Существенные условия.

Существенными называются условия, без согласования или при отпадении которых договор соответствующего типа нельзя считать наличествующим (заключенным). Наличие и действительность соглашения по существенным условиям является фактором, абсолютно необходимым для того, чтобы говорить о наличности и действительности конкретного договора как договора известного типа. Отмена сторонами своего соглашения по какому- нибудь существенному условию, его недействительность или отпадение по какому-либо иному основанию делает недействительным весь договор в целом.

К существенным условиям любого договора относится (1) условие о его предмете (и. 1 ст. 432 ГК), включающее его (а) наименование, (б) количественные и (в необходимых случаях, определяемых существом предмета) (в) содержательные (качественные) характеристики. Кроме того, к числу существенных условий договоров отдельных видов относятся (2) условия, которые прямо названы в нормах закона или иного правового акта «...существенными или необходимыми для договоров данного вида» (курсив наш. — В. Б.). Таково, в частности, условие о цене, которое является существенным в договорах купли-продажи в рассрочку (и. 1 ст. 489 ГК); продажи недвижимости, в том числе и предприятия (и. 2 ст. 549, и. 1 ст. 555); ренты, предусматривающих передачу иод выплату ренты недвижимого имущества за плату (и. 2 ст. 585); аренды здания или сооружения, а также аренды предприятия (п. 2 ст. 650, п. 1 ст. 654).

Что же касается нормы последнего абзаца п. 1 ст. 432 ГК — об «...условиях, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение», — то таковая нами здесь не анализируется, ибо трактует она, как уже говорилось, не об условиях, существенных для договора известного тина (договора вообще), а об условиях конкретных договоров, т.е. о совершенно другом понятии.

Обычные условия. Обычными называются такие условия, которые столь же необходимы для существования договора определенного типа, сколь и существенные, но недостаток соглашения по которым на факт наличия и на юридическую силу конкретного договора не влияют. Причина такого странного, на первый взгляд, явления, довольно проста: содержание обычных условий предусматривается нормами законодательства или иных правовых актов. Иногда эти нормы являются императивными — в этих случаях соглашение сторон (даже будучи достигнутым), не возымеет никакого юридического значения. Но много чаще речь идет об условиях, предусматриваемых диспозитивными нормами. Их правила подлежат применению к отношениям из конкретного договора в субсидиарном (восполнитель- ном) порядке, т.е. только в том случае, если договоренность по соответствующему вопросу самими сторонами не была достигнута.

Классическим примером обычного договорного условия является условие возмездных договоров о встречном удовлетворении — цене. По общему правилу, «...если в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги» (п. 3 ст. 424 ГК). Верным внешним признаком диспозитивной нормы является формулировка типа «... если иное не предусмотрено ...»; здесь нас интересуют нормы, позволяющие предусматривать регулирование «иное», чем содержащееся в законе, договором, соглашением сторон, условиями сделок и обязательств. Таких норм в ГК довольно много — и. 2 ст. 456, п. 1 и 2 ст. 458, п. 1 ст. 459, ч. 2 ст. 464, п. 1 ст. 466 и др. (читатель сам сможет без труда продолжить этот — не бесконечный, ясное дело, но все же весьма продолжительный перечень).

Случайные условия. Понятие о случайных (инициативных) условиях имеет смысл только применительно к условиям конкретного договора. Оно полностью соответствует своему наименованию: достижение договоренности по ним представляет собой реализацию участниками гражданского оборота принципа свободы определения содержания конкретного договора, но (что очень важно) как договора определенного типа. Иными словами, случайные условия должны быть такими, чтобы достижение договоренности по ним не изменяло бы того типа, к которому относится данный конкретный договор. Купля-продажа со случайными (особыми) условиями должна оставаться куплей-продажей, аренда — арендой, подряд — подрядом и т.д. Отличительная черта случайных условий заключается именно в том, что они могут соединяться с самыми разнообразными договорами, не оказывая никакого влияния на их гражданско-правовую природу.

Отлагательные и отменительные условия в сделках (сг. 157 ГК) — это и есть типичные случайные условия.

Так, например, в договоре аренды на арендатора может быть возложена обязанность вносить арендную плату путем ее перечисления на определенный (данный, конкретный и никакой другой!) банковский счет, быть может, даже открытый не на имя арендодателя, а на третье лицо (допустим, потому, что оно является, скажем, кредитором арендодателя). Содержание условия о цене в договоре поставки (условия, которое само по себе относится к категории обычных), может, тем не менее, быть поставлено сторонами договора в зависимость от наступления (или ненаступления) определенных обстоятельств (например, объема заказанной покупателем продукции, от условий ее поставки (отгрузки) покупателю, от способа ее последующего использования (для собственных нужд или для перепродажи) и т.д.); условие о подобной зависимости будет случайным.

Иногда намек на содержание и характер возможных (вероятных) для договоров того или иного типа случайных условий можно найти в законодательстве. Так, например, п. 2 ст. 824 ГК ненавязчиво «напоминает» участникам гражданского оборота о том, что договором финансирования под уступку денежных требований может быть предусмотрена обязанность финансового агента вести бухгалтерский учет клиента. Впрочем, она может и не предусматриваться. Эго означает, что условие о такой обязанности (при его наличии в конкретном договоре) не изменяет договорного типа (не превращает договор факторинга в смешанный или какой-то иной договор), т.е. является случайным.

Толкование договора. Прямые и подразумеваемые условия договора. Прежде применения условий (параграфов, статей, пунктов) договора для регулирования отношения частных лиц, необходимо уяснить заключенный в них смысл. Это означает, что условия письменных договоров подлежат толкованию точно так же, как и правовые нормы-предписания, отобранные юристом в качестве материала для конструирования норм-суждений о правах и обязанностях конкретных лиц в конкретной ситуации. Целью толкования условий договора является уяснение содержания воли его сторон. Не некой «действительной воли», оставшейся за пределами договора (о ней как раз речи не идет — ведь она же оставлена (намеренно или нет — другой вопрос) вне договора), а именно той воли, которая получила отражение в словах и иных символах, при помощи которых выражено содержание договора. При полном и грамотном выражении сторонами своей воли ее содержание совпадает с буквальным (словесным) ее выражением; но в силу различных причин нередко случается так, что действительная воля договаривающихся сторон, выраженная в тексте договора, не всегда совпадает с буквальным смыслом этого текста. Внешними признаками, свидетельствующими о высокой вероятности подобного несовпадения (т.е. о том, что на практике называют неясностью договора), являются, в частности, (1) различное понимание смысла и содержания условий договора его сторонами;

(2) невозможность исполнения договорного условия, понимаемого буквально, либо (3) его необычная (для договоров данного типа) обременительность для какой-либо из сторон, и вообще (4) сама его нестандартность или (5) несоответствие существу договора, другим его условиям или, наконец, (6) неадекватность тем обстоятельствам, в которых договор заключался[1]. Устранение перечисленных неясностей и составляет конечную цель процедуры толкования договора.

Толкование договорных условий осуществляется в соответствии с правилами, которые человек применяет для уяснения смысла любого письменного текста да и всякой вообще речи (высказываний, суждений, умозаключений). Именно поэтому нет, вообще говоря, необходимости закреплять правила толкования договоров в законе — такая попытка была бы равносильна принятию законов о логике и человеческом мышлении[2]. Но вопреки этому — совершенно ясному и очевидному — соображению ст. 431 ГК... закрепляет такие правила, причем адресованные суду! Это законодательное решение несколько объясняется тем, что он предпочел ограничиться в данном случае обыкновенным описанием и узаконением той практики толкования, которая и так существует (и будет существовать) без его вмешательства.

При толковании условий договора судом принимается во внимание в первую очередь «...буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений», причем «буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом». Первый шаг представляет собой использование так называемого грамматического или буквального (в узком смысле) толкования; второй — это уже, строго говоря, толкование не совсем буквальное, а скорее, систематическое. В принципе, на практике именно так и должно поступать, правда, безотносительно к тому, является ли установленное в ходе буквального толкования значение «ясным» или «неясным» — выше было сказано, что юрист должен ориентироваться на применение всех известных ему методов толкования (хуже от этого не будет), по большому счету — независимо от того, насколько достигнутый результат ему лично представляется ясным.

Далее согласно ст. 431 ГК следует прибегнуть к более сложной процедуре — к выяснению «...действительной общей воли сторон» с учетом (1) цели договора (телеологическое толкование) и (2) всех обстоятельств, характеризующих фактические отношения сторон, в том числе «предшествующие договору переговоры и переписка, практика, установившаяся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота и последующее поведение сторон» (реальное толкование). Против такого «набора» приемов толкования и последовательности их применения трудно что-либо возразить, за исключением опять-таки того, что пользоваться ими законодатель позволяет лишь в случае, когда буквальное и систематическое толкование не позволили определить содержание договора. Такое ограничение, не принося никакой пользы, может стать почвой для злоупотреблений со стороны отдельных судей, которые иод предлогом того, что им стало «все ясно» уже после толкования буквального либо откажутся применять все иные его методы, либо не станут принимать во внимание полученные с их помощью результаты.

Новейшие акты международной частноправовой унификации не только отталкиваются от иных приоритетов в толковании договора, чем ст. 431 нашего ГК, но и предлагают очень важное дополнение к учению о толковании — разделение условий договоров на прямые и подразумеваемые. Мало того, что договор должен толковаться в соответствии с общим намерением сторон (а отнюдь не «буквально» как у нас!) — см. об этом, наир., ст. 4.1 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА (Р1СС), ст. 5:101 Принципов европейского договорного права (принципов Ландо, PECL), ст. 11.-8:101 Проекта общей справочной европейской частноправовой системы (DCFR), ст. IV.5.1 Свода принципов, правил и требований нового lex mercatoria (принципов СЕНТРАЛ, TLP), ст. 34 Кодекса европейского контрактного права (ЕСС) и др. — в его содержании, наряду с условиями, положительно согласованными и прямо выраженными (прямыми) — предлагается выделять еще и условия подразумеваемые (ст. 5.1.1 PICC, ст. 6:102 PECL, 11.-9:101 DCFR, ст. IV.5.1 TLP, ст. 32 ЕСС и др.). В самом общем виде подразумеваемыми считаются такие условия договора, применение которых им — исходя из конкретных обстоятельств дела и подлежащего правового регулирования — представлялось делом столь естественным и само собою разумеющимся, а всякое иное решение — напротив, столь противоестественным и невозможным, что они даже не посчитали нужным специально о них договариваться. Разумеется, о подразумеваемых условиях можно говорить только в такой ситуации, когда оказавшийся важным с юридической точки зрения вопрос не нашел прямого урегулирования в договоре, т.с. только в субсидиарном порядке — для целей восполнения недостатка договоренности сторон. Различные акты частноправовой унификации предлагают различный перечень тех источников, которые могут служить целям определения содержания подразумеваемых условий, но в общем их мысль может быть передана следующим образом. Для этого надлежит принять во внимание (а) природу (существо, характер) и цель (правовые последствия) договора (PICC, PECL, DCFR, TLP, ЕСС); (b) обстоятельства, в которых договор заключался (PICC, PECL, DCFR, TLP, ЕСС); (с) практику, которую стороны установили в своих взаимоотношениях (PICC, ЕСС); (d) требования добросовестности и честной деловой практики

(PICC, PECL, DCFR, TLP); (е) принцип разумности (PICC, TLP); (f) требования применимых законоположений, общих и местных обычаев (ЕСС). Понятно, что ничего похожего в нашем законодательстве не только нет, но, но всей видимости, еще долго не появится.

*см. § 2 гл. 3

  • [1] Сказанное не означает, конечно, что при отсутствии любой из перечисленных неясностей задачи толкования ставиться не должно. Толкование нормы как уяснениеее смысла — такая задача, которая решается всякий раз и всяким юристом; другоедело, что в 99,999...% случаев ее выполнения весь арсенал приемов толкования ограничивается толкованием словесным или буквальным. Оснований к такому самоограничению нет: если результат, полученный в ходе буквального толкования правилен,то применение иных методов толкования только подтвердит его; если же он неправилен, то поможет выявить эту неправильность. В любом случае вреда от применениянескольких методов для толкования одной и той же нормы не будет.
  • [2] Именно поэтому нет и не может быть «закона о толковании законов».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >