Федеративное государство

Во многих странах современного мира утвердился федеративный тип государственно-территориального устройства. К числу таких стран относятся Австралия, Австрия, Аргентина, Бразилия, Индия, Канада, Малайзия, Мексика, Нигерия, США, ФРГ и др. Федеративный путь государственного обустройства избрала и новая Россия — именно поэтому она и называется Российской Федерацией.

Те или иные элементы федерализма существовали еще в античной Греции. В современном смысле федерализм связан с возникновением буржуазного общества и национального государства. Зачинательницей и одной из первых федераций была Нидерландская республика семи соединенных провинций, основанная в 1579 г., однако в силу целого ряда причин она вскоре потерпела неудачу. Наиболее старой из всех существующих федераций являются США, основанные Конституцией 1787 г.

Отцом-основателем теории федерализма считается Й. Альтузиус (1562—1638), который разработал так называемую федеральную теорию народного суверенитета. Согласно той теории государство характеризовалось как союз общностей, иерархически возвышающийся над меньшими по размерам общностями или союзами, связанными между собой прямо или косвенно особым соглашением. Особенно большую популярность идеи федерализма получили во второй половине XIX в. и в XX в., когда интенсифицировались процессы образования современных национальных государств.

Известный французский автор XIX в. П. Ж. Прудон даже предсказывал, что "XX век откроет эру федераций". Как бы подтверждая правоту Прудона, известный французский социолог Р. Арон рассматривал федерализм как единственное пригодное для наших дней средство налаживания порядка, способное вывести из тупика.

Федерация представляет собой союзное государство, состоящее из множества (как в случае с Россией и США) или нескольких (Канада) государственных образований, обладающих определенной степенью самостоятельности в тех или иных сферах общественной жизни. Федеративное устройство призвано обеспечить хозяйственное и политическое единство страны с большой территорией и разобщенными районами. Оно успешно сочетает в себе преимущества государственного единства и централизованной власти со сбалансированной самостоятельностью субъектов. Здесь общая воля, служащая в качестве некоей невидимой оси государства, вырабатывается как бы из двух источников: волеизъявления всех ее граждан, с одной стороны, и государств-членов — с другой.

Федеративное устройство государства существенным образом отражается на структуре высшего законодательного органа, который состоит из двух равноправных палат, например сената и палаты представителей Конгресса США, Совета Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания РФ. Существование двух палат позволяет сочетать представительство населения страны в целом с территориальным представительством от земель, штатов, провинций, а в Российской Федерации от национальных республик, краев и областей. Две палаты отличаются друг от друга по своим функциям, властным прерогативам, а во многих случаях — и по способу избрания их депутатов. Если нижние палаты, как правило, формируются посредством прямых выборов, то верхние палаты в разных странах комплектуются по-разному. Например, в США члены сената, выступающего в качестве верхней палаты, избираются путем прямого тайного голосования жителей каждого отдельно взятого штата как представителя данного штата. В России же депутаты Совета Федерации избираются законодательными собраниями соответствующих субъектов Федерации.

В принципе федерация как единое неделимое государство немыслима без ее безусловного суверенитета на всей занимаемой ею территории. Вместе с тем федерация — это объединение государств или государственных образований. Здесь два источника и уровня власти: центральное, или федеративное, правительство и правительства отдельных штатов (как в США, Индии, Мексике и т.д.), земель (как в ФРГ), провинций (как в Канаде), республик, краев и областей (как в Российской Федерации). Последние часть своих властных полномочий делегируют федеральному правительству. Как правило, в его ведение передаются основополагающие для любого государства проблемы обороны, внешней политики, денежного обращения и финансового регулирования, политика в области труда и трудовых отношений, социальной защиты населения и т.д.

Полномочия по всем вопросам, не переданным федеральному правительству, остаются за субъектами федерации. При разграничении прерогатив и компетенций между двумя уровнями обеспечивается верховенство федеральной конституции и законов, соответствие им конституций и законов субъектов федерации. Одним из важнейших принципов федерализма можно считать так называемую субсидиарность. Ее суть состоит в распределении полномочий, или предметов ведения, между различными уровнями власти таким образом, что в ведении верхних эшелонов власти остаются только те функции, которые они могут выполнять лучше, чем нижние эшелоны.

Из принципа субсидиарности вытекает принцип автономности, самоуправляемости субъектов федерации. Субъекты федерации, а именно земли в Австрии и Германии, штаты в США, провинции в Канаде, республики, края, области в Российской Федерации, имеют право принимать собственные конституции и законы, обладают значительной степенью самостоятельности в решении достаточно широкого круга проблем. Проблемы, как правило, решаются на том уровне, на котором они возникают.

Иначе говоря, власть осуществляется множеством правительственных органов, каждый из которых обладает своими властными прерогативами и компетенциями. Имеет место определенное разделение власти по вертикали, призванное сдерживать и уравновешивать вес и влияние различных уровней и органов управления. Федерализм подразумевает многообразие реализации властных функций в рамках упорядоченной структуры связей. Здесь мы имеем не слияние, а единство в многообразии.

Различаются договорные и конституционные федерации. В первом случае федерация — это объединение государств, которые на основе договора делегировали ряд своих прав и прерогатив общему для всех них центральному правительству. При этом каждый член федерации сохраняет за собой суверенитет в принадлежащей ему юрисдикции. Центральное правительство не может внести каких-либо изменений в конституционный договор, а каждый член может при желании расторгнуть этот договор.

В конституционной федерации не предусмотрено право какого-либо из субъектов выйти из союза. В истории было несколько случаев разделения федерации. В 1965 г. из федеративного государства Малайзия, образованного в 1963 г., вышел один из штатов — Сингапур, определившийся как самостоятельное суверенное государство. В 1992 г. Чехословацкая федерация распалась на два самостоятельных государства — Чехию и Словакию.

Попытки же силового решения проблем выхода из федерации, как правило, чреваты непредсказуемыми кровавыми последствиями. Это воочию продемонстрировали события и перипетии, связанные с выходом из состава США одиннадцати южных штатов в начале 1860-х гг., развалом СССР и Югославии в наши дни.

Исторический опыт, особенно опыт нашей страны, Югославии и Чехословакии, показал бесперспективность попыток разрешения национального вопроса в рамках федерации путем ее национально-политической организации. С этой точки зрения для нас несомненный интерес представляет то, что перед такими классически федеративными государствами, как США и Германия, продемонстрировавшими свою жизнеспособность и пригодность для истории, не стояла проблема решения национального вопроса. В них политико-территориальное деление не привязано к национально-территориальному делению, а определение национальности привязано к гражданству страны.

Конфедерация

Конфедерация представляет собой внутренне противоречивую форму политической организации. Для нее прежде всего характерны юридические споры, немыслимые для федеративного и унитарного государств. Здесь каждое входящее в конфедерацию государственное образование почти в полном объеме сохраняет свои властные прерогативы, поэтому центральное правительство запрашивает у правительств отдельных государственных образований полномочия для выполнения тех или иных проблем, и именно последние решают, какие именно полномочия предоставить центральному правительству.

Поскольку слабое центральное правительство получает средства на свою деятельность за счет более или менее добровольных взносов от нижестоящих правительств, индивидуальный гражданин испытывает на себе влияние центрального правительства лишь косвенно и отдаленно. В целом можно утверждать, что федерация предполагает наличие центра, который вправе принимать властные решения, затрагивающие всех субъектов федерации. Конфедерация же, будучи союзом независимых государств, таким центром не располагает.

В качестве примеров конфедерации можно привести США со времени завоевания независимости в 1776 г. до принятия Конституции Континентальным конгрессом в 1787 г. (точнее, до ее введения в действие в 1789 г.), Германский союз в 1815— 1867 гг.

Здесь особняком стоит Швейцария. Швейцарская конфедерация возникла в 1291 г. как союз трех кантонов (Швиц, Ури, Унтервальден) для защиты от притязаний монархии Габсбургов. По-видимому, ее можно относить к конфедерациям в лучшем случае до середины XIX в. Дело в том, что на протяжении всей ее истории в ней все более отчетливо преобладала тенденция к дрейфу в сторону федерализма.

Как показал исторический опыт, конфедерация является одной из самых нежизнеспособных форм государственного устройства. По-видимому, прав один из отцов-основателей Общего рынка Ж. Моне, который говорил, что существует два типа конфедераций: те, которые трансформируются в федерации, и те, которые терпят неудачу. США, которые из слабо структурированной конфедерации превратились в мощное федеральное государство, и Швейцария, которая, формально сохранив название конфедерации, наделе приобрела качество федерации, подтверждают обоснованность этого тезиса.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >