Возникновение русской философии в XVIII – первой половине XIX в.

Огромную роль в развитии русской философии, науки и культуры в целом сыграл Михаил Васильевич Ломоносов (1711 – 1765) – ученый-энциклопедист, основоположник светского философского образования в России, реформатор русского языка и литературы. Его философские идеи разнообразны и весьма значительны. В работе "О слоях земных" он обосновал догадку об эволюции растительного и животного мира. В то же время Ломоносов призывал изучать причины изменения природы. В письме к Л. Эйлеру в 1748 г. М. В. Ломоносов сформулировал закон сохранения вещества и движения. Материя в его представлении постоянно меняется, но она сохраняет свою структуру, состоит из мельчайших частиц – "элементов" (атомов), объединенных в "корпускулы" (молекулы).

М. В. Ломоносов был страстным поборником просвещения, которое он понимал как совершенствование нравов и общественных форм. Он был сторонником самодержавия, полагая, что именно благодаря ему Россия усилилась и прославилась. Историю Ломоносов трактовал как процесс органический, где всякая предшествующая фаза связана с последующей. Призывая изучать историю, он рассматривал ее не как вымышленное повествование, а как достоверное, основанное на конкретных источниках изучения опыта летописей, а также сведений, которые дает статистика и демография. Историю познания М. В. Ломоносов рассматривал как историю формирования понятий.

Человеком высокой культуры был и Александр Николаевич Радищев (1749–1802). Книга Λ. Н. Радищева "О человеке, его смертности и бессмертии", безусловно, философское сочинение. Она состоит из четырех глав. В первых двух автор излагает свои материалистические взгляды на бессмертие, стремясь доказать, что материальные основы в такой мере относятся к духовному процессу, в какой духовная жизнь зависит от тела. Отсюда он делает вывод, что уничтожение тела должно повлечь за собой уничтожение духовной жизни. В третьей и четвертой главах своего произведения А. Н. Радищев, опровергая эти утверждения, говорит, что нельзя "...усомняться более, чтобы душа в человеке не была существо само по себе, от телесности отличное... Она такова и есть в самом деле: проста, непротяженна, неразделима среди всех чувствований и мыслей..." Не будь такого единства "...человек сего мгновения не будет ведать, тог ли он, что был за одно мгновение. Он не будет ныне то, что был вчера". Он не мог бы ". ..ни вспоминать, ни сравнивать, ни рассуждать..."

Радищев ясно сознавал различие между чувственным опытом и нечувственным мышлением относительно объекта. Придя к заключению, что душа проста и неразделима, Радищев делает вывод о ее бессмертии. По словам Н. О. Лосского, он рассуждает следующим образом. Цель жизни заключается в стремлении к совершенству и блаженству. Всемилосердный господь не сотворил нас для того, чтобы мы считали эту цель напрасной мечтой. Поэтому разумно полагать: 1) после смерти одной плоти человек приобретает другую, более совершенную, в соответствии с достигнутой им ступенью развития; 2) человек непрерывно продолжает свое совершенствование.

Попытки философского осознания исторического пути России

Философская мысль России XIX в. самобытна и разнообразна. На протяжении одного века она продемонстрировала не только парадоксальные и противостоящие друг другу подходы. Эта мысль показала также стремительную смену вех, отразившую различные полюсы философской рефлексии – от религиозно-квиетистского до одушевленного идеей социального активизма и переделки человека. Мировоззренческие искания русских философов, причислявших себя к самым различным духовным веяниям, отличаются несомненной особенностью: какой философской моде не отдавалась бы дань, тема человека никогда не исчезала, не растворялась. Более того, это была, по существу, не просто тема, а некий стержень, вокруг которого разворачивались многообразные философские сюжеты. Русские философы видели в человеке, независимо от своей романтической, славянофильской, западнической или материалистической позиции, средоточие и ядро мысли, постигающей тайны бытия.

Философская мысль в России XIX в. демонстрирует предельное разнообразие. На протяжении века вместе с тем менялись духовные установки и господствующие мировоззренческие течения. Однако тема человека оставалась неизменным рефреном самых различных теоретических увлечений. Русская философия по самому своему духу, если говорить в современных терминах, глубоко персоналистична. Она не только вовлекает в свою орбиту человека, но гораздо чаще вообще исходит из этого феномена при истолковании любых философских проблем. Отечественный персонализм, безусловно, глубоко специфичен.

Русская философия прошла через романтизм 20– 30-х гг., славянофильство и западничество 40–50-х, страстный нигилизм и материализм 60-х. В 70-с гг. начал свою проповедь универсального всеединства и цельного знания Владимир Сергеевич Соловьев. Развитие социальной мысли второй половины XIX в. было связано с народничеством. При всей несовместимости этих предпосылок, как уже отмечалось, философы видели одну цель – указать человеку пути его собственного жизнеустроения, основываясь на постижении человеческой природы.

В начале и первой трети XIX в. на смену французскому Просвещению в России пришел немецкий идеализм. Но общие социальные условия помешали, как считает А. Ф. Лосев, ему окончательно оформиться в качестве направления русской философии. В 40-е, 50-е и 60-е гг. в роли противников немецкого идеализма выступили славянофилы, которые сами во всех отношениях прошли его школу (славянофильство – направление русской общественной мысли, противостоявшее западничеству. Его приверженцы делали упор на самобытном развитии России, ее религиозно-историческом и культурно-национальном своеобразии и стремились доказать, что славянский мир призван обновить Европу своими экономическими, бытовыми, нравственными и религиозными началами). Но и славянофилы, сознательно взявшие на вооружение мистическое познание православной церкви, не могли оформить свои мысли в определенную систему.

В 40–80-х гг. XIX в. значительным влиянием в России пользовалось западничество, которое в противоположность славянофилам, не признавало за русской культурой никакой оригинальности и самобытности. Оно призывало к полному культурному воссоединению с Западом в критике традиционных основ русской мысли и русской жизни. С 80-х гг. на смену материализму и западничеству пришло чисто идеалистическое направление. Оно также не оформилось в целостную систему. Даже Владимир Соловьев не оставил после себя законченной философской систематики.

А. Ф. Лосев выделил следующие формальные особенности русской философии:

  • 1. Русской философии, в отличие от европейской и более всего немецкой философии, чуждо стремление к абстрактной, чисто интеллектуальной систематизации взглядов. Она представляет собой чисто внутреннее, интуитивное, чисто мистическое познание сущего, его скрытых глубин, которые могут быть постигнуты не только посредством сведения к логическим понятиям, а только в символе, в образе посредством силы воображения и внутренней жизненной подвижности.
  • 2. Русская философия неразрывно связана с действительностью, поэтому она сначала является в виде публицистики, которая берет начало в общем духе времени, со всеми его положительными сторонами, со всеми его радостями и страданиями, со всем его порядком и хаосом...
  • 3. В связи с этой "живостью" русской философской мысли находится тот факт, что художественная литература является кладезем самобытной русской философии. В прозаических сочинениях Жуковского и Гоголя, в творениях Тютчева, Фета, Льва Толстого, Достоевского, Максима Горького часто разрабатываются основные философские проблемы, само собой в их специфически русской, исключительно практической, ориентированной на жизнь форме. И эти проблемы разрешаются здесь таким образом, что непредубежденный и сведущий судья назовет эти решения не просто "литературными" или художественными, но и философскими и гениальными.

Чтобы завершить картину многообразия философских направлений, важно отметить также и евразийство. Это идейно-политическое и общественное учение возникло в русском послеоктябрьском зарубежье 20–30-х гг. Основные идеи евразийцев нашли отражение в сборнике "Исход к Востоку. Предчувствия и свершения. Утверждения евразийцев". Инициаторами движения стали Π. Н. Савицкий, И. С. Трубецкой, Г. В. Флоровский, Π. П. Сувчинский. Евразийскую идеологию активно разрабатывали Η. Н. Алексеев, Г. В. Вернадский, Л. П. Карсавин и другие русские философы.

Евразийцы отводили России как особому этнографическому миру "серединное" место между Европой и Азией. Как и славянофилы, сторонники этого течения противопоставляли исторические способности Западу. Однако в отличие от ортодоксальных славянофилов евразийцы связывали это не столько с духовными, сколько с материально-природными факторами. Евразийское учение можно в целом считать наиболее теоретически разработанным вариантом русской идеи. Это философский термин, который ввел В. С. Соловьев в 1887–1888 гг. Он выражает своеобразное понимание русского самосознания, культуры, национальной и мировой судьбы России, ее христианского наследия и будущего, путей соединения народов и преображения человечества. Соловьевская интерпретация русской идеи соответствовала всему духу всеединства и наряду с идеей Ф. М. Достоевского о "всемирной отзывчивости русской души" оказала огромное влияние на развитие русской философии. Евразийцы оценивали Октябрьскую революцию как некое преимущество, доброе начало. С одной стороны, они видели в ней завершение эпохи европеизации Петра Великого, а с другой – свидетельство "об отделении, противопоставлении русской судьбы – судьбам Европы". Евразийцы выступили инициаторами создания нового учения – "россиеведения", объединяющего усилия философов, обществоведов, естествоиспытателей.

В философии истории евразийцы выдвигали идею о том, что Россия – особая страна, органически соединяющая элементы Востока и Запада. Евразия (речь идет не о материке, который объединяет Европу и Азию, а о некой его срединной части, не включающей территорию Западной Европы, а также юго-восточные и южные окраины Азии). Из пространственного, территориального единства России–Евразии сторонники этого направления обосновывали общность исторического развития населяющих ее народов, близость их культур, этнопсихологического типа, религиозных взглядов и чувств языков и наличие прочных политических связей.

В конце 20-х гг. XX в. в движении евразийства произошел раскол. Его левое крыло (С. Эфрон и П. Святополк-Мирский) стали открыто симпатизировать сталинскому режиму. Видные же деятели евразийства, среди которых был и Н. С. Трубецкой, порвали с ним связи. С середины 30-х гг. движение пошло на убыль и затем прекратило свое существование.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >