Образование русского централизованного государства

Иван III – Государь Всея Руси

В 1462 г. окончил свою жизнь многострадальный Василий II Темный, и на великокняжеский московский престол вступил его старший сын Иван III Васильевич. К этому времени ему исполнилось 22 года, и он был уже вполне сложившимся человеком и правителем.

Его восшествие на московский трон произошло по завещанию Василия II. При этом не потребовалось никакого одобрения Орды и получения ордынского ярлыка на княжение, что свидетельствовало о большой независимости Руси от Орды. Но существовала еще уплата дани, связывающая Русь с Ордой.

Большинство русских земель уже вошли в состав Московского государства, независимыми оставались Новгород, Тверь, Рязанское княжество, Псков. Существовали и уделы, которыми владели члены великокняжеской семьи.

За спиной Ивана III было тяжелое и страшное детство. Когда ему было 5 лет, отец потерпел поражение в битве с ордынцами и попал в плен. Иван вместе с матерью бежал из беззащитной и горящей Москвы. Потом после ареста и ослепления опта Иван с братом скитался по Руси, спасаясь от сторонников Шемяки, спал в сараях на соломе. Заговорщики обнаружили княжичей в Муроме. Ходили слухи, что Шемяка приказал зашить Ивана и брата Юрия в медвежью шкуру и утопить в Волге, но митрополит Иона уговорил его отослать сыновей к отцу.

На всю жизнь Иван Васильевич запомнил этот страшный разгул феодальной вольницы, торжество удельных порядков над государственным единством Руси. В возрасте 12 лог он уже возглавил войско в борьбе против злейшего врага отца – Дмитрия Шемяки. Иван III вырос человеком осторожным, расчетливым, привык действовать наверняка, не торопясь, без риска, опасностей и драм, которые он пережил в детстве. При этом он проявлял большое упорство, железную выдержку, непоколебимую волю и жестокость. Таким был человек, ставший во главе Московского княжества.

После смерти отца Иван III продолжал его дело.

Во-первых, он постарался обезопасить Русь от постоянного натиска монголо-татар. К тому времени кроме Золотой Орды, или Большой Орды, как называли прежнюю державу Батыя, появилось еще несколько Татарских ханств, отделившихся от Сарая: Казанское, Крымское, Сибирское. Эти ханства, как правило, соперничали друг с другом, но дань от Руси теперь требовала не только Большая Орда, но и Казань, и Крым.

На самой территории Руси московскими князьями для татарских ханов, перешедших к ним на службу, было создано удельное Касимовское "царство". Оно занимало территорию по р. Оке (северо-восточная часть современной Рязанской области), населённую Мещерой, мордвой и отчасти татарами и было впервые пожаловано Василием II Темным казанскому царевичу Касим-хану (сын казанского хана Улу-Мухаммеда, ок. 1450–1456 гг.), по имени которого главный город области Городец-Мещерский стал называться Касимовом. "Цари" и "царевичи" Касимовского царства назначались по усмотрению Москвы из числа татарской знати, принявшей русское подданство.

Уже в первые годы своего княжения Иван III показал, что Москва будет продолжать борьбу за свою свободу и независимость от монголо-татарских ханств. Нс решаясь пока вступить в борьбу с Большой Ордой, Иван III нанес ряд ударов по Казанскому ханству. В 1469 г. войско под водительством его брата Юрия, Дмитровского князя, с которым он мальчиком скитался по Руси, осадило Казань и заставило хана освободить русских пленников. Москва также заставила Казань отказаться от попыток удержать за собой ряд русских земель к востоку от Москвы.

Во-вторых, как и при отце, Ивану III пришлось улаживать отношения в своей семье. По завещанию Василия II братья Ивана III получили небольшие, но самостоятельные княжества-уделы. Любое обострение отношений с братьями грозило новой войной. Поэтому Иван III оставил за ними их уделы. Но как только следующий за ним брат Юрий умер бездетным, его удел – Дмитровское княжество – тут же был включен в состав государственных земель.

В-третьих, Иван III энергично продолжал политику подчинения Москве независимых русских земель. Способы здесь были различными. Так, Ярославское княжество Иван III выкупил у княжеской семьи и включил его в формирующееся Русское государство. Над Рязанским княжеством был установлен патронат. Сложнее было с Новгородом и Тверью – этими давними соперниками Москвы.

"Господин Великий Новгород" чувствовал, что перевес сил все более склоняется в сторону Москвы. Посылая посольства в Москву с просьбой сохранить свои вольности "по старине", знать Новгорода начала одновременно переговоры с Литвой, прося о помощи против Москвы, и Литва согласилась. Тем самым возвращались времена противоборства Ольгерда и Витовта с Москвой. Одновременно Литва пыталась заручиться поддержкой Большой Орды и Крымского ханства. Новгород, таким образом, включался в большую восточноевропейскую политику. Цель была одна – приостановить усиление Московского княжества.

Чувствуя свою силу, Иван III направил в Новгород грамоту, где называл Новгородскую феодальную республику своей "прародительской отчиной", что вызвало взрыв возмущения в городе не только бояр – сторонников литовской партии, но и простых торговцев и ремесленников. В городе стали проходить бурные вечевые собрания. Новгородцы говорили, что не хотят быть холопами московского князя. Свободолюбивые средневековые демократические порядки этого близкого к Европе северо-западного русского города столкнулись с неодолимыми процессами объединения всех русских земель, создания мощного централизованного государства.

Иван III стал решать конфликт вооруженным путем. Вероятно, впервые в жизни он пошел на риск у Новгорода были союзники, поход был далеким и Трудным. И всё же Иван III начал собирать полки. Перед этим он, как опытный политик, придал готовящемуся походу общерусский характер, собрал представителей княжеских родов, бояр, дворян и купцов, чтобы заручиться поддержкой всей земли. Кроме того, карательная экспедиция носила и религиозный характер.

Иван III объявил, что это будет поход против тех, кто склонялся к "латинству", "еретичеству", поскольку союз Новгорода с Литвой был соглашением с католической страной. К тому же тогда судьба православия, судьба "истинной веры" обострилась в связи с тем, что в 1453 г. Константинополь был завоеван турками. Над православием навис не только бич "латинства", но и угроза мусульманства.

Иван III и его помощники вспомнили попытку папского Рима подчинить своему влиянию слабеющее греческое православие путем создания в июле 1439 г. унии между католической и православной Церквями. Перед лицом наступления турок на Византию патриарх Константинополя Иосиф пошел на такую унию. Это решение было принято в Италии на знаменитом церковном соборе, который проходил в городах Ферраре и Флоренции.

На этом соборе присутствовал и московский митрополит Исидор, который подписал унию. Однако по возвращении его в Москву русское духовенство и великий князь Василий II Темный отказались принять унию, обвинили Исидора в измене православной вере, арестовали и сместили с митрополичьего престола. Этот акт, как и последующее бегство в 1441 г. смещенного митрополита в Литву (оттуда он бежал в Италию, стал кардиналом католической Церкви), помогли Василию Темному опереться в борьбе со своими противниками на православное духовенство, не желавшее идти на контакт с "латинянами" – католиками.

Под знамением спасения "истинной веры" и вел свои полки на Новгород Иван III. Он мобилизовал против Новгорода большие силы Руси.

14 июля 1471 г. на берегу р. Шелони произошло историческое сражение после неожиданной встречи авангарда московских войск во главе с князем Даниилом Дмитриевичем Холмским и новгородской рати. Небольшая (5 тыс. чел.), но хорошо организованная и укомплектованная русская рать, не ожидая подхода головных сил, разгромила численно превосходившее ее новгородское войско (20-40 тыс. чел.) во главе с новгородским боярином Дмитрием Борецким. Свободы и вольности сослужили новгородцам плохую службу в военном деле. Новгородское войско оказалось разобщенным, в нем была плохая дисциплина, отдельные отряды шли под командованием своих бояр. Полк архиепископа вообще отказался воевать против великокняжеского войска. Всё напоминало время феодальной раздробленности.

Итогам этого поражения стало стеснение новгородских свобод. Новгород признал себя "отчиной" Ивана III. В городе усилилась власть московского наместника и других официальных лип, сношения с Литвой объявлялись незаконными, их назвали изменой. Новгородские посадники были казнены, среди них – Дмитрий Борецкий, активный сторонник сближения с Литвой; ряд бояр и других знатных лиц отправили в заточение в Коломну. Новгород уплатил Москве огромную контрибуцию.

Литва при этом не рискнула выступить в поддержку своего союзника, но отвлечением московских сил на север воспользовался хан Большой Орды Ахмат. Заключив союз с польским королем Казимиром IV, направленный против Ивана III, летом 1472 г. он напал на Русь. Однако Иван III успел выдвинуть к Оке великокняжеское войско, и Ахмат не решился форсировать Оку. Монголо-татары уклонились от генерального сражения. Это был важный факт: Орда боялась открытого противоборства с Москвой. Близился час окончательного освобождения Руси от монголо-татарского ига.

После поражения на р. Шелони враждебная Москве партия новгородских бояр не сложила оружия. Ее возглавила вдова казненного посадника Марфа Борецкая и ее сын Федор. Всё настойчивей прилагались усилия уйти под власть Литвы. Противников Москвы вела ненависть к Ивану III, ущемление личных эгоистических интересов. Вскоре партия Борецкой взяла верх, сторонники "московской партии" были казнены, а московские купцы изгнаны из Новгорода. В ответ Иван III в 1477 г. вновь направил на мятежный город общерусское войско, которое осадило Новгород и вынудило городскую верхушку к переговорам. Вновь, как и прежде, ни Литва, ни Орда не пришли на помощь Новгороду.

По новому договору Новгород отныне становился одной из частей Русского государства, вечевое управление было ликвидировано. Земли врагов Москвы и часть церковных земель были конфискованы в пользу великого князя.

В январе 1478 г. Иван III торжественно въехал в свою "отчину" Новгород. Великокняжеские наместники взяли власть в городе. Наиболее упорные противники Москвы были арестованы и отправлены в заточение в Москву. Среди них – неукротимая Марфа Борецкая.

Месяц провел Иван III в некогда независимой Новгородской республике, устанавливая московские порядки. Когда он возвращался в Москву, то за ним на санях везли вечевой колокол – символ свободы и самостоятельности Новгорода.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >