ПРЕДЛОЖЕНИЕ КАК ОСНОВНАЯ КОММУНИКАТИВНАЯ И СТРУКТУРНАЯ СИНТАКСИЧЕСКАЯ ЕДИНИЦА ЯЗЫКА

Центральной грамматической единицей синтаксиса является простое предложение как элементарная единица, используемая для передачи относительно законченной информации, а также для построения сложного предложения или любого развернутого текста. Простое предложение обладает своими грамматическими признаками: будучи образовано по определенному грамматическому образцу, оно имеет значение предикативности, обладает семантической структурой, формальными характеристиками, коммуникативной установкой и интонационной оформленностью. Вместе с тем последние исследования в области синтаксиса показали, что эта синтаксическая единица тесно связана со словом: почти на все грамматические образцы предложения накладываются лексические ограничения. Это особенно ярко проявляется в языках так называемого эргативного (< др. греч. ergates ‘деятель’) строя (большинство кавказских, баскский, многие австралийские и чукотские языки). Для синтаксиса этих языков характерно особое оформление предикативных конструкций, которое зависит от класса глагола (в частности, его семантики, а также переходности/ непереходности).

В зависимости от коммуникативной цели сообщения простые предложения подразделяются на несколько коммуникативных типов — повествовательные, вопросительные и побудительные, каждый из которых имеет более дробную градацию. Наличие особой эмоциональной окрашенности предложений позволяет выделить восклицательные предложения.

По характеру выражаемого в предложении отношения к действительности все простые предложения делятся на утвердительные (в которых содержание предложения утверждается как реальное) и отрицательные (в которых содержание предложения утверждается как нереальное).

По наличию/отсутствию в простом предложении второстепенных членов оно может быть распространенным и нераснространенным.

Каждое простое предложение имеет свою структурную схему, т.е. элементарный образец (модель), по которому оно строится. В языках мира существуют различия в структурных схемах простого предложения: индоевропейским языкам, например, свойственны в основном двухкомпонентные структурные схемы, состоящие из сказуемого (т.е. глагола в личной форме или формы другого слова в той же функции) и подлежащего (т.е. формы именительного падежа имени или инфинитива), хотя имеются и однокомпонентные структурные схемы, содержащие только один из главных членов. Различия наблюдаются и в порядке следования этих членов: например, в русском, иврите, латинском, греческом языках он свободный, однако имеются языки (ср. германские и романские), где он — фиксированный: в английском языке, например, на первом месте стоит подлежащее, на втором — сказуемое, на третьем — дополнение, на четвертом — обстоятельство. В языках, где слабо развито склонение, твердый порядок слов является основным способом определения функции имени в предложении (ср. фрапц. Le lion a tue le chasseur ‘лев убил охотника’, если же переставить местами слова le Поп ‘лев’ и le chasseur ‘охотник’, то смысл предложения изменится на ‘охотник убил льва’). Такая же ситуация наблюдается в тюркских, корейском, папуасских языках, где существует схема «подлежащее — дополнение — сказуемое», а в некоторых алтайских и индоарийских языках второстепенные члены всегда предшествуют главным, сказуемое же находится в конце предложения.

Порядок слов в предложении имеет важное значение при типологической классификации языков. В зависимости от того, как связан глагол-сказуемое (V) с двумя другими членами предложения — подлежащим (S) и дополнением (О), в языках мира можно выделить следующие структурные типы порядка слов: SVO ‘коровы едят траву’ (например, английский, французский, финский, китайский, суахили); SOV ‘коровы траву едят’ (например, хинди, турецкий, японский, корейский); VSO ‘едят коровы траву’ (например, классический арабский, валлийский, самоа); VOS ‘едят траву коровы’ (например, малагасийский — один из австронезийских языков Мадагаскара; цоциль — один из языков майа, на котором говорят в Центральной Америке); OSV ‘траву коровы едят’ (например, кабардинский — один из языков Северного Кавказа); OVS ‘траву едят коровы’ (хишкарьяна — карибский язык Бразилии). При этом первые три варианта встречаются во много раз чаще, чем остальные, что отражает всеобщую тенденцию постановки подлежащего перед дополнением[1], поскольку для языкового сознания человека главным в любом сообщении является субъект и его действие (не случайно почти 2/3 языков мира выбрали один из двух порядков — либо SVO, либо SOV).

В зависимости от структурно-семантической схемы простого предложения, наличия в нем одного или двух организующих центров во всех индоевропейских языках различаются двухкомпонентные структурные схемы и однокомпонентные или двусоставные и односоставные предложения (последние имеют свою градацию в зависимости от частеречной принадлежности главного члена предложения, ср. глагольные и субстантивные предложения), которые подразделяются на несколько типов (ср. в русском языке определенно-личные, неопределенно-личные, обобщенноличные, безличные, инфинитивные, номинативные). В большинстве языков мира в структурной схеме предложения присутствует глагол, однако есть языки (например, семитские), в которых широко представлена безглагольная предикация, т.е. для них характерны предложения номинативного типа.

В зависимости от реализации структурно-семантической модели простого предложения, наличия/отсутствия в нем структурно необходимых членов простые предложения делятся на полные (имеющие все структурно необходимые члены) и неполные (с отсутствующими структурно необходимыми членами, на существование которых указывает контекст).

Одним из главных признаков предложения является предикация, поэтому количество предикативных центров предложения оказывается определяющим фактором для разделения предложений но сложности, так как в речи простые предложения организуются в сложные.

Сложное предложение — это объединение по определенным грамматическим правилам двух или более простых предложений на основе того или иного вида грамматической связи. Связь частей сложного предложения осуществляется при помощи интонации, союзов (сочинительных и подчинительных), союзных слов, особого соотношения глагольных форм, часто при поддержке лексического состава частей сложного предложения (т.е. одно из предложений имеет в своем составе слова, нуждающиеся в распространении другим предложением). Части сложного предложения, являясь по форме предложениями, не имеют самостоятельного коммуникативного значения и интонационной законченности. Будучи грамматическим аналогом простого предложения, в изолированном употреблении они не в состоянии передать общий смысл сложного предложения. Поэтому части сложного предложения составляют одно единое целое. Эта структурная и смысловая целостность сложного предложения отличает его от рядов простых самостоятельных предложений.

В зависимости от того, какие средства связи используются при объединении двух или более простых предложений в составе сложного, различают союзные (где основными средствами связи являются союзы, союзные слова и интонация) и бессоюзные предложения (где таким средством связи является прежде всего интонация). По характеру союзов и формальной зависимости/независимости частей сложного предложения, а также степени тесноты их структурной и смысловой связи, все союзные предложения подразделяются на сложносочиненные (с формально независимыми друг от друга частями, связанными сочинительными союзами) и сложноподчиненные (с формально зависимыми и тесно связанными компонентами — главной и придаточной частью, соединенными подчинительными союзами и союзными словами). Дальнейшая градация сложных союзных предложений определяется характером формального выражения семантико-синтаксической связи частей сложного предложения (ср. в рамках сложносочиненных предложений такие типологически универсальные виды сочинительных отношений, как соединительные, противительные и разделительные или в рамках сложноподчиненных — определительные, изъяснительные, временные, причинные, следственные и др.).

Сложное предложение так же, как и простое, имеет свою структурную схему построения, и если в одних языках эта схема нежесткая, допускающая постановку придаточного предложения в любую позицию, а также перестановку главного и придаточного предложений (как, например, в русском), то в других языках она довольно жесткая, предопределяющая строгий порядок следования его частей (как, например, в семитских языках, где главное предложение всегда находится перед придаточным, или в кушитских, где, наоборот, придаточное предложение предшествует главному). Существуют, однако, языки (например, тюркские, дравидские), для синтаксиса которых характерно отсутствие придаточных предложений, а различные подчинительные отношения передаются с помощью причастных и деепричастных конструкций или инфинитивных оборотов; сходная ситуация наблюдается и в абхазско-адыгских языках, где в функции придаточных предложений выступают обстоятельственные инфинитивные формы глагола.

Каждое предложение имеет не только формальное членение, но и смысловое, поскольку коммуникативная нагрузка предложения между его членами может распределяться но-разному. С распределением этой функциональной нагрузки связано актуальное членение предложения, т.е. смысловое членение предложения на исходную часть сообщения — тему (или данное) и на то, что утверждается о ней — рему (или новое). Само слово «актуальное» указывает на то, что это членение имеет место лишь в момент общения, в актуальной речи. При этом в речи любой член предложения в зависимости от ситуации или контекста может выступать как тема или рема (ср. Цветы (тема) па окне (рема) при ответе на вопрос: «Где цветы?» или На окне (тема) цветы (рема) при ответе на вопрос «Что па окне?»).

Основным средством актуального членения предложения в устной речи является порядок слов (тема обычно помещается в начале фразы, а рема — в конце, поскольку сообщение, содержащееся в предложении, строится от известного к неизвестному), интонация (на теме она повышается, на реме — понижается) и паузация. Компоненты актуального членения могут распознаваться, таким образом, по их позиции во фразе. При изменении этого порядка происходит изменение фразового ударения: оно в усиленной форме падает на рему (ср. Петя Ивапов (тема) пе любил учиться (рема) и Не любил учиться (тема) Петя Ивапов (рема), т.е. одно и то же по лексическому составу, грамматическому значению и синтаксической структуре предложение может получать в речи разное актуальное членение. Исключение составляют некоторые односоставные предложения, которые не поддаются актуальному членению (ср. Поздняя осень). Порядок слов, однако, является не только показателем актуального членения, но и сам в определенной степени зависит от него. Если, например, темой является обстоятельство, то сказуемое предшествует подлежащему, ср.: сквозь волнистые туманы (тема) пробивается луна (рема).

В фокусе внимания современного синтаксиса находится не только коммуникативный аспект предложения, связанный с выяснением его коммуникативного назначения, но и семантический, связанный с выяснением отношения предложения к обозначаемой им ситуации, поскольку каждое предложение является интерпретацией действительности. В этой интерпретации есть объективная часть значения предложения (диктум), в которой содержится информация о фактическом «положении дел», т.е. информация об объективной действительности, и субъективная часть, содержащая позицию говорящего, его индивидуальную оценку излагаемых фактов (модус), в которой может выражаться оценка достоверности сообщаемого (уверенность или неуверенность говорящего в достоверности сообщаемой информации), эмотивное отношение говорящего к сообщаемому, указание на источник сообщаемой информации и т.д., ср. предложения: кажется, пошел дождь и хорошо, что пошел дождь: слова кажется и хорошо передают модусные смыслы предложения, они содержат оценку и сомнение говорящего в достоверности сообщаемого, а вся остальная часть предложения, в которой описывается реальное событие, является диктумом.

  • [1] Атлас языков мира ... М., 1998. С. 19.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >