ОБОБЩЕНИЕ ОПЫТА РАБОТЫ В ОЧАГАХ СТИХИЙНЫХ БЕДСТВИЙ И КАТАСТРОФ

По результатам обследования населения и военнослужащих, подвергшихся воздействию экстремальных факторов, моделирующих применение оружия массового поражения, нами было выделено семь последовательных стадий изменения их психического состояния и восстановления военно-профессиональной работоспособности.

1. «Стадия витальных реакций» — длится от нескольких секунд до 5—15 минут, когда поведение практически полностью подчинено императиву сохранения собственной жизни, с характерными сужением сознания, редукцией моральных норм и ограничений, нарушениями восприятия временных интервалов и силы внешних и внутренних раздражителей (включая явления психогенной гипо- и аналгезии даже при травмах, сопровождавшихся переломами костей, ранениями и ожогами 1—2-й степени до 40% поверхности тела). В этот период характерна реализация преимущественно инстинктивных форм поведения, в последующем переходящих в кратковременное (тем не менее — с широкой вариативностью) состояние оцепенения.

Длительность и выраженность витальных реакций в существенной степени зависят от внезапности воздействия экстремального фактора. Например, при внезапных мощных подземных толчках, как это было при землетрясении в Армении, или взрыве газа и крушении поезда под Уфой в ночное время, когда большинство пассажиров спали, имели место случаи, когда, реализуя инстинкт самосохранения, люди выпрыгивали из окон шатающихся домов или горящих вагонов, на несколько секунд (иногда — на минуты и даже часы) «забывая» о своих близких. Но если при этом они не получали существенных повреждений, через некоторое время социальная регуляция восстанавливалась, и они вновь бросались в обрушивающиеся здания или пылающие вагоны на спасение прежде всего — своих родных, а затем — всех других. Если спасти близких не удавалось, это определяло течение всех последующих стадий, специфику состояния и прогноз психопатологии на весьма протяженный период. Последующие попытки рационального разубеждения в том, что инстинктивным формам поведения невозможно противостоять или противодействовать, оказывались малоэффективными, и нами применялись другие методы психотерапевтической коррекции.

Апеллируя к недавним трагическим событиям в Беслане (2004), следует признать, что отчасти аналогичная ситуация наблюдалась после внезапного взрыва мины и начала массового расстрела заложников, когда люди, до этого на протяжении нескольких дней находившие единственную поддержку в присутствии рядом ближайших родных, внезапно теряли друг друга.

При пролонгированном воздействии экстремальных факторов (в том числе связанных с длительным ограничением или полным лишением удовлетворения витальных потребностей, например, в пище или воде) постепенно формируются аналогичные реакции, в основе которых лежат властно побуждающие императивы выживания, которые в ряде случаев не могут быть реализованы как коллективные.

  • 2. «Стадия острого психоэмоционального шока с явлениями сверхмобилизации». Эта стадия, как правило, развивается вслед за завершающим период «витальных реакций» кратковременным состоянием оцепенения, длится от 3 до 5 часов и характеризуется общим психическим напряжением, предельной мобилизацией психофизиологических резервов, обострением восприятия и увеличением скорости мыслительных процессов, проявлениями безрассудной смелости (особенно при спасении близких) при одновременном снижении критической оценки ситуации, но сохранении способности к целесообразной деятельности. В эмоциональном состоянии в этот период преобладает чувство отчаяния, сопровождающееся ощущениями головокружения, «бега мыслей» и головной боли, а также сердцебиением, сухостью во рту, жаждой и затрудненным дыханием. Поведение в этот период подчинено почти исключительно императиву спасения близких с последующей реализацией представлений о морали, профессиональном и служебном долге. Эти представления (в стадии «витальных реакций») становятся на какой-то период «отставленными» практически у всех пострадавших, включая подвергшихся психической травме представителей силовых и властных структур. Несмотря на присутствие рациональных компонентов, именно в этот период наиболее вероятны проявления панических реакций и заражение ими окружающих, что может существенно осложнять проведение спасательных операций. До 30% обследованных при субъективной оценке ухудшения состояния одновременно отмечали в этот период увеличение физических сил и работоспособности в 1,5—2 и более раз. Окончание этой стадии может быть как пролонгированным, с постепенным нарастанием чувства истощения, так и наступать внезапно, мгновенно, когда только что активно действовавшие люди оказывались в состоянии, близком к ступору или обмороку, вне зависимости от ситуации.
  • 3. «Стадия психофизиологической демобилизации» — ее длительность до 3 суток. В абсолютном большинстве случаев наступление этой стадии связывалось с пониманием масштабов трагедии («стресс осознания») и контактами с людьми, получившими тяжелые травмы, и телами погибших, а также прибытием спасательных и врачебных бригад. Наиболее характерными для этого периода являлись резкое ухудшение самочувствия и психоэмоционального состояния с преобладанием чувства растерянности (вплоть до состояния своеобразной прострации), и специфических панических реакций (нередко — иррациональной направленности, но реализуемых без какого-либо энергетического потенциала), снижение моральной нормативности поведения, отказ от какой-либо деятельности и мотивации к ней. Одновременно наблюдаются выраженные депрессивные тенденции, нарушения функций внимания и памяти (как правило, пострадавшие вообще не могут сколько-нибудь ясно вспомнить, что они делали в это время, но, естественно, эти пробелы затем «заполняются»). Ярко выражены бледность, потливость, тремор конечностей. Из жалоб в этот период ведущими являются тошнота, «тяжесть» в голове, дискомфорт со стороны желудочно-кишечного тракта (в том числе — рвота и диарея), полное отсутствие аппетита (отказ от пищи), резкая слабость, замедление и затруднение дыхания, вплоть до приступов удушья. Высока вероятность асоциального поведения, реализуемого в виде «тусклого» аффекта с признаками неадекватности оценки ситуации.
  • 4. Последующая динамика состояния и самочувствия пострадавших во многом определяется спецификой воздействия экстремальных факторов, полученными поражениями и моральнопсихологической ситуацией после трагических событий. Вслед за «психофизиологической демобилизацией» (при относительно высокой вариативности ее сроков) с достаточным постоянством наблюдалось развитие 4-й стадии — «стадии разрешения» (от 3 до 12 суток). В этот период, по данным субъективной оценки, постепенно стабилизировались настроение и самочувствие. Однако по результатам объективных данных и включенного наблюдения, у абсолютного большинства обследованных сохранялись: пониженный эмоциональный фон, ограничение контактов с окружающими, гипомимия, снижение интонационной окраски речи, замедленность движений, нарушения сна и аппетита, а также различные психосоматические реакции (преимущественно со стороны сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта и эндокринной сферы). К концу этого периода у большинства пострадавших появлялось желание «выговориться», реализуемое избирательно, направленное преимущественно на лиц, не являвшихся очевидцами трагических событий, и сопровождавшееся некоторой ажитацией. Этот феномен, входящий в систему естественных механизмов психологической защиты («отторжение воспоминаний путем их вербализации»), в ряде случаев приносил пострадавшим существенное облегчение (что является одним из показаний для дебрифинга). Одновременно восстанавливались сны, как правило, отсутствовавшие в предшествующие периоды, в том числе — тревожного и кошмарного содержания, в различных вариантах трансформирующие впечатления трагических событий.

На фоне субъективных признаков некоторого улучшения состояния объективно отмечалось дальнейшее снижение психофизиологических резервов (по типу гиперактивации), прогрессивно нарастали явления переутомления, существенно уменьшались показатели физической и умственной работоспособности.

5. «Стадия восстановления» психофизиологического состояния начиналась преимущественно с конца второй недели после полученной психической травмы и первоначально наиболее отчетливо проявлялась в поведенческих реакциях: активизировалось межличностное общение, начинала нормализоваться эмоциональная окраска речи и мимических реакций, впервые появлялись шутки, вызывавшие эмоциональный отклик у окружающих, восстанавливались сновидения у большинства обследованных. В состоянии физиологической сферы позитивной динамики и на этой стадии выявлено не было. Клинических форм психопатологии, за исключением транзиторных и ситуационных реакций, в «острый» период (до двух недель) после воздействия экстремальных факторов не наблюдалось. Основные формы транзиторной психопатологии (по ведущему признаку) представлены в табл. 3.1.

Таблица 3.1 [1]

Данные о частоте наблюдавшихся психопатологических синдромов у пострадавших

Наименование психопатологических синдромов, классифицированных по ведущему признаку

Частота (в процентах)

Психическая заторможенность, астено-депрессивный синдром

56

Аффектогенный ступор

23

Общее психомоторное возбуждение

11

Глубокая депрессия и выраженный негативизм

4

Бредово-галлюцинаторные состояния

3

Неадекватность, эйфория

3

Итого:

100

как манифестация начала ПТСР). Одновременно нарастала внутренняя и внешняя конфликтогенность, требующая специальных подходов.

Седьмая стадия отдаленных последствий подробно описывалась в монографии «Психическая травма»[2].

Обобщая опыт работы в очагах стихийных бедствий и катастроф, нами было предложено создать специально подготовленные и укомплектованные (с учетом психологических критериев отбора) аварийно- спасательные части в составе:

  • 1) подразделений для организации управления[3], охраны порядка, осуществления связи и контроля за снабжением (во всех случаях в районы стихийных бедствий и катастроф «стекается» определенное количество авантюристов, имеют место мародерство и отсутствие должного взаимодействия органов управления и охраны порядка в течение первых 2—3 суток, значительная часть поступающих в районы бедствий и катастроф материальных средств, медицинского имущества и остродефицитных препаратов расхищаются);
  • 2) подразделений для проведения аварийно-спасательных работ непосредственно в очаге бедствия (аварии) и эвакуации пострадавших (опыт показал, что до 25—30% прибывавших для проведения таких работ, в том числе — из состава частей ГО, доставляемых иногда за сотни и тысячи километров, как это было в Армении, в силу индивидуальных особенностей и состояния нервно-психической сферы, оказывались совершенно неэффективными, а применительно к Уфимской катастрофе — возникновение рвоты и предобморочных состояний при транспортировке обожженных наблюдалось даже у санитаров медицинских учреждений);
  • 3) медицинских подразделений из числа врачей всех специальностей, имеющих опыт медицинской сортировки пострадавших и оказания помощи на различных этапах эвакуации, а также психологически подготовленных к работе в очаге массовых санитарных потерь;
  • 4) подразделений военных психологов и психиатров для:
    • а) оказания психологической помощи пострадавшим, проведения психотерапевтической и психофармакологической коррекции, а также

разработки мероприятий по социально-психологической реабилитации тех, кто в этом нуждается;

  • б) оказания социально-психологической помощи родным и близким пострадавших и погибших;
  • в) психологического обеспечения деятельности врачебных бригад, личного состава частей и подразделений, привлекаемых к аварийно- спасательным работам;
  • г) для информационно-психологической поддержки населения.

В случаях даже ограниченного военного конфликта с применением оружия массового поражения потребность в таких подразделениях неизмеримо возрастет. Учитывая оборонное значение таких подразделений, решение об их формировании предлагалось принять в ближайшее время. Такие подразделения были созданы и, теперь хорошо всем известны под наименованием МЧС[4].

Было также предложено разработать и внести на рассмотрение правительства специальную долговременную государственную программу по проблеме социально-психологической реабилитации участников боевых действий в Республике Афганистан, пострадавших в результате экологических и техногенных катастроф, а также террористических актов, включая создание и расширение сети действующих центров анонимного лечения психогенных расстройств. Однако это предложение в силу последовавших социально-политических изменений и экономических проблем до настоящего времени не было реализовано.

  • [1] В более поздние сроки (через месяц) у 12—22% пострадавшихвыявлялись стойкие нарушения сна, немотивированные страхи, повторяющиеся кошмарные сновидения, навязчивости, бредово-галлюцинаторные состояния и некоторые другие, а признаки астеноневротическихреакций в сочетании с психосоматическими нарушениями деятельности желудочно-кишечного тракта, сердечно-сосудистой и эндокриннойсистем определялись у 75% пострадавших («стадия отставленныхреакций», которая для определенной части пострадавших — до 10%случаев — может оцениваться как острое стрессовое расстройство или
  • [2] См.: Решетников М. М. Психическая травма. СПб. : Восточно Европейский Институт Психоанализа, 2006. С. 163—173. Аналогичные данные приводятся и другими авторами, в частности, В. М. Лыткин и И. Л. Герасим, обобщая данные о стационарномлечении в психиатрическом отделении Военно-медицинской академии 104 ветерановАфганистана, отмечали, что невротические состояния наблюдались в 37,9% случаев,шизофрения — в 24,9%, последствия ЗТМ — в 16,8%, алкоголизм — в 11,8%, наркомания — в 6%, аффективные психозы — в 3% случаев. Отсутствие позитивных установокна будущее отмечали 42% пациентов, относились к будущему безразлично — 15% [3,с. 86—88].
  • [3] Организацию управления (или уже упомянутую «временную администрацию»)следует подчеркнуть особенно, так как это положение все еще не реализовано в должной степени. Совершенно недопустимо, когда управление спасательными или анти-террористическими операциями осуществляется психологически травмированнымилюдьми (как это было, например, в 2004 году в Беслане).
  • [4] Автор ни в коей мере не пытается отнести это к своим заслугам или заслугам своихколлег — просто пришло время.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >