Этика Нового времени

Эпоха Нового времени (XVII в. — начало XX в.), когда произошло утверждение капиталистической общественно-экономической системы, характеризуется, с одной стороны, величайшими завоеваниями в материальной и духовной сферах, а с другой — обострением социальных проблем, нарастанием классовой борьбы, нескончаемой чередой возникающих кризисов и войн.

Этика Нового времени рассматривает мораль и как объективный императив, и как субъективно-личностный феномен. Преодолевая влияние религиозной философии Средневековья, философы этой эпохи обращаются к идеалам античной этики (эмпиризм, стоицизм и др.), выявляют натуралистические основания морали, отстаивают независимость морального субъекта, его право на удовлетворение своих высших потребностей. По их мнению, человек силой своего разума способен преодолевать свой эгоизм и согласовывать личные интересы с общественным благом.

Философия Нового времени в понимании моральной природы человека разделилась на два направления. Пессимистическое направление (Н. Макиавелли, Т. Гоббс и др.) исходило из идеи, что человеческая природа является изначально испорченной, злой. Сторонники оптимистической концепции (Т. Мор, Ж. Ж. Руссо и др.) считали человеческую природу изначально доброй. Вместе с тем оба направления были единодушны в том, что реальный, земной человек является эгоистическим существом. Только «пессимисты» рассматривали эгоизм как выражение его естественной природы, а «оптимисты» объясняли его исторически сложившимися причинами, несправедливой организацией общества, неравными условиями жизни.

К наиболее ярким ученым Нового времени, чьи труды сформировали классическую буржуазную этику индустриального общества, относятся английский мыслитель Т. Гоббс, французские просветители К. А. Гельвеций и П. Гольбах, основоположники немецкой классической философии И. Кант и Г. Гегель.

Этика Томаса Гоббса (1588-1679) исходит из неизменной чувственной «природы человека». Основой нравственности Гоббс считал «естественный закон» — стремление человека к самосохранению и удовлетворению своих потребностей. Наряду с политикой и религией мораль является, по его мнению, более или менее целесообразным соглашением, договором между людьми. Поэтому необходима гармония между эгоистической природой человека и упорядочивающей, властной функцией государства, которое без насилия обойтись не может.

Клод Адриан Гельвеций (1715-1771) утверждал, что человек со всеми своими особенностями, добродетелями и пороками является продуктом окружающей среды, т. е. природы и общества. По его мнению, из двух чувств, тяги к удовольствию и отвращения к страданию, возникает третье чувство — любви к себе, т. е. эгоизм. Любовь к себе порождает, в свою очередь, страсти, стремление к счастью и интересы. При этом эгоизм Гельвеций определяет как социальное качество личности, поскольку любовь к себе является первичным импульсом всех действий человека.

Поль Анри Гольбах (1723-1789) утверждал, что человек и его земные интересы составляют основу морали, содержанием которой должно являться освобождение индивида от страдания и угнетения.

Разделяя точку арония Гельвеция о том, что в соотношении индивидуальных и общественных интересов определяющую роль играет общественное благо, последнее он считал главной добродетелью. Религия рассматривалась Гольбахом как разновидность духовного гнета, поэтому люди должны быть освобождены от обмана духовенства. Обучение и воспитание, введение разумного законодательства и изменение несправедливых условий, в которых живет человек, считал он, создают основу справедливого общества.

Иммануил Кант (1724-1804) в своем знаменитом труде «Критика практического разума» возражает против того, чтобы рассматривать мораль как необходимое следствие, вытекающее из повседневной жизни, как некое качество, присущее человеку изначально от природы. Он отрицает также наличие морали как данности Бога. Напротив, считает Кант, вера в Бога является следствием, показателем нравственности человека. Мораль есть внутреннее духовное качество человека, внутренний закон, который ведет человека но жизни согласно его нравственным принципам, часто вопреки всякой целесообразности. Этот закон Кант называет категорическим императивом, согласно которому человек живет не в погоне за счастьем (как считали эвдемонисты), а в стремлении быть достойным счастья. Последнее (в отличие от гипотетического императива, определяемого полезностью) осуществляется посредством выполнения долга, основным атрибутом которого становится бескорыстность.

Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831) историю развития человеческого общества рассматривает как процесс самосознания мирового духа и как «прогресс в сознании свободы». Принцип историзма он использует и при изучении этических проблем. В отличие от Канта, который утверждал автономию морали, Гегель ориентируется также на исследование этики в системе общественных отношений (политика, экономика, религия, социальные связи). В своих трудах «Философия права» и «Феноменология духа» этику он представляет как философию права, куда включает абстрактное право, мораль, нравственность.

Гегель разделяет понятия «мораль» и «нравственность», относя мораль к сфере личных убеждений. Необходимым условием и основой нравственности он считает свободу воли. В своем диалектическом развитии она проходит три стадии: природной воли, произвола, разумной воли. Нравственная свобода есть познанная историческая необходимость. Индивидуальная воля должна подчиняться всеобщей. Истинная, а не формальная совесть, по Гегелю, является нравственным самоконтролем человека, направленным на реализацию добра и долга. Нравственность, по мнению Гегеля, представляет собой вторую, общественную природу человека, которая выше его первой, индивидуальной природы.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >