На исходе века: от Гарднера до Стайрона

Подлинное искусство обращено к идеалам, уясняя и утверждая Доброе, Истинное, Прекрасное.

Дж. Гарднер

Из книги «О нравственной литературе»

Прозаики, творившие в последние десятилетия XIX в., отличались как тематическим, так и жанровым разнообразием. Их лучшие книги имели международный резонанс.

Марио Пьюзо: «Крестный отец». Марио Пыозо (р. 1920) — сценарист и прозаик итальянского происхождения, был участником Второй мировой войны. Его первые три романа особого успеха не имели. И лишь четвертый, знаменитый «Крестный отец» (1969), оказался точным попаданием, отвечавшим читательским ожиданиям. Выросший из впечатлений детства и юности романиста, прошедших в итальянском квартале Нью-Йорка, роман сделал имя автору. Его успех определился, прежде всего, тематической новизной, органическим соединением семейной хроники, окрашенной этническим колоритом, с криминальным сюжетом. Перед нами острый политические детектив, эпиграфом к которому взяты неизменно злободневные слова Бальзака: «За всяким большим состоянием кроется преступление».

В центре повествования — судьба итальянской мафиозной семьи Кар- леоие. Главный герой, дон Вито прибывает в Америку из сицилийской деревушки, спасаясь от местных гангстеров. Осев в Нью-Йорке, становится главой криминального «содружества», в котором странным образом, но сосуществуют гангстеры, полицейские, судьи и адвокаты. Поначалу дон Вито опекает бизнес своих соотечественников от бандитских шаек, предотвращает и гасит кровавые криминальные «разборки». За это награждается прозвищем Крестный отец. Однако по мере разрастания созданной им целой «империи» в ней нарушается порядок, происходит раскол, разжигается соперничество между бандами за руководство и дележ прибыли. В результате мафиозных войн погибает сын дона Вито — Сонни Вито. А отец отходит от дел.

Тогда в действие включается младший сын Вито — Майкл, вернувшийся домой после службы в армии. Поначалу он держится в стороне от мафиозных семейных дел, но после убийства старшего брата и покушения на отца решает продолжить «семейный бизнес», становится новым «крестным отцом». И еще более беспощадным, чем его родитель дон Виго Карлеоне.

Решительно возвысившись над уровнем массовой, «криминальной» беллетристики, Пьюзо выписал ряд незабываемых характеров, обнажив самый механизм функционирования мафии. И в итоге создал серьезный социально-психологический роман, оставшийся в истории литературы США. Его популярность (как в случае с романом «Унесенные ветром») закрепил голливудский сериал, в котором снималось немало кинозвезд.

Э. Л. Доктороу: «Рэгтайм». Эдгар Лоуренс Доктороу (р. 1931) — другая знаменитая фигура, родители которого выходцы из России, получил известность после публикации романа «Книга Даниэля» (1971). Его сюжет базировался на обстоятельствах дела супругов Элиуса и Этель Розенбергов, обвиненных в атомном шпионаже и казненных на электрическом стуле.

Наиболее известен роман Доктороу «Рэгтайм» (1975) (он вышел у нас в переводе Василия Аксенова). Вынесенный в заголовок музыкальный термин «рэгтайм», буквально, означает «рваный ритм», популярный в начале века. Повествование начинается в 1902 г., в эпоху президента Теодора Рузвельта. Композиция — калейдоскопична; в романе переплетаются судьбы выдуманных персонажей и реальных лиц. Среди последних анархистка Эмма Голдман, писатель Теодор Драйзер, финансист Джон Пирпонт Морган, выдающийся предприниматель Генри Форд, популярный иллюзионист Гарри Гудини, создатель психоанализа Зигмунд Фрейд, прибывший в США с чтением лекций. Своеобразную функцию лица, сопрягающего самых разных романных персонажей, выполняет темнокожий пианист Колхаус

Уокер-младший, блистательный исполнитель регтайма. В оригинальном по структуре романе Доктороу удается наглядно и живо передать атмосферу эпохи, дух и приметы Америки в начале века.

Гор Видал: погружение в историю. Историческая тема — определяющая в творчестве известного американского прозаика, драматурга и публициста Гора Видала (1925—2012). В его творчестве главенствует романный жанр, пафос которого «демифологизация» национальной истории, освобождение ее от апологических стереотипов, глянца и лакировки. Погружаясь в прошлое, писатель устанавливает очевидные параллели с современностью. Наиболее известна его историческая трилогия.

В первом из романов «Вашингтонокруг Колумбия» (1967) действие происходит в середине XX столетия. В поле зрения писателя — неприглядные нравы сенаторов и конгрессменов в «коридорах власти», законодателей на Капитолийском холме. В другом романе «Вице-президент Бэрр» (1973) в центре процесс становления американской государственности в начале XIX в., деятельность Аарона Бэрра, яркого политического лидера, видного участника Войны за независимость. Видал придает конкретность и наглядность механизму острой борьбы за власть, «очищая» от ореола святости сакраментальные фигуры «отцов-основателей».

В 1976 г. в стране пышно отметили 200-летие США. На это событие Видал отозвался романом «1876 год», в котором описал события 100-лет- ней давности, серьезно скорректировал точку зрения официальной историографии.

Джойс Кэрол Оутс. Заметная фигура литературного процесса в США на исходе века — Джойс Кэрол Оутс (р. 1938). Окончившая два университета, она являет тип плодовитого высокообразованного литератора, прозаика, поэта, критика, выпускающего едва ли не по книге ежегодно. Литературную работу, что характерно для ее поколения, писательница совмещает с преподаванием: чтением лекций и семинарами в разных университетах страны.

Романы Оутс {«Сад радостей земных», 1967; «Шикарные люди», 1968; «Их жизни», 1969; «Делай со мной что захочешь», 1983; и др.) рассчитаны на запросы широкой аудитории. У автора богатая фантазия, профессионализм, отработанная повествовательная техника. Вместе с тем, в ее манере сказывается известная вторичность, учет некоторых схем «массовой» литературы, а также умелое комбинирование модных приемов, стилей и типажей, соединение любовной и криминальной проблематики, «брутальности» и лиризма.

Джон Гарднер: «Осенний свет». Талантливый прозаик Джон Гарднер (1933—1982) — яркий пример романиста и литературоведа. Сын фермера, он получил отличную университетскую общегуманитарную подготовку, защитил диссертацию. Преподавал средневековую литературу, написал серьезную монографию о Джеффри Чосере, авторе «Кентерберийских рассказов» и исследования древнеанглийской литературе.

Гарднер дебютировал романами на исторические темы, а затем переключился на современность. Известность принесли ему романы «Диалоги с Солнечным» (1972), «Никелевая гора» (1973). Но особенно значим роман «Осенний свет» (1976), удостоенный престижной Национальной книжной премии. В нем оригинально «сосуществуют» два повествовательных плана: первый — житейский, бытовой, история ссоры двух стариков; второй — вмонтированный в роман текст авантюрно-приключенческого боевика.

Действие падает на осень юбилейного для США 1976 г. Протагонист — фермер Джеймс Пейдж, вдовец, ветеран войны, человек старого закала, строгих правил, живет под городком Бенингтон в штате Вермонт. Многое в его окружении удручает Пейджа: и упадок фермерского хозяйства, и нежелание молодого поколения заниматься трудом на земле, и засилье ловкачей-политиканов. Славное прошлое Америки воспринимается Пейджем ностальгически.

Сюжет романа определяется конфликтом, тяжелыми взаимоотношениями Пейджа с его старшей сестрой Салли: она перебралась в дом брата после смерти мужа. Салли, которой за восемьдесят, — решительная противоположность Пейджу. Их споры имеют идейную подоплеку. Несмотря на все плохое, что творится вокруг, она верит в перемены к лучшему, в то, что свобода и демократия в США будут неотвратимо укрепляться. Телевидение она отнюдь не относит к «дьявольскому» изобретению и проводит много времени перед голубым экраном. Это вызывает агрессивное раздражение Пейджа. В итоге, вооружившись дробовиком, Пейдж стреляет в телевизор. После бурной «идеологической» ссоры, в которой «оппоненты» даже цитируют конституцию, Салли оказывается загнанной в свою комнату, где отныне и пребывает в изоляции, забаррикадировавшись с помощью приставленного к двери ящика с яблоками. Чтобы скоротать время в своем невеселом затворничестве, Салли штудирует бульварный боевик «Контрабандисты с Утеса Погибших Душ». Его сюжет — яростное соперничество в Калифорнии двух шаек контрабандистов.

«Осенний свет» — роман, оригинальный по замыслу и неординарный по структуре. «Интеграция» в него фрагментов «калифорнийской истории» позволяет писателю не только предложить остроумную пародию на литературный ширпотреб и его ходульных героев, но и реализовать принцип диалогичности, пронизывающий повествование. Многие сцены в романе не только символичны и аллегоричны, но наглядны и пластичны. Жизненная философия Гарднера — это совестливость, терпимость, здравый смысл, ответственность перед собой и другими.

Гарднеру принадлежит книга «О нравственной литературе» (1978) — одна из наиболее значительных работ в критико-эстетической области, увидевших свет в США в последние десятилетия. Избегая упрощения и схематизма, Гарднер исследует вечную тему: многообразие взаимосвязей словесного искусства и действительности. Он — сторонник литературы, отстаивающей неотторжимые гуманистические нравственные ценности. В этом его укрепляет пример Л. Н. Толстого. «Подлинное искусство, — убежден Гарднер, — обращено к идеалам, уясняя и утверждая Доброе, Истинное, Прекрасное». Конечно, искусству противопоказаны прямолинейные назидательность и дидактика. Но серьезное произведение призвано быть «моральным», т.е. «служить добру». Джон Гарднер, в котором но праву видели надежду американской литературы, в расцвете сил погиб в 1982 г. в автокатастрофе.

Уильям Стайрон: «Софи делает выбор». Уильям Стайрон (1925— 2006), безусловно, один из крупнейших американских прозаиков послевоенной эпохи, достойный художник «южной школы». Участник войны, сражавшийся в рядах морской пехоты (1944—1945), Стайрон фактически так и не прошел поры литературного ученичества и дебютировал зрелым романом «Ложись во мрак» (1951), сразу выдвинувшим его в первый писательский ряд.

В ранней прозе отозвался военный опыт Стайрона. Повесть «Долгий марш» (1956) — описание лишенного осмысленной цели изнурительного перехода батальона морской пехоты, проводящего учения в Каролине. Стайрона, южанина, художника психологического плана, неизменно притягивает внутренний мир человека, мучительные, нередко патологически тяжелые душевные состояния, им переживаемые. Свидетельство тому — роман «И поджег этот дом».

Откликом на потрясения, вызванные «негритянской революцией» 1960-х гг. стал роман Стайрона «Исповедь Ната Тернера» (1967), удостоенный Пулитцеровской премии. Его герой — историческое лицо — черный невольник Нат Тернер, который в 1831 г. поднял восстание, был схвачен, судим и повешен. Форма романа — исповедь Ната Тернера накануне казни, записанная белым журналистом. Испытав с детства ужасы рабства, Нат Тернер, встав во главе восстания, не щадит белых женщин и детей.

По выходе роман вызвал бурную полемику. Стайрона обвинили в том, что он «модернизировал» историю, придав главному герою черты современного черного лидера экстремистского толка. Между тем, своим романом, созвучным современным событиям, Стайрон желал напомнить о неизбежности исторического урока: жестокое угнетение и насилие могут вызвать беспощадные эксцессы доведенных до отчаяния людей.

Наиболее впечатляющее достижение Стайрона — роман «Софи делает выбор» (1979), произведение широкого философского гуманистического звучания.

Действие происходит в 1947 г. в нью-йоркском районе Бруклин. Стинго, начинающий писатель, «южанин», рассказывает о себе. Его жизненная история переплелась с историей мучительной любви Софи, польки Зофьи Завистовской, пережившей ужас Освенцима, и еврея-психиатра Натана Ландау, человека одаренного, но психически неуравновешенного. Софи — дочь профессора права в Краковском университете, кстати, автора сочинения антисемитского содержания. В 1939 г. фашисты оккупируют Польшу и прежде всего расправляются с польской интеллигенцией: профессор и его зять, муж Софи, отправлены в концлагерь, где гибнут. Софи, оставшаяся с двумя детьми, пытается быть в стороне от антифашистской борьбы, но схвачена во время облавы и отправлена в Освенцим. Там и происходит самое чудовищное. Пьяный эсэсовец ставит ее перед выбором: она должна отправить в газовую камеру одного из своих детей, в противном случае они пойдут туда все трое.

Софи жертвует дочерью, чтобы сохранить сына Яна. Какое-то время Софи покровительствует комендант лагеря Хесс. Софи убеждает нациста, надеясь облегчить участь сына, в том, что она, как и ее отец, — антисемитка.

Но коменданта переводят в Берлин, Софи лишается защиты и возвращается в общий барак. Сына не удается спасти. Он гибнет.

Но сама героиня остается в живых. После войны она попадает в Америку, в Бруклин. Там ее спасает от физической и душевной гибели Натан Ландау, брат которого погиб в Освенциме. Это во многом объясняет привязанность Софи к Натану. Она прощает ему и ревность, и психическую нестабильность.

Стинго, герой-повествователь, читает другу, Натану, свои рукописи. Натан, в душе которого ужас холокоста, массового уничтожения нацистами евреев, оставил кровоточащий след, считает Стинго как южанина ответственным за другое преступление — угнетение чернокожих. Обвиняет Натан и Софи в том, что она выжила в Освенциме, в то время как все евреи сгорели в лагерных печах. Софи и Стинго во время очередного нервного срыва Натана становятся любовниками. Но она отклоняет перспективу благополучной жизни со Стинго и приносит себя в жертву Натану. Софи и Натан принимают яд и уходят из жизни...

Проведенная Стайроном аналогия между ситуацией в Польше и на американском Юге не вполне корректна. Но главное в романе — антифашистский пафос, страстное осуждение антисемитизма и расизма. Американская критика, высоко ценящая Стайрона, уже при жизни признала его классиком, продолжателем «южной традиции», поставив в ряд с такими мастерами, как Фолкнер и Томас Вулф.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >