Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Экономика arrow ИЗБРАННЫЕ РАБОТЫ ПО ЭКОНОМИКЕ
Посмотреть оригинал

О низкой производительности земледельческого труда как основной причине промышленного застоя в России

Передовая статья из *.Русских ведомостей* (1886)

В настоящую минуту нет вопроса более живого, как исследование причин удручающего нашу страну экономического кризиса. Пока мы не разделаемся с этим злом, парализующим все отправления народной жизни, мудрено думать о каких бы то ни было иных задачах. Чем больше выясняются факты кризиса, тем очевиднее становится, что сущность, корень, узел его заключается в сокращении дохода нашего сельского населения. Все остальное является лишь побочным, второстепенным осложнением этой главной причины. Два-три года тому назад, при объяснении застоя на мануфактурных рынках, еще можно было говорить об излишке предложения товаров, о чрезмерном расширении выработки изделий внутри страны и усиленном привозе их из-за границы; теперь же такими объяснениями удовольствоваться нельзя.

Что производство обработанных изделий в последние годы сократилось в значительной степени, — это факт общепризнанный, не требующий новых подтверждений. Лишним, косвенным доказательством этого факта служит огромное уменьшение ввоза из-за границы сырых и полуобработанных материалов в минувшем 1885 г. Это уменьшение, судя по только что опубликованным таможенным данным, доходит за 11 месяцев до 37600 тыс. руб. Так как большая часть предметов ввоза по этому отделу идет для переработки на фабриках и заводах, то приведенная крупная цифра сокращения привоза, достигающая 16% против прошлого года, несомненно свидетельствует об упадке нашего производства. Еще меньше оснований ссылаться на иностранную конкуренцию. Судя по тем же данным, привоз из-за границы готовых изделий упал в 1885 г. больше чем на 20% и дошел до столь низкой цифры (68213 т.), подобную которой, кроме военного 1877 г., мы встречаем только в конце 60-х годов. Если бы условия спроса оставались в том же виде, то при подобном уменьшении привоза товаров и одновременном сокращении внутренней их выработки о кризисе, конечно, не могло бы быть и речи. Ясно, следовательно, что застой вызывается состоянием потребления товаров. На сокращение спроса указывает целый ряд данных и, между прочим, ближе всего те же сведения о нашей внешней торговле. В минувшем году обнаружилась громадная, давно небывалая убыль в привозе самых любимых предметов народного потребления. Так, например, привоз чая по ценности упал более нежели вдвое, а по количеству на 30%; кофе привезено меньше на 20% по ценности и на 15% по количеству; сельдей — на 25% меньше по сумме и на 9% по количеству. Крупное уменьшение привоза виноградного вина в бочках, равняющееся 35% по сумме и 20% по количеству, подтверждает тот же вывод лишь отчасти, так как иностранное вино в значительной доле заменилось русским. Во всяком случае, столь малых итогов привоза перечисленных предметов потребления не встречалось с самого 1872 г., за единственным вычетом исключительного 1877 г. Отой же перемене свидетельствуют недоборы в питейном доходе в прошлом и запрошлом году и сокращение перевозки таких предметов потребления, как сахар, спирт, сельди, рыба, мясо и пр., на железных дорогах, обнаруженное еще для 1882 г. в недавно опубликованном XI выпуске «Сборника Министерства путей сообщения», а для дальнейших годов выводимое из отчетов многих дорог.

Сокращение потребительной способности народа, кроме множества разных других причин, должно быть отнесено на счет уменьшения доходности земледелия, этого основного и коренного промысла нашей страны. При повсеместных толках об этом предмете повсюду ставят на первом плане упадок цен хлеба вследствие иностранного соперничества. Конечно, это — причина важная и серьезная. Ее значение видно, например, из того, что в минувшем 1885 г., по таможенным сведениям, мы вывезли хлеба больше, чем в 1884 г., — причем для самого ценного хлеба, пшеницы, это превышение равняется 36%, — а выручили между тем за наш вывоз на 28 млн руб. меньше.

Низкий уровень цен — до того низкий, что на английском рынке подобного ему не было в течение целого столетия, — есть факт роковой, с которым поневоле приходится считаться каждому хозяину, производящему зерно для продажи; а кто же из русских земледельцев не продает зерна, если не вследствие избытков, то вследствие необходимости добыть деньги в нужное время? Но тяжесть условий сбыта чувствуется еще сильнее при сопоставлении с условиями нашего земледельческого производства. Наша великая беда заключается в том, что в самых плодородных полосах страны слишком низки урожаи и слишком высоки вследствие того издержки производства хлеба. «Экономический журнал», единственный пока у нас специальный орган по части народного хозяйства, в январской книжке дает несколько любопытных материалов для разъяснения этого вопроса. Так, из интересной статьи М. Неручева мы узнаем, что, по собранным им многочисленным сведениям относительно стоимости производства хлеба в Новороссии, четверть пшеницы обходится на месте самому хозяину: в Херсонской губ. — 8 руб. 3 коп., в Екатеринославской — 7 руб. 83 коп., в Таврической — даже 13 руб. 63 коп., вообще в Новороссийском крае — 9 руб. 20 коп. Причина столь высокой стоимости производства заключается не столько в высоте расходов на обработку земли, составляющих, по исчислениям хозяев, средним числом 27—28 руб. на десятину, сколько в крайне низких урожаях, не превышающих, по исчислениям как хозяев, так и статистиков, 3 четвертей на десятину в среднем для целого края.

Крайняя скудость урожая, не имеющая себе ничего подобного не только в Западной Европе, но и в Северной Америке, где условия более сходны с нашими, составляет одно из существенных условий испытываемых затруднений. Что могут сделать различные улучшения в хранении зерна, в его перевозке, в механизме торговли, когда наш хлеб, в нормальные годы, по расчетам известного специалиста, стоит почти столько же на месте, сколько за него выручается в Лондоне. Мы вовсе не думаем отрицать важности перечисленных улучшений: в таких обстоятельствах, как настоящие, нельзя пренебрегать никакой мерой помощи. Но расчеты г-на Неручева показывают, что суть дела лежит не здесь, не в этих рыночных реформах. Когда урожаи так низки и притом, по уверению сведущих людей, падают вследствие постепенного истощения земли, нужно сосредоточить все усилия и все внимание на улучшении культуры полей, если мы не желаем быть окончательно вытесненными с заграничных рынков. Наши хозяева могли не замечать до поры до времени этого коренного порока земледелия. Действительно, раньше мы почти не производили хлеба для сбыта, а с тех пор, как стали работать для обмена, по случайному стечению обстоятельств, стояли за границей и внутри России бешеные цены на хлеб. Теперь цены упали; между тем вернуться к прежнему натуральному хозяйству нельзя — и вот наши земледельцы окончательно опустили руки. Трудно даже сказать, от кого в настоящую минуту слышится больше жалоб, — от крестьян или владельцев крупных имений.

Однако нельзя же думать, что те средние урожаи, какие наблюдаются в нашей стране, неизбежны, как закон природы. В соседней нам Германии, в среднем выводе за 5 лет, с 1878 по 1883 гг., пшеница дала 1300 кг, а рожь — 980 кг с гектара, что составляет по расчету с десятины около 7*/2 четвертей пшеницы и 7 четвертей ржи. Во Франции, согласно недавно вышедшим сведениям, средний сбор пшеницы в период с 1879 по 1882 гг. равнялся около 15 гектолитров с гектара, а ржи —? около 14 гектолитров с гектара, что дает около 7]/2 четвертей пшеницы и около 7 четвертей ржи с десятины. Эти урожаи, выведенные для целых стран, вдвое выше наших средних сборов. Но могут сказать, что Запад нам не указ. На это можно ответить многочисленными случаями гораздо высших урожаев в нашей же собственной стране. Чтобы не ходить далеко за примерами, берем обстоятельные расчеты урожаев и издержек производства, приведенные в 5 номере «Земледельческой Газеты» г-ном Левицким относительно его имения в Чернском уезде. Оказывается, что в среднем выводе за 10 лет г-н Левицкий получил с десятины 56,6 пудов пшеницы и 51 пуд ржи. При таких урожаях выходит, что, несмотря на высшую стоимость обработки десятины, обходившейся под пшеницу, в среднем выводе за 10 лет, около 35 руб, а иногда поднимавшуюся до 41 руб., средняя стоимость производства одной 10-пудовой четверти пшеницы обошлась в 5 руб. 48 коп. При такой стоимости пшеницы на месте мы могли бы потягаться на западноевропейских рынках с Америкой, Индией и с какой угодно страной. Несомненно, что подобных же примеров наберется немало повсюду, между прочим, и на юге. Не нужно забывать, что хозяйство г-на Левицкого далеко не представляет собою чего-либо необычайного. В Московской губернии в посредственном по урожаю минувшем году сбор ржи с десятины на владельческих землях доходил, по сообщению «Статистического Ежегодника Московского земства», в среднем для целой губернии до 58 пуд., а в частности в Московском уезде до 75 пуд. Если же взять лучшие хозяйства, — например, ферму Петровской земледельческой академии, — то здесь урожай ржи в 1885 г., как видно из того же «Ежегодника», доходил до 125, а по некоторым сортам даже до 151 пуд. с десятины.

Из сказанного можно заключить, в чем состоит одно из действительных лекарств против современных недугов земледелия.

Нужно стремиться к поднятию урожайности наших полей. Чтобы достигнуть этой цели, нужно с большей верой относиться к науке, нужно привлекать к земле образованных техников, а не отталкивать от нее. Наше бедствие заключается не в одних только внешних злоключениях, постигающих хозяйство, но еще более в той вялости и апатии, в том недоверчивом и высокомерном отношении к науке и знаниям, какое вырабатывается в последнее время. Не можем не привести по этому поводу небольшой выдержки из того же «Экономического журнала». Г-н Мак—в, подробно рассмотрев состояние имений в Воронежском уезде, нашел, что хозяйство частных землевладельцев мало чем отличается от крайне экстенсивного хозяйства крестьян. «Прекрасные почвенные условия, — говорит он по этому поводу, — дешевизна удобрения, достаточное количество рабочих рук — все это вполне благоприятствует развитию хозяйства; не благоприятствует же ему прежде всего та р>тина и инертность, в которую погружено большинство наших хозяев, и полнейшее отсутствие хотя бы какого-нибудь приложения данных агрономической науки». В том же журнале приведен интересный факт, какими путями в других странах пробуют поддержать сельское хозяйство. Французский министр земледелия обратился недавно к префектам и директорам сельскохозяйственных учреждений с циркулярным предложением — образовать в каждом округе полевые участки для производства образцовых сельскохозяйственных работ; в видах более скорого устройства подобных участков Министерство выразило готовность выдавать пособия деньгами и натурою. Цель проекта — распространить в среде сельских хозяев улучшенные агрономические приемы, применяемые уже за границей, правильное пользование химическими удобрениями и применение усовершенствованных орудий производства. Пример, поистине достойный подражания.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы