Тяготы войны. Восстания в Астрахани и на Дону

Война вызвала значительный рост государственных повинностей крестьян и посадских людей. Помимо ямских, стрелецких и полоняничных денег, взимавшихся в XVII в., население должно было платить новые налоги на корабельную починку, жалованье ратным людям, рекрутам, устанавливались поборы с бань, ульев, подымные, с рыбных ловель, с перевоза и т. д. Поощряемые правительством изобретатели новых налогов, прибыльщики, изощрялись в поисках новых источников дохода. По предложению прибыльщика Курбатова в России была введена орленая (гербовая) бумага. Налогом облагались даже дубовые гробы.

Не менее обременительными для трудовых масс были рекрутская, подводная и постойная повинности. Тысячи людей ежегодно призывались на пожизненную службу в армию и на флот. Кроме того, с 1699-го по 1709 г. на строительстве крепостей и гаваней ежегодно было занято около 17 тыс. крестьян и посадских. Если в XVII в. подводная повинность населения была эпизодической, то в связи с Северной войной она стала постоянной. На крестьянских подводах к театру военных действий доставлялись продовольствие, фураж, вооружение, снаряжение, боеприпасы, а иногда и рекруты. Обязанность предоставлять постой войскам при их формировании, маршах и расположении на зимние квартиры также разоряла крестьян и посадских. На содержание армии с населения взимались сухари, мука, крупа, овес, или вместо всего этого оно вносило деньги. К этому следует добавить "великие неправды и грабительства" чиновников, беспощадно выколачивавших накопившиеся недоимки и взимавших незаконные поборы в свою пользу.

Помимо налогов, правительство использовало еще один источник увеличения государственных доходов. С 1700 г. оно стало проводить денежную реформу, сопровождавшуюся уменьшением количества серебра в монете. Только за три года (1701 - 1703), в течение которых наиболее интенсивно проводилась чеканка новой монеты, казна получила чистой прибыли свыше 1,9 млн рублей. Порча монеты вызвала понижение курса рубля почти вдвое, соответственно поднялись цены на товары.

Владельческие повинности крестьян тоже увеличились, хотя и не в таком размере, как государственные. Наиболее распространенной была трехдневная барщина, однако некоторые помещики посылали крестьян на барщину и чаше. "Есть такие бесчеловечные дворяне, - отмечал известный публицист петровского времени Иван Тихонович Посошков, - что в рабочую пору не дают крестьянам своим единого дня". По его словам, такие дворяне руководствовались правилом: "Крестьянину-де не давай обрасти, но стриги его яко овцу догола".

На рост государственных и владельческих повинностей крестьяне и посадские отвечали прежде всего бегством. В первом десятилетии XVIII в. бегство приняло невиданный ранее размах. Перепись населения, предпринятая в 1710 г., обнаружила массу пустых дворов, причем чем ближе тот или иной район находился к театру военных действий, тем больше там было пустых дворов. В Смоленской губернии боле 20 % дворов пустовало, в Архангелогородской и Ингерманландской губерниях по сравнению с данными переписи 1678 г. численность населения уменьшилась почти на 40 %. Крестьяне бежали на окраины государства: в Сибирь, на Дон, в Поволжье, где было легче укрыться от всяческих сборов и поборов. Но феодальные порядки развивались не только вглубь, но и вширь, государство и феодалы стремились насаждать крепостнические отношения на новых территориях. Именно здесь, на окраинах страны - в Астрахани, на Дону и в Башкирии, - вспыхнули крупные движения.

Астрахань была значительным торгово-промышленным центром с населением пестрым в социальном и национальном отношении. Рыбные промыслы и в особенности судоходство привлекали луда большое количество пришлых работных людей. Там всегда было много не только русских, но и армянских, персидских, среднеазиатских и индийских купцов. В городе стоял крупный гарнизон, насчитывавший 3650 человек, среди которых было немало стрельцов, сосланных после подавления последнего стрелецкого мятежа.

Восстание началось в ночь на 30 июля 1705 г. выступлением солдат и стрельцов, перебивших около 300 человек начальных людей и иностранцев. На следующий день на кругу восставшие избрали совет старшин в составе богатого ярославского купца и астраханского рыбопромышленника Якова Носова, земского бурмистра Гаврилы Ганчикова и стрельца Ивана Шелудяка. На круг был приведен скрывавшийся в курятнике воевода Ржевский и здесь же казнен. Круг отменил введенные налоги, из конфискованной денежной казны выдал стрельцам жалованье и принял меры к расширению восстания, к которому вскоре примкнули Красный Яри Гурьев. Но ни донские казаки, ни посады Среднего Поволжья не поддержали движения - слишком узкой и локальной была социальная программа стрельцов, чтобы их лозунги могли поднять на борьбу широкие народные массы.

Известия о восстании в Астрахани свидетельствовали о непрочности тыла. На подавление восстания Петр направил лучшего полководца фельдмаршала Шереметева. 13 марта 1706 г. правительственные войска, овладев Астраханью, подавили восстание. Свыше 300 астраханцев были казнены, многих участников бунта сослали в Сибирь. Среди репрессированных преобладали стрельцы, что дает основание считать события в Астрахани последним в истории России стрелецким бунтом.

Спустя год после подавления Астраханского бунта вспыхнуло еще более мощное движение на Дону. Коренное население Дона не знало крепостного права, что привлекало сюда массы крестьян, Казачество пользовалось автономией, имело самоуправление во главе с выборным атаманом, ему было предоставлено право не выдавать беглых.

По мере развития в стране феодальных отношений усиливалось наступление государства на автономию Дона. Уходили в прошлое те времена, когда Дон жил своей обособленной, независимой от Москвы политической жизнью.

Теперь Дон оказался зажатым между Воронежем и Азовом, губернатору которого Петр поручил ведать донскими казаками "как Бог вразумит". Царские власти нарушали старый неписанный закон, гласивший: "С Дона выдачи нет". Над казачьими правами и традициями внутренней жизни нависла опасность.

Восстание вспыхнуло в связи с жестокими действиями карательной экспедиции князя Юрия Долгорукого, направленной на Дон для сыска и возвращения беглых. Действия Долгорукого, с целью устрашения сжигавшего станицы, где укрывались беглые, вызывали протест со стороны не только беглых, но и части домовитых казаков, лишавшихся таким образом рабочих рук. Когда Долгорукий разделил карательную экспедицию на четыре отряда, "новопришлые люди, которые бежали из разных городков "от разыску", во главе с Кондратием Булавиным в ночь на 9 октября 1707 г. напали на отряд Долгорукого, заночевавший в Шульгинском городке, и после короткой стычки почти полностью уничтожили его.

Верные царскому правительству отряды домовитых казаков, усиленные калмыками и солдатами Азовского гарнизона, разбили булавинцев, сам Булавин вынужден был бежать в Запорожье, откуда рассылал "прелестные письма" с призывом "побить" бояр, воевод и прибыльщиков.

Весной 1708 г. центром движения стал Пристанский городок на Дону, куда стекались восставшие. Оттуда Булавин двинулся на столицу войска Донского - Черкасск и на полпути к нему, близ Паншина городка, встретился с казаками, мобилизованными атаманом Лукьяном Максимовым для борьбы с восставшими. Сражение не состоялось, так как казаки вступили в братание. В самом Черкасске старшины и войсковой атаман были выданы Булавину. Вместо казненного Максимова войсковой круг избрал атаманом Булавина.

В Черкасске повстанческая армия разделилась на несколько отрядов. Раздробление сил создало благоприятные условия для карательных операций царских войск. После неудачной попытки булавинцев овладеть Азовом зажиточное качество, примкнувшее к восстанию после прихода Булавина в Черкасск, организовало заговор. Предводитель восстания был убит, а по другой версии, будучи окруженным, застрелился.

В Черкасске казацкая старшина явилась с повинной и выдала активных участников восстания. Начались казни. Для устрашения восставших каратели пустили вниз по Дону плоты с казненными булавинцами.

Летом 1708 г. правительству удалось подавить восстание на Дону, хотя локальные выступления крестьян продолжались до 1710 г. По социальному составу и по целям восстание оставалось казачьим. Поскольку на Дону не было феодального землевладения, то и в "прелестных письмах" Булавина и его атаманов отсутствовали призывы к ликвидации помещичьего землевладения. "Прелестные письма" называли противниками восставших представителей царской администрации, иноземцев и прибыльщиков.

Несколько иной характер носило восстание в Башкирии, продолжавшееся с 1705-го по 1711 г. Подобно астраханскому и булавинскому восстаниям, движение в Башкирии было вызвано ростом повинностей. Имели значение также грубые формы произвола и насилия, проявляемые администрацией при взыскании податей. Так, прибыльщики, явившиеся в 1704 г. в Уфу для сбора новых налогов и призыва тысячи человек для службы в нерегулярных войсках, изощрялись в издевательствах, жгли башкирам бороды.

У руководства восстанием сразу же встали башкирские феодалы, использовавшие недовольство рядовых башкир в своих целях. Восставшие выступали не только против царской администрации и карательных отрядов, но и против русского трудового населения, совершенно неповинного в политике самодержавия. Подвергались разорению сотни русских деревень, множество крестьян башкиры захватили в плен и продаж в рабство. В ходе восстания башкирские феодалы отправляли посольства в Османскую империю и Крымское ханство для ведения переговоров о переходе под власть крымского хана. Башкирское восстание было подавлено в 1711 г.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >