Толкование уголовного законодательства Российской Федерации: понятие и виды

Толкование уголовного законодательства РФ - это интеллектуально-волевая деятельность, направленная на уяснение смысла уголовного закона и разъяснение его содержания с целью реализации положений закона в точном соответствии с волей законодателя.

Толкование можно классифицировать по субъекту (юридической силе), объему, способу (приемам) и т.д.

По субъекту (юридической силе) толкование уголовного законодательства может быть официальным или неофициальным.

Официальное толкование носит общеобязательный характер для правоприменителя и, в свою очередь, может быть нормативным или казуальным.

Нормативное толкование обязательно для всех случаев применения конкретной уголовно-правовой нормы. Казуальное же толкование имеет значение для оценки правоприменителем конкретного факта: таковы, например, решение Конституционного Суда РФ, определение Судебной коллегии или постановление Президиума Верховного Суда РФ по какому-либо делу (см. ст. 126 Конституции).

Нормативное толкование уголовного закона может быть аутентическим (аутентичным) или легальным.

Аутентическое толкование дается субъектом права, принявшим уголовный закон. Например, многие нормы УК получили свое толкование в УИК (ч. 2 ст. 43 УК - в ст. 9 УИК; ч. 3 ст. 58 УК - в ст. 132 УИК и т.д.).

Легальное толкование осуществляется субъектом нрава, которому делегированы полномочия официального толкования уголовно-правовых норм законодательным органом. Такое право передано Конституционному и Верховному Судам РФ (см. ст. 125, 126 Конституции). Распространенным примером легального толкования уголовного закона является принятие Верховным Судом РФ постановлений Пленума с разъяснениями вопросов применения конкретных уголовно-правовых норм. Право легального толкования основано на положениях ст. 126 Конституции, ст. 9 Федерального конституционного закона от 07.02.2011 №1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", в которых определена компетенция Верховного Суда РФ, в частности дача разъяснений по вопросам судебной практики.

Возникает вопрос: каков же в действительности предмет толкования Верховного Суда РФ? Судебная практика или законодательство? Думается, что, рассматривая судебную практику по делам судов общей юрисдикции, в частности по уголовным делам, Верховный Суд РФ так или иначе разрешает вопросы о правомерности или неправомерности осуществленной квалификации общественно опасного деяния как преступления, о соответствии произведенных процедур нормам процессуального законодательства, обоснованности или необоснованности назначенной меры наказания (иной меры принудительного воздействия). Таким образом, Верховный Суд РФ решает вопросы должного применения норм материального и процессуального законодательств, а следовательно, осуществляет толкование этих норм.

Неофициальное толкование уголовного закона не обязательно для правоприменителя. Оно в свою очередь может быть компетентным или обыденным.

Компетентное толкование дается лицом, сведущем в юриспруденции. Например, лицом, имеющим юридическое образование, занимающим должность в правоохранительных органах. В связи с этим компетентное толкование может быть доктринальным (научным), судебным или имеющим иной профессиональный характер.

Типичный пример доктринального толкования уголовного законодательства - рассуждения авторов по поводу применения уголовно-правовых норм, изложенные в учебниках, учебных пособиях, комментариях к УК.

Судебное толкование находит выражение, например, в приговорах, постановлениях или других решениях по уголовным делам, рассмотренным районными (городскими) судами или мировыми судьями.

Иное профессиональное толкование может быть отражено в обвинительном заключении (акте), в кассационной жалобе, в других документах по рассматриваемому уголовному делу.

Обыденное толкование уголовного закона дается прочими гражданами.

Толкование уголовного закона по объему может быть буквальным, распространительным или ограничительным.

Буквальное (адекватное) толкование предполагает уяснение и разъяснение правоприменителем нормы уголовного закона так, как указано в законе: ни больше, ни меньше, т.е. согласно словесному выражению уголовно-правовой нормы. Например, в ст. 44 УК определены 12 видов уголовных наказаний (применяемых в связи с совершением преступлений), образующих своеобразную систему (от менее строгого наказания к более строгому наказанию). Смысл уголовно-правовой нормы, отраженной в этой статье, адекватен тексту данной статьи. Иными словами, рассматривая вопрос о видах наказаний, применяемых за совершение преступлений, толкующее закон лицо не может вложить иной (ограниченный или расширенный) смысл в текст ст. 44 УК.

Распространительное (расширительное) толкование представляет уголовный закон в более широком смысле, нежели этот смысл выражен в тексте закона, поскольку законодатель сформулировал свою мысль слишком сжато. Например, ст. 145 УК предусматривает уголовную ответственность за необоснованное увольнение с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет. Вместе с тем действительный смысл нормы, отраженной в ст. 145 УК, шире текстуальной формы данной уголовно-правовой нормы, поскольку им охватываются случаи не только необоснованного увольнения с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, но и женщины, имеющей одного ребенка.

Ограничительное толкование раскрывает уголовный закон в более узком смысле, нежели этот смысл выражен в тексте закона, поскольку законодатель сформулировал свою мысль слишком обобщенно. Например, в ст. 23 УК закреплено положение о том, что лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, подлежит уголовной ответственности. Мы суживаем это положение, подчеркивая, что оно распространяется не на все случаи привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения, и толкуем: изложенное в статье суждение вовсе не означает, что данное лицо не может быть освобождено от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям. В рассмотренном примере подлинный смысл уголовно-правовой нормы, описанной в ст. 23 УК, уже текстуальной формы данной нормы, поскольку им не должны охватываться случаи применения нереабилитирующих оснований освобождения от уголовной ответственности.

По способу (приемам) толкование уголовного закона может быть лингвистическим, систематическим, историческим. Также можно выделить логическое толкование, хотя трудно себе представить любое толкование вне правил логики.

Лингвистическое (грамматическое, филологическое, языковое) толкование осуществляется путем анализа текста закона сквозь призму лексических, морфологических и синтаксических особенностей текста, простоты и доступности для понимания использованных предложений и словосочетаний. Например, в п. "б" ч. 2 ст. 131 УК под изнасилованием, соединенным "с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью", наряду с "угрозой убийством" [читай: угрозой убийства] следует понимать не причинение тяжкого вреда здоровью, а угрозу его причинения. Об этом свидетельствуют одинаковые падежные окончания в словах, выражающих альтернативные действия: "убийство" или "причинение тяжкого вреда здоровью". Более того, слово "угроза" требует дополнения не в творительном, а в родительном падеже (угроза чего?): угроза убийства или причинения тяжкого вреда здоровью.

Систематическое толкование дается путем сопоставления текста закона с другими правовыми нормами, а также сопоставления статей УК и их частей между собой. Например, для толкования ст. 228 УК необходимо обратиться к перечню (спискам) наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в России, к перечню растений, содержащих данные средства/вещества (их прекурсоры) и подлежащих контролю в России; ст. 108 УК толкуется на основе ст. 37 и 38. Наказания в статьях Особенной части УК понимаются с учетом норм, описанных в статьях гл. 9 Общей части УК.

Историческое толкование связано с анализом утратившего силу уголовного законодательства, а иногда и условий принятия нового уголовного закона. Например, ст. 10 УК имеет смысл в контексте уголовного закона, утратившего силу; уголовно-правовые нормы о геноциде либо экоциде уясняются и разъясняются с учетом ранее принятых международных конвенций.

Наконец, логическое толкование дается на основе правил формальной логики, диалектического мировосприятия.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >