Место транспортного права в системе российского права

Рассматривая место транспортного права в системе права, следует исходить из следующего.

Транспортное право представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают в связи с организацией и функционированием транспортных предприятий, отношения между транспортными предприятиями и их многочисленной клиентурой, пользующейся транспортными средствами, а также между транспортными предприятиями как одного, так и разных видов транспорта.

Так, например, в ст. 1 УЖТ РФ установлено, что Устав регулирует отношения, возникающие между перевозчиками, пассажирами, грузоотправителями (отправителями), грузополучателями (получателями), владельцами инфраструктур железнодорожного транспорта общего пользования, владельцами железнодорожных путей необщего пользования, другими физическими и юридическими лицами при пользовании услугами железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожного транспорта необщего пользования, и устанавливает их права, обязанности и ответственность.

В транспортном праве накоплена достаточная отраслеобразующая «критическая масса» нормативного материала. К числу законодательных актов, непосредственно регулирующих транспортные отношения, в частности, относятся: УЖТ РФ, Федеральный закон от 8.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»; Кодекс внутреннего водного транспорта Российской Федерации от 07.03.2001 № 24-ФЗ; Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.1999 № 81-ФЗ. Таким образом, с достаточной степенью обоснованности можно утверждать наличие группы правовых актов, образующих в совокупности достаточно предметно определенный и институционально обособленный блок транспортного законодательства.

Не так очевидно обстоит дело со статусными характеристиками транспортного права. В разное время некоторые авторы публикаций предлагали признать самостоятельными отраслями права все транспортное право или его отдельные части. Так, например, в отношении воздушных перевозок был сделан вывод о необходимости признать воздушное право уже на современном уровне его развития самостоятельной отраслью права[1]. Представители морского транспорта в более категоричной форме утверждали, что морское право является самостоятельной отраслью права, содержание которой определяется отношениями, складывающимися на морском транспорте и в торговом мореплавании[2]. На состоявшейся в апреле 2004 г. Всероссийской научно-практической конференции «Теоретические проблемы формирования транспортного права» некоторые выступающие настаивали (не приводя при этом достаточно весомых аргументов) на том, что «транспортное право — это самостоятельная отрасль системы российского права, которая представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих однородную группу общественных отношений по организации и деятельности транспортных организаций, предприятий, физических лиц, присущими ей методами, основанная на определенных правовых принципах и обладающая самостоятельными источниками права, обеспечиваемая поддержкой общества и государства»[3].

Определяясь в вопросе о месте транспортного права в системе российского права, следует исходить из того, что общепринято разграничивать отрасли права по предмету и методу правового регулирования. Как справедливо отмечал О. С. Иоффе, всякая отрасль права характеризуется двумя моментами: во-первых, определенным предметом регулирования, т.е. теми общественными отношениями, которые ею формируются, закрепляются и охраняются, и во-вторых, определенным методом регулирования, т.е. тем специфическим способом, при помощи которого законодатель на основе данной совокупности юридических норм обеспечивает нужное ему поведение людей как участников правоотношений[4]. Совершенно очевидно, что предметом правового регулирования в отдельной отрасли права должен служить однородный круг общественных отношений. Однако нередко такие однородные общественные отношения (как, например, в транспортной деятельности) складываются и развиваются под воздействием целого ряда других отраслей права: гражданского, административного, трудового и т.д. В таких случаях возникает необходимость в дополнительных мерах, позволяющих определить предмет данной отрасли права. В этом смысле наиболее важное значение имеет метод правового регулирования, под которым понимается юридическое средство воздействия, применяемое при правовом регулировании общественных отношений. Только единство предмета и метода регулирования является правильным классификационным признаком распределения норм права по отраслям.

При этом возникает вполне закономерный вопрос: обладает ли транспортное право особым методом регулирования? Вопрос не риторический, требующий ясного конкретного ответа, поскольку от его решения, по сути, и зависит возможность придания транспортному праву отраслевого статуса.

Что касается базовых отраслей права, здесь все просто: они обладают всеми присущими им признаками (структурными особенностями, юридическим своеобразием, наличием специфического предмета). Комплексные же отрасли — только частью этих признаков. Комплексные отрасли имеют лишь особый предмет (рассматриваемый в иной плоскости, нежели предметы основных отраслей) и некоторые черты юридического своеобразия, а именно — самостоятельную область законодательства, некоторые единые принципы, положения, приемы регулирования. Однако у них нет главных черт юридического своеобразия — «своего» метода и механизма регулирования.

Особенностью транспортного права является то, что оно сочетает в себе властно-организационные отношения, регулируемые административным правом, и имущественные отношения, регулируемые гражданским правом. Однако такое сочетание само по себе не является достаточным основанием для выделения транспортного права в самостоятельную отрасль. Не может служить аргументом и наличие уставов и кодексов на транспорте, а также большое количество нормативного материала, регулирующего отношения на транспорте. Как мы уже отмечали, это дает лишь основания для выделения особого законодательного массива — транспортного законодательства.

По нашему мнению, появление новой отрасли права возможно лишь там и тогда, где и когда можно сформулировать общие положения, отражающие единые для всех норм принципы и методы регулирования. Если же это невозможно, то нет оснований говорить о наличии самостоятельной отрасли права.

В научной литературе мы видим парадоксальную ситуацию: все те же предмет и метод правового регулирования применяется и к подотрасли и к институту права, что позволяет беспрепятственно присваивать им ранг отрасли. Это дает возможность до бесконечности плодить все новые и новые отрасли в современной системе права.

Так, например, в учебнике банковского права под редакцией Б. Н. Топорнина указывается, что предметом банковского права являются отношения, возникающие в процессе построения, функционирования и развития банковской системы России, в том числе в процессе регулирования банковской деятельности со стороны ЦБ РФ и других органов государственной власти, а также союзов и ассоциаций кредитных организаций. Поэтому банковское право является самостоятельной отраслью российского права[5]. С таким выводом согласиться не представляется возможным.

Действуя по той же схеме, А. Ю. Шумилов присваивает ранг отрасли права российскому уголовно-розыскному праву[6]. В. М. Сырых обосновывает обособление образовательного права в качестве самостоятельной отрасли, указывая на специфику метода регулирования соответствующих общественных отношений в «сочетании государственного контроля качества образования с автономностью образовательных учреждений, свободой, плюрализмом образования»[7]. К. Ю. Тотьев объявляет конкурентное право самостоятельной отраслью со специфическим предметом (отношения, связанные с конкуренцией и отношения в сфере монополий) и методом (сочетание диспозитивного регулирования и императивного воздействия) правового регулирования[8].

Транспортное право определяется предметом и методом, характерными в своем большинстве для гражданского, административного, трудового права, которые не отражают единых особенностей, характерных исключительно для транспортного права. А там, где методы правового регулирования не трансформируются и не видоизменяются, еще не созрели условия для появления новой отрасли права. Все сказанное позволяет сделать вывод, что транспортное право, а тем более его части не являются самостоятельными отраслями права. Транспортное право представляет собой комплексную отрасль российского права. Оно регулирует разные по характеру отношения, которые возникают в процессе взаимоотношений транспортных предприятий с клиентурой, когда такие отношения нуждаются в специальном правовом регулировании из-за их особенностей.

  • [1] Вопросы воздушного права : сб. Ч. 2. М., 1930. С. 211.
  • [2] См.: ЖудроА. К. Правовое регулирование эксплуатации советского морского транспорта : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1953.
  • [3] Государство и право. 2004. № 9. С. 114, 118.
  • [4] Иоффе О. С. Советское гражданское право. Т. 1. М., 1967. С. 7.
  • [5] Банковское право Российской Федерации. Общая часть : учебник / под ред.Б. Н. Топорнина. М., 1999. С. 20.
  • [6] Шумилов А. Ю. О преподавании в юридических вузах России учебного курса «Основыроссийского уголовно-розыскного права» // Государство и право. 2000. № 8. С. 76—88.
  • [7] Сырых В. М. Образовательное право как отрасль российского права. 2-е изд. М. :Исследовательский центр качества подготовки специалистов, 2000. С. 34.
  • [8] Тотьев К. Ю. Конкурентное право. М.: Юридическая фирма «Контракт» ; ИНФРА-М,2000. С. 16, 17.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >