Культурологические характеристики науки

Представление науки как специфической формы культуры оправдано лишь тогда, когда удается доказать, что общие родовые черты культуры присутствуют в научной культуре как особом виде культуры. Рассмотренное представление культуры как единства четырех миров позволяет выполнить эту задачу.

В самом деле, наука целиком принадлежит к миру артефактов, поскольку наука как целое и система ее результатов – это продукты целенаправленной и при этом одной из наиболее сложных форм человеческой деятельности.

Средством выражения результатов научного познания является язык науки, имеющий, если можно так сказать, "двойную" культурную природу: он не только стихийно складывается в процессе научной деятельности (как видовой разновидности культурной деятельности), подобно естественным языкам, но проходит дальнейшую "культурную обработку" на предмет четкости, однозначности, недвусмысленности. Таким образом, через посредство своего языка наука оказывается принадлежащей и миру знаков, и миру смыслов.

В современной культуре, рассматриваемой как мир информационных процессов, наука играет системообразующую роль в том смысле, что она задает информационное содержание культуре, формирует мировоззренческие и смысловые образцы для так называемой "высокой" культуры, которая в известном смысле противостоит "массовой", "популярной" культуре, ориентированной на повседневные, обыденные образцы поведения. Благодаря науке в современной культуре формируется технологическая основа глобальных сетевых информационных процессов.

Наконец, наука вносит существенный вклад в реализацию основной функции культуры – функции человекотворчества. В своей ипостаси социального института наука воспроизводит особый тип человека-творца – ученого, исследователя. Рассматриваемая в качестве системы знаний наука выполняет человекотворческую функцию в общечеловеческом масштабе и смысле, поскольку определяет содержательную основу образования (как общего среднего, так и высшего профессионального) практически во всех развитых странах мира.

Таким образом, наука по своим содержательным характеристикам и реализуемым функциям выступает как особая форма культуры и при этом – как наиболее развитая ее форма.

Взаимосвязь науки и культуры

В ряду основных форм культуры: философии, искусства, религии – наука является относительно самостоятельной формой культуры, обусловленной вместе с тем общими закономерностями культурно-исторического процесса, поэтому под определяющим влиянием культурных смыслов формируется и научное отношение к миру, и предмет науки, и тип научной рациональности, и специфика научно-исследовательской деятельности, и система ценностей науки.

Реальное взаимодействие науки и других форм культуры осуществляется прежде всего через личность исследователя, через процесс его творческой самореализации. Если, например, в данном типе общества религия составляет духовную основу культуры, то религиозные смыслы влияют на систему познавательных смыслов науки, причем далеко не всегда в отрицательном смысле.

Так, протестантизм существенно повлиял на становление науки Нового времени, и творчество ряда ученых (И. Кеплер, Р. Бойль, И. Ньютон и др.) непосредственно вдохновлялось религиозной мотивацией. Путь к вершинам науки требует от человека постоянной мобилизации творческих сил, а это возможно при наличии чрезвычайно сильной внутренней мотивации. В науке всегда были выражены ценностные смыслы, связанные с жаждой познания, служения истине, человечеству. В духе протестантизма научное творчество переживалось как священное деяние.

Однако в современном мире эти великие культурные идеалы заземляются, и, по мнению М. Вебера, уже в начале XX в. наука исходит из вполне прагматической идеи: "Законы природы стоят того, чтобы их знать".

К этому времени стало очевидно, что знание законов природы приносит прежде всего технические и экономические успехи, поэтому практическая ценность знания выходит на первый план. В результате занятия наукой перестали рассматриваться как особое призвание, как удел избранных, и наука превратилась в разновидность профессиональной деятельности наемных работников умственного труда. Как писал М. Вебер, "наука есть профессия, осуществляемая как специальная дисциплина и служащая делу самосознания и познания фактических связей, а вовсе не милостивый дар провидцев и пророков, приносящих спасение и откровение, и не составная часть размышлений мудрецов и философов о смысле мира".

Профессионализация науки в какой-то мере противоречит ее изначальному ценностному смыслу, связанному с бытием науки как особой формы культуры.

Основная функция науки – производство знания. Эта функция носит культуротворческий характер, поскольку знания, производимые наукой, расширяют пространство свободы, обогащают духовный мир человека, а значит, обладают самостоятельной духовной ценностью. Особенно важная роль в этом смысле принадлежит социально-гуманитарным наукам, обосновывающим и в известном смысле формирующим ценностные императивы конкретного общества, составляющие базис его культуры.

Научные знания участвуют в создании материальных благ, позволяют находить новые возможности использования природных сил и ресурсов, поэтому духовная ценность знаний неразрывно связана с их практической применимостью. Наука в современном обществе играет роль непосредственной производительной силы, поскольку производимые ею знания оказывают огромное и постоянно возрастающее влияние на все производственные процессы, изменяют их структуру, характер, цели. Таким образом, наука – средство формирования как духовных, так и материальных ценностей культуры.

Наука становится силой, формирующей культуру, и вместе с тем ее развитие зависит от специфики культуры конкретного общества. Упрощенно говоря, наука не может достаточно далеко "забегать вперед" по отношению к развитию культуры, поскольку сама является важнейшей формой последней. Такая зависимость наглядно выявляется на примерах Петровской эпохи.

Петр I нуждался в науке и обученных специалистах для преобразований армии и военной техники, для создания промышленности и систем коммуникации, для организации государственной бюрократии. Однако культурные основания той европейской науки, которую царь-реформатор пытался импортировать, были чужды не только деспотическому социально-экономическому строю, но и всей системе российской культуры конца XVII – начала XVIII в. Именно поэтому, несмотря на наличие среди первых русских академиков всемирно известных ученых Леонарда Эйлера (1707–1783), Даниила Бернулли (1700–1782), Николая Бернулли (1695–1726) и др., внедрение науки в российскую культуру происходило медленно и болезненно, поскольку этому противоречили духовные традиции, моральные устои, весь уклад русской жизни. Ориентация науки на рациональное исследование природы и общественной жизни противостояла как традиционным ценностям русской культуры допетровской эпохи, так и сугубо прагматическим ориентациям самих реформаторов. В связи с этим по-настоящему российская наука стала развиваться лишь полтора столетия спустя, а именно с началом новых общественных процессов, связанных с реформой 1861 г.

Историческое развитие науки показывает, что по мере изменения типа культуры меняются важнейшие аспекты организации и содержания науки: стандарты изложения научного знания, способы осмысления реальности в науке, стили мышления. Система социокультурных факторов является важнейшим детерминантом генезиса и развития конкретного типа науки.

Таким образом, наука может изучать всё в человеческом мире, но в особом аспекте, со специфической точки зрения. Этот особый аспект выражает одновременно и безграничность, и ограниченность науки. Чем определяется ограниченность научного познания?

Человек как сознательное существо обладает свободой воли и выступает субъектом, а не только объектом деятельности. Субъектное бытие человека не может быть в полном объеме исчерпано научным знанием, а наука не может заменить собой всех форм познания мира, всей культуры, и все, что остается за пределами ее рассмотрения, компенсируется другими формами духовного постижения мира – через искусство, религию, нравственность и т.д.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >