ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

В результате изучения главы 7 студент должен:

знать

• понятие, основные и квалифицирующие признаки преступлений, составы которых предусмотрены ст. 136—149 УК РФ;

уметь

  • • систематизировать и анализировать признаки отдельных преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина по элементам и видам — основного, квалифицированного и привилегированного — состава преступления;
  • • раскрывать содержание каждого признака состава данного вида преступлений;
  • • различать составы преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина между собой и отграничивать их от иных смежных составов преступлений;

владеть

• навыками квалификации деяний в качестве преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина.

Преступления против равноправия и неприкосновенности личной жизни

Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина (ст. 136 УК РФ).

Советское уголовное законодательство в разделе иных государственных преступлений (ст. 74 УК РСФСР 1960 г.) предусматривало уголовную ответственность только за такое нарушение равноправия, которое было связано с совершением действий, направленных на ограничение прав и преимуществ граждан в зависимости от их расовой или национальной принадлежности. В УК РФ такого рода деяние было отнесено к преступлениям против конституционных прав и свобод человека и гражданина. Кроме того, здесь было существенно расширено и основание уголовной ответственности, которой в ныне действующей редакции ст. 136 УК РФ соответствует термин «дискриминация», предполагающий нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» нарушения прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии, а также пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии, являются разновидностью экстремистской деятельности (экстремизма).

Объект преступления. Провозглашая равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств, ст. 19 Конституции РФ запрещает любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Характеризуя в этой связи специфику направленности данного преступления, в юридической литературе его объект, как правило, обозначают в виде равноправия (гарантированного Конституцией РФ равенства прав и свобод человека и гражданина) либо принципа равноправия или общественных отношений, обеспечивающих его (или иным образом связанных с ним).

Исходя из содержащегося в ч. 3 ст. 62 Конституции РФ положения о том, что иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации (кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором РФ), в качестве возможного потерпевшего в данном преступлении указывается (или подразумевается) любое физическое лицо, вне зависимости от наличия у него гражданства Российской Федерации.

Объективная сторона преступления включает в себя деяние, выражающееся в дискриминации, т.е. нарушении прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам.

Не исключая активную или пассивную форму поведения, данное нарушение (дискриминация) может осуществляться в виде ограничения (ущемления) прав, свобод или интересов человека (отказ в приеме на работу, учебу и т.д.) или создания преимуществ (привилегий) для отдельного лица или группы лиц (например, при продвижении по службе, заключении контракта, предоставлении услуг).

Не имеет значения, в какой именно сфере — политической, экономической, социальной, культурной — происходит ограничение или предоставление преимуществ. Однако обязательным условием уголовной наказуемости нарушения прав, свобод или интересов человека является установление зависимости такого нарушения от одного или нескольких указанных в законе обстоятельств: пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам. Об этой зависимости может идти речь лишь тогда, когда любой из перечисленных признаков послужил основанием нарушения прав, свобод или законных интересов хотя бы одного физического лица. Если данное нарушение было обусловлено иными обстоятельствами (личными неприязненными отношениями, чьей-либо просьбой и т.д.), то ст. 136 не должна применяться.

В ныне действующей редакции ст. 136 преступление имеет конструкцию формального состава, в связи с чем юридически оконченным оно является с момента совершения деяния.

Субъективная сторона преступления предполагает возможность его совершения только с прямым умыслом. Мотивы и цели на квалификацию не влияют.

Деяние, направленное на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенное публично или с использованием СМИ, должно квалифицироваться по ст. 282 УК РФ.

Субъект преступления — любое физическое вменяемое лицо, достигшее на момент совершения деяния 16-летнего возраста, использующее свое служебное положение при совершении преступления.

Нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК РФ). Установление уголовной ответственности за этот вид деяния, ранее не считавшийся ее самостоятельным основанием, — одна из важных новелл УК РФ. В условиях отсутствия в научном обороте однозначного определения понятия частной жизни законодатель счел целесообразным, не раскрывая данное понятие, признать уголовно наказуемым незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или СМИ.

Объект преступления. В тех случаях, когда в юридической литературе он определяется в виде права человека на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, при характеристике объекта исходят из соответствующих положений Конституции РФ, провозглашающей право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23) и устанавливающей в этой связи запрет на сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (ч. 1 ст. 24). В иных формулировках объекта этого преступления им чаще всего признается не само такое право, а общественные отношения, которые складываются по поводу реализации конституционного права на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны (или, например, обеспечивают неприкосновенность частной жизни любого гражданина, сохранение его личной и семейной тайны).

По смыслу ч. 1 и 2 ст. 137 УК РФ в качестве потерпевшего может рассматриваться любое физическое лицо, вне зависимости от его гражданства, возраста, состояния здоровья, выполняемых профессиональных функций (политик, артист и т.д.), не дававшее своего согласия на собирание или распространение сведений, относящихся к его частной жизни и составляющих его личную или семейную тайну. Обращает на себя внимание то, что в отличие от ч. 1 ст. 23 Конституции РФ, в которой речь идет о праве на неприкосновенность частной жизни и праве на личную и семейную тайну, ст. 137 УК РФ ставит под уголовно-правовую охрану сведения, которые не только касаются частной жизни лица, но и одновременно составляют его личную или семейную тайну. В юридической литературе нередко им отводится роль предмета данного преступления, однако при этом вопросы о том, что следует понимать под частной жизнью и какие именно сведения составляют личную или семейную, обычно остаются открытыми.

Федеральным законом от 05.04.2013 № 50-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части ограничения распространения информации о несовершеннолетних, пострадавших в результате противоправных действий (бездействия)» ст. 4 Закон РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации» была дополнена ч. 6, которой было специально запрещено распространение в СМИ, а также в информационно-телекоммуникационных сетях информации о несовершеннолетнем, пострадавшем в результате противоправных действий (бездействия), включая фамилии, имена, отчества, фото- и видеоизображения такого несовершеннолетнего, его родителей и иных законных представителей, дату рождения такого несовершеннолетнего, аудиозапись его голоса, место его жительства или место временного пребывания, место его учебы или работы, иную информацию, позволяющую прямо или косвенно установить личность такого несовершеннолетнего. В этой связи Федеральным законом от 28.12.2013 № 432-ФЗ в ст. 137 УК РФ было особо предусмотрено более тяжкое наказание за нарушение такого рода запрета, если данное нарушение выразилось в публичном распространении информации, которая: а) указывала на личность несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего 16-летнего возраста, по уголовному делу, и (или) б) содержала описание полученных им в связи с преступлением физических или нравственных страданий.

Объективная сторона преступления. Используя в ч. 1 и 2 ст. 137 УК РФ конструкцию формального состава, законодатель характеризует деяние в рамках основного состава как незаконное собирание или распространение указанных сведений либо распространение их в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или СМИ. Предполагая активную форму поведения, деяние в виде собирания сведений означает любое их получение, вне зависимости от источников (открытых или закрытых) и способов (в том числе путем приобретения, насильственного или ненасильственного завладения, опросом, прослушиванием, негласным наблюдением и т.д. Распространение сведений — это сообщение или передача их на возмездной или безвозмездной основе третьему лицу. Статья 137 УК РФ особо выделяет распространение сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или СМИ. Поскольку данные виды распространения информации связаны с ознакомлением с ней значительного круга лиц, то было бы логично признать данный способ совершения деяния в качестве квалифицирующего обстоятельства. Законодатель, однако, не пошел по этому пути. Кроме того, заслуживают также внимания высказываемые в юридической литературе предложения о целесообразности расширения объективной стороны данного состава преступления за счет включения в нее таких форм деяния, как хранение и использование сведений о частной жизни.

Несколько иначе характеризуется объективная сторона преступления, сконструированная в ч. 3 ст. 137 УК РФ. В ней идет речь о повышенной наказуемости за незаконное распространение в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении, СМИ или информационнотелекоммуникационных сетях информации, указывающей на личность несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего 16-летнего возраста, по уголовному делу, либо информации, содержащей описание полученных им в связи с преступлением физических или нравственных страданий, повлекшее причинение вреда здоровью несовершеннолетнего, или психическое расстройство несовершеннолетнего, или иные тяжкие последствия. Для вменения этого квалицированного вида состава преступления необходимо учитывать то, что в данном случае: 1) объективная сторона с точки зрения деяния характеризуется лишь как распространение определенных сведений, не охватывая иные действия (в том числе собирание сведений);

2) причинение в результате такого распространения вреда здоровью несовершеннолетнего, или психического расстройства несовершеннолетнего, или иных тяжких последствий — обязательный признак, а значит, по конструкции состав преступления является материальным. Если указанные последствия не наступили, то при наличии соответствующих условий содеянное может квалифицироваться по ч. 1 или 2 ст. 137 УК РФ или, если оно не содержит признаков уголовно наказуемого деяния, как административное правонарушение.

Обязательным условием для применения данной статьи является признак незаконности собирания и распространения сведений о частной жизни. Этот признак может отсутствовать, например, при официальном расследовании преступлений.

Субъективная сторона преступления. В юридической литературе преобладает мнение о том, что оно может быть совершено лишь с прямым умыслом. В ныне действующей редакции ст. 137 мотив и цель для квалификации деяния как преступления значения не имеют.

Субъект преступления. Учитывая, что уголовно наказуемым признается только незаконное собирание или распространение сведений, то помимо общих признаков (физическое вменяемое лицо, достигшее на момент совершения деяния 16-летнего возраста), должно быть установлено также отсутствие у виновного права на получение и распространение сведений, составляющих личную или семейную тайну лица, без его согласия.

Если при этом получение или распространение их было совершено лицом с использованием своего служебного положения (например, руководителя учреждения, сотрудника правоохранительных органов и т.д.), то содеянное следует квалифицировать с по ч. 2 ст. 137.

Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138 УК РФ). В отличие от ранее действующей ст. 135 УК РСФСР, которая объявляла наказуемым нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений, ст. 138 в действующей редакции сужает основания ответственности за такое преступление, в частности, за счет исключения уголовной ответственности за незаконное производство, сбыт или приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Объект преступления. В юридической литературе он обычно воспринимается как единый для всех видов деяний, предусмотренных данной статьей, и определяется как закрепленное ч. 2 ст. 23 Конституции РФ право граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан либо как общественные отношения, обеспечивающие такое право (возникающие в связи с реализацией такого права). И в том и в другом случае имеется в виду, что согласно ч. 2 ст. 23 Конституции РФ предусмотренное в ней право: а) принадлежит физическому лицу, вне зависимости от наличия у него гражданства; б) подразумевает тайну именно переписки, телефонных разговоров и т.д., что включает в себя тайну не только содержания передаваемых сведений, но и самого факта передачи сообщений (количества сообщений, их адресата или отправителя, и т.д.); в) носит самостоятельный характер по отношению к праву на личную или семейную тайну, вследствие чего должно распространяться также на сообщения, не содержащие личную или семейную тайну;

г) не связывается с исчерпывающим перечнем видов сообщений, а значит, охватывает собой и тайну сообщений, передаваемых с помощью компьютерных технологий; д) не имеет в виду случаи, когда на основании ч. 3 ст. 55 Конституции РФ право на тайну сообщений человека и гражданина ограничено федеральными законами (УПК РФ, УИК РФ и т.д.) в гой мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Предметом данного преступления обычно называют тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (в другой формулировке: письма, записки, телеграммы и т.п., т.е. то, что содержит информацию).

Объективная сторона преступления заключается в нарушении тайны любого из указанных видов сообщения вне зависимости от того, кому именно — другому частному лицу или организации — оно адресовано и какой круг лиц с ним ознакомлен. Конкретные виды такого нарушения содержатся в ряде нормативных актов, в том числе, например, в Федеральном законе от 17.07.1999 № 176-ФЗ «О почтовой связи», в котором ст. 15 устанавливается, что информация об адресных данных пользователей услуг почтовой связи, о почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения являются тайной связи и могут выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям. Другая возможная форма нарушения тайны сообщений заключается в самостоятельном ознакомлении с сообщением лицом, не имеющим на то права, в результате вскрытия конверта, прослушивания телефона и т.п.

Субъективная сторона преступления охватывает возможность его совершения только с прямым умыслом. Мотив и цель преступления при этом должны учитываться лишь при назначении наказания.

Субъект преступления — физическое вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет.

По ч. 1 ст. 138 не могут быть субъектом преступления получатель сообщения, а также иные лица, которые имеют доступ к передаваемой информации в силу закона или согласия ее владельца.

Нарушение тайны сообщения, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, влечет ответственность по ч. 2 ст. 138.

Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (ст. 138.1 УК РФ). Выделение незаконного производства, приобретения и (или) сбыта специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в самостоятельный состав преступления назревало давно, так как в структуре диспозиции ст. 138 в силу своей содержательной и функциональной специфики оно выглядело «инородным телом». Признание уголовным законом незаконного производства, сбыта или приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, как самостоятельного состава преступления значительно упрочило основания ответственности за данное преступление.

Объект преступления. В соответствии с наиболее распространенными взглядами он может быть обозначен как порядок производства и оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации. Предметом выступают специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации, о которых идет речь в ст. 138.1, перечень которых сформулирован в Положении о ввозе в Российскую Федерацию и вывозе из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и списка видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ввоз и вывоз которых подлежат лицензированию, утвержденном постановлением Правительства РФ от 10.03.2000 № 214.

Объективная сторона преступления характеризуется незаконным производством, приобретением и (или) сбытом специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Под незаконным оборотом специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, следует понимать производство, хранение с целью сбыта, сбыт или приобретение специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, вопреки установленным законом правилам. Представляя собой самостоятельный состав преступления, он может образовывать реальную совокупность преступлений, указанных в ч. 1 или 2 ст. 138, если нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан было сопряжено с промышленным или кустарным изготовлением, реализацией на возмездной или безвозмездной основе либо любым способом приобретения технических средств, предназначенных для негласного получения информации. Незаконный характер таких действий означает, что они осуществляются при отсутствии специального разрешения (лицензии). В случаях, когда при наличии такой лицензии (разрешения) допускается лишь нарушение правил производства, хранения, продажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, лицо несет ответственность по ч. 1 ст. 20.23 КоАП РФ.

Сам факт незаконного производства, сбыта или приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, независимо от наступивших последствий образует состав оконченного преступления.

Субъективная сторона данного преступления может быть выражена лишь прямым умыслом. Виновный сознает, что осуществляет незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и желает совершения такого деяния. Мотив и цель преступления при этом должны учитываться лишь при назначении наказания.

Субъект преступления — им может быть вменяемый человек, достигший возраста 16 лет.

Нарушение неприкосновенности жилища (ст. 139 УК РФ). В отличие от ст. 136 УК РСФСР 1960 г., в которой нарушением неприкосновенности жилища признавались незаконный обыск, незаконное выселение или иные незаконные действия, нарушающие неприкосновенность жилища граждан, ч. 1 ст. 139 УК РФ состав данного преступления раскрывает как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица.

Объект преступления. В юридической литературе он обычно характеризуется как само конституционное право на неприкосновенность жилища либо как общественные отношения, которые обеспечивают неприкосновенность жилища (возникают в связи с реализацией гражданами конституционного права на неприкосновенность жилища и т.п.). В обоих случаях под жилищем понимается индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания (примечание к ст. 139). Из данной трактовки следует, что с позиций уголовного законодательства предусмотренное ст. 12 Конституции РФ право на неприкосновенность жилища распространяется не на любое помещение, которое фактически используется для проживания, а только на такое, которое пригодно или предназначено для проживания.

Представляется, что по смыслу ст. 139 потерпевшим может быть только тот, кто проживает в жилище на законных основаниях, поскольку в ином случае о нарушении права на неприкосновенность жилища говорить нс приходится. Кроме того, правом на неприкосновенность жилища обладает каждое из лиц, законно проживающих в одном жилище, а следовательно, состав преступления не исключается, когда отсутствует согласие хотя бы одного из них на появление в жилище лица, не проживающего в нем. Если исходить из содержания рассматриваемого права, то лицо должно признаваться потерпевшим не только тогда, когда оно возражало против проникновения в жилище посторонних, но и тогда, когда проникновение осуществлялось в отсутствие такого лица, т.е. без его ведома.

Объективная сторона преступления. При ее характеристике нужно иметь в виду, что: 1) по аналогии со ст. 25 Конституции РФ ст. 139 под нарушением права на неприкосновенность жилища понимается лишь проникновение в него каким-либо — открытым или тайным, через дверь, балкон, окно — способом, не охватывая иные виды нарушения права на неприкосновенность жилища (отказ постороннего лица, появившегося в помещении с согласия проживающих, покинуть его, незаконное завладение (занятие) свободным жилым помещением и т.д.); 2) проникновение не связывается с появлением в жилище самого виновного, допуская тем самым возможность рассматривать как проникновение и тайную установку в жилище специальных технических средств, в том числе и управляемых дистанционно; 3) преступление сконструировано по типу формального состава, вследствие чего с юридической точки зрения является оконченным с момента совершения деяния.

Согласно ч. 2 ст. 139 проникновение в жилище, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения, должно признаваться квалифицирующим обстоятельством. Под применением насилия подразумевается любое физическое насилие, в том числе в виде лишения жизни потерпевшего, однако необходимость в дополнительной квалификации отсутствует лишь тогда, когда оно выразилось в причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев, иных насильственных действий. Угроза применения насилия — это психическое воздействие, предполагающее выражение вовне намерения в случае сопротивления использовать любой вид физического насилия. Для вменения данного квалифицирующего обстоятельства не имеет значения к кому именно — проживающим или иным лицам — применялось физическое или психическое насилие; главное, чтобы оно использовалось как способ проникновения в жилище. Так называемое насилие над вещью (взлом двери, балкона и т.п.) само по себе не дает основания для применения ч. 2 ст. 139.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в форме прямого умысла.

Непосредственно в статье ничего не говорится о мотивах и целях деяния (проникновения), однако в ряде случаев они могут оказывать влияние на решение вопроса о возможности признания деяния преступлением. Так, ст. 3 ЖК РФ допускает проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан в случаях и в порядке, предусмотренных федеральным законом в целях: а) спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера; б) задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

Проникновение в целях совершения некоторых преступлений (кражи, грабежа, разбоя) охватывается их соответствующими квалифицированными видами состава и дополнительной ссылки на ст. 139 не требует.

Субъект преступления — любое физическое вменяемое лицо, достигшее на момент совершения деяния 16-летнего возраста, за исключением тех, кто имеет право на появление в жилище: проживающие в нем на законных основаниях; иные лица, которые имеют право в установленном порядке проникать в жилое помещение без согласия проживающих в связи с исполнением своих служебных обязанностей (судебные приставы, сотрудники органов внутренних дел и т.д.). Согласно ст. 25 Конституции РФ данное право должно быть установлено федеральным законом и (или) основываться на судебном решении.

Незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, с использованием своего служебного положения, должно влечь уголовную ответственность по ч. 3 ст. 139.

Отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140 УК РФ). Действующее ранее отечественное уголовное законодательство не знало такого вида преступления. Не выделяя в данном случае квалицировапных видов преступления, УК РФ объявляет им неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, либо предоставление гражданину неполной или заведомо ложной информации, если эти деяния причинили вред правам и законным интересам граждан.

Объект преступления. Признавая таковым конституционное право каждого на ознакомление с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы или общественные отношения, так или иначе связанные с реализацией (обеспечением) данного права, в юридической литературе исходят при этом из положений ч. 2 ст. 24 Конституции РФ. В соответствии с ними данное право: а) на территории РФ принадлежит каждому человеку, а не только гражданину Российской Федерации; б) своим содержанием подразумевает возможность ознакомления с теми документами и материалами, которые непосредственно затрагивают права и свободы обратившегося; в) включает в себя право знакомиться с данными документами и материалами не только лично, но и в необходимых случаях через своего законного представителя, в том числе адвоката; г) может быть ограничено только в соответствии с федеральным законом, устанавливающим специальный правовой статус не подлежащей распространению информации, обусловленный ее содержанием, в том числе наличием в ней данных, составляющих государственную тайну, конфиденциальных сведений, связанных с частной жизнью, со служебной, коммерческой, профессиональной, изобретательской деятельностью.

Согласно ст. 140 к предмету предусмотренного в ней преступления относят только такие документы и материалы, которые: во-первых, находятся в органах государственной власти или местного самоуправления, во-вторых, собраны в установленном законом порядке и, в-третьих, содержат информацию, непосредственно затрагивающую права и свободы гражданина. Помимо документов и материалов в данной статье идет также речь о неполной или заведомо ложной информации. По смыслу закона она также должна отвечать перечисленным признакам.

Потерпевшим от данного преступления может оказаться любой человек.

Объективная сторона преступления. Имея конструкцию материального состава, оно предполагает совершение деяния в виде неправомерного отказа в предоставлении указанных документов и материалов либо предоставления гражданину неполной или заведомо ложной информации. Непредоставление документов и материалов может выражаться не только в явно выраженном устном или письменном, мотивированном или немотивированном нежелании выдать их для ознакомления обратившемуся гражданину, но и в оставлении его просьбы без ответа. Предоставление неполной или ложной информации означает ознакомление гражданина (его представителя) только с частью имеющейся информации, затрагивающей его права и свободы, либо с информацией, полностью или частично не соответствующей действительности (например, об очередности на жилплощадь).

Неправомерный отказ означает отказ в нарушение закона либо иного нормативного акта, выраженный в письменной или устной форме, проявляющийся как в действии (это может быть резолюция либо заявление об отказе), так и в бездействии (невыполнение своей конституционной обязанности и игнорирование чужого конституционного права и просьбы о предоставлении соответствующей информации).

В отличие от ст. 5.39 КоАП РФ, предусматривающей ответственность за сам факт неправомерного отказа в предоставлении гражданину указанных документов, материалов и информации, ст. 140 может вменяться только при условии, что в результате такого отказа был причинен вред правам и законным интересам граждан. При этом законодатель не устанавливает каких-либо ограничений относительно возможного вида вреда, его размера. Исходя из этого можно сделать вывод, что причиненный вред может быть не только материальным (неполучение стипендии, пособия, других материальных льгот), но и иным (увольнение с работы, отказ в регистрации недвижимости и т.д.).

Субъективная сторона преступления — умышленная форма вины. Мотивы и цели содеянного (личная неприязнь, ложно понятые интересы службы и т.д.) должны учитываться при назначении наказания.

Субъект преступления — должностное лицо той государственной или муниципальной организации, в которую обратился гражданин с заявлением о предоставлении документов и материалов, непосредственно затрагивающих его права и свободы.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >