Жизненный путь, определяющий меня

Когда я говорю о человеческом «я», я подразумеваю особые потребности человека. Это — биопсихические особенности человека, получившие в психологии название индивидуальных особенностей. Они в определенных условиях сигнализируют о себе человеку. Дополнительный фактор, определяющий жизненный путь человека, связан с ситуациями и действиями, влияющими на человеческое «я», является основополагающим фактором формирования внутреннего мира человека и имеет интересную особенность: оценка действия играет роль отсылки к миру человека, который становится причиной выработки данной оценки.

Здесь происходит основной этап оценивания, формирующего действие в этических отношениях, протекает жизненный путь, связанный с условиями исключительно данного момента, дается ценностная оценка действия.

В основе деятельности в этических отношениях лежит не оценка, связанная с действием, а только жизненный путь; формирование действия в этических отношениях на данном этапе является закрытым процессом (рис. 2.1). Если действие одного человека приводит к удовлетворению или неудовлетворению потребностей другого человека (от самых важных потребностей до самых незначительных: лесть самолюбию, «почесать спину» и пр.), оно оказывает на него влияние. В ситуации, когда действие одного человека удовлетворяет потребности другого, последнему они нравятся, он их хвалит. В результате при оценивании данного действия, опираясь на внутренний мир, человек считает происходящее хорошим, правильным, и даже идеализируя, возносит до небес. Действия человека (случайные или намеренные) накапливаются, человек дает оценку другому человеку, восхищается им, даже если тот сделал что-либо не так. Такой человек становится «объективным» или остается безучастным, сталкиваясь с действиями, которые не удовлетворяют его потребности, но и не противоречат им! Сталкиваясь же с противоречащими его потребностям действиями, он сердится, не может уснуть и дает данным действиями негативную оценку, суть которой сводится к прилагательному «плохой» - «не понравилось», «порицаю» и пр.

Феномен оценивания, с которым мы сталкиваемся в этом описанном нами элементарном порочном круге (в реальности запутанным, заполненным дополнительными факторами) при рассмотрении с точки зрения анализа действия в этических отношениях, — биопсихическое явление, характерное для человека. Существуют немало примеров ситуаций, когда мир и путь человека влияют на поведение и действия.

Формирование действия в этических отношениях

Рис. 2.1. Формирование действия в этических отношениях

Генрих, который «всё» испробовал, чтобы увидеть момент слабости всегда ощущавшего себя «сильным» Бекета, кипит внутренней борьбой, связанной с единоличным решением об убийстве Бекета:

Король (С нелепым вызовом): Да, я его любил! Да и сейчас еще люблю! Хватит, господи, хватит! Остановись, с меня хватит! (Бросается па ложе, корчась в нервных судорогах, рыдая, разрывает зубами тюфяк)

Бароны в изумлении подступают к нему.

Первый барон {Робко): Ваше величество...

Король (Ничего не слышит, стонет, зарывшись головой в подушку.): Ничего! Ничего не могу! Безволен, как баба! Пока он жив, я никогда ничего не смогу! Я трепещу перед ним в изумлении. А ведь я король! (Вдруг кричит.) Неужели никто не избавит меня от него? Священник! Священник, который меня презирает и оскорбляет! Значит, вокруг меня все такие же трусы, как и я? Неужели в Англии нс осталось мужчин? О! Мое сердце! Мое сердце бьется слишком сильно! (Лежит, как мертвый, на смятом тюфяке.)

Бароны растерянно толкутся вокруг короля. На каком-то ударном инструменте рождается ритм, нечто вроде глухого тамтама. Поначалу - это биение возбужденного сердца короля. Но потом звуки растут и крепнут. Бароны в молчании переглядываются’, выпрямляются, застегивают пояса, берут шлемы и медленно уходят. Неумолкающий звук ударного инструмента, похожий на глухой стук бьющегося сердца, он не прекратится до самого убийства. Король один лежит в пустом зале. Табуреты опрокинуты, один факел трещит и гаснет.

Король (приподнимается, осматривается, замечает, что баронов нет, и внезапно понимает, почему... Глаза его блуждают. С минуту он колеблется... потом падает на подушку, рыдает и стонет): О мой Томас![1]

Некоторые вопросы, которые я затрагивала ранее и буду затрагивать и далее, анализируя действие в отношениях между человеком и человеком, не являются проблемами Этики[2], даже — предметом какого-либо философского поля. При этом этические отношения, которые являются предметом данной книги, охватывают тесно связанные друг с другом вопросы — как Этики, так и не относящиеся к Этике. Потому что, если посмотреть на формирование действия в этических отношениях с одной стороны, мы увидим, какую роль играют вопросы, связанные и не связанные с Этикой, и что эти вопросы, несмотря на имеющиеся между ними различия, имеют одинаковые функции. С этой точки зрения будет полезным определить места указанных вопросов в общих рамках этических отношений и разницу между ними (несмотря на наличие одинаковых функций), имеющиеся возможности, связанные с ними. При упрощенном сведении этих различных возможностей (человеческих феноменов) к одной, как это делается в некоторых отраслях науки, становится невозможным понять некоторые действия в жизни, сужаются границы наших «научных» знаний, связанных с человеком.

Если опираться на эпистемологию, которая вынужденно отодвигает в сторону и не обращает внимание на факты, связанные с человеком и его успехами, и не считает «научными» иные объяснения, кроме причинно-следственных связей, подражая разъяснениям естественных наук, то нельзя делать объектом многие вопросы межчеловеческих отношений. В рамках же Этики как нормативной области знания их рассмотрение (в качестве сферы групповых «метафизических» вопросов, «идеализирующих» реальность, описывающих не реальность, а то, «что должно быть»[3]) становится неизбежным.

При этом как нет места в науках нормативным суждениям, нет им места и в философии; о них может идти речь только, когда необходимо что-то конкретное, при поиске пути реализации. С другой стороны, большая часть событий в мире человека — это события, у которых нет исключительно причинно-следственных связей; из этого следует, что существуют и другого рода объяснения, помимо причинно-следственных связей, являющихся только одним из типов объяснений, не меняющихся в зависимости от объекта, от того, что разъясняется. Соответственно и проблемы, которые связаны с такими событиями, невозможно объяснить (определить причины — причины произошедшего, причины действия, причины возникновения и пр., которые являются разными типами причин), изучая исключительно причинно-следственные связи, в антропологии или в философии.

С другой стороны, вопросы, являющиеся и не являющиеся предметом Этики, в жизни могут сохранять относительную независимость друг от друга; в то же время они часто оказываются тесно связаны между собой. Например, в случае, когда мы практически не сталкиваемся с вопросом этических отношений на первом этапе оценки, являющимся первым элементом, формирующим действие в отношениях между человеком и человеком, — при возможности осуществления второго шага (при шаге, который я характеризую как третий шаг при правильном оценивании) и при переходе от оценки к жизненному пути возникает целый ряд этических вопросов. Этот период — время, накапливающее богатый материал для драм, и основной пункт, который может привести человека к конфронтации, которую я в одной из своих работ называю этической борбой.

Один из видов этической борьбы, пример которой на грани патологии, — это борьба, которая проявляется при формировании действия на определяемом самим человеком жизненном пути: в случае правильной оценки действия в отношениях между человеком и человеком, при наличии «вреда» человеку от оцениваемого действия складывается ситуация, которая приводит к непродуманным действиям в отношении другого человека и к столкновению человека с самим собой (к жизненному пути, который определяется собственным «я» человека). Люди, сталкивающиеся с такими противоречиями, обычно обладают высокой восприимчивостью к знаниям, но нс развиты с точки зрения этики, стремятся ускользнуть из собственных рук, обмануть самих себя; они обладают знаниями по вопросу ценностей (пусть и даже поздно приобретенными), но не смогли стать этическими людьми. Этическая проблема здесь — тот факт, что правильное оценивание не играет действенной роли в формировании действия, что жизненный путь, определяемый собственным «я», сам направляет деятельность, закрывая путь для этического действия.

При определении жизненного пути только условиями реальности основа отношений между людьми — это психический мир человека. Место другого человека в отношениях остается случайным. Этические ценности, такие как любовь, уважение, доверие, не переживаются в такого рода отношениях, которые строят люди, потому что в них не задействована правильная оценка.

  • [1] См.: Ануй Ж. Томас Бскст. Действие 4.
  • [2] Под Этикой с большой буквы автор имеет в виду этику как науку. Когда жеречь идет об этике и этических отношениях с малой буквы, речь о том, что в русскоязычной литературе обозначается по преимуществу как мораль и моральныеотношения (примеч. пер.).
  • [3] При этом нет ничего, что вообще «должно быть»; речь идет о том, что «нужносделать», о «делании нужного».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >