АФИНСКАЯ ДЕРЖАВА (АРХЭ)

Делосская симмахия в силу объективных факторов превращалась в Афинскую державу (архэ). Большинство союзников не участвовало в поставке оснащенных кораблей. Это дело находилось в руках Афин. Союзники же должны были уплачивать определенные взносы—форос (дань). Таким путем руководство делами Делосской симмахии закономерно переходило к Афинам, из первого союзника превращавшегося в гегемона, диктовавшего свою волю союзу. По словам Фукидида, афиняне в своих распоряжениях и приказах уже не считались, как прежде, нравится это союзникам или нет, и не ставили себя в походе на один уровень с остальными. В случае же отказа союзников выполнять директивы Афин, они без труда приводили членов союза к повиновению[1].

Внешним выражением превращенияДелосской симмахии в Афинскую архэ служило перенесение союзной казны с Делоса в Афины (454г.) и передача наиболее важных дел союзников на разбор и решение афинской гелнее. Сумма фороса была установлена основателем Делосского союза Аристидом на основании точного учета доходов и богатства каждого члена союза. После организации Делосской симмахии союзники просили афинян прислать к ним Аристида, слывшего добрым и честным человеком, для установления «умеренного взноса» сообразно с силами каждого города. Афиняне удовлетворили просьбу союзников и поручили Аристиду по справедливости установить норму взноса. Аристид определил общую сумму фороса в 460 талантов. Эта сумма сама по себе и в особенности по сравнению с форосом более позднего времени казалась весьма умеренной. Подобно тому как в старину, замечает Плутарх, «золотым веком» считали жизнь при Кроыосе, так и афинские союзники взносы, которые они платили при Аристиде, прославляли, называя их «благополучием Греции».

В отношении уплаты фороса все члены Делосского союза были распределены по 5 округам, организованным по географическому принципу. При Перикле размер фороса колебался: в 444/443 г. он равнялся 4261/2 талантам, в 429/428 был не более 4101/2 талантов; во время пелопоннесской войны он доходил до 1 200 талантов. Аттический талант, содержавший 26,2 килограмма, равнялся 60 минам, или 6 тысячам драхм. Драхма содержала 4,3 грамма- серебра. Принимая золотой талант равным приблизительно 1 */2 тысячам золотых рублей, получаем весьма солидную цифру союзнического взноса от 620 тысяч до двух миллионов рублей на золотой расчет.

Кроме фороса, союзники платили всевозможные пошлины, несли судебные расходы, содержали афинские гарнизоны (фруар- хил), оплачивали присылаемых из Афин чиновников—обследователей, надзирателей (епископов) и многих других.

Вторую статью афинских поступлений составляли торговые пошлины, сдаваемые обычно на откуп частным лицам или откупным компаниям (телонай). Афины при Перикле превратились в торговый город мирового значения. Через главный афинский порт* Пирей шли торговые пути во все стороны, через него шел транспортный путь с востока и северо-востока на запад и юго-запад—с Черного моря в Адриатическое.

Пошлины в Пирее взимались в размере 2% с облагаемого груза. Немалый доход государственному казначейству приносили отдаваемые на откуп государственные владения—Пангейские и Лаврийские рудники, а также каменоломни, солончаки и т. д. К разряду государственных доходов надо причислить и займы, получаемые в критические моменты от частных лиц и учреждений, в особенности у храмов. Так, например, в 422 г. был произведен колоссальный заем у храма Афины, в сокровищнице которого накануне пелопоннесской войны хранилось около 10 тысяч талантов.

Казначейство афинского державного полиса помещалось в храме Афины (Парфенон), покровительницы города, на Акрополе. Казной заведывали особые казначеи.

Афинская архэ, в состав которой входило около двухсот неодинаковой величины и значения государств, при Перикле достигла своего высшего могущества. Число жителей всей территории, подвластной Афинам, доходило до 10—15 миллионов. Число жителей города Афин с Пиреем равнялось приблизительно 230— 235 тысячам человек. Из них меньшую часть составляло гражданское население, а остальное составляли рабы, вольноотпущенники, метэки и т. д.

Вооруженная сила Афин состояла из союзного флота, который во время пелопоннесской войны доходил до 400 триер. Сухопутная армия доходила до 30 тысяч человек. По масштабам античного.

мира это была внушительная сила. Воинская повинность в Афинах проводилась очень строго. Все граждане мужчины от 18 до 60 лет обязаны были нести военную службу. Граждане первых трех классов служили в регулярном ополчении, пешем (гоплитов) и конном, феты служили в качестве легковооруженных стрелков, пращников и гребцов на судах. Молодежь от 18 до 20 лет (эфебы) несла гарнизонную службу внутри страны и на границах государства. Как правильно указывает Аристотель, Афинская архэ прежде всего была военной организацией, «политией воинов».

Военное превосходство обеспечивало Афинам их гегемонию над союзниками и торговую монополию в Эгейском море.

Идея политической федерации автономных государств была почти чужда античному миру. На союзников в античных полисах смотрели прежде всего как на объект непосредственной эксплоата- ции полиса. Так дело обстояло и в Афинской архэ. На союзные общины афиняне смотрели в полном смысле, как на добычу афинского народа, которой полис может распоряжаться по своему усмотрению. На той же точке зрения стоял и Перикл, признанный глава Афинской архэ. При всей широте ума Перикл не мог выйти из рамок рабовладельческого полиса.

Еще до Перикла аналогичный взгляд развивал Аристид. Во время греко-персидских войн Аристид увещевал афинян напрячь энергию, разгромить неприятеля и утвердить свою гегемонию в Эгейском море. Тогда, говорил он, доходы будут у всех афинских граждан. Одних обеспечит служба в войсках и участие в походах, других обеспечит гарнизонная служба, третьи получат необходимое от занятия общественных должностей и т. д. Как для Аристида, так и для Перикла было само собой очевидно, что средства на содержание афинских граждан должны доставлять союзники, с одной стороны, и рабы—с другой.Согласившись с этим, прибавляет Аристотель, афиняне начали «чрезмерно деспотично относиться к союзникам»[2].

Мало-помалу город Афины превратился в гегемона Афинской архэ, а афинские граждане превратились в государственных чиновников, живших за счет союзной казны. На деньги, получаемые от взносов союзников и пошлин, содержалось более 20 тысяч афинских граждан-чиновников. Сюда входили булевты (члены совета пятисот), гелиасты, всадники, стрелки, базарная полиция, иноземная стража и многие другие мелкие чиновники полиса.

Принимая во внимание относительно большое число жителей города Афин, в особенности всей архэ, приводимая Аристотелем цифра получателей государственного вспомоществования (более 20 тысяч человек) не кажется значительной. Следовательно, о какой-либо расточительности в этом отношении ни Перикла, ни афинской демократии говорить не приходится. Число граждан, имевших право на получение вспомоществования, небольшое само по себе, к тому же еще ограничивалось специальным законом. В 451 г. Перикл возобновил старый закон, ограничивавший право гражданства условием обязательного происхождения от обоих родителей афинских граждан. Закон гласил: «афинянами могут быть только люди, происходящие от обоих афинян». Закон вызвал массу недоразумений и судебных процессов и всякого рода обманов и мошенничеств. Около 5 тысяч человек, уличенных в обмане, было продано в рабство. Полноправных же граждан оказалось всего-навсего немного больше 14 тысяч. Не говоря уже о рабах, греки, происходившие не от афинян (метэки), не пользовались правами гражданства. Афинская демократия всегда оставалась демократией меньшинства действительных или потенциальных рабовладельцев.

Одиозными же оплаты государственных должностей и раздачи сделали олигархи, враги демократии, пользовавшиеся ими как предлогом для нападения на демократические учреждения в периоды финансовых и политических кризисов...

Усиление фискального (податного) нажима Афин было одной из главных причин недовольства союзников своим гегемоном. Причины недовольства к отпадению союзников от Афин, говорит Фукидид, бывали различные, но самой важной из них были недоимки в уплате податей, задержка в поставке кораблей и уклонение от несения военной повинности.

Недовольства и восстания нередко приводили к отпадению союзных городов и к выходу из архэ. Наиболее крупным из всех известных нам восстаний было восстание на острове Самосе в 440 г.

Восстание на Самосе и одновременное с ним восстание в Византии приняли очень широкие размеры, угрожая вылиться в настоящую войну. Афинский флот под Самосом потерпел поражение. После этого против непокорного союзника выступил сам Перикл, считавшийся незаурядным стратегом. Нои ему потребовалось около года, чтобы привести непокорный остров к повиновению. Лишь после долгих усилий город был взят с боя. После восьмимесячной осады самосцы сдались на милость победителей, поступивших с ними крайне жестоко: Самос должен был выдать свой флот, срыть стены и заплатить большую контрибуцию.

Жестокая расправа с Самосом представляет лишь один пример политики великодержавных Афин, беспощадно подавлявших самую малейшую попытку освободиться от тяжелой опеки Афин. Афины смотрели на себя, как на спасителей Греции от варваров, и на этом основании считали себя вправе распоряжаться всеми материальными ресурсами архэ по собственному усмотрению. Перикл в этом случае лишь отражал общее настроение и выступал исполнителем воли державного афинского демоса.

«Афиняне,—говорит комик Телеклид,—дали Периклу право брать дань с городов и присоединять города, одних лишать свободы, а других по произволу награждать, позволять возводить им каменные стены, чтобы потом их разрушать, право разрушать мирные договоры, увеличивать государственную казну и обогащать граждан»[3].

С целью привести союзников к повиновению и показать врагам Афин, грекам и варварам, мощь афинского флота Перикл в 437 г. организовал экспедицию в Черное море. Целью экспедиции согласно официальной декларации являлось продемонстрировать мощь Афинской державы, «смелость и бесстрашие афинян, когда они свободно плавают по всем морям, считая себя владыками моря». Афинская флотилия под начальством самого Перикла через Эгейское море направилась в Геллеспонт и Пропонтиду, а оттуда в Понт. Наряду с военно-политическими мотивами, черноморская экспедиция преследовала также и экономические цели. Предполагалось частью укрепить старые, частью завести новые торговые сношения со странами Черноморья.

Проводниками афинской политики и влияния в союзных полисах и общинах служили афинские колонии—клерухии. Клеру- хии, наполовину земледельческие, наполовину военные поселения, преследовали одновременно несколько целей. Они избавляли город от бедного и недовольного элемента, от «праздной и благодаря праздности во все вмешивающейся толпы». В то же время они составляли опору афинской державности в союзных областях как постоянные гарнизоны и проводники афинской поли-- тики, нравов и обычаев, вселяя в умы союзников страх и «предупреждая возможность какого-либо переворота с их стороны».

Афинские клерухии имелись на островах Лемносе, Имбросе, Эвбее, Наксосе, Андросе, Херсонесе Фракийском, в устьях Стри- мона (Брея) и т. д. Часть колонистов не могла закрепиться на отводимых им государством участках и рассеивалась, другая ию часть с помощью государственного кредита превращалась в военнообязанных земельных собственников средней руки. По плану Перикла в 443 г. в южной Италии на месте Сибариса был основан город Фурии,, в числе жителей которого было много афинян. Фурии были независимы, но состояли в союзе с Афинами. Это было первое проникновение афинян на Адриатическое море.

В социально-политической обстановке Афин V в. клерухии играли очень большую роль. В известной мере правильно утверждение, что одной из главных причин упадка афинской демократии в после- перпкловское время было прекращение вывода колоний вследствие сокращения афинской территории.

  • [1] Фукидид, I, 99,
  • [2] Аристотель, Афинская полития, 24.
  • [3] Плутарх, Перикл, 16.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >