Ценности, цели и принципы государственного управления

Реализация миссии и целей государственного управления основывается на вполне определенных базисных положениях, которые заключаются в его ценностях, принципах, социальных ориентирах и целях.

Остановимся на ценностной матрице антикризисного государственного управления. Она принципиально мало чем отличается от общей ценностной матрицы демократического правового социального государства. Меняются лишь акценты, не позволяющие выйти за пределы той координатной матрицы, которая позволяет сохранить идентичность данной цивилизации и прочность позиций государственной системы даже в условиях социально-экономической и политической турбулентности. При этом мы далеки от трактовки ценностей посредством категории «рыночная цена в денежном выражении» или в духе вульгарной философии прагматизма. Мы сторонники формулы «Все, что имеет цену, не имеет большой ценности»1. Язык ценностей и язык цен в исследовании идеалов, ценностей и принципов в управлении несовместимы.

Ценности — это императивы разума, интересов, потребностей и целесообразности, которые имеют решающее значение в мире прав и свобод, должного и сущего, объективного и субъективного. Это то, что объединяет и одновременно отделяет от того инородного, что несовместимо с образом жизни и социокультурными ориентирами народа и конституционноправовыми основами государственного строя. При этом сказанное вовсе не означает, что, например, ценности инородного и иностранного — это плохо и однозначно враждебно. Оно другое и полезное, но в других условиях. Вот почему всякие попытки навязать народу чуждые ему порядки, равно как и, наоборот, свои ценности навязать другим народам всегда кончаются плохо, причем как для одной, так и для другой стороны.

Убедительное доказательство тому — провал мультикультурализма западных государств как идеологии, политики и практики бесконфликтного сосуществования в одном жизненном пространстве множества разнородных культур. В идеале и в научных конструкциях концепция мультикультурализма с ее толерантностью и конформизмом, действительно, привлекательна и интересна. Многим кажется, что именно в социальном и культурном многообразии заключена сила полиэтнических государств. По в реальной жизни не все так просто, о чем свидетельствуют те негативные подвижки тектонических масштабов, которые сейчас наблюдаются в Европе.

Государство, провозгласив хороший идеологический ориентир, не может быть простым регистратором общественных изменений. Практически куда важнее задать грамотный вектор социально-экономического и культурно-нравственного развития, научно прогнозировать будущее и, используя свои ресурсные возможности, активно влиять на социум, направляя его развитие в направлении консолидации и «очищения от псевдокультуры и псевдоидеологии»[1] [2]. Иначе кризисное социальное противостояние из потенциального непременно превратится в реальность.

В политике и управлении, особенно управлении антикризисном, самое разумное и действительно созидающее — это научно обоснованный традиционализм и рациональность в сочетании с новаторством, умеренным консерватизмом и инновационностью. А значит, последовательное сдерживание радикально-либеральных тенденций и левой революционности, без доведения дела до антагонистической враждебности, национализма, религиозной нетерпимости и социального отчуждения.

В контексте эффективного антикризисного управления первостепенное внимание обращается на утверждение в обществе следующих ценностей:

  • • ценностей права и конституционной законности — имеется в виду как естественное право в его философско-нравственной трактовке, так и право позитивное — право официально установленное. Непреходящая значимость ценности права заключается в том, что именно в праве человечество попыталось заключить всеобщность и абсолютную ценность закона, равенства и справедливости, утвердить право в качестве непререкаемо высоконравственного императива управления, обеспечить неотчуждаемость естественных прав человека и гражданина, господство правовой законности;
  • • ценностей свободы, т.е. способности государства контролировать условия общественного бытия как в контексте правовой законности, демократии и справедливости, так и с точки зрения соразмерности личного интереса и реальных возможностей общества, баланса частных и публичных интересов, свободы и самоограничения в рамках осознания человеком своей правоспособности и своей правосубъектности. Одно без другого существовать не может. Вне права и вне правом ограниченных свобод могут существовать лишь безнравственность и произвол — первые признаки кризисного состояния;
  • • ценностей социальной справедливости — краеугольного фактора качества и основного критериального показателя эффективности государственного управления как со стороны фактических материально-содержательных, политико-правовых и нравственных (эмпирических) факторов, так и с точки зрения формально-логических и юридических абстракций. Социальная справедливость — неотъемлемая составляющая гуманистичное™ правовой системы, политики и управления. Основывается она на признании человеческого достоинства и правовой законности в качестве высшей ценности для государства, ориентирована на стандарты, которые определяют «желаемое будущее культуры»1. Вот почему для нашего национального сознания «решать по закону» далеко не всегда совпадает с понятием «решать по справедливости». Очень часто человечность и порядочность для нас важнее и сильнее формального закона. Не учитывать этого в живой управленческой практике нельзя. Правда, в последнее время ценность социальной справедливости часто критикуется за ее идеологическую перегруженность, относительность и неспособность играть роль интегрирующего ценностного основания эффективного антикризисного управления. В чем-то с такой постановкой вопроса можно согласиться, но надо также учитывать, что социальная справедливость, если трактовать ее не только с социально-нравственных, но и с юридических позиций, это больше нравственно-психологическая ценность; [3]
  • • ценностей доверия. На фоне растущей социальной напряженности и различного рода кризисных трудностей демократические ценности честности, совести и добропорядочности, а значит, и доверия, в значительной степени девальвируются. Нередко стимулируется, с одной стороны, всплеск патерналистских настроений, усиливается иллюзия, что государство (даже в самых сложных кризисных условиях) должно заботиться о каждом, обязано, может и всегда должно быть готовым справедливо решать возникающие проблемы. С другой стороны, наоборот, провоцируется снижение уровня доверия к властям и аппарату управления, формируется обостренно критичное отношение к социальным и рыночным реформам. В результате обостряется потребность в доверии как способе консолидации общества, гармонизации социально-экономических интересов, обеспечения конструктивного компромисса между обществом, государством, бизнесом и гражданами;
  • • ценностей социальной креативности — одного из важнейших условий и одного из наиболее эффективных способов соединения общенационального и личностного интереса, непременной составляющей антикризисного управления и приумножения человеческого капитала. Лишь общество, воспитывающее творчески мыслящих, трудолюбивых, образованных, хорошо в научном отношении подготовленных людей, способно создать совершенные формы человеческого общежития1;
  • • ценностей коллективизма и социальной солидарности. Не только частная антикризисная ценность, но и «базовая системообразующая ценность российской цивилизации»[4] [5] основывается на осознании глубинного общественного интереса, общности коренных потребностей и идеалов, едином стремлении людей к совместному решению кризисных проблем, взаимной ответственности за результаты предпринимаемых усилий;
  • • ценностей качества жизни — состояния удовлетворенности материальными и культурными условиями повседневной жизнедеятельности. К ним относятся показатели материального благополучия, культуры быта, здоровья, продолжительности жизни, уровня социальной подвижности. Высокое качество жизни предполагает, что материальное благополучие обеспечивается не путем стяжательства, барского отношения к другим и тем более не коррупционно-преступным путем. В советские времена категория «качество жизни» отвергалась как субъективистская. Сегодня качество жизни — важнейший критерий успешности государства, важнейшая интегральная характеристика социального взаимодействия но линии «человек — общество — государство — общество — человек». Он определяет образ жизни человека и перспективы его совершенствования. Средство реализации высокого качества жизни — труд и общественная активность, как сознательная, целенаправленная и целесообразная деятельность;
  • • ценностей долга. Это не только основа гармоничности человеческих отношений и вопрос личной саморефлексии человека, но и фактор социальной стабильности и государственно-политической устойчивости. Ценность морального долга играет особую роль в управлении в условиях кризисного развития, ведь ни одна государственная система без нравственных скреп и способности должного служения существовать не может — одних правовых установлений недостаточно. Разложение государства начинается не с экономики и политических колебаний, не с падения благосостояния людей, а с разрушения моральных устоев, с неспособности людей различать добро и зло, неспособности и нежелания чиновника служить своему отечеству.

Процесс объективации ценностей можно представить в виде следующей логической цепи. Первое звено этой цепи — ценности и идеалы, второе — осознание интересов и приведение их в соответствие с ценностной матрицей реального социального бытия и целями государственной политики и управления данной страны, третье — формулировка оценочных суждений и выводов, постановка задач, составление соответствующих планов, четвертое — формирование адекватного правового пространства, пятое - практическая реализация намеченного. В нашем случае — антикризисные действия в контексте согласования интересов всех слоев общества, снятия социальных противоречий между государством и бизнесом, между бедными и богатыми, трудом и капиталом, работниками и работодателями, создания нормальных условий для реализации каждым своей репродуктивной социальной функции.

Что касается целей государственного управления, в том числе антикризисного, то по этому поводу ученые высказались достаточно определенно и каких-то особых разногласий здесь не наблюдается. Цель государственного, в том числе антикризисного управления — это мысленное предвосхищение результата какого-то вида конструктивно-преобразую- щей человеческой деятельности. Это продукт субъективного отражения объективной реальности с последующим выходом на активные практические конструктивно-преобразующие действия по достижению желаемого позитивного конечного результата. Это идеальный, внутренне побуждающий мотив деятельности во имя удовлетворения насущных потребностей и интересов общества и конкретных людей. Отсюда вытекает функция целеполагания — деятельность по анализу общественных проблем, выявлению потребностей управляемого объекта и построению «древа целей» с учетом имеющихся ресурсов и реальных возможностей их реализации. По своей сущности, содержанию и базовым источникам цели носят объективный характер, а вот по форме и своему внешнему выражению они всегда субъективны. Цели — это продукт мыслительного предвосхищения будущего и результат сознательного выбора приоритетов.

Цели отличаются иерархической взаимозависимостью и системностью. Сложность управленческого антикризисного целеполагания состоит в том, что из огромного множества возможных вариантов целевых ориентиров необходимо выбрать лишь те, которые реальны, мотивированы, обеспечены соответствующими ресурсами и с высокой степенью вероятности будут реализованы на практике.

В зависимости от иерархии государственного управления цели делятся на главные (генеральные, стратегические), которые определяются высшими органами власти (президент, парламент, правительство). Остальные подразделяются на подцели первого, второго, третьего и т.д. уровней. Цели первого уровня определяются правительством и министерствами федерального уровня, второго — главами, правительствами и представительными органами субъектов Федерации, третьи — руководством муниципального уровня. Далее идут цели ведомственного и корпоративного уровней. Реализация каждой стратегической цели разбивается на соответствующие этапы и временные интервалы, в течение которых с учетом изменяющихся обстоятельств и расходования ресурсов определяются соответствующие стратегические подцели. Затем выдвигаются оперативные цели, которые, в свою очередь, подразделяются на множество тактических задач частного или местного характера. В итоге складывается система, которую в науке называют «древом целей».

Российская Федерация конституционно провозглашена демократическим правовым социальным государством, «образ желаемого будущего» для которого — общество достойной жизни и свободного развития человека, жизнь без социальных потрясений и революционных экспериментов. Именно в такой редакции представлены перспективы нашей страны в программных документах главы государства. Это и есть стратегический целевой ориентир для всех субъектов государственно-управленческих отношений.

Именно в таком ключе трактуются нами цели антикризисного государственного управления:

  • 1) построение государства, способного не декларативно, а на деле стратегически планировать свою деятельность, гарантируя на практике даже в самых сложных кризисных условиях основные политические, экономические и социально-культурные права, свободы и интересы человека;
  • 2) формирование демократических институтов и дееспособного гражданского общества с его многочисленными институтами. В том числе антикризисной, антикоррупционной и антибюрократической направленности;
  • 3) выход на уровень экономики лидерства со стабильным валютнофинансовым рынком, гибкой инвестиционной и налогово-бюджетной системой, конкурентно-свободным и социально ответственным предпринимательством. Россия должна входить в мировое хозяйство не в качестве сырьевого придатка — явно кризисно ориентированный тренд, а гармонично развитой передовой страны, соответствующей вызовам XXI в.;
  • 4) стимулирование научно-технологического развития, освоение инновационных энергосберегающих, материалосберегающих, экономически оправданных и экологически чистых технологий нового поколения;
  • 5) превращение научно-образовательных учреждений страны в центры современной научно-интеллектуальной и культурной жизни на уровне международных стандартов и требований мирового рынка труда;
  • 6) физическое и моральное оздоровление нации, снижение социальной поляризации, выход на современный стандарт благосостояния человека;
  • 7) инновационное реформирование государственного и муниципального управления, оптимизация бюджетных расходов на содержание аппарата, активизация усилий по противодействию коррупции и бюрократизму;
  • 8) оборона, защита чести и достоинства отечества, обеспечение безопасности и прочных позиций страны в мировом пространстве, защиты от внешних угроз, враждебной политики и санкционной дискриминации.

Далее формируется «древо целей», наращивается его крона в форме конкретных задач, расчетных параметров и показателей роста. Их реализация, естественно, предполагает разработку соответствующих инвестиционных проектов; создание центров функциональной и территориальной интеграции; отладку распределительных и перераспределительных механизмов; устранение административно-бюрократических и коррупционных барьеров.

Принципы государственного управления отражают наиболее существенные, главные, объективно необходимые закономерности, отношения и взаимосвязи властвования и государственного администрирования; характеризуют наиболее устойчивые отношения и связи; носят общий, а не частный характер, охватывают те отношения и взаимосвязи, которые присущи управлению как целостному социальному явлению; помогают ориентироваться в непростом многообразии социально-управленческих отношений.

В современном контексте демократического развития принципы государственного управления общего характера могут быть представлены в следующей последовательности:

  • 1) принцип научности с его системностью, «объемным восприятием» реальной действительности, сочетанием объективности и конкретности в субъективных действиях, иерархичностью организации и результативностью, опорой на науку и креативные силы общества. При этом не отрицается возможность ситуативного принятия решений и оперативного реагирования на происходящее;
  • 2) принцип законности. Конкретизируется в таких ценностях, как приоритет норм международного права; верховенство конституции страны и федеральных законов над иными нормативными правовыми актами; реализация государственных властно-управленческих полномочий на основе закона; соблюдение правовых установлений всеми без исключения субъектами управленческих отношений; единство права, свободы, ответственности и нравственности;
  • 3) принцип демократизма с его не только формально-юридическим, но и реальным признанием народовластия. С его всеобщим избирательным правом; парламентаризмом; разделением власти при наличии соответствующих сдержек и противовесов; свободой совести, слова и печати; внепартийностью государственной и муниципальной службы; прозрачностью политических и управленческих процессов; независимой судебной системой; международной политикой в строгих пределах международного права во благо народа и не в ущерб другим государствам; учетом законов глобализации;
  • 4) принцип федерализма, сердцевина которого — конституционное разграничение предметов ведения между федеральным центром и субъектами федерации с ориентацией на максимально эффективное использование общегосударственных, региональных и местных потенциалов, диалектическое сочетание централизации и децентрализации;
  • 5) принцип социальности с его ориентированностью на сбалансированно-динамичное социокультурное развитие страны и каждого его народа, независимо от национальной принадлежности и религиозно-конфессиональной ориентации. Основные критерии: гарантированность социальных прав и свобод; социальная ориентированность рыночной экономики; обеспечение стандартов достойной жизни человека; преемственность поколений, сохранение самобытности национальных и исторических культурных традиций;
  • 6) принцип активной ответственности, особенно в кризисном состоянии, а тем более в период решительной смены власти. В реальной управленческой практике этот принцип расшифровывается просто — готовность взять на себя дополнительный груз служебных и трудовых обязанностей, добровольно и в полной мере нести ответственность за возможные сбои в новаторстве, за риски и непременно возникающие неудачи. Ответственность — это умение, способность и готовность объективно оценивать ситуацию, просчитывать возможные затраты, принимать не те решения, которые хочется, а те, которые жизненно необходимы, подбирать исполнителей, организовать действенный контроль исполнения. Не случайно А. И. Солженицын обращал внимание, что управление, особенно в ситуации кардинальных перемен, требует трезвости, прозорливости, ответственности и обдуманья1, т.е. именно того, что обеспечивает нужный созидающий результат;
  • 7) принцип гуманизма, признание человека в качестве высшей ценности, ориентированность на защиту его законных прав, свобод и интересов, прежде всего его права на достойную жизнь и свободное личностное развитие. Но никак не права на беспринципность и вседозволенность. Предполагает сотрудничество, взаимодействие, коллективизм, стремление к консенсусу.

Далее идут принципы специальные, на основе которых осуществляется конкретная организационно-распорядительная и административно-управленческая деятельность в режиме связанности императивами демократического, правового, социального, светского государства.

Среди принципов антикризисного управления этого уровня ведущее место занимают принципы новаторства; адекватности оценок и рациональности действий; оптимального сочетания централизации, децентрализации и высокой дисциплины управленческих действий; оптимального сочетания демократизма, коллегиальности, единоначалия и персональной ответственности; единства государственного управления и местного самоуправления; резистентности — способности противостоять негативным внеш- [6]

ним воздействиям и резильентности — способности проявить выдержку в преодолении внутренних трудностей с минимальными потерями.

Завершают систему принципы частного характера, которые вмонтированы в фундамент различных подсистем управления, например сферу регулирования рыночных отношений, государственной службы, дипломатии, управления персоналом.

В своем единстве перечисленные принципы представляют собой основу синтез-управления с его системностью, нацеленностью на результат, ориентированностью на будущее. В сочетании же с ценностями социальной справедливости, креативности и сотрудничества они представляют тот базис, который не только обеспечивает научную обоснованность принимаемых управленческих решений, но и гарантирует (даже в самых сложных условиях турбулентности) успешность реализации главной стратегической цели государства — построения общества образованных, творчески мыслящих, живущих по самым передовым стандартам людей.

Критерии качества и эффективности: степень соответствия полученных результатов полномочиям соответствующих органов власти и должностных лиц; правовая обоснованность управленческих решений; рациональность, деловой характер, а не бумажно-бюрократический стиль управляющего действия, степень отражения в них потребностей, ожиданий и повседневных нужд людей; характер и уровень доверительности сложившихся взаимосвязей власти с гражданами и их объединениями.

Свое конкретное воплощение перечисленные критерии получают в процессе определения конкретных, содержательно и иерархически взаимоувязанных показателей результативности, в том числе в кризисной ситуации. Что касается последнего, то это:

  • • качество, полнота и обоснованность как можно более раннего выявления кризисных угроз и возможности тех или иных кризисных рисков;
  • • мобильность, гибкость и «плотность» реагирования «государственной машины» на риски, неопределенности и другие кризисные факторы;
  • • качество, полнота и процент практической реализации запланированных антикризисных мер;
  • • устойчивость бюджетно-финансовой системы, адекватность и острота ее реагирования на риски, связанные с кризисом;
  • • эффективность взаимодействия с субъектами частной экономической деятельности, способность бизнеса «ужаться» и сохранить себя на рынке в кризисной ситуации;
  • • уровень конфликтности с другими государствами.

Итак, мы представили высший ценностно-целевой блок государственного управления, на базе которого строится «древо целей». Тут же определяются ресурсы, средства и инструменты конкретного управляющего действия.

  • [1] Выжлецов Г Я. Аксиология культуры. СПб.: Изд-во СП6ГУ, 1996. С. 38.
  • [2] Духовные аспекты трансформации российского общества / под ред. Э. Я. Мозговой.М.: Изд-во РАГС, 2004. С. 35-40.
  • [3] Современная западная теоретическая социология. М.: ИНИОН РАН, 1994. С. 39.
  • [4] См.: Сорокин II. Л. Жизнь, судьба и творчество : учеб, пособие. Челябинск : Изд-воЧГАКИ, 2005.
  • [5] Багдасарян В. Э., Сулакшин С. С. Высшие ценности Российского государства. М.: Научный эксперт, 2012. С. 169.
  • [6] См.: Солженицын А. И. Как нам обустроить Россию // Комсомольская правда. Специальный выпуск. 1990. 18 сентября.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >