Бессознательное — психическая реальность или фикция?

О подземном царстве бессознательного писал Фрейд. Он использует это выражение в связи с собственным конфликтом, который возник у него с Адлером. Австрийский психиатр полагал, что люди сильны, пока они защищают великую идею. Разумеется, подразумевалось грандиозное открытие Фрейда. Но люди, полагал он, становятся бессильными, когда идут против идеи. Это уже об Адлере, которому Фрейд пожелал приятного путешествия ввысь из подземного царства психоанализа.

Однако, разойдясь с Фрейдом, Адлер вовсе не покинул материк бессознательного. Оказалось, что фрейдизм может развиваться в самых различных направлениях. В психоанализе обнаружилось множество подходов и исследовательских матриц. "Научные разногласия Адлера с Фрейдом, — пишет Эрнст Джонс, — являлись настолько фундаментальными, что я могу лишь удивляться, как и в случае с Флиссом, на то терпение Фрейда, с которым он ухитрялся так долго работать с Адлером. У Адлера были явления: тенденции компенсировать чувство неполноценности... при этом побуждение поступать подобным образом подкреплялось врожденной агрессивностью. Вначале Адлер связывал их с женским началом в людях, обозначая последующую компенсацию своим знаменитым "мужским протестом". Однако вскоре он впал в другую крайность и интерпретировал все вещи в терминах воли к власти Ницше. Даже самый половой акт побуждался не столько сексуальным желанием, как чистой агрессивностью".

Индивид и общество

Чтобы осознать то новое, что привнес в психоанализ Адлер, надо изложить прежде всего его философско-антропологические идеи. Он пытался осмыслить социальную природу человека. Поэтому Адлер подчеркивал, что индивидуальная психология стремится к углубленному знанию о человеке. Но такое разностороннее представление можно получить, если установится отношение человека к социальности, к общественным целям. Разумеется, Адлер опирался на солидную историко-философскую традицию, которая сложилась в Европе. В социальной философии давно утвердилось понятие "индивид", под которым подразумевается отдельно взятый представитель человеческой общности и всего человеческого рода. В этом понятии выражен образ единичного человека, своего рода социального атома, еще не наделенного при общем взгляде богатством индивидуальных и социальных связей.

В социальном бытии индивид выступает как неразложимый элемент, как клеточка социальной группы или человечества. Индивид экземплярен, т.е. имеет определенные свойства, которые выделяют его из множества "других". Он всегда "один из". Это самая общая, в меру умозрительная характеристика человека, свидетельствующая о том, что он вполне самостоятельное тело, природная и социальная особь. Однако индивид всегда социальное существо, поэтому не следует подчеркивать, что в данном понятии уловлены телесные и самые общие черты данного человека.

Адлер считал, что только такая линия поведения, которая может дать им представление о социальной активности личности, показывает внутренний мир человека. Только через социальность мы можем, полагал Адлер, понять характер человека, его вдохновение, его телесные и духовные желания. Уже человеческое дитя пытается сопротивляться внешнему миру. Когда же человек обретает собственное Я, это противостояние оказывается более драматургически насыщенным. Ребенок формирует свою цель и жизненный план, которому он сознательно или бессознательно будет следовать. Культура лишь определит жизненные рамки, внутри которых будут реализовываться эти побуждения.

Итак, традиционная для философии проблема "индивид и общество". Отдельный человек обладает сознанием, умением трудиться, культурными навыками. Способен ли он реализовать эти способности в одиночку? А может быть, изолированный человек утрачивает эти дары? Успешно раскрыть себя можно только в обществе. Здесь угодливая память, конечно, подскажет знакомый сюжет. Некто Робинзон Крузо оказался на необитаемом острове Он мог погибнуть. Однако этого не произошло. Путешественник стал усиленно трудиться. Он не утратил оптимизма. Кстати, спасаясь от одиночества, завел себе попугая. Конечно, это не человек, но все-таки говорящая птица. Впрочем, и человек отыскался тоже. Крузо приручил доброго дикаря, который стал ему верным помощником. Чем не впечатляющая иллюстрация к преодолению комплекса неполноценности, о котором пишет Адлер?

Некоторые философы еще до Адлера начинали социальное размышление с фигуры одиночки, стоящей у истоков человеческой истории. Не общество создало Робинзона, а он сотворил некие формы коллективной жизни. Но тогда пример с английским путешественником явно неудачен. Ведь он спасся на необитаемом острове благодаря тем качествам, которые приобрел еще раньше, не от рождения, а именно в результате жизни в обществе. Робинзон Крузо — продукт определенного типа общества, а именно буржуазного.

Если бы Робинзон Крузо воспитывался, к примеру, в волчьей стае, разве он обнаружил бы необыкновенные знания, поразительные навыки, готовность трудиться, дар общительности? Наш герой только и делает, что развертывает потенциал социальности, который в нем заложен воспитанием. Он прекрасно знает, что именно труд способен вызволить человека из беды, оптимизм рождает веру в успех, а полное выживание может обеспечить лишь общение с другими существами.

Индивид социален по своей природе, однако это вовсе не означает, будто каждый человек раскрывает в себе индивидуальное богатство, потенциал социальных связей. На определенном уровне анализа он может рассматриваться в качестве природной особи, инкорпорированной в сообщество. В этом случае проблема индивида будет включать рассмотрение различных исторических форм, внутри которых человек остается закрытым атомом либо начинает раскрывать собственное богатство.

Социальный процесс реализуется через индивида, через его связи. Мы можем предполагать в индивиде его психологическое и социальное богатство. Для понимания индивида необходимо рассматривать его вместе с обществом, в котором он живет. Индивид является нам с полным набором биологически обусловленных потребностей, которые должны быть удовлетворены. Чтобы их реализовать, индивид вступает в отношения с другими. Связь между человеком и обществом не является статичной. Нельзя представить дело таким образом, будто, с одной стороны, мы имеем индивида, с другой — отдельно и независимо от него общество, которое эти потребности удовлетворяет или подавляет.

Что же нового внес Адлер в понимание проблемы социальности человека? Если философы обсуждали в основном социальность человека с учетом сознания индивида, то Адлер попытался показать процесс социализации через механизм психики. Психику он толковал как разум, который включает в себя как сознание, так и бессознательное человека. Психика направляет, по Адлеру, развитие человека, придает значение воспринимаемому и ощущаемому, вырабатывает потребности и цели.

В книге "Исследование неполноценности наших органов" Адлер формулирует специфическую концепцию болезни, которая возникает в результате рассогласования органа с его средой. Это нарушение баланса организм пытается компенсировать. Компенсация толкуется Адлером как универсальный механизм психической деятельности. Худой болезненный мальчик стремится завоевать уважение ровесников тем, что учится лучше всех в классе. А мужчина маленького роста привлекает внимание женщин с помощью своего остроумия и обаяния.

Когда у человека, полагает Адлер, есть действительный органический недостаток, он испытывает чувство неполноценности. Действие универсального механизма психической деятельности связано с попыткой индивида — более или менее удачно — компенсировать данный изъян. Адлер приписывает этому механизму широкое значение в возникновении различных расстройств. Здесь он полемизирует с Фрейдом, который полагал, что чувство неполноценности вовсе не обязательно сопряжено с органическим недостатком. На основании органического дефекта невозможно воссоздать представление о том или ином характере. Скорее всего, это один из признаков болезни души. Комплекс неполноценности Адлер понимал как чувство собственной самонедостаточности. Именно этот комплекс вызывает стресс, психические обходные маневры и компенсаторный импульс.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >