Защита прав и свобод человека по праву Европейского Союза

Становление принципа защиты прав человека в праве Европейского Союза

Становление и закрепление принципа уважения прав человека в праве ЕС прошло долгий путь. Изначально Европейские сообщества создавались как сугубо экономические, поэтому положения о правах человека в договоры, учреждающие Европейские сообщества, не были включены.

Так, в Парижском договоре о создании ЕОУС 1951 г. говорится о верховенстве права, гарантом которого должен был стать Суд ЕС, и демократии, обеспечиваемой посредством создания Ассамблеи. Как и в Парижском договоре, в Римском договоре об учреждении Евратома 1957 г. нет положений, связанных с обеспечением прав человека. Римский договор об учреждении ЕЭС 1957 г. содержит нормы о свободе передвижения товаров, капитала, лиц, а также свободе предоставления услуг. Однако эти нормы лишь косвенно затрагивают вопрос гарантий прав человека и связаны скорее с основными целями и компетенцией Европейских сообществ.

Обойденный молчанием в Учредительных договорах Европейских сообществ, принцип уважения прав и свобод человека постепенно начинает обеспечиваться практикой Суда ЕС, сыгравшей важную роль в формировании и развитии механизмов защиты прав человека в ЕС.

Руководствуясь общепризнанными принципами международного права, международными соглашениями о правах человека, в которых участвовали государства - члены Европейских сообществ, учитывая право Европейских сообществ, а также конституционные традиции, законодательство и правоприменительную практику Германии, Италии и некоторых других государств, Суд ЕС стремился восполнить пробелы учредительных договоров, ориентированных на экономическую деятельность и ограничивающихся признанием лишь некоторых прав человека в сугубо экономических целях.

Впервые вопрос об основных правах человека был затронут Судом ЕС в 1969 г. в связи с делом 29/69 "Erich Stauder с. Ville d'Ulm-Sozialamt" от 12 ноября 1969 г. В деле речь шла о программе Европейского сообщества, предусматривающей поставки в рамках социальной помощи масла по низкой цене. Заявителю полагалось масло по низкой цене, однако он возражал против обязательного предъявления купона для получения масла, поскольку купон содержал информацию о его имени и адресе. Заявитель полагал, что это унизительно и нарушает его право на частную жизнь, поэтому акт Европейского сообщества, предусматривающий такую обязанность, должен быть аннулирован. Суд ЕС не усмотрел нарушения прав заявителя, однако в решении по делу сформулировал позицию, предопределившую вектор судебной практики по делам, касающимся прав человека: Суд ЕС указал, что будет защищать "основные права человека, как они вытекают из общих принципов Сообщества".

В решении по делу 11/70 "International Handelsgesellschaft с. Einfuhr-und Vorratssttelle für Getreide" от 17 декабря 1970 г. Суд ЕС подтвердил свою позицию: "Уважение основных прав является неотъемлемой частью общих принципов права, соблюдение которых обеспечивает Суд", - подчеркнув, что основные права человека должны обеспечиваться в рамках структуры и целей Европейских сообществ в соответствии с общими конституционными традициями государств-членов.

В 1970-е гг. толчком к развитию практики Суда ЕС в области обеспечения прав человека послужило противостояние, возникшее между Судом ЕС и Федеральным конституционным судом Германии, который указал, что передача полномочий Европейским сообществам не может лишить граждан - в данном случае немецких - той защиты, которую им обеспечивают положения национальных конституций в области прав человека. Федеральный конституционный суд Германии неоднократно поднимал перед Судом ЕС вопрос о нарушении правом Европейских сообществ основных прав человека, гарантированных Конституцией ФРГ (см., например, решение Федерального конституционного суда ФРГ от 29 мая 1974 г. по делу "Solange I"). В ответ, Суд ЕС настаивал на том, что Федеральный конституционный суд Германии не вправе высказываться о недействительности актов ЕС ни при каких обстоятельствах, пусть даже он и считает, что они противоречат конституционному праву ФРГ и, в частности положениям, гарантирующим уважение основных прав человека. В свою очередь, Федеральный конституционный суд Германии соглашался подчиниться только в случае соблюдения ряда условий, среди которых фигурировала эффективная защита конкретного кодифицированного перечня прав человека по праву ЕС1.

Таким образом, Европейским сообществам было указано на необходимость закрепить в их правопорядке общепризнанные ценности, выходящие за пределы чисто экономического характера.

14 мая 1974 г. Суд ЕС вынес решение по делу 4/73 "J. Nold, Kohlen-und Baustoffgrobhandlung с. Commission". Дело касалось решения Комиссии в соответствии с Договором о ЕОУС, которое предусматривало, что оптовые продавцы угля не могут покупать уголь из Рура (область в ФРГ) непосредственно у производителя, если объем закупки меньше установленного минимума. Господин Нолд - оптовый продавец угля - считал, что норма, предписывающая ему иметь дело с посредником, ограничивает его прав собственности, так как препятствует свободному ведению экономической деятельности.

В решении по делу г-на Нолда Суд ЕС разъяснил, что международные договоры по правам человека, к которым присоединились государства - члены ЕС, в первую очередь Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (далее - ЕКПЧ, Конвенция), могут и должны учитываться в праве Европейских сообществ. Начиная с решения по этому делу, Суд ЕС стал регулярно обращаться к Конвенции. Так, в решении по делу 36/75 "Roland Rutili с. Ministre de l'interieur" от 28 октября 1975 г. Суд ЕС прямо сослался на ЕКПЧ как международный договор, имеющий обязательную юридическую силу для всех государств - членов Европейских сообществ1.

Упомянутые решения послужили основой для развития судебной практики Европейских сообществ в период с 1969 по 1980 г. Суд ЕС обеспечивал защиту основных прав человека, исходя из того, что уважение прав человека - неотъемлемая часть основных принципов права Европейских сообществ. Однако содержание прав человека, выделяемых из этих принципов, в судебной практике ЕС по-прежнему не было точно определено. Суд ЕС делал лишь общую ссылку на право государств - членов Европейских сообществ и международные соглашения, участниками которых эти государства являлись, исходя из приоритета общих интересов Европейских сообществ. Вместе с тем основополагающий характер прав человека для права Европейских сообществ уже не подвергался сомнению, а практика стала отправной точкой для формирования неписаного каталога прав человека в рамках Европейских сообществ. Впоследствии практика Суда ЕС была одобрена и принята всеми институтами и государствами - членами Европейских сообществ, а в дальнейшем была закреплена в преамбуле Единого европейского акта, в Маастрихтском, Амстердамском и Ниццком договорах.

В 1975 г. Комиссия Европейских сообществ приступила к разработке каталога основных прав и свобод человека, который отвечал бы реальным потребностям Европейских сообществ, и включал, прежде всего, экономические и социальные права.

В 1977 г. Европейский парламент, Европейская комиссия и Европейский совет приняли Совместную декларацию об основных правах, подчеркнув свое стремление "при осуществлении их полномочий и реализации целей Европейских сообществ" соблюдать "основные права в том виде, в каком они закреплены в конституциях государств-членов, а также в Конвенции о правах человека".

В Декларации о демократии, одобренной Европейским советом в апреле 1978 г., а затем в Торжественной Декларации о Европейском Союзе, принятой в Штутгарте 19 июня 1983 г. подчеркивалось, что "соблюдение и поддержание представительной демократии и прав человека каждым из государств-членов является основным элементом принадлежности к Европейским сообществам".

  • 13 декабря 1979 г. Суд ЕС вынес решение по делу 44/79 "Liselotte Hauer с. Land Rheinland-PfalzHauer". Истица оспорила регламент Сообщества, направленный на борьбу с перепроизводством вина и устанавливавший запрет высаживать новые виноградные лозы в течение трех последующих лет. По ее мнению, Регламент нарушал право на владение имуществом и право на ведение торговли. Суд ЕС согласился с тем, что Европейские сообщества допустили вмешательство в реализацию соответствующих прав, однако счел, что мера Сообщества оправдана как принятая в общих интересах, поэтому вмешательство в право собственности истицы пропорционально и обоснованно.
  • 8 1986 г. первая ссылка на основные права человека появилась в первичном праве Европейских сообществ. В преамбуле Единого европейского акта государства подтвердили свою приверженность принципам демократии и законности и прав человека, решив "совместно содействовать развитию демократии на базе основных прав, признанных конституциями и законами государств-членов, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и Европейской социальной хартией, а именно: свободы, равенства и социальной справедливости".

Этапным для развития права Европейских сообществ в области прав человека стал 1989 год.

  • 12 апреля 1989 г. Европейский парламент принял Декларацию основных прав и свобод человека. Документ включал 25 статей, гарантирующих гражданские, политические, экономические и социальные права. Среди них: право на жизнь, равенство перед законом, свобода передвижения, право собственности, право на доступ к информации и др.
  • 9 декабря 1989 г. государства - члены Европейских сообществ приняли Хартию об основных социальных правах трудящихся, включив в нее право на занятость и вознаграждение, улучшение условий жизни и труда, социальную защиту, профессиональное обучение, а также другие права и свободы. Согласно п. 27 Хартии ответственность за гарантирование основных социальных прав, закрепленных в этом акте, "преимущественно несут государства-члены в соответствии с их национальной практикой"1.

Декларация, как и Хартия, носят рекомендательный характер, однако это не умаляет их политического значения, а также роли, которую они сыграли, в том числе при разработке Хартии ЕС об основных правах.

  • 13 июля 1989 г. Суд ЕС вынес очередное "этапное" решение. В деле "Hubert Wachuaf с. Bundesamt Ernährung und Forstwirtschaft" речь шла о фермере, который работал на арендованной им земле и вложил в развитие производства собственные средства и труд. Однако по окончании срока аренды выяснилось, что результаты его усилий - увеличение квоты на производство молока, достались собственнику земли. Рассматривая данное дело, Суд ЕС впервые задался вопросом о том, должен ли он контролировать соблюдение прав человека при применении права ЕС не только органами и институтами ЕС, но и государствами. Позиция Суда ЕС была однозначна: требования защиты прав человека в правовом порядке ЕС "обязательны и для государств-членов, когда они применяют нормы Сообщества".
  • 7 февраля 1992 г. был принят Договор об учреждении Европейского Союза (Договор о ЕС 1992 г.), который стал важным этапом и в развитии права ЕС в области прав человека.
  • 8 ч. 2 ст. F Маастрихтского договора предусматривается обязательство ЕС соблюдать основные права человека, вытекающие из Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и из общих конституционных традиций государств-членов, в качестве основных принципов права Европейских сообществ. Ссылка на основные права содержится также в разд. VI, посвященном сотрудничеству в области правосудия и внутренних дел.

После подписания Маастрихтского договора дебаты по вопросу прав человека не прекратились. Однозначные решения по некоторым проблемам так и не были приняты. Например, не был разрешен вопрос о присоединении к Конвенции. Маастрихтский договор закрепил основополагающее значение ЕКПЧ в правопорядке ЕС, однако лишь как "источника вдохновения", не обладающего обязательной юридической силой. Не была разрешена и проблема разработки в правовой системе Европейских сообществ собственного каталога основных прав человека.

Между тем, Суд ЕС постепенно начал обращаться к постановлениям ЕСПЧ. Первоначально Суд ЕС избегал любой ссылки на правовые позиции ЕСПЧ, заявляя, что толкование, предлагаемое ЕСПЧ, не соответствует праву ЕС или что правовая позиция ЕСПЧ по вопросу, применимому к рассматриваемому делу, отсутствует. В некоторых случаях, Суд ЕС настойчиво придерживался позиции, противоположной позиции ЕСПЧ.

Так, Суд ЕС отказался распространять действие принципа неприкосновенности жилища, закрепленного в ст. 8 ЕКПЧ, на коммерческие помещения, проигнорировав постановление ЕСПЧ по делу "Шаппель против Соединенного Королевства", вынесенное за полгода до решения Суда ЕС по аналогичному вопросу.

Однако со временем противостояние ослабло и постепенно ссылки на постановления ЕСПЧ вошли в практику Суда ЕС, например, при рассмотрении жалоб, связанных с дискриминацией транссексуалов и гомосексуалистов; соразмерностью наказания; свободой прессы; неприкосновенностью частной жизни и др.

В свою очередь, ЕСПЧ ссылается на решения Суда ЕС со скидкой на особый характер правопорядка ЕС.

Например, в постановление "Мустаким против Бельгии" от 18 февраля 1991 г. ЕСПЧ заявил, что особенности процесса интеграции и становления гражданства ЕС оказывают влияние на толкование принципа запрета дискриминации по признаку национальности. ЕСПЧ также отметил, что особенности преюдициальной процедуры в рамках ЕС должны учитываться при оценке разумного срока судебной процедуры.

В Постановлении по делу "Мэтьюз против Соединенного Королевства" от 18 февраля 1999 г. ЕСПЧ указал, что должен принимать во внимание структурные изменения, закрепленные в договорах ЕС, природу Европейского сообщества и его особый правопорядок.

Позитивная практика уважения правовых позиций друг друга - основа успешного взаимодействия Суда ЕС и ЕСПЧ и в настоящее время. Так, в постановлении по делу "Dangeville против Франции" от 16 апреля 2002 г., ЕСПЧ пришел к выводу, что не имплементировав в национальное законодательство одну из Директив ЕС по налогообложению, Франция нарушила право собственности заявителя, гарантированное согласно ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

В деле компании Senator Lines к заявителю Комиссией ЕС были применены штрафные санкции за нарушение положений о конкуренции Договора о Европейском сообществе.

Компания подала иск в Суд первой инстанции. Одновременно компания Senator Lines подала жалобу в ЕСПЧ против (в то время) всех 15 государств - членов ЕС, обвиняя Комиссию ЕС в нарушении ст. 6 ЕКПЧ (право на справедливое судебное разбирательство), так как компании предписывалось заплатить штраф до того как дело будет рассмотрено по существу Судом первой инстанции. Тем временем, Суд первой инстанции постановил, что к компании несправедливо были применены штрафные санкции и снял с нее обязанность их оплачивать. В ответ ЕСПЧ прекратил судебное разбирательство по делу, так как дело было разрешено по существу.

Однако это не всегда позволяло избежать различий в определении объема и содержания отдельных прав и свобод человека.

Например, в деле "Огкет против Комиссии" от 18 октября 1989 г. Суд ЕС указал, что право не свидетельствовать против себя не закреплено в ЕКПЧ и не рассматривалось ЕСПЧ, а в международных и национальных актах, гарантирующих данное право, оно распространяется только на физических лиц в рамках уголовного процесса, но не затрагивает положения юридических лиц при спорах экономического характера. ЕСПЧ, напротив указал, что, несмотря на отсутствие данного положения в тексте ЕКПЧ, он признает существование такого права, поскольку ст. 6 ЕКПЧ (право на справедливое судебное разбирательство) подразумевает существование права не свидетельствовать против себя. Кроме того, ЕСПЧ дает расширительное толкование этого права (см. постановление ЕСПЧ по делу "Функе против Франции" от 25 февраля 1993 г.).

Защита прав человека явилась одним из объектов регулирования Амстердамского договора, подписанного 2 октября 1997 г. Только с его принятием в праве Европейских сообществ и ЕС появились серьезные положения об основных правах человека. Амстердамский договор, вводя положения, согласно которым права человека являются одним из основополагающих принципов ЕС, а их соблюдение - условием вступления в ЕС, ставит права человека во главу европейской интеграции.

Согласно ч. 1 ст. 6 Договора о ЕС в редакции Амстердамского договора "Союз основан на принципах свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод, а также господства права - принципах, которые являются общими для государств-членов".

В ч. 2 ст. 6 Договора поясняется, что "Союз уважает основные права человека, как они гарнированы Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, подписанной 4 ноября 1950 года в Риме, и как они вытекают из общих конституционных традиций государств-членов, в качестве общих принципов права Сообщества".

С принятием Амстердамского договора появились положения о контроле над соблюдением государствами - членами ЕС основополагающих принципов ЕС, в том числе принципа уважения прав человека, а также санкции, которые могут быть применены к нарушителю.

В соответствии со ст. 7 Договора о ЕС в редакции Амстердамского договора Совет ЕС, созванный на уровне глав государств или правительств, может констатировать наличие серьезного и неоднократного нарушения каким-либо государством-членом принципов ЕС, в том числе принципа уважения прав человека при условии, что рассмотрение этого вопроса было инициировано Европейской комиссией или одной третью государств - членов ЕС, а решение было принято единогласно после вынесения положительного заключения Европейским парламентом. Установив факт нарушения, Совет ЕС квалифицированным большинством голосов может принять решение приостановить определенные права государства-нарушителя, в том числе право голоса. Часть 3 ст. 7 Договора о функционировании ЕС в редакции Амстердамского договора предусматривает возможность принятия иных мер в отношении государства-нарушителя, которые могут быть определены Советом ЕС. При этом принятые санкции не влияют на необходимость выполнения соответствующим государством своих обязательств как члена ЕС.

Амстердамским договором также была расширена оговорка о недискриминации посредством установления общего запрета дискриминации по половому, расовому, этническому, религиозному признакам, на основании возраста, сексуальной ориентации и по другим основаниям (ст. 13).

Отношение к защите прав человека в рамках ЕС оставалось, тем не менее, неоднозначным. С одной стороны, каталог прав и свобод человека, а также объем защиты этих прав расширялись, с другой - развивалась ограничительная концепция их применения, не соответствующая провозглашенному основополагающему характеру прав и свобод человека, так как значение и роль многих положений были ограничены специальными оговорками. Например, статьи о гражданстве и свободе передвижения применялись "с учетом ограничений и условий, предусмотренных настоящим Договором, и в соответствии с положениями, принятыми для его применения" (п. 1 ст. 18 Договора о функционировании ЕС). В области социальных прав акты, принимаемые для их конкретизации, должны были учитывать "условия и технические нормы, существующие в каждом из государств-членов" и ни в коем случае не навязывать им принудительные меры, препятствующие созданию и развитию малых и средних предприятий (п. 2 ст. 137 Договора о функционировании ЕС) и т.д.

Ниццким договором была дополнена ст. 7 Маастрихтского договора. Теперь кроме констатации грубого нарушения государством-членом принципов ЕС, включая принцип уважения прав и свобод человека, и санкций в отношении этого государства, предусматривалась возможность применения превентивной процедуры.

По мотивированному предложению одной трети государств - членов ЕС, Европейского парламента или Европейской комиссии при условии совпадающего положительного заключения Европейского парламента Совет ЕС может констатировать большинством в 4/5 голосов своих членов наличие действительного риска серьезного нарушения прав человека одним из государств - членов ЕС и дать этому государству соответствующие рекомендации. В преддверии констатации Совет ЕС обязан заслушать потенциальное государство-нарушителя. Кроме того, Совет ЕС может обратиться к незаинтересованным лицам с просьбой подготовить доклад о ситуации в данном государстве. Такой доклад должен быть представлен "в разумный срок".

После констатации наличия реального риска серьезного нарушения прав человека, государство, в котором этот риск существует, становится объектом постоянного мониторинга со стороны Совета ЕС, уполномоченного регулярно проверять, "сохраняются ли причины, приведшие к подобной ситуации".

Практически одновременно с Ниццким договором была подписана и торжественно провозглашена Хартия ЕС об основных правах. Целью разработки Хартии явилось стремление сделать права человека в ЕС, вследствие их исключительной важности, более доступными и понятными для граждан ЕС. Хартия опирается на уже существующие международные и европейские акты о правах человека, Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и прецедентное право ЕСПЧ, а также довольно развитую практику Суда ЕС. Хотя Суд ЕС создан, прежде всего, для обслуживания интересов интеграции и проверка на соответствие требованиям защиты прав человека является для Суда ЕС отнюдь не главной обязанностью, на момент подписания Хартии Суд ЕС уже осуществлял жесткий и эффективный контроль над соблюдением прав и свобод человека в рамках ЕС.

В преамбуле Хартии содержится ссылка на цель ЕС - совместное мирное будущее, основанное на общих ценностях (достоинство личности, свобода, равенство, солидарность, правовое государство) и подчеркивается необходимость достижения равновесия между общими ценностями, разнообразием культур и традиций европейских народов на национальном, региональном и местном уровнях, а также между признанием прав и ответственности, обязанностей для каждого.

В Хартии прослеживается тенденция к унификации права Совета Европы и ЕС, а также судебной практики по правам человека, наработанной как ЕСПЧ, так и Судом ЕС. Соотношению Хартии и ЕКПЧ посвящена ч. 3 ст. 52 Хартии: Хартия призвана обеспечить необходимую связь между Хартией и Конвенцией, устанавливая следующий принцип: в той мере, в которой права из Хартии соответствуют правам, гарантированным Конвенцией, их смысл и пределы, включая допустимые ограничения, должны быть такими же, как они предусмотрены в Конвенции. Отсюда, в частности, следует, что при введении ограничений законодатель должен соблюдать стандарты, эквивалентные тем, которые закреплены детальным режимом ограничений в Конвенции; при этом не должна ставиться под сомнение автономия права ЕС и Суда ЕС.

Несмотря на то что для подготовки текста Хартии использовалась в том числе Конвенция, а усилия разработчиков этого акта были направлены на то, чтобы формулировки прав, заимствованных из Конвенции, совпадали с положениями этого соглашения, Хартия содержит некоторые новые положения. Прежде всего, по сравнению с Конвенцией в Хартии закреплен более широкий каталог прав и свобод человека. Так, запрет рабства и принудительных работ (ст. 5 Хартии) сопровождается запретом совершения сделок, объектом которых является человек. Статья 8 Хартии касается права каждого на защиту касающихся его персональных данных. Фактически в этой статье в сжатом виде изложены основные положения Директивы 95/46/ЕС "О защите лиц при обработке и свободном обращении персональных данных". Статья 9 Хартии, посвященная праву вступать в брак и создавать семью, несколько отличается от аналогичной по своему содержанию ст. 12 Конвенции, предполагая более широкое толкование понятия "брак" при условии, что соответствующее положение содержится в национальном законодательстве. Хартия содержит более широкий перечень оснований для запрета дискриминации, например, запрет дискриминации на основании возраста и сексуальной ориентации (ст. 21 Хартии). Статья 47 Хартии содержит право на "справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона". Но в отличие от ст. 6 Конвенции, применение этого права на основании Хартии не ограничено только "гражданскими спорами и предъявлением уголовного обвинения".

Одной из особенностей Хартии стало основание, избранное для классификации прав и свобод человека: в отличие от традиционного подразделения прав человека на политические, экономические, социальные права человека, в Хартии права и свободы человека сгруппированы в зависимости от ценности, на защиту которой они направлены: "Достоинство", "Свободы", "Равенство", "Солидарность", "Гражданство" и "Правосудие". В последней части "Общие положения" определена сфера применения Хартии, соотношение Хартии с Конвенцией, а также ограничения пользования закрепленными в ней правами, свободами и принципами.

Круг лиц, на которых распространяются положения Хартии, не остается неизменным. Некоторые права закреплены только за гражданами ЕС (избирательное право и дипломатическая защита). В основном, круг субъектов определен в самой статье: "каждый трудящийся", "каждый служащий", "молодежь", "каждый или каждая, законно прибывающие на территории ЕС".

Что касается сферы применения Хартии, то ст. 51 распространяет действие ее положений на "институты и органы Союза". Хартия распространяется на государства-члены только в случае применения ими права ЕС на любом уровне (национальном, региональном или местном). И напротив, Хартия не распространяется на дела, относящиеся к сфере исключительных полномочий государств. Эта же статья уточняет, что Хартия не создает новых полномочий или задач для Европейского сообщества или ЕС, т.е. не изменяет компетенции и целей, указанных в учредительных договорах. Вследствие этого уже существующая система судебных гарантий осталась неизменной.

В ст. 53 Хартии отражено стремление ее разработчиков не допустить снижения уровня защиты основных прав человека по сравнению с уже существующим в ЕС и государствах - членах ЕС, а также учесть современный уровень развития международного права. Это стремление нашло отражение в каталоге прав человека, закрепленном в Хартии, который вобрал в себя не только права человека, гарантируемые согласно Конвенции и Протоколам к ней, но и некоторые права, заимствованные из других международных соглашений или общих конституционных традиций государств - членов ЕС. Например, в ст. 1 Хартии вслед за Всеобщей декларацией прав человека 1948 г. провозглашается неотъемлемость человеческого достоинства, которое образует фундамент всех прав, гарантируемых согласно Хартии.

В ст. 13 Хартии закреплена свобода искусства и науки, что соответствует ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. В Приложении к Хартии уточняется, что речь идет о правах, производных от свободы мысли и выражения мнения, закрепленных в ст. 10 ЕКПЧ.

Наиболее новаторские положения касаются биоэтики. В ст. 3 Хартии отражены такие принципы, как запрет клонирования человеческого существа и запрет использовать человеческое тело или его части для извлечения прибыли. Эти принципы заимствованы из Конвенции о защите прав человека и человеческого достоинства в связи с применением достижений биологии и медицины (Конвенция о правах человека и биомедицине) 1997 г.

Новым является и право на "должное управление", которое еще не было закреплено ни в одном универсальном или региональном соглашении о правах человека. Здесь разработчики Хартии опиралась на практику Суда ЕС, который нередко упоминает принцип "должного управления", ссылаясь на общие конституционные традиции государств - членов ЕС.

После принятия Хартия не была наделена обязательной юридической силой. Европейский парламент и Европейская комиссия говорили лишь о возможности ссылаться на ее положения. Однако трудно представить, чтобы Хартия, торжественно провозглашенная тремя органами ЕС, не использовалась Судом ЕС для толкования основных прав человека. В связи с этим Х.-К. Крюгер справедливо отмечает, что хотя "Хартия первоначально не рассматривалась как обязательный в правовом отношении документ, она, скорее всего, будет оказывать влияние на нынешнюю правовую практику стран ЕС". Очевидно, что Европейский совет, Европейский парламент и Европейская комиссия обязались уважать правовой характер Хартии и ничто не мешает Суду ЕС ссылаться на основные права человека, содержащиеся в Хартии, при определении общих принципов Европейского сообщества в соответствии с п. 2 ст. 6 Договора о функционировании ЕС.

Особое внимание правам человека уделялось при разработке конституционного соглашения ЕС, которое должно было существенно изменить содержание действующих учредительных договоров.

Проблемами прав человека в будущем устройстве ЕС занималась специальная рабочая группа II Конвента. Перед членами группы было поставлено два основных вопроса: о судьбе Хартии и о возможности присоединения ЕС к ЕКПЧ.

В вопросе о судьбе Хартии рабочая группа ограничилась обсуждением необходимости и способа ее интеграции в учредительные документы ЕС и в зависимости от этого наделения ее юридической силой. Был предложен ряд вариантов интеграции Хартии. В итоге члены группы практически единогласно признали самым оптимальным способом введение Хартии в конституцию ЕС в качестве одной из ее составных частей и в соответствии с этим наделение ее обязательной силой. Рабочая группа отвергла возможность прямой или косвенной ссылки на Хартию в тексте конституции, поскольку было признано, что только закрепление каталога прав и свобод человека в самом учредительном документе укрепит демократический характер ЕС и сделает положения о правах человека более понятными и доступными для граждан ЕС.

Таким образом, в случае ратификации конституции, Хартия стала бы юридически обязательным документом конституционного характера. Однако конституция ЕС не была ратифицирована.

Новым этапом развития права ЕС, в том числе в области обеспечения прав и свобод человека, стал Лиссабонский договор, подписанный 13 декабря 2007 г.

В ст. 2 Договора о функционировании ЕС была включена новая правовая категория - ценности ЕС, к числу которых относятся: уважение человеческого достоинства; свобода, демократия и равенство; верховенство права и права человека, в том числе права меньшинств. Эта система ценностей объединяет все государства - члены ЕС, для которых приоритетны: плюрализм, недискриминация, терпимость, правосудие, солидарность, равенство женщин и мужчин.

Уважать и следовать перечисленным ценностям обязан как ЕС в целом, так и государства - члены ЕС. В противном случае в отношении нарушителя могут быть применены санкции в виде приостановления отдельных прав, связанных с членством в ЕС.

Второй новеллой, внесенной Лиссабонским договором и важной для обеспечения прав и свобод человека в рамках ЕС, стало включение в ч. 1 ст. 6 Договора о функционировании ЕС положения о придании Хартии ЕС об основных правах (в редакции, принятой 12 декабря 2007 г. в Страсбурге), юридической силы, равной силе учредительных договоров ЕС.

Одновременно ЕС присоединяется к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., в которой закреплены основополагающие права человека - следствие конституционных традиций, общих для государств - членов ЕС.

Согласно п. 3 ст. 6 Договора о функционировании ЕС правам человека придается качество общих принципов права ЕС, что предопределяет совершенно новый статус прав человека в праве ЕС.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >