Выбор языка общения

Культура коммуникации определяется языком собеседников и тесно связана с использованием конкретного языкового кода коммуникации. Сама она, в свою очередь, определяет способ кодирования информации: количество речи, допустимую степень эксплицитное™ коммуникативного намерения, соотношение количества информации, передаваемого вербально и невербально, и т. д. Выбор языка общения — это не только выбор общего кода коммуникации, что очевидным образом необходимо для того, чтобы коммуникация состоялась. Выбор языка имеет также и психологический эффект. Возможны три ситуации: а) общение на языке коммуниканта А; б) общение на языке коммуниканта Б; в) общение на языке, отличном от родных для коммуникантов языков. Все три ситуации отличаются друг от друга.

Первые две ситуации типологически сходны, но выбор языка может в некоторых случаях менять «расстановку сил» в ситуации общения в зависимости от обстановки. Коммуникация никогда не происходит в вакууме, и учет ситуативного контекста крайне важен. В некоторых случаях выбор языка будет определяться практическим удобством: представим себе, что оба собеседника могут говорить на языке Б (например, английском), но не на языке А (например, русском). В этом случае выбор английского языка будет просто рациональным выбором, обеспечивающим необходимый уровень взаимопонимания. Сложнее, если оба собеседника в равной мере могли бы эффективно коммуницировагь на обоих языках. В этом случае выбор языка имеет уже более сложную природу. Представим себе три ситуации:

  • 1. Русский разговаривает с англичанином один на один, общение происходит в России.
  • 2. Русский разговаривает с группой англичан, общение происходит в России.
  • 3. Русский разговаривает с англичанином или группой англичан, общение происходит в Англии.

В этих трех ситуациях общение предполагает разное распределение социальных статусов, связанное с фактическим проявлением неравенства коммуникантов. В ситуации 1 тот факт, что русскоязычный собеседник находится в привычной для себя социокультурной обстановке, делает его позицию привилегированной по сравнению с позицией «одинокого» англичанина, чьи стереотипы и культурный стиль коммуникации не находят подтверждение и поддержку в общении с соотечественниками, которого он в данном случае лишен. В такой ситуации именно он, а не русский будет проявлять коммуникативную осторожность и стремиться подстроиться под стиль общения собеседника.

В ситуации 2 позиция русского уже не кажется столь особенной, поскольку англичанин в своем общении вынужден ориентироваться как на русского собеседника, так и на своих соотечественников, в общении с которыми он, следуя сложившемуся у него коммуникативному стереотипу, может не стесняясь проявлять свою «английскость». Выбор стиля общения в данном случае будет зависеть от того, какие ролевые формы общения группа англичан изберет для общения с русским, а также от индивидуальных коммуникативных и психологических навыков русскоязычного собеседника.

В третьей ситуации русский будет уже в слабой позиции — он будет вынужден проявлять коммуникативную осторожность, ибо теперь он гость. Именно он будет вынужден подстраиваться под коммуникативный стиль англичанина.

Выбор языка в этих трех ситуациях имеет разный смысл. С точки зрения социальной он имеет символическое значение, поскольку подчеркивает доминирование одного из коммуникантов, его положение «хозяина» и «гостевой» статус собеседника. С точки зрения психологической выбор языка будет определять степень коммуникативного комфорта «слабого» участника коммуникации. В зависимости от конкретной стратегии общения «сильный» коммуникант может стремиться либо к демонстрации своей доминирующей позиции, либо к проявлению вежливости и намеренному принятию языка «слабого» собеседника в качестве языкового кода общения с тем, чтобы не подчеркивать лишний раз свое привилегированное положение.

Обычно язык определяет коммуникативный стиль общения. Например, выбор арабского языка предполагает развернутый стиль общения: от коммуниканта ожидается многословие, использование богатого, экспрессивного языка, ярких метафор и сравнений. При использовании японского языка такой стиль общения, напротив, покажется носителю этого языка неадекватным, поскольку японская коммуникация имеет тенденцию к краткости выражения мысли и максимальному использованию невербальных средств общения (взгляд, поза, жест).

Специфика межкультурной коммуникации заключается в том, что выбор той или иной языковой системы не предполагает, что вместе с языком коммуникант, для которого этот язык неродной, будет придерживаться соответствующего коммуникативного стиля. Другими словами, русский, ведя с иностранцем разговор по-английски, не обязательно будет придерживаться невербальных норм общения, принятых в английской лингвокультуре. Чаще всего даже если происходит переключение вербальных кодов коммуникации, переключение стилистических и невербальных кодов не происходит. Это создает определенные риски, поскольку для собеседника-англичанина выбор для общения родного для него языка определяет систему ожиданий от неязыковой стороны общения: выбор фатической стратегии, характер невербальной коммуникации и пр. Русский же, говоря по-английски, может продолжать коммуникативное поведение, свойственное своей лингвокультуре, что при определенных обстоятельствах может обмануть ожидания собеседника. Этот же эффект может возникать и в случае, когда русский, говоря по-английски с англичанином, допускает чисто языковые ошибки (лексические, грамматические и пр.): носителю языка они бросаются в глаза, что портит общее впечатление от общения, создает комические ситуации, порой препятствующие достижению поставленной коммуникативной цели.

В связи с этим третий тип коммуникативной ситуации, при котором собеседники выбирают для общения язык, не являющийся родным ни для одного из них, на деле оказывается наименее рискованным. В такой ситуации стиль общения априори не связан с избираемым языковым кодом, и ни у одного из коммуникантов не создается ложных ожиданий. Кроме того, в таком общении любая языковая неточность имеет существенно меньший вес, менее заметна собеседнику и в меньшей мере влияет на достижение коммуникативной цели.

Межкультурное общение может осуществляться также:

  • 1) через «языковых брокеров» — переводчиков (подробнее об этом способе см. далее);
  • 2) с помощью машинного перевода. Это, пожалуй, самый неудачный способ преодоления языкового барьера: несмотря на некоторые успехи в области автоматической обработки текстов, искусственный перевод далек от совершенства;
  • 3) на искусственных языках (самый редкий способ);
  • 4) на нескольких языках (при условии, что ими владеют все коммуниканты). Этот способ также несовершенен, поскольку не способствует выработке единого ситуативного кода коммуникации;
  • 5) на языке международного общения (самый распространенный способ).

«Равноправие» коммуникантов в ситуации межкультурного общения обеспечивает выбор третьего, нейтрального языка, но тогда все они не совсем свободны в выборе языковых средств. К тому же их знание этого третьего языка может быть неодинаковым, и тогда один из коммуникантов снова окажется в невыгодном положении.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >