки Иордан. ПНА, со своей стороны, считает замораживание обязательным условием прямого диалога с Израилем.

После крушения биполярной системы в 1990-х гг. арабские страны оказались в сложной экономической, финансовой и политической ситуации. На Ближнем Востоке пошатнулась складывавшаяся в течение десятилетий система политического баланса сил: арабские страны лишились политической, военной, экономической и моральной поддержки извне, возник колоссальный стратегический дисбаланс в пользу США и Израиля, что обострило старые и вызвало к жизни новые конфликты.

Арабский мир столкнулся со сложными проблемами, как внешнего порядка, так и внутреннего, связанного с перестройкой экономики, объективной сменой поколения харизматических лидеров, усилением влияния ислама на политическую жизнь отдельных стран и региона в целом. Все эти процессы в арабских странах вызвали глубокие изменения в государственно-политической системе, затронув структуру и деятельность всех институтов путем преобразования существующих и создания новых звеньев управленческого аппарата. Изменения в каждой стране имели, безусловно, свои отличия и особенности, определяемые достигнутым уровнем социально-экономического развития. Однако общее направление этих реформ — попытка демократизации общественно-политической жизни, проистекающая из необходимости адаптации правящих режимов к новым реалиям. Проявилось это, прежде всего, в создании фасада «формальной демократии», а именно: в принятии новых конституций, введении многопартийности, провозглашении свободы печати, равного и прямого избирательного права, расширении законодательных полномочий парламентов и т.д. В монархиях начался процесс постепенного делегирования правящими семьями своих властных полномочий консультативным советам (которые стали выборными) и принятие адаптированных к местным условиям социальных новаций. Однако специфика этих процессов заключалась в том, что они обеспечивали главенствующее положение в политической системе арабских стран правящим партиям и кланам, не меняя по сути механизма управления, который продолжал сохранять преимущественно однопартийный характер, а все экономические рычаги концентрировались в руках правящей семьи и приближенной к ней элиты.

Доминирующей тенденцией начала нового века стало усиление так называемого политического ислама и активный выход на политическую арену исламских партий. Став фактически единственной оппозиционной силой (в условиях авторитарных режимов), исламские движения превратились в средство разрешения возникавших проблем и получили широкую массовую поддержку во многих странах («Братья-мусульмане» в Египте, «Хизбалла» в Ливане, ХАМАС в Палестине).

В новых исторических условиях акцент межарабского сотрудничества резко смещается с общеарабской региональной составляющей на субрегиональную, в которой участвуют не все арабских страны, а только некоторые из них (как правило, соседствующие), входящие в один субрегион.

Начало XXI в. ознаменовалось еще большим расширением масштабов вмешательства в дела региона внешних сил, прежде всего США, после фактической оккупации Ирака в 2003 г., которая стала логическим завершением ухудшения американо-иракских отношений после кувейтского кризиса.

  • [1] Хайдер А. Н. Некоторые аспекты социально-экономического развития ЙеменскойРеспублики на современном этапе // Арабские страны Западной Азии и Северной Африки.М.: Ин-т востоковедения РАН, 1999. Вып. 3. С. 102.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >