Школа Матхуры

Одновременно с Гандхарой развивался другой центр искусства — Матхура, город на реке Джамне, располагающийся между современными Дели и Агрой. В этом городе сходились древние торговые пути в Магадху, Гандхару, Декан и западнее, к морским путям (современный Мумбай). Как отмечает С. И.Тюляев, Матхура была известна еще во времена «Махабхараты» как город, связанный с именем Кришны. Древнейшие скульптурные изображения богини-матери I тыс. до н. э. были найдены именно в Матхуре. Напомним, что их уникальность заключается в том, что материальных артефактов так называемого «периода Вед» найдено немного. Выраженный в них «индийский тип красоты» женских образов этих миниатюрных скульптур с тонкой талией, округлой высокой грудью и массивными бедрами проявит себя и в больших изваяниях рубежа веков. К отличительным особенностям этого художественного центра также относятся параллельное существование и развитие буддийских и индуистских изображений, широкое распространение имел и джайнизм.

Излюбленным материалом матхурских мастеров был красный песчаник. В многочисленных торсах Индры из Матхурского музея, в знаменитой фигуре женщины, обвивающей лиану, из Музея Азиатского общества в Нью-Йорке (ил. 18) и особенно в торсе царя нагов из Музея Гиме в Париже ощущается тактильность этого материала (рис. 6).

Его шероховатость, специфическая микрорельефность придают поверхности скульптур особое нраническое звучание: они словно дышат, но дышат так, как дышат мощные деревья, как дышит вся богатая и пышная природа Индии. Это нраническое начало, всецело наполняющее индуистские изображения в буддийских образах Матхуры, обогащается пониманием тела как сосуда духа. По меткому замечанию С. Крамриша, высказанному в адрес образа Будды матхурской школы II в., найденного в Бодх-Гае, «это первый в Индии образ, выражающий своим обликом то, что подразумевает его имя»[1]. Пробудившееся, просветленное состояние проявляется здесь в полуприкрытых глазах, полулыбке, общем состоянии покоя и изображении тела, поддерживаемого не столько скелетом или мышцами, как в школе Гандхары, сколько течением внутренних энергий. Тектоника его гладких поверхностей обращает нас к образу, описанному в Читралакшане, — это тело, подобное полому стеблю тростника.

Торс царя нагов. Матхура. II в

Рис. 6. Торс царя нагов. Матхура. II в.

Красный песчаник. Музей Гиме, Париж

В стеле из Катры (близ Матхуры) II в. из Матхурского музея Будда изображен в позе падмасана (лотосовой позе) и жесте аб- хаямудра (с поднятой правой рукой на уровне плеча и ладонью, повернутой к зрителю), символизирующем дарование защиты (ил. 19). Его глаза открыты, на лице улыбка, что придает образу в целом ясный, радостный характер. На троне — изображение львов.

В дальнейшем форма львиного и лотосового трона будет наиболее распространена в иконографии. Лотос символически будет связываться с чистой незапятнанной природой ума Будды. Основой для этого служит следующее сравнение: как лотос прорастает из темноты ила к поверхности воды, раскрывая бутон только после выхода на поверхность, и остается не запятнанным водой и землей, так и ум, рожденный с человеческим телом, раскрывает свои истинные качества только после выхода из мутного потока страстей и невежества. Прорастая, лотос символически соединяет в себе четыре стихии мироздания, четыре первоэлемента: землю, воду, воздух, огонь (в данном случае свет солнца). Символически говорится и о святом: он «прорастает» из этого мира и превосходит его. В отношении падмасаны, или йогической позы Будды, исследователь скульптурной традиции Индии В. С. Сидорова обращает внимание на то, что изображение Будды в позе йога дано уже в ступе Бхар- хута, а изображение йога в одной из печатей Хараппы указывает на истоки этой иконографии10.

  • [1] Тюляев С. И. Искусство Индии. С. 199.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >