Уголовное право периода становления и расцвета абсолютной монархии Российского феодального государства (XVIII в. - начало XIX в.)

Систематизация российского законодательства была продолжена в Артикулах воинских и Кратком изображении процессов или судебных тяжб Петра I [Великого], изданных в 1715 г.[1] [2], — первых в истории русского уголовного права своеобразных кодексах (уголовного и уголовно-процессуального содержания), а также в различных указах самодержавной власти. Некоторые исследователи насчитали более 400 указов уголовно-правового характера, принятых в период интенсивной законодательной деятельности Петра I (без учета других нормативных правовых актов: наказов, инструкций, регламентов и пр.).

Артикулы воинские состояли из 209 статей (артикулов), которые объединялись в 24 главы. Этот законодательный акт предусматривал ответственность за преступления против религии (см. гл. 1—2), государства (см. гл. 3, 16, частично гл. 17), военной службы (см. гл. 4—15), личности (см. гл. 17 частично, гл. 18—20), собственности (см. гл. 21), порядка управления и правосудия (см. гл. 22—24). По Артикулам воинским лица подвергались уголовной ответственности, в частности, за идолопоклонство, богохулие, посягательство на государя, выступление против власти, нападение на войсковое начальство, злоупотребления со стороны офицерского состава или иных лиц, дезертирство, измену, недоносительство, поединки, причинение вреда здоровью, оскорбление, убийство, скотоложство, мужеложство, изнасилование, прелюбодеяние, кровосмешение, уничтожение чужого имущества, казнокрадство, растрату, вымогательство, кражу, грабеж, лжесвидетельство, фальшивомонетничество, обмеривание, обвешивание, сопротивление представителю власти. Артикулы реализовывались в связи с общественно опасными деяниями военнослужащих всех степеней, действовали наряду с положениями Соборного Уложения 1649 г. и прослужили вплоть до вступления в силу Свода законов Российской империи 1832 г. Помимо военных судов, Артикулы воинские применялись и судами общей юрисдикции1.

Все общественно опасные деяния подразделялись: а) по формам вины: на умышленные, неосторожные и случайные; б) по стадиям: на несовершенные, но обнаружившие умысел на их совершение; покушения на преступления и законченные преступления; в) по неоднократности: впервые совершенные и повторные. Наряду с преступником уголовной ответственности подлежали его родственники[3] [4].

Основным видом наказания оставалась смертная казнь, которая могла быть приведена в исполнение путем расстрела, повешения, отсечения головы, сожжения, четвертования, колесования. Также применялись заключение в тюрьму, ссылка на каторжные работы (бессрочно или на определенный срок), имущественные наказания (штраф, вычет из жалования, конфискация имущества), а также различные телесные (отсечение части тела: руки, пальца, носа, ушей; битие шпицрутенами) и позорящие (лишение гражданских прав, чести и достоинства, в том числе шельмование) наказания. Имело место церковное покаяние.

В артикуле 96 предусмотрена возможность замены смертной казни шпицрутенами или иным наказанием дезертиру, раскаявшемуся в содеянном и добровольно вернувшемуся в воинскую часть. В артикулах 123, 180, 195 получило отражение правомерное причинение вреда при крайней необходимости. В артикулах 156, 157 нашел закрепление институт необходимой обороны. По обстоятельствам, описанным в артикуле 195, при совершении кражи а) «из крайней голодной нужды», причинившей малозначительный вред, б) «в лишении ума», в) младенцем, — допускалось смягчение наказания или освобождение от него, причем в последнем случае право наказания делегировалось родителям малолетних воришек[5].

Краткое изображение процессов или судебных тяжб в целом представляло собой уголовно-процессуальный законодательный акт и регулировало следственный, инквизиционный и судебный процессы. Наряду с этим в тексте Краткого изображения разместились нормы материального уголовного права (см. главу третьей части «О оглавлении приговоров в наказаниях и казнех»). В 1719 г. Краткое изображение соединено с Артикулами воинскими и издано вместе с (вслед за) ними. В Полном собрании законов Российской империи эти нормативные правовые акты в той же последовательности представлены в качестве самостоятельных разделов.

Крестное целование (см. Соборное Уложение 1649 г.) трансформировано в присягу, как вид доказательства в судебном процессе (см. гл. 5 ч. 2 «О присяге»). В ст. 7 (см. гл. 6 ч. 2 «О роспросе с пристрастием и о пытке») отражена передача подозреваемого в преступлении лица на поруку (после троекратной пытки) вплоть до появления новых подозрений. Таким образом, освобождение лица от тюремного заключения в связи с передачей его на поруку, предусмотренное Судебниками 1497 и 1550 гг., вошло в институт «оставления под подозрением», формирование которого получило начало в Соборном Уложении 1649 г. (см. ст. 29 гл. 21)1.

Краткое изображение процессов или судебных тяжб с внесенными в него изменениями просуществовало более 100 лет и утратило силу в связи с вступлением в действие 01.01.1835 Свода законов Российской империи, утвержденного в 1832 г. В XV томе Свода законов впервые намечены Общая и Особенная части уголовного законодательства, определены такие уголовно-правовые категории, как преступление, формы вины, виды соучастия и т.д.; предпринята попытка отделить уголовно-правовые нормы от уголовно-процессуальных; нормы об освобождении от наказания выделены в отдельную главу «Об освобождении от наказания, отсрочке и отмене оного»[6] [7].

14.12.1766 Екатериной II издан Манифест, которым провозглашен Наказ о составлении проекта нового Уложения (на смену Соборному Уложению 1649 г.). Наказ пропитан идеями просветителей-гуманистов (Ч. Беккариа, Ш. Л. Монтескьё) и являл собой первый отечественный труд, посвященный теоретической разработке вопросов уголовного права. Это позволило некоторым авторам назвать Екатерину II первым теоретиком российского уголовного права[8].

  • [1] См.: Российское законодательство X—XX веков. Т. 3. С. 88, 97, 113—118, 121, 122, 126, 130,134-136,141, 142, 150, 156, 213, 214, 225, 234-236, 244, 245, 249, 250, 263, 279, 297-301, 303, 307, 309,313, 315, 317, 318, 325, 334, 405, 417-419, 430, 434, 435.
  • [2] В литературных источниках дата издания Артикулов воинских представлена неоднозначно.Одни авторы таковой считали 22.12.1714 (см.: История государства и права : словарь-справочник.С. 14) ; другие — 30.03.1716 (см.: Беляев И. Д. История русского законодательства. С. 609), когдаартикулы были изданы в составе Устава воинского ; третьи — 26.04.1715 (см.: Отечественное законодательство XI—XX веков. Ч. I. С. 322 ; Законодательство Петра I / отв. ред. Л. Л. Преображенский,Т. Е. Новицкая. М. : Юрид. лит., 1997. С. 751 ; Российское законодательство X—XX веков : в 9 т. /под общ. ред. О. И. Чистякова. М. : Юрид. лит., 1986. Т. 4 : Законодательство периода становленияабсолютизма / отв. ред. тома Л. Г. Маньков. С. 365). Думается, что датой издания данного нормативного правового акта следует признать день его официального опубликования, который выраженсловами издателя: «Нансчатася повелением царского величества в Санктнитсрбурхе, лета господня1715, апреля 26 дня. СПб., 1715».
  • [3] См.: Российское законодательство X—XX веков. Т. 4. С. 318, 319, 328—389.
  • [4] См.: История государства и права : словарь-справочник. С. 14.
  • [5] См.: Российское законодательство X—XX веков. Т. 4. С. 349, 356, 357, 361, 363, 386 ; Законодательство Петра I. С. 769.
  • [6] См.: Российское законодательство X—XX веков. Т. 3. С. 233,417: Российское законодательствоХ-ХХ веков. Т. 4. С. 419, 420, 422, 443-446.
  • [7] См.: Российское законодательство X—XX веков : в 9 т. / под общ. ред. О. И. Чистякова. М.:Юрид. лит., 1988. Т. 6 : Законодательство первой половины XIX в. / огв. ред. тома О. И. Чистяков.С. 160, 161.
  • [8] См.: Наумов А. В. Зарождение российской науки уголовного права (вторая половина XVIII —первая половина XIX вв.) // Государство и право. 2006. № 1. С. 79.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >