Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow ИСТОРИЯ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ XVIII — НАЧАЛА XX ВЕКА
Посмотреть оригинал

Российские просветители XVIII - начала XIX в.: деятельность и идеи

Просвещение как культурно^историческая эпоха переживается национальным самосознанием только в том случае, если к государственной политике просветительства присоединяется общество. Сначала это происходит при помощи отдельных выдающихся личностей — просветителей. Так в европейском Просвещении возвысились фигуры Данте, Эразма Роттердамского, а позже — Дидро, Вольтера. Они становятся апостолами нового культа — культа науки, разума и книги.

В России такие мощные фигуры появились в середине XVIII в., когда к усилиям власти на ниве национального просвещения стало подключаться общество.

Типы просветителей XVIII в.

Роль первого просветителя в России выполнило само государство, люди у .трона, петровская «ученая дружина». Она подбиралась как группа лично преданных государю людей, которые ревностно выполняли его волю, проводили в жизнь его концепцию преобразования России. Среди них: Я.В. Брюс, Д.К. Кантемир, В.Н. Татищев, А.П. Волынский, Г.Ф. Бужинский, Ф. Прокопович. Все они были яркими личностями, которые, однако, рассматривали собственный талант и знания как орудие «блага государства». Их еще нельзя назвать собственно просветителями. Это, скорее, ученые люди, талантливо и изобретательно исполнявшие государственную политику и личные идеи императора. Несмотря на приметы энциклопедических знаний у представителей «ученой дружины», они прежде всего были «слуги государевы». Когда В.Н. Татищев, поклонник просвещения и «дедушка исторической науки» в России, увлекшись рационализмом, выставил напоказ свой атеизм, Петр I не постеснялся пустить в ход свою знаменитую дубинку. Государева рука возымела действие.

Во второй половине XVIII века, особенно в последнее его двадцатилетие, в России заявил о себе слой образованных людей, воспринявших и усвоивших европейскую систему знаний и культурных ценностей. Этих людей привлекала интеллектуальная деятельность сама по себе, а не как профессия или источник заработка.

Типы просветителей екатерининского времени сформировались в процессе усвоения европейской интеллектуальной традиции и выработки собственных взглядов. Они определили облик социокультурных явлений нового века: русскую литературу и журналистику, этику нового времени, социально-философские концепции на основе просветительских идей.

Все они были ярчайшими и самобытными личностями. Но все- таки можно условно выделить три типа первых русских просветителей: ученые-энциклопедисты, общественные деятели на литературном и журналистском поприще и мыслители-«бунтовщики». Это деление при всей условности отражает те пути, на которых формировалась независимая мысль и самостоятельная культура России.

Звездой первой величины среди русских энциклопедистов XVIII в. был, безусловно, М.В. Ломоносов. Объем и результаты его многогранного творчества под стать трудам Петра Великого. Его деятельность охватывала столько областей знаний и искусств, что еще в начале XIX в. в Европе бытовало мнение, что это два разных человека: Ломоносов-химик и Ломоносов-поэт. Этот человек обладал главным талантом — талантом учиться.

Он первым стал трактовать слово «литература» не как развлечение, а как средоточие мысли и орудие разума. Его возвышенная или сатирическая поэзия имела одно постоянное свойство, созвучное натуре Петра I, которого Ломоносов боготворил, — приоритет полезности. В своем сочинении «Риторика» он писал, что если в литературном произведении нет «никакого учения добрых нравов и политики», то оно бесполезное и ненужное. Он был поэтом с головой ученого. Его рационализм не останавливался перед использованием поэзии для обучения серьезным наукам:

Неправо о вещах те думают, Шувалов,

Которые Стекло чтут ниже Минералов.

А его стихотворение «Случилось, два астронома в пиру» возводит научный спор в ранг политической сатиры на невежество.

Основным стержнем деятельности Ломоносова было стремление переориентировать русское общество на идеи современного ему научного знания. Этой задаче были подчинены его труды в Академии наук, заботы о Московском университете, просветительская работа. Он прилагал усилия для того, чтобы соединить «художества», литературу, ремесла, заводское производства единой основой в виде научного знания. Трудно назвать область творчества, к которой бы так или иначе не прикоснулся его гений: сочинял стихи и писал об основах металлургии; учреждал журнал и составлял мозаичные картины; размышлял о государственных делах и искал объяснения природным явлениям. Он мог бы о своем интеллекте сказать словами из собственного «Письма о пользе стекла»:

Открылась бездна, звезд полна;

Звездам числа нет, бездне — дна.

Как мы уже говорили, главным содержанием культурного процесса «вестернизации» было ученичество, усвоение, адаптация европейского знания. Можно сказать, что М.В. Ломоносов был из первых русских людей, которые успешно закончили эту «школу» и пошли дальше. Он вышел на такой уровень, где ученичество перерастает в самостоятельное творчество. Лучше многих усвоив достижения европейской науки, М.В. Ломоносов оказался способен стать родоначальником отечественной науки, поэзии, литературы нового, просвещенческого типа. Обращаясь к молодому поколению российских ученых, он писал полные надежды строки:

О ваши дни благословенны!

Дерзайте выше ободренны Раченьем вашим показать,

Что может собственных Платонов И быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать.

А.С.Пушкин писал о нем: «...Ломоносов был великий человек. Между Петром I и Екатериной II он один является самобытным сподвижником просвещения. Он создал первый университет. Он, лучше сказать, сам был первым нашим университетом...»

Энциклопедизм эпохи порождал людей энциклопедического типа. Деятельность, жизнь и научные занятия М.В. Ломоносова демонстрируют принципиально новую и важную черту русской культуры второй половины XVIII века. Эпоха Просвещения порождала сознание универсальности знания, единства всех стран, охваченных ее идеями.

Рядом с М.В. Ломоносовым среди энциклопедистов XVIII в. может быть поставлена Е.Р. Дашкова. Она активно участвовала в дворцовом перевороте, который привел к власти Екатерину II, за что получила титул статс-дамы. Подобно своей высокой покровительнице, Е.Р. Дашкова имела обширные научные связи с европейскими просветителями. Она переписывалась и общалась с д’Аламбером, Дидро, Рейналем. Еще обширнее были ее связи в Англии — историки У. Робертсон и А. Фергюсон, физик Дж. Блэк, экономист А. Смит. По ее предложению членом Петербургской Академии наук стал Б. Франклин, один из авторов американской конституции. По рекомендации Б. Франклина Е.Р. Дашкова была избрана членом философского общества в Филадельфии.

После размолвки с императрицей она удалилась от двора. Но за свои обширные познания и научные связи по всему миру получила должность первого президента новой Российской Академии. Российская Академия в отличие от петровской Академии наук была образована как специальный научный центр по изучению русского языка и словесности. Ее план был разработан самой Дашковой, которая успешно управляла этим учреждением более десяти лет.

Российская Академия сыграла значительную роль в развитии гуманитарных наук, выработке нового литературного языка, в становлении русской словесности. В числе ее членов были Фонвизин, Державин, Вяземский, Жуковский, Крылов, Пушкин. А.И.Герцен писал об этой замечательной женщине: «В Дашковой чувствуется... что-то сильное, многостороннее... петровское, ломоносовское, но смягченное аристократическим воспитанием и женственностью».

Другой, наиболее распространенный тип просветителей XVIII в., посвятивших себя общественной деятельности, представлен фигурой Н.И. Новикова, поэта, сатирика, книжника, члена масонской ложи, публициста, человека удивительной и трагичной судьбы. Главным орудием этой группы просветителей служило печатное слово.

Н.И. Новиков вдохновлялся идеей духовно-нравственного совершенствования, не останавливаясь перед критикой пороков «не- разумения» со стороны государства и церкви. По его мнению, наилучшим средством для «исправления нравов» были просвещение и смех. Он создал русскую сатирическую журналистику, став в этом деле победоносным соперником самой Екатерины II.

Державная просветительница, играя в «равенство по разуму», начала издавать журнал «Всякая всячина», объявив себя «частным лицом» и разрешив печатать любые другие сатирические журналы без всякой цензуры. Н.И. Новиков принял государственный вызов и стал издавать свой сатирический журнал: сначала это был «Трутень», в котором материалы печатались под псевдонимом «Прав- дулюбов». Он следовал призыву самой просвещенной государыни обличать зло и способствовать его искоренению. Но подхватив императорский пример в критике государственных злоупотреблений, Н.И. Новиков показал себя более талантливым и остроумным сатириком. Там, где правительственный журнал ограничивался иронией и мягкой усмешкой, новиковский «Трутень» применял жестокую сатиру и безоговорочное осуждение. В конце 70-х гг. журнал Екатерины II и общественный журнал Новикова обсуждал тему чиновничьих взяток. Позиция просветителя была такой бескомпромиссной, что государыня была поставлена в весьма неловкое положение едва ли не защитницы «слабости» взяточников и была принуждена поддержать общественный журнал. Публичное осуждение «мздоимства» как злостного «порока», а не извинительной «слабости» было первой победой общественной публицистики.

Раздражение державной журналистки успехами удачливого соперника сначала проявлялось в призывах к сдержанности и мягкости, затем последовали суровые предупреждения. Резкое недовольство императрицы вызвал эпиграф новиковского журнала «Они работают, а вы их труд ядите...» (из басни А.П. Сумарокова). Дуэль официальной и общественной журналистики закончилась вполне в духе российского просвещенного абсолютизма: в 1792 г. Н.И. Новиков оказался в Шлиссельбургской крепости, освободил его Павел I. По свидетельству журнала «Русская старина» за 1872 г., уже после ареста Н.И. Новикова, читая материалы следствия, Екатерина II заметила: «Я всегда успевала управляться с турками, шведами и поляками, но, к удивлению, не могу сладить с армейским поручиком».

Журналистика 70—90-х гг. XVIII в. сыграла решающую роль в становлении в России общественного мнения. Первые просветители пошли вместе с Екатериной ею же выбранным путем, но вскоре «глупые и неблагодарные» сограждане обогнали власть в просветительской политике, а затем стали искать и собственные пути.

Момент, на котором власть и «общественное мнение» начали расходиться, связан с именем представителя третьего типа: про- светителя-«бунтовщика» А.Н. Радищева. Уникальность А.Н. Радищева состоит не в его практическом вкладе в дело просвещения (гораздо больше здесь сделал Н.И. Новиков), но в том, что он был первым среди российских просветителей, который не только не участвовал в просветительской политике власти, но и выступил против ее результатов.

Дело в том, что до А.Н. Радищева все просветители находились под обаянием идеи «мудреца на троне». А свою роль они видели в том, чтобы помочь, подсказать, предугадать. Их этика и гуманистические взгляды вполне уживались с самодержавием и крепостничеством. Самый значительный поэт XVIII в. Г.Р. Державин участвовал в подавлении пугачевского бунта, писал язвительные стихи по поводу французской революции. Слова Г.Р. Державина «змеей пред троном не сгибаться, стоять и правду говорить», «истину царям с улыбкой говорить» мог повторить каждый из когорты просветителей в качестве своего жизненного кредо.

А Н. Радищев в эту когорту просветителей не вписывается. Он не был вовлечен в общественную жизнь, молодость провел за границей, а затем служил в петербургской таможне. Его первое известное произведение — ода «Вольность» (1780 г.), а главная книга — «Путешествие из Петербурга в Москву» (1789 г.). Он первым заговорил не просто о свободе личности, но о свободе гражданской, т. е. отделил подданного от государства, сделав его гражданином. В его произведениях впервые в русской литературе появилась позиция гражданина, который подчиняется не воле государя, а законам. Радищев первый поднял голос против власти, разрушая миф о «просвещенном самодержавии». Его слова «Самодержавие есть наипротивнейшее человеческому естеству состояние» были адресованы уже следующему веку и определили путь русской общественной мысли на столетие вперед. А.Н. Радищев — это своего рода мостик между просветителями XVIII в. и декабризмом.

Конечно, говорить о том, что решающую роль в распространении идеи независимости личности от государства сыграло его «Путешествие» было бы натяжкой. Почти весь крохотный тираж был уничтожен по распоряжению Екатерины II, и в дальнейшем текст распространялся только в списках. Русская публика по-настоящему познакомилась с этим произведением только в конце 50-х гг. XIX в., когда его напечатал в своей заграничной вольной типографии А.И. Герцен, т. е. почти 80 лет спустя.

На следствии А.Н. Радищев говорил, что его книга написана тяжелым языком и потому недоступна читателям, а следовательно, не слишком опасна. И был прав. Он воспитывался в Европе и изучал русский язык по старославянским книгам (Часослову и Псалтыри). Его сочинение написано тем архаичным языком, который в России был понятен уже далеко не всем европейски образованным людям. К тому же Радищев не примкнул к масонам и не мог рассчитывать на популярность своих идей в их среде.

Но свой титул «бунтовщик хуже Пугачева», полученный от императрицы, он заслужил именно тем, что его просветительство резко разошлось с государственным. Более того, его суждения ставили под сомнение всю систему и результаты государственного просветительства, саму идею просвещенного абсолютизма. Он ступил на путь, ведущий к формированию высокой общественной роли литературы и роли самих образованных людей отдельно от политики государства.

И Екатерина смотрела на книгу А.Н. Радищева не как на единичный и малозначительный факт, а как на первый тревожный симптом «рассеивания заразы французской». Вскормленный государственным просветительством слой образованных людей начинал выходить из повиновения «просвещенному монарху». Сенат приговорил А.Н. Радищева к смертной казни, которую императрица заменила десятилетней ссылкой в Сибирь. Вот как оценила власть первую серьезную критику в свой адрес. Травля непокорного довела его до самоубийства в 1801 г.

Написанное в Сибири стихотворение А.Н.Радищева «Осьмна- дцатый век» стало своеобразным памятником уходящему столетию и часто цитируется до сих пор.

...Нет, ты не будешь забвенно, столетье безумно и мудро...

...Мошно, велико ты было, столетье! Дух веков прежних

Пал пред твоим алтарем ниц и безмолвен, дивясь...

Но твоих сил недостало к изгнанию всех духов ада...

Последователи А.Н. Радищева: И.М. Борн, И.П. Пнин, В.В. Попугаев — основали в 1801 г. Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. Оно стало первой в России общественной культурной организацией XIX в.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы