Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Психология arrow ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ
Посмотреть оригинал

Бихевиоризм как новая методология психологии

Бихевиоризм (англ, behavior — поведение) — революционное течение в американской психологии начала XX в. Датой рождения его считается 1913 г., когда американский психолог Джон Уотсон (1878—1958) опубликовал знаменитую статью «Психология с точки зрения бихевиори- ста» в журнале «Psychological Review», позже эта статья получила название «бихевиористского манифеста». В ней Уотсон (рис. 10.9) пишет: «Подобно тому, как астрономия разделалась с астрологией, нейрология — с френологией, химия — с алхимией, психологии надлежит отказаться от сознания, как бестелесного, причудливо действующего внутреннего агента, о котором известно лишь из данных интроспекции»[1].

Бихевиоризм сформировался как течение, оппозиционное структурной психологии и основным идеям В. Вундта, которые находили себе все меньше и меньше сторонников среди американских психологов. Помимо Вундта, Уотсон считал научными оппонентами и своего соотечественника

У. Джеймса с его понятием «потока сознания» и Фрейда с его понятием

«сознание»: «Все то, с чего психология начинала свой путь в качестве самостоятельной науки, становилось призрачным: ее предмет (сознание), ее главная проблема (из чего построено сознание), ее метод (интроспекция), ее объяснительный принцип психическая причинность — обусловленность одних явлений сознания другими явлениями сознания же»[2].

Джон Уотсон

Рис. 10.9. Джон Уотсон

Философской основой бихевиоризма являются позитивизм и прагматизм. Позитивизм (англ, positive — положительный) — философское течение первой половины XIX в., родоначальником которого был французский философ Огюст Конт (1798—1857). Основная идея позитивизма: науки должны отказаться от изучения причин и сущности вещей (метафизики), а изучать только явления или феномены, т.е. то, что явлено наблюдателю. «Поскольку при объективном изучении человека бихевиорист не наблюдает ничего такого, что он мог бы назвать сознанием, чувствованием, ощущением, воображением, волей, постольку он больше не считает, что эти термины указывают на подлинные феномены психологии. Он приходит к выводу, что все эти термины могут быть исключены из описания деятельности человека»[3].

Прагматизм (греч. pragma — дело, действие) — философское течение второй половины XIX в., которое возникло в США и получило наибольшее распространение в первой половине XX в. Основоположник этого течения — американский философ Чарльз Пирс (1839—1914). Идеи прагматизма разделяли и развивали представители американского функционализма Уильям Джеймс и Джон Дьюи. Основная идея прагматизма звучит так: точное и ясное понятие о вещи исчерпывается теми практическими эффектами, которые наблюдаются при ее функционировании: «...гипотеза о боге истинна, если она служит удовлетворительно...»

Кроме философии бихевиоризм также опирался на ряд научных исследований. К ним в первую очередь относятся исследования поведения животных, проведенные американским ученым Эдвардом Торндайком, исследования и теория условных и безусловных рефлексов русского физиолога И. П. Павлова и теория сочетательных рефлексов В. М. Бехтерева.

Уотсон начинал с опытов над животными и видел свою задачу в том, чтобы описать поведение живого организма, будь то человек или животное, на основе единых критериев. Цель психологии, согласно бихевиоризму, — описание и предсказание поведения на основе анализа стимул-реактивных последовательностей. Уотсон пишет: «Основная задача бихевиоризма в накоплении наблюдений над поведением человека с таким расчетом, чтобы в каждом данном случае, при данном стимуле, бихевиорист мог сказать наперед, какова будет реакция, или, если дана реакция — какой ситуацией данная реакция вызвана.... Общество не могло бы существовать, если бы оно не в состоянии было создавать такие ситуации, которые воздействовали на отдельных индивидов и направляли бы их поступки по строго определенным путям»[4].

Основной метод, с помощью которого формируется поведение, — метод условных рефлексов И. П. Павлова. Уотсон считал, что поведение не начинается в головном мозге, головной мозг действует по принципу ретрансля- торной станции, повторно в ослабленной форме воспроизводит сигналы, исходящие от разных мышечных групп, и поэтому нет необходимости исследовать его работу. От рождения, полагал Уотсон, у младенца есть порядка ста и более врожденных реакций (дыхание, питание, крик, движения ног, рук, пальцев, чихание, икание), с течением времени на базе этих безусловных рефлексов надстраиваются условные реакции. Сложные цепи условных реакций формируют постоянно расширяющийся поток поведения взрослого человека, а стимулами реакций становятся не физические или физиологические раздражители, а слова.

Наиболее известная экспериментальная работа Уотсона написана совместно с Розали Райнер — «Обусловленные эмоциональные реакции» (1920 г.), в ней излагаются результаты экспериментов с Альбертом и кроликом по формированию эмоции страха с помощью метода условных рефлексов. «Целью эксперимента было продемонстрировать, что люди рождаются только с несколькими инстинктами — страха, ярости и половым, а эмоции являются версиями этих врожденных рефлексов. В качестве безусловного стимула, порождающего страх (безусловный рефлекс), Уотсон выбрал громкий шум — звук, который издавала металлическая балка при ударе по ней молотком; было установлено, что этот стимул был одним из немногих, пугавших маленького Альберта. Уотсон сопровождал шум условным стимулом, показывал кролика, с которым любил играть Альберт. Когда Альберт дотрагивался до кролика, Уотсон ударял по металлической балке; после семи таких сочетаний ребенок демонстрировал условную эмоциональную реакцию страха на вид кролика. Сформировавшаяся реакция страха на кролика может сопровождаться явлением “перенесения”, когда страх будет сопровождать не только ответную реакцию на вид кролика, но и на другие предметы — крысу, собаку, кошку, любую, опушенную мехом вещь[5]. Уотсон считал, что продемонстрировал, будто богатая эмоциональная жизнь взрослого человека — это всего лишь большое количество условных рефлексов, выработанных на протяжении многих лет развития»[6].

На вопрос, что такое мышление, Уотсон отвечает, что «мышление есть поведение, двигательная активность, совершенно такая же, как игра в теннис, гольф или другая форма мускульного усилия... всякий раз, когда человек думает, работает вся его телесная организация, какой бы не был окончательный результат: речь, письмо или беззвучная словесная формулировка... мышление в последовательные моменты может быть кинестетическим (скрытая деятельность рук), вербальным (скрытые речевые движения) и висцеральным (эмоциональным)»[7].

В единственной значительной по объему работе, переведенной на русский язык, «Психология как наука о поведении» (1924)[8] Дж. Уотсон описывает исследовательские методы, на которые должна опираться объективная психология. К ним относятся:

  • • наблюдение с инструментальным контролем и без него представляет собой эксперимент с контролем условий;
  • • метод условных рефлексов (секреторных и двигательных);
  • • метод словесного отчета, использование которого включает свободные и направленные ассоциации на слова и стимулы физической природы;
  • • метод испытания (тестов), включают применение тестов общих и специальных способностей и статистическую обработку результатов.

Работа в целом представляет собой синтез физиологии сенсорных и моторных систем, разделы посвящены физиологическому анализу систем при эмоциональном реагировании, анализу и классификации инстинктов и рефлексов, анализу возрастных этапов формирования рефлексов. Заключительная глава «Личность и ее болезненные проявления» раскрывает позицию Уотсона относительно понятия «личность»: «наша личность представляет результат того, с чем мы приходим в жизнь и того, что мы пережили. Это — “реагирующая масса” как целое. Самая крупная составная часть массы, если мы нормальны, состоит из отчетливых и определенных систем навыков, инстинктов, которые поддались общественному контролю, и эмоций, которые стали умеренными и видоизменились под действием жестоких ударов, полученных в школе действительности»[9]. Очевидно здесь же мы находим первое упоминание о лечении психических нарушений с помощью создания новых адекватных поведенческих навыков - метода, который в современной психотерапевтической литературе называется методом модификации поведения.

В книге 1924 г. «Бихевиоризм» Уотсон излагает свои взгляды на воспитание. Его знаменитый текст часто приводится в качестве иллюстрации бихевиористских представлений о природе человека: «Доверьте мне десяток здоровых нормальных детей и дайте возможность воспитывать так, как я считаю нужным; гарантирую, что, выбрав каждого из них наугад, я сделаю его тем, кем задумаю: врачом, юристом, художником, коммерсантом и даже нищим или вором, независимо от его данных, способностей, призвания или расы его предков». Уотсон полагает, что наследственность не имеет существенного значения, и будущее человека зависит от воспитания. Именно поэтому он настаивал, чтобы воспитанием занимались обученные специалисты, способные сформировать у подопечных надлежащие условно-рефлекторные связи. Стоит сказать, что идея тотальной зависимости от воспитания была близка идеологам революционной России, именно поэтому в первом издании Большой Советской энциклопедии (1926—1929) была помещена статья Уотсона «Бихевиоризм»; в последующих изданиях, например в так называемом сталинском издании БСЭ, бихевиоризм становится «буржуазным, реакционным учением».

Период 1913—1950 гг. получил название «Золотого века бихевиоризма» и связан в основном с деятельностью Дж. Уотсона, Карла Лешли (1890-1958), Эдварда Толмена (1886-1959), Кларка Халла (1884-1952). К 1930-м гг. бихевиоризм становится доминирующим направлением в американской психологии. Внутри него появляются отдельные направления:

  • • методологический бихевиоризм — признавал существование сознания, но отрицал возможность его изучать;
  • • радикальный бихевиоризм, которого придерживался Уотсон, отрицал существование сознания, сводил психику к физиологии и в конечном итоге к механистическому пониманию психического, основоположником которого был Ж. Ламетри.

В 1930-е гг. изменяется и теоретическая платформа бихевиоризма, на смену позитивизму приходит логический позитивизм. Изменение философской парадигмы было обусловлено бурным развитием физики и появлением в языке этой науки обилия так называемых ненаблюдаемых, теоретических терминов (сила, масса, поле и пр.). Возникает требование операционализации, т.е. связывания этих теоретических терминов с терминами наблюдения (длина, вес, время). Так появляются формулы: сила — это масса (вес), умноженная на ускорение (время) и др. Процедуры операционализации становятся гарантом осмысленности теории.

Радикальный бихевиоризм Скиннера основывается на новейших разработках эволюционной теории Дарвина, неодарвинизме, который ищет причины поведения людей не в психических процессах, разворачивающихся в них самих, а в событиях, которые происходят в среде. Несмотря на то, что бихевиоризм никогда не сопоставляется в литературе с психоанализом, напротив, считается, что нет никаких оснований для сравнения двух этих направлений, Б. Ф. Скиннер (1904—1990) в статье «Критика психоаналитических концепций и теорий» (1954) положительно оценивал открытие Фрейдом бессознательной мотивации человеческого поведения. Если говорить о более глубоких корнях, то Скиннер (рис. 10.10) почитал «великого индуктивиста», основателя эмпирической философии Френсиса Бэкона и так же считал, что истину следует искать в наблюдениях. Скиннер считал, что рефлекса нет внутри организма, что это гипотетическое понятие, с помощью которого можно связать два наблюдаемых ряда фактов: стимулы и поведение[10]. Через 400 лет после Бэкона Скиннер повторяет его традицию критического восприятия греческой философии, полагая, что она не дала человечеству никакого нового знания о человеке[11]. Он считает, что античная физика и биология привели к рождению современных наук и технологий контроля над физическим и биологическим мирами, но античная попытка понять человека не дала никаких результатов: «никакой современный физик или биолог не обратится за помощью к Аристотелю, но диалоги Платона все еще изучаются и цитируются так, как если бы они проливали какой-то свет на природу человеческого поведения»[12].

Скиннер объясняет разрыв между развитием естественных наук и психологии не сложностью предмета психологии, а отсутствием соизмеримых по сложности инструментов и методов. Он полагает, что «научные методы вообще едва ли когда-либо применялись к человеческому поведению»[13]. Но основной причиной . отставания пауки о человеке от наук о физическом I и биологическом мирах он видит в понимании причин- I пости. Скиннер полагает, что до тех пор, пока психо-

Рис. 10.10.

Беррес

Фредерик

Скиннер

логи оудут видеть причины во «внутренних агентах» — воле, побуждениях, чувствах, установках и других психических свойствах, процессах и состояниях, психология не сдвинется с мертвой точки в понимании человеческого поведения. Представления о психических состояниях сознания мешают психологу видеть поведение как самоценный предмет рассмотрения, а объяснения на основе идеи внутрипси- хической причинности кладут конец исследовательскому любопытству. Второй слепой точкой современного традиционного психолога Скиннер называет игнорирование условий, функцией которых является поведение. Задача научного анализа — объяснить, как поведение человека соотносится с условиями, в которых эволюционировал человеческий вид, и с условиями, в которых существует данный индивид. Важна также идея Скиннера, что «мы не просто идем по жизни, подгоняемые тычками и хлыстом» - стимулами[14], но в результате взаимодействия с условиями наиболее удачные поведенческие ответы отбираются так же, как в теории эволюции отбираются полезные фенотипические признаки. Человек обладает большой вариативностью поведения, но отбираются и сохраняются только те виды поведения, которые ведут к благоприятным последствиям, т.е. получают подкрепление.

Важно также отметить, что в сравнении с предшественниками, на идеи которых Скиннер активно ссылается (Декартом и Павловым), он первым вышел за пределы анализа отдельной реакции (рефлекса) и начал изучать целостное поведение живого организма. Скиннер видел задачу психологии в том, чтобы определить однозначное соответствие между определенными событиями внешней среды и специфическим поведением. Ситуацией, в которой можно проконтролировать все воздействующие факторы, может быть только экспериментальная ситуация, и Скиннер назвал свой исследовательский метод экспериментальным анализом поведения. Все факторы, влияющие на поведение, получили название независимых переменных, ответные поведенческие реакции — зависимых переменных. Скиннер полагал, что не существует никакой психической активности (ни личностных свойств, ни убеждений, ни ценностей, ни морали), которая посредничала бы между независимыми и зависимыми переменными.

В 1938 г. опубликована работа «Поведение организмов», в которой все многообразие поведения человека делится на два класса: респондентное поведение и оперантное. Респондентное (или рефлекторное) поведение, описанное в свое время И. II. Павловым, — это поведение, вызванное определенными условными или безусловными предшествующими стимулами. Оперантное поведение (или научение) — это спонтанное, добровольное поведение, которое нельзя вызвать искусственно, но вероятность его можно повысить, если за ним последует подкрепляющее событие, которое Скиннер называет положительным стимулом. Подкрепления могут быть положительными, нейтральными и отрицательными, однако именно положительные подкрепления наиболее эффективны в формировании желательного поведения. На этом принципе подкрепления основаны психотерапевтические программы модификации поведения, называемые «жетонными системами». В эксперименте Скиннер анализировал разные режимы подкрепления оперантного поведения и анализировал динамику угашения поведения в отсутствие подкрепления. Он обнаружил интересный эмпирический факт, который помогает объяснить некоторые формы навязчивого (компульсивного) поведения человека. Оказалось, что при случайном (нерегулярном) характере подкрепления поведение проявляет тенденцию сохраняться наиболее продолжительное время (не угашается). Так, голубь, получающий подкрепление (корм) в случайном режиме, будет клевать диск «бессмысленно», ожидая возможного подкрепления неопределенно долгое время. Аналогичным образом игрок в автоматах будет делать ставки бесконечно, так как выигрыш — это форма случайного подкрепления, а ребенок, добившийся от родителей покупки желанной игрушки в супермаркете, будет закатывать истерику снова и снова, поскольку его поведение получило подкрепление единожды и он ожидает, что истерика может быть вознаграждена. Неустойчивый характер подкрепления в этом случае способствует тому, что требовательное поведение ребенка не угашается[15].

Объяснительные фикции, согласно Скиннеру, — это ложные объяснения, которые психологи (не бихевиористы) употребляют для описания поведения, которое они не понимают или не могут объяснить в терминах предшествующих или последующих вознаграждений. К таким объяснительным фикциям относятся понятия «свобода», «достоинство», «творчество» и другие[16]. Экспериментальный анализ поведения — то направление в психологии XX в., которое ближе всего подошло к так называемой нормальной (парадигмалыюй) науке[10]. Можно считать наиболее афористичными следующие высказывание Скиннера: Необходимо вычеркнуть все «может» и «должно». Истина заключается в «делает» и «не делает».

  • [1] Цит. по: Ярошевский М. Г. История психологии. С. 344.
  • [2] Ярошевский М. Г. История психологии. 1976. С. 329.
  • [3] Уотсон Дж. Бихевиоризм // Большая Советская Энциклопедия. Т. 6. / под ред.II. И. Бухарина. М.: Советская энциклопедия, 1926—1931 (1927). С. 434—443.
  • [4] Уотсон Дж. Бихевиоризм. С. 435.
  • [5] Там же. С. 439.
  • [6] Лихи Т. История современной психологии. СПб.: Питер, 2003. С. 271—272.
  • [7] Там же. С. 442-443.
  • [8] Уотсон Дж. Психология, как наука о поведении // Основные направления психологиив классических трудах. Бихевиоризм. М.: АСТ-ЛТД, 1998. С. 251—671.
  • [9] Там же. С. 672.
  • [10] Лихи Т. История современной психологии.
  • [11] Скиннер Б. Ф. Технология поведения // Американская социологическая мысль. Тексты. М.: Изд-во МУБиУ, 1996. С. 29-44.
  • [12] Там же. С. 30—31.
  • [13] Скиннер Б. Ф. Технология поведения. С. 31.
  • [14] Первоначально взрывное действие окружения на поведение называлось triggering, чтов переводе с латинского означало «стрекало» — плеть, с помощью которой возница погоняетлошадей, позднее оно стало называться более спокойным термином «стимул». См.: СкиннерБ. Ф. Технология поведения. С. 39.
  • [15] Смит И. Современные системы в психологии. С. 169.
  • [16] Фейдимен Дж., Фрейгер Р. Личность. Теории, упражнения, эксперименты. СПб. :Прайм-ЕВРОЗНАК, 2006.
  • [17] Лихи Т. История современной психологии.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы