Как снять чернобыльскую порчу

От советских времен осталось множество гигантских заводов и фабрик, но лишь несколько из них были машиностроительными. Всем известна пси ростам судьба АвтоВАЗа. Кто-то, возможно, вспомнит и про ныне здравствующее "Севмашпредприятие" (производитель атомных подводных лодок-ракетоносцев). Но почти никто не помнит про "Атоммаш", что в городе Волгодонск Ростовской области. Это уникальный завод, его корпуса-цеха длиной во многие километры до сих пор поражают своей циклопичностью. Людская намять коротка: первая продукция предприятия, которое должно было выпускать по восемь атомных реакторов в год, увидела свет в далеком 1981-м, а всего через пять лет случилась Чернобыльская катастрофа, и строительство "Атоммаша" было приостановлено, а сам завод частично законсервирован.

В 2013 г. можно сказать, что "Атоммаш" возвращается к жизни. Все основные цеха завода переданы в аренду компании "АЭМ-Технологии", "дочке" росатомовского производителя оборудования для атомной и тепловой энергетики компании "Атомэнергомаш". "Атоммаш", которому неоднократно предрекали полный развал и который на протяжении последних 20 лет де-факто работал вне атомной отрасли, становится головным предприятием "Атомэнергомаша".

Но возрождение "Атоммаша" происходит совсем не просто. Его нынешние производственные мощности (два реактора в год) и планы "Атомэнергомаша" начать здесь еще и производство тихоходных турбин означают рыночную коллизию.

Такие же, и даже больше, мощности сегодня имеют "Ижорские заводы", традиционный производитель реакторов, который может закрыть все потребности рынка. А тихоходные турбины в нужном стране количестве уже сейчас готовы собирать "Силовые машины" на только что построенном суперсовременном заводе в Колпине.

"Атоммаш" — результат советской гигантомании. Программа строительства в стране АЭС, принятая в СССР к концу 1960-х гг., оказалась настолько велика, что ради ее выполнения было решено сосредоточить все производственные мощности в одном месте. В итоге завод в Волгодонске получил две важные особенности, которые в дальнейшем повлияют на его судьбу: он проектировался узкоспецилизированным (только оборудование для АЭС) и имел невероятно большую производственную мощность (восемь комплектов оборудования для реакторного зала в год, что в два раза превосходило потенциал "Ижорских заводов").

После выпуска в 1981-м первого реактора ВВЭР-1000, который был установлен на Запорожской АЭС, к 1986-му "Атоммаш" успел произвести еще 12 корпусов реакторов, из которых только семь были поставлены заказчику. Авария на Чернобыльской АЭС и распад Советского Союза оставили недостроенный завод и без перспективных заказов, и без потенциального ответственного собственника. "Ижорские заводы", основной конкурент и дублер "Атоммаша", имели гораздо более широкую специализацию, что помогло им пережить трудные 1991 — 1997 гг. Также проблемой "Атоммаша" стала себестоимость производства — при наличии значительного массива незавершенного строительства и огромных производственных площадей завод мог работать прибыльно лишь при полной загрузке или же при повышенной стоимости производимой продукции. В итоге основным поставщиком реакторов для АЭС Ирада и Индии, согласно российским контрактам, надолго стали "Ижорские заводы", а "Атоммашу" досталась роль поставщика второго уровня. Завод брался за выполнение случайных и разовых заказов для первых модернизационных программ отечественных металлургов, пытался стать одним из поставщиков "Транснефти" и нефтеперерабатывающих заводов. В конце концов "Атоммаш" попал в орбиту интересов компаний, которые стремились лишь к разделу его активов — приватизации станочного парка и отдельных цехов. Дело кончилось банкротством в 1996—1997 гг., которое инициировал предпоследний владелец предприятия — "Энергомашкорпорация" Александра Степанова.

С приходом Степанова "Атоммаш" вроде получил шанс на возрождение. Все активы завода были консолидированы, бесконечные компании-арендаторы выдавлены, а само предприятие перепрофилировано. Степанов сделал ставку на производство оборудования для малых газотурбинных ТЭЦ (ГТ-ТЭЦ).

Частично на основе конструкторской документации Ленинградского металлического завода была создана турбина мощностью 9 МВт. Однако Степанов допустил ошибку в стратегии развития: вместо продвижения новых для российского рынка турбин их традиционным покупателям (городским ТЭЦ) он стал сам строить новые муниципальные подстанции в расчете заработать не на продаже турбин, а на продаже электричества и тепла. На этом весьма дорогостоящем пути у Степанова достаточно быстро кончились деньги. К 2008 г. было изготовлено 120 комплектов оборудования для ГТ-ТЭЦ, из них лишь 61 турбина была поставлена на станции; ключевые активы "Энергомашкорпорации" попали в процедуру банкротства, а Степанов — в тюрьму за финансовые махинации с банковскими кредитами. Казалось, проклятие Чернобыля останется на "Атоммаше" навечно.

В 2009 г. находящийся в финансовых и производственных руинах "Атоммаш" попал в сферу интересов "Атомэнергомаша". Эта "дочка" "Росатома" получила карт-бланш на выстраивание в рамках госкорпорации собственного эпергомашиностроительного дивизиона, который должен был включать в себя производство всех ключевых составных частей АЭС, что на практике вместо кооперации с традиционными игроками этого рынка "Ижорскими заводами" и "Силовыми машинами" означало создание внутри- страновой конкуренции, т.е. новых производителей.

Поначалу у "Атомэнергомаша" все шло достаточно бойко. Ему удалось консолидировать главного производителя парогенераторов Подольский завод им. Орджоникидзе, специализированное (нацеленное на атомную тематику) металлургическое украинское производство "Энергомашспецсталь" и основные проектно-конструкторские институты в области турбо- и реакторостроения. Но когда дошло до ключевых производств — реакторов и турбин, дело встало. Поначалу производство реакторов планировалось наладить на базе "Петрозаводскмаш", где когда-то выпускались бумагоделательные машины. Однако этот проект в итоге был закрыт из-за отсутствия оборудования, налаженных кооперационных связей и профессиональных кадров. А самостоятельное производство турбин "Атомэнергомаш" вообще не потянул. Вместо этого в пику "Силовым машинам" "Росатом" объявил о создании совместного предприятия.

II вот когда "Атоммаш" остался у разбитого корыта, его подобрали структуры "Росатома". С 1 февраля 2013 г. "Атоммаш" передан в полную аренду компании "АЭМ-Технологии", "дочке" "Атомэнергомаша". Хотя вопрос, кому принадлежат арендуемые площади, остается открытым. Формально — компаниям "Техно-В" и "Основные фонды", на чьем балансе и находятся все основные активы "Атоммаша". Их акции были выкуплены у контролируемых Александром Степановым структур предпринимателем Дмитрием Татарниковым и его компаньонами. В "Росатоме" этих людей называют посредниками.

Д. Татарников следующим образом описывает ситуацию: "В 2012 г. часть акций компаний — собственников основных фондов "Атоммаша" была продана мне и моим партнерам. Нам же было передано и управление этими компаниями. В соответствии с партнерским соглашением я не могу раскрыть детали сделки. К моменту нашего прихода загрузка производственных площадок "Атоммаша" практически отсутствовала, многомесячные просрочки по долговым обязательствам и задержки по выплате зарплаты довели некоторые компании в структуре "Атоммаша" до процедуры банкротства. Наши мероприятия в первую очередь были направлены па стабилизацию бизнес-процессов и привлечение профильных инвесторов".

Но одно дело — купить и консолидировать активы, а другое — наладить производство. Для этого "Росатом" организовал заказы своим дочерним структурам на тихоходную турбину и реактор для Балтийской АЭС в Ленинградской области. И теперь все это предполагается строить на "Атоммаше".

Но есть сомнения, что "Атоммаш" сможет изготовить реакторы, не говоря о турбинах, в срок (к 2015 г.). Например, пригодно ли оборудование: ведь изделия с высшим уровнем доступа не производились на нем почти 20 лет (последний корпус реактора был изготовлен в 1986 г. для Балаковской АЭС; в 1997 г. был создан лишь имитатор корпуса реактора для учебного центра Запорожской АЭС).

"Все оборудование завода можно разделить на стандартное и уникальное. Основные потери мы понесли после вывода из эксплуатации малого станочного парка — стандартных станков. Часть из них была продана, но и сейчас у нас на складе их довольно много. Из уникального оборудования потеряно немного, то, что либо не предполагалось использовать, или оно дублировалось, или было установлено неправильно", — говорит Виталий Шишов, директор по производству филиала "АЭМ-Технологии" в Волгодонске. Если модернизировать оборудование, "Атоммаш" сможет производить два комплекта реакторов в год уже в ближайшие годы, что фактически полностью закрывает спрос на атомное оборудование в России. "Вопрос сегодняшнего дня — не в отсутствии заказов, а в способности производителей атомного оборудования обеспечить его качественное изготовление, в контрактные сроки и по контрактной цене", — комментируют ситуацию на "Ижорских заводах".

Работы по производству первого реактора уже ведутся, а производство турбин еще только предстоит наладить (оно должно начаться в марте 2013 г.). Турбинный завод разместится в пустующем четвертом корпусе завода, где в советские времена планировалось организовать производство реакторов на быстрых нейтронах. "В 2013 г. предполагается начать производство корпуса турбины и статора генератора. На первом этапе будут организованы изготовление направляющих лопаток, сварка и мехобработка диафрагм, сборка цилиндра низкого давления, полная сборка статора. На следующем — изготовление рабочих лопаток, обработка корпусов цилиндров турбины, полное изготовление и сборка роторов турбины и генератора. Уровень локализации на первом блоке Балтийской АЭС составит свыше 50%. Помимо корпуса турбины и статора генератора это стационарные лопатки, сварка и механообработка диафрагм, сборка цилиндра низкого давления, полная сборка статора генератора, локализация теплообменного, насосного и емкостного оборудования, трубопроводы и другие элементы оборудования машинного зала. После второго этапа уровень локализации составит более 70%", — делится планами Александр Цветков, генеральный директор "Альстом-Атомэнергомаш".

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >