Перестройка М.С. Горбачева в контексте мировой политики (апрель 1985-декабрь 1991 г.)

Во внешнеполитической деятельности СССР в 1970-1980-е годы геополитические и стратегические интересы страны облекались в традиционную для советской дипломатии идеологическую риторику. Эти установки исходили из приоритета классовых ценностей и распространялись на весь спектр международных отношений: от социалистической интеграции в рамках СЭВ до усиления военного присутствия в странах «третьего мира».

Принцип мирного сосуществования государств с различным социальным строем - базовое положение советской внешнеполитической доктрины - рассматривался как специфическая форма классовой борьбы. Следствием этого стало биполярное равновесие между НАТО и ОВД, основанное на балансе сил, который сохранялся главным образом благодаря ядерному потенциалу.

На протяжении 1970-х - первой половины 1980-х годов зона стратегических и геополитических интересов СССР росла. Для вразумительного обоснования этого факта риторика классовых ценностей годилась все меньше, а в отдельных случаях выглядела просто анахронизмом. Такого рода объяснения делали облик СССР на международной арене малопривлекательным. Все сложнее было аргументировать «пролетарским интернационализмом» те или иные внешнеполитические акции. В наиболее резкой и трагической форме это проявилось во время афганской войны, когда желание усилить стратегическое влияние на традиционном для отечественной дипломатии направлении обернулось для СССР втягиванием в «тлеющую» войну с огромными людскими потерями и непосильным грузом для экономики. Время требовало корректировки внешнеполитических установок СССР на базовом уровне.

К середине 1980-х годов изменилась и внутренняя природа советского строя. Начало «гонки вооружений», в которой Советский Союз конкурировал как минимум на равных, пришлось на годы динамичного развития индустрии, особенно ее оборонных отраслей, бурного развития наукоемких технологий при несомненном лидерстве по природным и людским ресурсам, высоком образовательном уровне взрослого населения.

Однако по мере нарастания противоречий в народном хозяйстве система теряла свой внутренний динамизм, «костенела», и ей все сложнее давалось военно-технологическое соперничество.

Именно эти противоречия и составляли объективную основу перемен на последнем этапе советской внешней политики. Последние носили поистине кардинальный характер. Произошел отказ от прежней абсолютизации классового подхода, и новой оболочкой мирного сосуществования стало так называемое «новое политическое мышление».

Концепция «нового мышления» была более или менее полно сформулирована в уже упоминавшейся книге М.С. Горбачева «Перестройка для нашей страны и для всего мира», которая вышла на Западе в 1987 году. Автор утверждал, что капиталистический, социалистический и «третий» мир тесно взаимосвязаны. Все цивилизационное пространство является целостным и неделимым, в нем существуют глобальные проблемы, которые должны стать сферой приложения усилий всего человечества. Из этого положения следовал вывод о невозможности решения международных проблем силовыми методами. В качестве нового универсального инструмента международного урегулирования возникающих вопросов провозглашался не баланс сил двух систем, а баланс их интересов. Это был действительно поворот на сто восемьдесят градусов в теоретическом осмыслении стратегии и тактики внешней политики СССР - единственное, в чем согласны все современные исследователи.

На практике реализация «нового политического мышления» в советской внешней политике отличалась весьма существенными противоречиями, а ее последствия для развития мирового порядка еще не проявились.

Новый внешнеполитический курс СССР основывался на следующих положениях:

  • 1) современный мир не разделен на две противоположные социально- экономические системы, а, напротив, взаимосвязан и взаимозависим, поскольку перед всеми странами стоят общие задачи, которые надо решать совместными усилиями, например, ядерная безопасность, экологическая и сырьевая проблемы и др.;
  • 2) все международные проблемы должны решаться не на основе силы, а с учетом взаимных интересов сторон;
  • 3) общечеловеческие ценности- мир, безопасность, демократия, гуманность - выше идеологических, и поэтому во имя сотрудничества в международных отношениях необходим отказ от идеологии.

М.С. Горбачев проявлял недюжинную активность именно во внешнеполитической сфере, по всему было видно, что он определил ее для себя как приоритетную.

Конечно, «проводить в жизнь» абсолютно новую политику должен был и новый министр иностранных дел. Занимавший этот пост с 1957 года, А.А. Громыко вряд ли подходил на эту роль. Новым министром иностранных дел в июне 1985 года был назначен бывший первый секретарь ЦК Компартии Грузии Э.А. Шеварднадзе. Он никогда ранее не занимался международными делами и не имел никакого внешнеполитического опыта работы. Разрыв с прежней традицией был болезненным и проявился и в смене 10 из 12 заместителей министра иностранных дел. Были назначены новые начальники почти всех управлений МИД.

Реализация «нового политического мышления» осуществлялась в трех главных направлениях.

Прежде всёго, предполагалось преодолеть конфронтацию между Востоком и Западом и достичь партнерских отношений на основе взаимного разоружения.

Вторым направлением, на котором должны были сосредоточиться усилия советской дипломатии, стало урегулирование региональных конфликтов. Оно создавало объективную основу для установления тесных и взаимовыгодных контактов со всеми странами без оказания предпочтения социалистическому лагерю. В целом стало очевидно, что основной вектор советских внешнеполитических интересов СССР перемещался с Востока на Запад. Такая «вестернизация» Советского Союза воспринималась настороженным Западом неоднозначно. Согласно большинству современных американских исследований Запад, прежде всего, видел реальную подоплеку «нового политического мышления» в том, что Советский Союз добивается сокращения военных расходов, ставших непосильным бременем для его экономики.

Третья цель «нового политического мышления», по мнению западных авторов, состояла в том, что Советский Союз добивается получения кредитов, чтобы гарантировать импорт американского зерна и по возможности заключить контракты на поставки высокотехнологического оборудования и технологий.

Таким образом, Запад был далек от того, чтобы принимать горбачевские «теоретизирования» о взаимозависимом мире за «чистую монету», и старался тщательно отслеживать свои интересы в игре по новым правилам, которые предлагал М.С. Горбачев.

В течение 1985-1988 годов советская сторона демонстрировала максимальную открытость перед Западом, делая попытки достижения первых договоренностей, которые воспринимались в целом как окончание «холодной войны». Такой внешнеполитический курс был утвержден на XXVII съезде КПСС, когда из новой редакции партийной программы были исключены положения, рассматривающие мир как арену непримиримой борьбы капитализма и социализма. Декларировался также курс на сокращение военных расходов с советской стороны.

Вопросу ограничения вооружений была посвящена целая серия встреч на высшем уровне между М.С. Горбачевым и Р. Рейганом, а затем между М.С. Горбачевым и Д. Бушем.

В октябре 1986 года на втором саммите в Рейкьявике удалось договориться о 5% сокращении стратегических вооружений СССР и США.

Следующая встреча, проходившая в декабре 1987 года в Вашингтоне, была ознаменована подписанием соглашения об уничтожении целого класса ракет среднего и ближнего радиуса действия. Это стало возможным в результате подвижек в вопросе о контроле над вооружениями, который ранее был камнем преткновения из-за того, что СССР отказывался пустить на свои военные объекты американских инспекторов.

Впервые достигнутая договоренность касалась не только ограничения вооружений, но и их ликвидации. По договору ликвидации подлежали 1752 советских ракеты среднего радиуса действия и малой дальности, а также 869 таких же американских ракет. Советские ракеты малой дальности ликвидировались не только на территории СССР, но и на советских военных базах в ГДР и Чехословакии. Кроме того, СССР в инициативном порядке ликвидировал свои ракеты средней и малой дальности, размещавшиеся в Сибири и на Дальнем Востоке.

В результате односторонних уступок с советской стороны были уничтожены ракеты малой дальности «Ока», о которых вообще в договоре не упоминалось. В этой связи острую дискуссию вызывает вопрос о тех преимуществах и гарантиях, которые получил СССР в обмен на такие явно проамериканские договоренности. И этот аспект политики в области сокращения вооружений, проводившейся М.С. Горбачевым, является наиболее уязвимым.

Так, если в 1985-1989 годах в ходе переговоров СССР настаивал на отказе США от развертывания системы противоракетной обороны (СОИ), то по мере ухудшения экономической ситуации внутри страны в 1989— 1991 годах он снял свои возражения, не получив никаких гарантий. Сокращение вооружений все больше стало рассматриваться в СССР как способ сокращения бюджетных ассигнований в военной сфере.

Весной 1989 года Президиум Верховного Совета СССР принял указ о сокращении Вооруженных Сил СССР и расходов на оборону в 1989— 1990 годах, согласно которому численность армии следовало уменьшить на 500 тыс. человек, а расходы на оборону - на 14,2%. Все эти меры проводились без качественной реорганизации Вооруженных Сил СССР, при сохранении неэффективной системы действительной военной службы.

Финальной точкой в вопросе о вооружениях стало подписание в Москве М.С. Горбачевым и Д. Бушем в июле 1991 года советско-американского договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСНВ-1).

Одновременно с продвижением в области сокращения вооружений предпринимались усилия по ослаблению противостояния СССР и США в региональных конфликтах. В целом здесь прослеживается та же тенденция - по мере усугубления экономического кризиса внутри страны СССР шел на все большие уступки, теряя традиционных стратегических союзников. Вместе с тем урегулирование региональных конфликтов имело и безусловно положительные моменты.

Наиболее значимым событием оказалось прекращение афганской войны, которое стало возможным в результате длительных переговоров в 1985-1988 годах. Осенью 1985 года М.С. Горбачев на встрече с афганским руководством заявил о необходимости вывода советских войск из Афганистана. В мае 1986 года ушел в отставку просоветский лидер НДПА Б. Кармаль, возглавлявший правительство Афганистана на протяжении всей войны.

На переговорах с Р. Рейганом в 1987 году была достигнута договоренность о прекращении американской военной помощи афганским моджахедам и о выводе из Афганистана советских войск. Возникли реальные возможности вывода советских войск, о чем и заявил М.С. Горбачев в феврале 1988 года.

Вывод войск из Афганистана начался 15 мая 1988 года и проходил исключительно организованно вплоть до 15 февраля 1989 года, когда мост через Амударью в Термезе перешел командующий советскими войсками генерал-лейтенант Б. Громов. В декабре 1989 года на II Съезде народных депутатов СССР было принято решение об осуждении афганской войны и признании участия в ней советских войск грубой политической ошибкой.

На Западе вывод советских войск из Афганистана часто интерпретировался как неспособность Советского Союза обеспечивать свое силовое присутствие в других регионах мира.

Прекращение афганской войны стало важным фактором улучшения отношений с Китаем. Их окончательная нормализация наступила после прекращения Советским Союзом оказания военной помощи вьетнамским войскам в Камбодже, сокращения численности советских войск на границе с Китаем и начала вывода советских войск с территории Монголии. Окончательно отчуждение между СССР и Китаем прекратилось после визита М.С. Горбачева в Пекин в мае - июне 1989 года.

Курс на «разблокирование региональных конфликтов» привел к отказу СССР от участия в гражданских войнах в Эфиопии, Анголе, Мозамбике, Никарагуа. Теперь власти этих стран начали выходить из кризисных ситуаций самостоятельно и ориентироваться на экономическую помощь Запада. В 1986-1989 годах резко сократились объемы советской помощи дружественным странам, что также вело в них к смене политического руководства или к тяжелейшим экономическим последствиям, как, например, на Кубе, которая ранее получала 67% от всей советской помощи, оказываемой третьим странам.

В течение 1989 года произошел отказ от прежнего курса в отношении стран социалистического содружества. Начался процесс форсированного вывода войск, который был абсолютно не подготовлен ни в материально-техническом, ни в социальном отношении.

Советские войска в течение 1989-1991 годов в спешном порядке покидали места своей дислокации в Чехословакии, Венгрии, Польше, ГДР. Имущество, накопленное за многие годы, либо разворовывалось, либо просто уничтожалось. Опасения руководителей социалистических стран, что такой поспешный вывод войск может повлечь дестабилизацию политической обстановки, не принимались во внимание «командой»

М.С. Горбачева. Она последовательно реализовывала одно из положений концепции «нового политического мышления», которое исключало предпочтение социалистическим странам.

Нарастали противоречия между руководством стран «содружества» и советскими лидерами. Чувствуя недовольство руководителей стран Центральной и Восточной Европы, горбачевская администрация пригрозила перевести хозяйственные расчеты с ними в свободно конвертируемую валюту, что и было вскоре сделано. Фактически Советский Союз сам увеличил расхождения в отношениях с традиционными европейскими партнерами и не предпринял никаких шагов к поиску взаимоприемлемого выхода из возникшей ситуации.

Вывод советских войск с территории Центральной и Восточной Европы привел к резкому изменению в ней политической ситуации.

В 1989-1991 годах к власти почти во всех странах «социалистического содружества» на волне усиления антисоветских настроений пришла оппозиция. Мирным путем произошли так называемые «бархатные революции» в Польше, ГДР, Чехословакии, Венгрии, Болгарии, Албании. В конце 1989 года в результате народного восстания был свергнут режим Чаушеску в Румынии. Произошла смена руководства в Монголии, новые черты стали проявляться в политике Вьетнама.

Национально-демократические силы, пришедшие к власти в этих странах, выступали с радикальных позиций, ориентировались на кардинальную смену модели общественного развития. Прежде всего, они осуществили приватизацию, провели акционирование промышленных предприятий и аграрные реформы. В своем подавляющем большинстве бывшие социалистические страны стали ориентироваться на Запад.

На протяжении 1989-1991 годов менялась не только модель социально-экономического устройства, но и политическая карта послевоенной Европы. Так, в результате поражения коммунистов распалась Социалистическая Федеративная Республика Югославия. На ее месте возникли независимые Словения, Хорватия и Македония. Сербия и Черногория остались в составе федеративной Югославии. В Боснии и Герцеговине началась война на национально-территориальной почве. Это объективно ослабило все бывшие субъекты югославской федерации как в социально- экономическом, так и военно-политическом отношении.

Вместе с тем позиции Запада в Европе резко усилились не только благодаря объективному течению событий, но и той политике невмешательства, которую заняло советское руководство в связи с ситуацией в Центральной и Восточной Европе. Начиная с 1989 года М.С. Горбачев стал делать крупные односторонние уступки, смешивая идеологическую и стратегическую составляющие внешней политики. Наиболее отчетливо это проявилось в решении германского вопроса, который на протяжении всего периода послевоенного урегулирования имел ключевое значение. В ситуации «вокруг Германии» СССР имел все международно-правовые основания играть ведущую роль, однако этого по непонятным причинам не произошло.

В ноябре 1989 года к власти в ГДР пришли христианские демократы, основным лозунгом которых было скорейшее объединение страны. Рухнул символ «холодной войны» - бетонная стена, разделявшая Восточный и Западный Берлин. Во время встречи с канцлером Германии Г. Колем в феврале 1990 года М.С. Горбачев предоставил ему возможность «взять процесс объединения Германии в свои руки».

Полная отстраненность Советского Союза проявилась в том, что не был даже поставлен вопрос о членстве новой объединенной Германии в НАТО, хотя и немцы, и американцы были заранее готовы на компромисс. СССР согласился на объединение Германии, обещал вывести оттуда свои войска в течение четырех лет. Взамен он получил экономическую помощь в 10 млрд, марок на обустройство выведенных войск и обещание, что на территории ГДР не будут размещены войска НАТО.

В октябре 1990 года «социалистическое государство на немецкой земле» перестало существовать. Между тем немецкие кредиты довольно быстро осели в различных коммерческих структурах и не оказали никакого влияния на бытовые условия фактически выброшенных «в чистое поле» советских офицеров, их жен и детей.

Развитие ситуации в русле «нового политического мышления» в Центральной и Восточной Европе привело к тому, что Советский Союз потерял своих традиционных стратегических партнеров. Это имело негативные последствия и для экономической ситуации внутри СССР. В результате отказа от взаиморасчетов на льготной основе резко сократился внешнеторговый баланс с восточноевропейскими странами.

Влияние СССР в Европе и в мире ослабло. Фактически страна оказалась в фарватере политики НАТО. Это стало особенно очевидно во время событий в Персидском заливе в 1990-1991 годах, когда Ирак неожиданно напал на Кувейт. Впервые Москва оказалась на стороне Запада и поддержала его военную операцию против Ирака. Прекращение поставок Ираку советского оружия, отзыв советских военных специалистов и последующее участие СССР в экономическом эмбарго против Ирака имели негативные последствия для экономики СССР.

Окончательная точка в прекращении существования социалистического содружества была поставлена весной 1991 года, когда законодательно был оформлен роспуск СЭВ и ОВД. Это событие знаменовало действительно глубокие перемены в общемировом развитии. Их суть состояла в прекращении существования биполярного мирового устройства на фоне резкого ослабления внешнеполитических и экономических позиций Советского Союза.

В результате глубокого экономического кризиса, в котором оказался Советский Союз в 1990-1991 годы, а также из-за нарушения традиционных «сэвовских» связей М.С. Горбачев был вынужден обратиться за финансовой и материальной помощью к странам так называемой «большой семерки» (США, Канада, Великобритания, Германия, Франция, Италия, Япония).

В июле 1991 года М.С. Горбачев был приглашен на встречу «семерки», в повестке дня которой стоял и вопрос о мерах по оказанию помощи Советскому Союзу. Несмотря на обещание, серьезной материальной помощи М.С. Горбачеву Запад не оказал, и гуманитарные поставки продовольствия и медикаментов никакого существенного влияния на положение обычных людей не оказали.

Хотя в 1990 году США предоставили СССР режим наибольшего благоприятствования в торговле, ограничения на поставку высокотехнологичного оборудования сняты не были.

Финальным аккордом «нового политического мышления» стал распад Советского Союза. США остались единственной мировой сверхдержавой, и в декабре 1991 года американский президент поздравил граждан США с победой в «холодной войне».

Во внешнеполитической игре с Советским Союзом по правилам М.С. Горбачева Запад исходил из своих долгосрочных стратегических целей. СССР перестал быть великой державой и не мог больше рассчитывать на равные отношения с ведущими государствами мира.

Оценки внешней политики М.С. Горбачева могут быть диаметрально противоположными. С одной стороны, была прекращена гонка вооружений и «холодная война», СССР получил возможность войти в мировое сообщество, перед гражданами страны открылся весь мир. С другой стороны, СССР в одностороннем порядке отказался от своего военно-политического доминирования в Восточной Европе, растерял военно-стратегический паритет с США, перестал быть великой державой.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >