Экономическая этика

В предыдущем параграфе этика рассматривалась в самом общем плане. На этот раз мы предпримем попытку конкретизировать ее применительно к экономике. Следует отметить, что отношения этики и экономики складываются далеко не просто. В их развитии отчетливо выделяются три этапа.

  • 1. Вплоть до возникновения научной экономики этика была органично вплетена в само экономическое знание. Показательны в этой связи позиции Аристотеля и Фомы Аквинского, рассматривавших экономические вопросы в контексте этического принципа справедливости.
  • 2. Первые этапы развития научной экономической теории приводят к вытеснению этики за ее пределы. В связи с этим показательны позиции А. Смита и А. Маршалла. Оба являлись профессиональными этиками. Но в их экономических теориях этика как таковая отсутствует. Отчуждение этики от экономики связано также с некритическим противопоставлением позитивной и нормативной экономической теории. Первая из них якобы не оперирует ценностями и, следовательно, чужда этике. Нам уже приходилось отмечать, что вся экономическая наука имеет ценностный, аксиологический характер. Следовательно, нет никаких оснований для отчуждения от этики любой части экономической науки.
  • 3. Многочисленные экономические проблемы, подобные, например, коррупции и безудержному обогащению элиты, вновь возвращают интерес экономистов к этике. Но на этот раз их уже не устраивают положения метафизической этики. Они стремятся развить этику на собственно экономической базе. В результате этика приобретает по отношению к экономике не внешний (экзогенный), а внутренний (эндогенный) характер. В этой связи очень показательна позиция Нобелевского лауреата Амартиа Сена. Он считает, что если экономика будет уделять большее внимание этике, то она станет более продуктивной. На первый взгляд кажется, что Сен похож на тех философов, которые, не будучи компетентными в области экономики, тем не менее предлагают свои экономические рецепты. Но в том-то и дело, что он разительно отличается от них. Рассматривая трудности самой экономической теории, Сен приходит к выводу, что в некоторых случаях- например, тогда, когда нецелесообразно допускать значительные транзакционные издержки, связанные с межличностными сравнениями полезностей индивидов, - уместно обратиться к правилу свободного выбора, или свободы. При этом ценности либерализма не вносятся в экономику извне, а функционируют в качестве ее собственных оснований. Степень одобрения этих оснований определяется не априорно, а лишь в связи с анализом концептуального содержания экономики.

Таким образом, в современном ее понимании экономическая этика не экзогенна, а эндогенна по отношению к экономическому знанию. Иначе говоря, в экономике приветствуется не метафизическая, а научная этика. Есть и такие экономисты, которые полагают, что в области этики достаточно оперировать положениями метафизической, например христианской, этики. Но при ближайшем рассмотрении выясняется, что эти положения для разрешения экономических проблем недостаточны.

В 1970-х гг. в США случилось в контексте обсуждаемой тематики знаменательное событие- сложилась особая дисциплина, которую назвали бизнес-этикой. Обычно выделяют три ее сферы: 1) этика в бизнесе, 2) бизнес-этика как академическая дисциплина, 3) бизнес-этика как общественное движение. Этика в бизнесе явилась реакцией на злоупотребления и скандалы в области экономической жизни. Этика бизнеса как общественное движение охватывает одну страну за другой, став к настоящему времени международным феноменом. Как выяснилось, без этического контроля экономические явления выпадают из поля социальной ответственности, что связано с целым рядом неприемлемых последствий. Возрастание интереса к этической проблематике не могло не привести к возникновению особой академической дисциплины - бизнес-этики. Ее становление обусловило необходимость уточнения содержания соотношения этики и экономики. До сколько-нибудь полной ясности в этом вопросе еще очень далеко.

Итак, актуальная для экономической дисциплины в целом этика должна быть сконструирована внутри нее самой, а не привноситься в нее извне. Знаменитый этический вопрос гласит: "Что я должен делать?" В нашем случае ответ на него кажется довольно простым. Поступай так, чтобы твое действие было признано с позиций самой развитой экономической теории наиболее эффективным. Этот "простой" ответ, стоит только обратиться к экономическим теориям, обрастает многочисленными нетривиальными положениями. Некоторые из них настолько необычны, что впору ставить вопрос о самой возможности экономической этики. С философской точки зрения они представляют несомненный интерес.

Экономическая этика предполагает сравнение состояний экономической системы. В отсутствие такого сопоставления невозможно определить, чего следует избегать и к чему следует стремиться. Поскольку этика изучает взаимоотношения людей, постольку в нашем случае особый интерес представляет теория общественного благосостояния.

Согласно критерию И. Бентама, благосостояние общества определяется счастьем наибольшего числа людей, т.е., стремясь к нему, следует максимизировать сумму индивидуальных полезностей. Такой рецепт во многих отношениях замечателен, но его очень непросто, если вообще возможно, органично увязать с концептуальным строением экономической теории.

Согласно критерию В. Парето, оптимальным является такое состояние экономики, при котором невозможно улучшение положения одних членов общества без ухудшения ситуации для других. Критерий Парето позволяет понять наилучшее положение вещей. Но, во-первых, оно не всегда достижимо. Во-вторых, критерию Парето не достает динамичности, он не позволяет упорядочить по предпочтительности весь спектр экономических состояний.

Разумеется, опора даже на самую лучшую экономическую теорию не избавляет от трудностей, связанных с ростом знания. А само его наличие уже свидетельствует о несостоятельности абсолютных этических рецептов. А. Сен считает, что основной этико-экономической ценностью является не богатство, не изобилие, не достижение общепризнанных жизненных стандартов и даже не свобода или справедливость, а право на реализацию своего критического мнения. На наш взгляд, главенствующей этической преференцией является возможность проблематизации и тематизации экономической теории и принятие в соответствии с их результатами наиболее эффективных решений.

Ни в одной отрасли знания, в том числе и в экономике, нет таких аномалий, осмысление которых в конечном счете не включалось бы в соответствующий научно-теоретический ряд и строй. Вот им-то как раз и нет альтернативы. Показательно в этой связи, как трудно идет осмысление интеграции в экономическую теорию психологических исследований, в частности Г. Саймона, Д. Канемана и А. Тверски. Ими было показано, что индивидуальное поведение субъектов, как правило, отличается от того, которое признается образцовым с точки зрения ортодоксальной экономической теории. В этой связи стали говорить об "ограниченной рациональности". М. Блауг, один из авторитетнейших методологов-экономистов, не без иронии использует выражение "рациональность как святыня" и даже подвергает критике постулат рациональности. Создается представление, что рациональность следует дополнить иррациональностью, следовательно, теоретичность- атеоретичностью. Но в этом нет абсолютно никакой необходимости. Исследования Саймона и Канемана привели к некоторому изменению экономической теории, а не к добавлению к ней какого-то нетеоретического довеска. В связи с их исследованиями правомерно ставить вопрос не об ограниченном, а о новом экономическом рационализме, представленном, как и раньше, научно-теоретическим рядом и строем.

Кстати, с теоретической точки зрения нет ничего удивительного в необразцовости индивидуального поведения. В одних случаях это объясняется недостаточной компетентностью авторов. В других- тем, что некоторые ценности не были учтены в экономической теории. В результате получают объяснение как следование теоретическим образцам, так и отклонение от них.

Рафинированный характер современного экономического научно-теоретического ряда показывает, что исследователи, навязывающие экономике этические стандарты, не координирующие с ее содержанием, поступают неосторожно. Это содержание чрезвычайно специфично и не признает над собой никакого диктата.

Выше экономическая этика неоднократно характеризовалась с позиций концепта эффективности. Но то, что признается эффективным одними людьми, например собственниками предприятия, может быть неэффективным для служащих. Этика предполагает сочетание интересов всех людей в интересах общего для них дела. Окончательных рецептов на этот счет не может дать ни одна теория. Этическое дело предполагает творческий поиск. Это обстоятельство хорошо известно в менеджменте. В процессе развития управленческой мысли неизменно выяснялось, что игнорирование интересов какой-либо группы людей или даже отдельных лиц неизменно приводило к негативным результатам.

Этика, как правило, предполагает охват широкого круга явлений. Можно сказать, что она ставит во главу угла общее благо. В этой связи необходимо учитывать соотносительность экономического с другими областями общественной жизни, например с политикой. Каким образом можно учесть междисциплинарный аспект взаимосвязи общественных наук и его этическую значимость? На наш взгляд, связь между разнотипными общественными реалиями имеет семиотический (знаковый) характер. Экономические ценности и законы могут быть знаком политических и, наоборот, политические ценности и законы способны представлять их экономические аналоги. Экономическая этика связана с другими этиками - политической, юридической, экологической- семиотическими связями. Каждая из этик имеет эндогенный характер по отношению к своей базовой теоретической дисциплине, но она экзогенна относительно других этик.

Наконец, следует отметить органическую связь экономической этики с этикой ответственности. Тот, кто не берет на себя ответственность за общее благо, не способен занять этическую позицию. Интересно, что многие экономисты стремятся всячески подчеркнуть свою отстраненность от людей практики. Мы, мол, только ученые, наша ответственность не идет дальше теории. В своей Нобелевской лекции (1970) П. Самуэльсон сказал следующие знаменательные слова: "Только в последней трети нашего века, уже в период моей научной деятельности, экономическая теория начала активно претендовать на то, чтобы приносить пользу бизнесмену-практику и государственному чиновнику". Наконец-то спустя два века после конституирования своей науки экономисты осознали, что они могут помочь практикам своими рекомендациями относительно должных акций.

Диалог

  • - Ни в одной из экономических книг я не обнаруживаю этику. Может быть, она вообще не нужна ?
  • - Не торопитесь с окончательными выводами. Попытайтесь понять проблемные аспекты экономической теории.
  • - Пытаюсь, по все равно не вижу потребности в этике.
  • - А Вы уверены, что теория нацелена на достижение общественного блага, что она не будет поставлена на службу коррупционным силам?
  • - Не уверен. Но, на мой взгляд, одного утверждения, что следует стремиться к достижению всеобщего блага, недостаточно для превознесения этики. Солидная дисциплина ведь не состоит из одного положения.
  • - Этика - это не одно положение, а самые разнообразные проблематизации, направленные как на обеспечение экономического развития, так и на достижение всеобщего блага. Это отсутствие самоуспокоенности, постоянное стремление, не довольствуясь наличным, добиться большего. Этика, как правило, не сводится к готовым рецептам. Поэтому порой кажется, что можно вообще обойтись без нее.

Выводы

  • 1. Конституирование экономики в качестве самостоятельной дисциплины привело к ее известному отчуждению от этики. Это отстранение во многом явилось результатом экономического методологического дуализма, противопоставления позитивной и нормативной теории. Считалось, что первая, чуждая этике, как раз и выражает сущность экономики.
  • 2. Осознание органического единства экономики и этики пришло в 1970-х гг. Однако осмысление этой связи встретилось со значительными затруднениями.
  • 3. Экономическую этику нельзя позаимствовать у метафизики. Она вырабатывается в процессе критики, проблематизации и тематизации экономической теории. Именно поэтому экономическая этика эндогенна сфере экономического знания.
  • 4. Актуальность экономической этики определяется ее нацеленностью на претворение в жизнь наиболее эффективных решений.
  • 5. Метаморфозы экономической теории, связанные в частности с теорией игр, концепциями общего равновесия, теорией коллективного выбора, неизменно изменяют содержание экономической этики.
  • 6. Экономическая теория и соответственно экономическая этика не находятся в кризисе, они обе подвергаются сложным перестройкам.
  • 7. Современная экономическая этика развивается под эгидой принципа ответственности.
  • 8. Ощущается острая потребность в дополнительном изучении характера взаимосвязи экономики и этики. В его отсутствие экономическая этика непременно приобретает метафизический вид, заимствуя свое содержание из устаревших этических систем.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >