Механизмы защиты и стадии развития «Я» ребенка.

У ребенка защитные механизмы вначале формируется для овладения конкретными инстинктивными побуждениями, и потому они связаны, по мнению многих авторов, с определенной фазой индивидуального развития. Побудителями их формирования выступают возникающие в онтогенезе многообразные виды тревоги, типичные для детей.

R. D. Stolorow и F. М. Lachmann (1978) предположили, что каждый механизм защиты имеет свою линию развития и что каждый защитный механизм в своем развитии есть целая серия определенных достижений индивидуума.

Другие авторы говорят о существующей взаимосвязи между появлением и использованием механизмов защиты и стадиями развития «Я» (J. Loevinger, 1966) или уровнями морального развития (L. Kohlberg, 1969).

N. Наап (1977) считает, что использование таких защит, как отрицание и замещение, соответствует низкому уровню развития «Я», в то время как интеллектуализация и проекция характерны для индивидов с высоким уровнем развития «Я».

По мнению А. Фрейд, понятия «развитие» и «адаптация» являются главными, поскольку ребенок изучается в его эволюции, в его психической деятельности и семейном окружении. Первые созревающие у ребенка способы защиты связаны с отрицательным опытом его спонтанного самовыражения. Невозможность реагировать произвольно создает у младенца энергетическое напряжение, которое порождает беспокойство и дестабилизацию образа «Я».

В главе «Рекомендации по хронологической классификации» А. Фрейд приводит следующие предположительные этапы развития «защиты Эго»:

  • предстадия защиты — конец первого года жизни. Во время первой фазы развития защитной деятельности незрелый организм имеет минимальные средства защиты от эмоциональных переживаний, связанных с неприятными и опасными стимулами внешней среды; возникает предпосылка для образования группы механизмов защиты, связанных с фрустрацией общей потребности к симбиозу, аффиляции, обеспечивающих безопасность индивида;
  • механизмы проекции и интроекции — от одного года до двухлетнего возраста. Вторая фаза связывается со способностью ребенка делать первые попытки выделения себя из окружающего мира. На этой стадии переживания, вызванные столкновением с неприятностями и опасностями, преодолеваются посредством механизмов проекции и интроекции. С помощью этих механизмов инфантильное «Я» сбрасывает с себя все болезненное, приписывая его окружающей среде, и принимает для себя все приятное;
  • механизмы вытеснения и интеллектуализации — от двух до трехлетнего возраста. В третьей фазе развития окончательно устанавливается дистанция между «Я» и «Оно», и вытеснение становится основным видом защиты; его задача — обеспечить только что сформировавшееся и очень важное разделение этих инстанций. Позднее появляется интеллектуализация, связанная с развитием речи и логическим мышлением. Индивид получает возможность переоценить нежелательную информацию удобным для себя образом. «Я» укрепляет свою власть над «Оно», и абстрактно-логическое мышление становится основной характеристикой «Я»;
  • механизмы реактивного образования и сублимации — от трех до пятилетнего возраста. Реактивное образование и сублимация находятся в неразрывной связи с усвоением нравственных ценностей.

Схема психосоциального развития Э. Эриксона. Изучая вопрос об образовании механизмов защиты в онтогенезе, целесообразно, на наш взгляд, обратиться к широко известной схеме психосоциального развития Э. Эриксона (Е. Erikson, 1974), который, развив теорию 3. Фрейда о стадиях, превратил ее в универсальную модель человеческого развития.

Согласно этой схеме, каждая стадия характеризуется особым психологическим кризисом и задачей развития. Задача эта должна быть выполнена, а кризис — успешно преодолен для освоения последующей стадии. По-видимому, реализация или фрустрация базовых потребностей в определенные сензи- тивные периоды онтогенеза вызывает противоположные социально-чувствительные переживания и, в случае их травмирующего характера, обеспечивает появление соответствующих механизмов защиты.

Использование ребенком механизма отрицания. Многие эмпирические исследования, касающиеся использования различных механизмов защиты в определенном возрасте, свидетельствуют о раннем появлении механизма отрицания, использование которого значительно сокращается с возрастом. Безусловно, период отрицания следует рассматривать как естественную фазу в развитии «Я» младенца. Когда улучшаются восприятие и память, отрицание затрудняется. Механизм отрицания на первом году жизни проявляется прежде всего в фантазии — разновидности галлюцинаторного выполнения желания. По мере развития ребенка отрицание в фантазиях превращается в отрицание с использованием слов и действий. В течение еще нескольких лет детское «Я» может избавляться от нежелательных фактов, отрицая их и сохраняя при этом ненарушенной способность к проверке реальности. Заметим по ходу, что отрицание реальности служит одним из мотивов детских игр вообще и ролевых игр, в частности. Когда же ребенок становится старше, большая свобода в физическом перемещении и возросшая психическая активность позволяют его «Я» избегать таких стимулов, ему уже не нужно выполнять столь сложную психическую операцию, как отрицание. Поэтому, вместо того чтобы воспринимать болезненное впечатление, а затем его аннулировать, «Я» может вообще отказаться от встречи с опасной внешней ситуацией, используя такой механизм защиты, как избегание.

Исследования G. J. W. Smith и В. В. R. Rossman (1986) показали, что мальчики в 6—8 лет часто прибегают к защите «отрицание», однако к 10 годам использование этой защиты у них заметно сокращается. R Cramer (1987) констатировал, что использование отрицания у детей снижается уже начиная с пятилетнего возраста. Использование же проекции (G. J. W. Smith, A. Danielsson, 1977; R F. Tero, J. R Connell, 1984) и идентификации (R Cramer, 1987; Cramer и R. Gaul, 1988), в противоположность отрицанию, с возрастом увеличивается. Так, по наблюдениям G. J. W. Smith и A. Danielsson (1977), заметное повышение использования проекции происходит с 4 до 7 лет. R Cramer (1987) регистрирует повышение проекции в период с 5 до 10 лет и в 14 лет. Экспериментальные клинические исследования G. Е. Vaillant (1977) позволили ему зафиксировать, что с позднего подросткового возраста использование ипохондрических защит — активизма, реактивного образования, отрицания в фантазировании и поворота против себя — уменьшается, а применение защит, основанных на альтруизме, сублимации, подавлении, антисипации — увеличивается.

Гендерные различия в использовании защит. Совершенно очевидно, что существуют тенденции гендерных различий в использовании разнообразных защит детьми и подростками. Многие исследования говорят о том, что мальчики больше ориентированы на защиты с внешним эффектом (например, проекция), а девочки — на защиты с внутренним эффектом (поворот против себя). Исследования Р. Cramer (1991) показывают, что мальчики достоверно чаще, чем девочки, применяют проекцию. L. R. Brody (1985) с соавторами отмечает, что мальчики в возрасте А—6 лет вообще интенсивнее используют защиты, чем девочки. Однако в возрасте 10—11 лет гендерных различий в использовании защит практически нет (J. Douglas и К. Rice, 1979). Но выраженные различия описаны в исследованиях, посвященных изучению защит у подростков. Например, по данным А. М. Jacobson (1986), девочки-подростки чаще, чем мальчики, используют альтруизм, но реже — активизм.

Интеллектуальная зрелость индивида и защитные механизмы. Можно выделить еще один критерий хронологической классификации защитных механизмов, а именно интеллектуальную зрелость индивида, соответственно актуализации определенных видов познавательных процессов: памяти или мышления в онтогенезе (Н. Маквильямс, 2001). Так, регрессия, вероятно, появляется раньше, чем интеллектуализация, замещение или подавление, поскольку скорее относится к условно рефлекторной, нежели мыслительной операции. Это значит, что полярность защитных механизмов не говорит об одновременности их образования. Предполагается (S. Ionescu, 2001), что разные механизмы представляют собой разные уровни развития или примитивности. Например, отрицание, регрессия и проекция — очень примитивные механизмы, а интеллектуализация и компенсация представляют более высокие уровни личностного развития.

Р. Cramer (1991) предлагает гипотетическую модель развития трех защит:

  • отрицание находится в зените своего использования в период раннего детства (между двумя и тремя годами жизни ребенка);
  • проекция используется в детстве и в предподростковом периоде;
  • идентификация преобладает в подростковом периоде.

Р. Плутчик (R. Plutchik, 1979) на основе клинических исследований вывел следующий порядок появления защитных механизмов: отрицание, регрессия, проекция, замещение, подавление, реактивное образование, интеллектуализация, компенсация.

Зрелые и незрелые защиты. Напомним: ряд авторов делят защиты на зрелые и незрелые. К незрелым они относят те механизмы защиты, которые появляются в первые годы жизни, а к зрелым — те, что возникают на более поздних стадиях развития. Однако важно отметить: согласно утверждениям

Н. Р. Laughlin (1970), делящего защиты на низшие (инкорпорация, вытеснение, отрицание), характерные для раннего детства, и высшие (рационализация, проекция, идентификация), защиты высшего порядка могут встречаться в любом возрасте, несмотря на то, что, теоретически, они должны преобладать у более зрелых личностей.

Вывод. Условно можно выделить два подхода к рассмотрению проблемы хронологии.

  • 1. Горизонтальный, который берет за основу временное возникновение защитных механизмов, связывая это возникновение с определенными стадиями психосексуального развития.
  • 2. Вертикальный, предлагающий иерархию защит по принципу уровня их сложности или в зависимости от искажения реальности, которой эти защиты оперируют.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >