Критерии судебно-психологической экспертной оценки аффекта

Данные критерии представляют собой конкретизацию юридически значимых психологических свойств внезапно возникшего сильного душевного волнения как правового понятия и одного из квалифицирующих признаков состава преступления по ст. 107 или 113 УК РФ. Указанные критерии подлежат выявлению в ходе психологического анализа материалов уголовного дела и данных комплексного психолого-психиатрического обследования подэкспертного, всестороннему анализу, судебно-психологической экспертной оценке, обоснованному доказыванию.

Аффект, вызванный единичным (разовым) психотравмирующим воздействием поведения потерпевшего (физиологический аффект)

Первая фаза — доаффективная. Основные признаки: - субъективная неожиданность экстремального психотравмирующего воздействия;

— субъективная внезапность возникновения аффективного взрыва.

Эти признаки могут дополняться ощущением субъективной безвыходности из сложившейся ситуации, неблагоприятным психофизиологическим состоянием (переутомлением, недосыпанием, соматическим заболеванием и пр.). Вторая фаза — аффективный взрыв. Основные признаки:

  • - взрывной характер эмоциональной реакции;
  • - частичное сужение сознания. Может выражаться и фрагментарности и неполноте восприятия (симультанного и сукцессивного). Отметим, что фрагментарность симультанного восприятия — неполное восприятие ситуации в отдельный момент времени. Фрагментарность сукцессивного восприятия — неполное восприятие динамики ситуации, действий потерпевшего и своих действий во времени. Реже частичное сужение сознания выражается в заполненности сознания переживаниями, связанными с психотравмирующим воздействием, иллюзорным восприятием, утратой чувства реальности окружающего, ощущением отчуждения своих действий;
  • — нарушения произвольной регуляции деятельности. Включают в себя расстройство опосредованности действий, расстройство контроля действий, снижение способности к прогнозу результатов действий, отсутствие прогноза отдаленных последствий действий. Реже наблюдаются двигательные автоматизмы.

К признакам аффекта относятся также нарушения речевой деятельности, а также резкое изменение вазомоторных и иных вегетативных проявлений. Однако при отсутствии свидетелей-очевидцев эти обстоятельства не будут отражены в уголовном деле, что препятствует их использованию при диагностике аффекта.

Третья фаза — постаффективная. Основные признаки:

  • — физическая астения (истощение);
  • — психическая астения (истощение).

Иногда наблюдается дезорганизация психической деятельности и неполное осознание (недопонимание) случившегося.

Физиологические аффекты возникают при таком психологическом механизме криминальной агрессии, как возникновение агрессивных действий в структуре эмоционального возбуждения. Необходимым условием определения аффекта наряду с установлением типичной для аффектов трехфазности возникновения и течения эмоциональной реакции является выявление такой высокой степени эмоционального возбуждения, возникающего сразу после психотравмирующего воздействия, которая сопровождается частичным сужением сознания и препятствует полноценному осознанию своих действий и их произвольной регуляции.

При физиологическом аффекте агрессивное побуждение формируется в ответ на экстремальное психотравмирующее воздействие (которое оценивается обвиняемым как "субъективно неожиданное") и носит сверхинтенсивный характер с мгновенной мобилизацией энергетических ресурсов. Возникновение аффективного взрыва у обвиняемого облегчается при неблагоприятном психофизиологическом его состоянии (переутомлении, астении, соматическом заболевании). Принятие решения и выбор действия происходят неопосредованно, импульсивно и безальтернативно. Оценка ситуации и самооценка на этапе формирования побуждения и выбора действия грубо дихотомична. Агрессивное действие во время физиологического аффекта — это первое и единственное эмоционально обусловленное решение, в сознании не актуализируются иные возможные выходы из психотравмирующей ситуации, что субъективно переживается как "субъективная безвыходность".

При оценке психологического механизма физиологического аффекта уместнее говорить не об автоматизированности действий, а об автоматизированность мотивации. Инициация действия практически слита с выбором действия, что субъективно обвиняемыми ощущается как "субъективная внезапность" импульса к действию. Рефлексия как решение задачи на смысл практически отсутствует — субъект не успевает осознать основания своего поведения. Это приводит к тому, что чаще всего на постаффективной стадии наступает субъективное "отчуждение" криминального действия — подэкспертные лица не могут поверить, что они смогли совершить криминально-агрессивные акты. Рефлексия как объективация нарушена в силу частичного сужения сознания: человек не может в момент совершения деликта осознать в полной мере окружающую обстановку, реальную ситуацию, его восприятие отличается фрагментарностью и неполнотой как во времени, так и в пространстве. Инициированное действие практически не может быть изменено или приостановлено — окончание криминального действия происходит не в связи с изменением ситуации, а вследствие истощения аффективного побуждения, что закономерно приводит к физической и психической астении, обусловленной бурной энергетической разрядкой, которая в ряде случаев может сопровождаться дезорганизацией психической деятельности и неполным осознанием случившегося. Само действие не поддается опосредованию и контролю, прогноз результата возможен, но малодифференцирован (прогнозируется не убийство, а избавление от психотравмирующего, опасного, угрожающего и т.п. воздействия), оценка отдаленных последствий отсутствует, что указывает на полностью ситуационный характер мотивации при физиологическом аффекте.

При выраженных аффективных состояниях, особенно у лиц с пограничными психическими нарушениями (при некоторых видах органической и личностной патологии), могут наблюдаться и элементы иллюзорного восприятия, дереализации и деперсонализации, а также двигательные автоматизмы, однако их наличие не является обязательным для диагностики аффекта. Дополнительными признаками аффекта являются и нарушения речи, и вегетативные проявления на высоте эмоциональной реакции, однако при отсутствии свидетелей преступления эти признаки, как отмечалось выше, могут быть не отражены в материалах уголовного дела.

Таким образом, при физиологическом аффекте как непосредственной аффективной реакции в ответ на противоправные или аморальные действия потерпевшего ограничены как внешние ресурсы свободы выбора действия (поведением потерпевшего, психотравмирующими особенностями ситуации), так и внутренние (в силу частичного сужения сознания). Способность к переходу на смысловой уровень регуляции поведения практически отсутствует — доминирует потребностно-реактивная логика поведения. Субъективно человеком это ощущается как совершение "чуждых" ему действий, а одним из дополнительных экспертных критериев, отражающих снижение уровня регуляции аффективного поведения, является несоответствие действий обвиняемого в состоянии физиологического аффекта его ценностно-смысловой сфере, направленности его личности или типичным для него способам реагирования.

В то же время содержательную характеристику переживаний, наступающих у обвиняемого после осознания случившегося ("чувство раскаяния, жалости к потерпевшему" и т.п.), нельзя отнести к критериям диагностики физиологического аффекта, поскольку они отражают не динамику и глубину эмоционального возбуждения, а реакцию обвиняемого на случившееся. Такая реакция лежит вне структуры аффекта и чаще всего определяется структурой личности обвиняемого, а не только его эмоциональным состоянием.

При физиологическом аффекте ограничение свободы при выборе действия обусловлено прежде всего очень высоким уровнем эмоционального возбуждения, возникшего в ответ на психотравмирующую ситуацию, которое сопровождается частичным сужением сознания. При этом варианте экспертный вывод о том, что обвиняемый в момент совершения инкриминируемого ему деяния находился в состоянии аффекта, может быть использован судом для квалификации внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями потерпевшего, как одного из признаков состава преступлений ст. 107, 113 УК РФ.

Приведем примеры, иллюстрирующие экспертную диагностику физиологического аффекта у обвиняемого.

Обвиняемый С, 31 гол. Женат, имеет одного ребенка. Разводился с женой, потом снова стали жить вместе. Работал на заводе рабочим. В день совершения правонарушения вернулся домой раньше обычного. Открыв дверь, увидел свою жену и незнакомого мужчину: оба были обнаженные. Схватил металлические щипцы и совершил убийство обоих. Комиссией экспертов признан психически здоровым. Установлено, что в момент совершения инкриминируемого ему деяния находился в состоянии физиологического аффекта.

Обвиняемый У., 19 лет. обвиняется в убийстве незнакомого ему человека. Представитель одной из народностей северокавказского региона. Был воспитан в полной семье, в соответствии с этнокультуральными традициями своей народности — на основе исламских традиций, в духе почтительности к родителям и старшим, развития чувства собственного достоинства и т.п. В лагере для беженцев встретил незнакомого мужчину старше себя, разговорился с ним. Вдруг неожиданно для У. его собеседник стал оскорблять мать У., заявив, что его мать "гулящая", "спала со всеми". В ответ на эти высказывания У. совершил убийство этого мужчины, нанеся тому 98 ударов ножом в различные части тела.

При экспериментально-психологическом обследовании было выявлено, что для У. особо значимы ценностные религиозные ориентации, культуральные нормы поведения. Он привержен следованию социально одобряемым нормам поведения, в то же время его отличает эмоциональная неустойчивость, аффективная ригидность, импульсивность и снижение опосредованности в поведении, высокая чувствительность, активность, смелость. Психологический анализ материалов уголовного дела позволил прийти к выводу, что У. в момент совершения инкриминируемого ему деяния находился в состоянии физиологического аффекта с типичной трехфазной динамикой возникновения и развития эмоциональной реакции. На первой фазе эмоциональной реакции у У. наступило ощущение субъективной безвыходности из сложившейся ситуации с одновременной субъективной внезапностью аффективного взрыва. На стадии аффективного взрыва у него наблюдалось частичное сужение сознания с фрагментарностью восприятия, заполненностью сознания переживаниями обиды и ярости, нарушениями регуляции своих действий с двигательными автоматизмами. Постаффективная стадия характеризовалась выраженной астенией, ощущением опустошенности и усталости. Экспертами было также установлено существенное влияние ИПО в виде этнокультурально обусловленных ценностных ориентации, которые способствовали восприятию действий и высказываний потерпевшего как особо психотравмирующих и тем самым оказали существенное влияние на его поведение, явившись одним из условий генеза физиологического аффекта. Психиатрами у У. были диагностированы последствия травматического поражения головного мозга.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >