Синтаксические конструкции, близкие к фразеологизмам

1. Пословицы и поговорки. Пословица — это "устойчивое в речевом обиходе, ритмически и грамматически организованное изречение, в котором зафиксирован практический опыт народа и его оценка определенных жизненных явлений. Выступает в речи... как самостоятельное предложение". Например: По одежке встречают, по уму провожают; Не родись красивой, а родись счастливой; С лица воды не пить.

Поговорка — это "устойчивое в речевом обиходе изречение, образно определяющее какое-либо жизненное явление, прежде всего сточки зрения его эмоционально-экспрессивной оценки". Например: в тесноте да не в обиде; Одндго поля ягода; в пух и прах (энциклопедия "Русский язык").

Различие между пословицей и поговоркой большинство лингвистов видят в том, что пословица выступает в речи обычно как самостоятельное суждение, а поговорка — как его фрагмент и окончательное оформление получает лишь в контексте. Так, приведенные поговорки могут быть представлены только в предложении: Эти дружки одного поля ягоды; Они разругались в пух и прах. Кроме того, некоторые из ученых считают, что пословицы имеют как буквальный, так и переносный смысл: Куй железо, пока горячо; Под лежачий камень вода не течет; Горбатого могила исправит. Или только переносный смысл: Волков боятьсяв лес не ходить; Мал золотник, да дорог; Чем дальше в лес, тем больше дров. Обычно поговорки имеют прямой смысл: Кончил делогуляй смело; День да ночьсутки прочь; Уговор дороже денег.

И все же различия между многими пословицами и поговорками бывают настолько незначительными, что они часто отождествляются, а некоторые выделяются в особый разряд пословично-поговорочных выражений. Одни слова в них употребляются в прямом смысле, другие — в переносном: Мать и дочьтемная ночь. Следовательно, пословично-поговорочные выражения совмещают в себе особенности пословиц и поговорок.

По отношению последних к фразеологизмам имеются различные точки зрения. Одними языковедами пословицы и поговорки признаются фразеологизмами на основании их устойчивости и воспроизводимости. Другими учеными, не признающими в качестве категориальных признаков устойчивость и воспроизводимость, пословицы и поговорки выводятся за рамки фразеологизмов. Третьи решают вопрос компромиссно. Они относят к фразеологизмам только поговорки, так как эти языковые единицы обладают не только устойчивым составом компонентов и воспроизводимостью, но и смысловой целостностью; будучи синтаксически не членимыми, выступают в предложении подобно словам в определенной функции. Например: Эти людиодного поля ягода, где выделенная жирным шрифтом поговорка выполняет роль сказуемого; На тебе сошелся клином белый свет, где в поговорке представлены главные члены предложения. Пословицы же не включаются этими учеными в состав фразеологизмов, так как, обладая устойчивостью и воспроизводимостью, они ни семантически, ни синтаксически не являются целостными единицами. Например, пословица Не место красит человека, а человек — место представляет собой сложносочиненное предложение. Первая часть в нем является двусоставным полным предложением, в котором имеется подлежащее место, сказуемое красит, прямое дополнение человека; вторая часть — двусоставное неполное предложение с подлежащим человек, прямым дополнением место и опущенным сказуемым красит. Семантически и синтаксически делимы, по существу, все пословицы: Не имей сто рублей, а имей сто друзей; Лучше поздно, чем никогда; В гостях хорошо, а дома лучше.

2. Речевой стандарт (штамп, клише) — это "стилистически окрашенное средство языка, которое сознается говорящими как “готовая”, устойчивая и часто употребляющаяся формула" (энциклопедия "Русский язык"). Речевые стандарты могут представлять собой слово, словосочетание, предложение. Так, в советское время применялось определение всемирно-исторический в отношении общественных явлений, связанных с деятельностью, прежде всего КПСС. Например: Всемирно-историческое значение Великой Октябрьской социалистической революции; Всемирно-историческое значение и источники победы советского народа в Великой Отечественной войне.

В годы горбачевской перестройки была попытка замены набивших оскомину определений исторический и всемирно-исторический определением судьбоносный. Например: Чем шире разворачивается перестройка, тем понятнее становится ее общий смысл и судьбоносное значение для социализма (Правда. 1988). Определение судьбоносный в одно время стало весьма употребительным и даже стандартным. Однако во второй половине 1990-х гг. оно гораздо реже использовалось в средствах массовой информации, но тем не менее встречалось наряду с эпитетом исторический. Например: На международной арене наметилась устойчивая тенденция к разного рода коллективным образованиям — клубам, союзам, осям — и т.д., региональным, политическим, экономическим и прочим группировкам на высшем уровне, претендующим на судьбоносные решения для стран и народов (Рос. газета. 1997).

В те же горбачевские годы широко использовалось стандартное словосочетание социалистический выбор, употребление которого было связано с дискуссиями по вопросу о дальнейшем развитии политической и экономической системы страны: Мы простились со зрителями фильмов о жизни советских шахтеров. Сняли 1100 минут — отобрали из них 80, но только правды. Это был наш некролог тому, что называют "социалистическим выбором". Некролог системе, из поколения в поколение плодившей бесправных рабов (Моск, новости. 1991).

Стандартизированными, штампованными могут быть не только словосочетания, но и целые предложения. Интересный пример в этом отношении приводит в своих мемуарах "Галина" Г. Вишневская: В существующую систему сами они [аппаратчики] давно не верят, но нужно во что бы то ни стало ее удержать, и потому важно, о чем пишут советские писатели, а это уже дело КГБ и его дочерних учреждений.

Отклики трудящихся в газетах начинались так: "Я Пастернака не читал..." и т.д. Тем не менее все критиковали непрочитанный роман, но, главное, требовали публично распять писателя.

И ставшие притчей во языцех "отклики трудящихся", нередко готовившиеся в редакциях газет и журналов самими сотрудниками, и закрепившаяся в употреблении стереотипная фраза: "Я кого-то не читал, но...", авторство которой народная молва приписывала одному из членов ЦК КПСС, — это все наглядные примеры речевых стандартов, кочевавших по страницам тогдашней печати.

Речевые стандарты (штампы) чаще всего встречаются в деловых документах, где они нужны (убедительно просим, учитывая вышеизложенное, в соответствии с законом, считаем нужным сообщить), и в публицистике, где они бывают излишни (всемерно поддерживаем, охваченные единым порывом, законодательная и исполнительная власть). Однако употребляемые в этих стилях речи стандартные выражения могут перекочевывать в обиходную речь носителей языка и получать в нем широкое распространение. Так, после известного постановления ЦК КПСС о борьбе с формализмом в музыке (1948) в обиход на какое-то время вошли такие заимствованные из прессы речевые стандарты, как безродный космополит, формалист проклятый. В транспорте, в очередях в те годы можно было услышать: "Эй ты, заткнись, космополит безродный", "Куда прешь, формалист проклятый!". При этом люди, клеймившие формализм и космополитизм, часто впервые слышали эти слова и с трудом их выговаривали.

Большинство лингвистов речевые стандарты к фразеологии не относят, считая, что они, хотя и характеризуются устойчивостью и воспроизводимостью, не имеют важнейших признаков фразеологизма — семантической целостности и синтаксической слитности компонентов. Только последние дают возможность выступать словосочетанию в роли единого члена предложения.

3. Лозунги, призывы не могут быть по тем же причинам отнесены к фразеологизмам. Между тем они окружали советских людей начиная с 1917 г. со всех сторон. Приведем примеры: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!", "Да здравствует 7-часовой рабочий день — детище Октября", "Планы партии — в жизнь!", "Безжалостно раздавим презренных наймитов буржуазии из зиновьевско-троцкистской своры!", "Пусть живет в веках имя и дело Ленина!", "Слава родному и любимому Сталину — вождю всех времен и народов!".

С недавнего времени в употребление было запущено слово, заимствованное из английского языка, — слоган. Оно означает короткий лозунг, призыв, выражающий какой-либо взгляд или представляющий рекламу товара, сжатую, ясную и легко воспринимаемую формулировку рекламной идеи. Например: Ее [финской компании] основной слоган "По соседствуотличное качество!"; Основной рекламный слоган компании Think Different ("Думай иначе") призывает пользователей ПК [персональных компьютеров] "сменить ориентацию"; Работа, может, и не такая большая, как в предвыборном слогане, — идет (Из газеты).

Слоган, как лозунг или призыв, характеризуясь устойчивостью и воспроизводимостью, в то же время не имеет семантической и синтаксической целостности, а потому его отнесение к фразеологизмам было бы также неоправданным.

4. Крылатые слова. В русистике для обозначения различных по структуре образных слов (Иуда) и устойчивых синтаксических конструкций (пара гнедых,любви все возрасты покорны), которые по происхождению связаны с каким-либо литературным источником или общественным деятелем, с середины прошлого века употребляется термин "крылатые слова", введенный немецким ученым Г. Бюхманом в книге с таким названием (1864). В энциклопедии "Русский язык" к крылатым словам безоговорочно относятся только "устойчивые изречения, появившиеся в языке из определенного литературного, публицистического и научного источника", а также "высказывания исторических деятелей, получившие широкое распространение в речи". В "Лингвистическом энциклопедическом словаре" к крылатым словам тоже относят лишь афоризмы и сентенции, структурно равные предложению, что подтверждается и приведенными примерами типа Быть или не бытьвот в чем вопрос.

Возвращение к бюхмановскому пониманию крылатых слов можно проследить в работах С. Г. Шулежковой, в которых они являются предметом специального исследования. Признавая неразработанность терминологического аппарата крылатологии и опираясь на материал, извлеченный из широкого круга источников, автор вводит в научный оборот термин крылатые единицы как родовой для обозначения собственно крылатых слов (Венера, Скалозуб), а также крылатых выражений, структурно представляющих словосочетание (пара гнедых) и предложение (Молодым везде у нас дорога). Это определенный шаг вперед в разработке терминологического аппарата крылатологии.

Можно ли крылатые выражения относить к фразеологизмам? Думается, только те из них, что представлены словосочетаниями. Они действительно являются устойчивыми словосочетаниями, имеющими переносное значение и употребляющимися в роли одного члена предложения, т.е. семантически и синтаксически неразложимыми. Например, халиф на час — это человек, наделенный или завладевший властью на короткое время (выражение восходит к одноименной арабской сказке): Керенский между двумя жерновамине тот, так другой сотрет... Он халиф на час (М. Шолохов); летучий голландец — легендарный образ капитана, обреченного вместе со своим кораблем вечно носиться по морю, не приставая к берегу (выражение, являющееся калькой с нем. der fliegende dev Hollander, получило известность благодаря опере Р. Вагнера "Летучий голландец"): Слышал от Коли о Летучем голландце, об этом вечном скитальце морей, с черными парусами и мертвым экипажем (А. Куприн). В первом из приведенных предложений крылатое выражение халиф на час выступает в роли сказуемого, во втором предложении Летучий голландец — в роли дополнения.

5. Несколько особняком от рассмотренных типов синтаксических конструкций, близких по тем или иным признакам к фразеологизмам, стоят составные наименования, большинство из которых — термины. Особенностью их является то, что они, как правило, лишены экспрессивно-оценочных свойств, будучи обычно стилистически нейтральными. В этом отношении они более всего сходны с фразеологическими сочетаниями типа оказать влияние, принять решение. Но некоторые лингвисты (например, Н. М. Шанский) находят, что они схожи и с идиомами, причем различают в них все три классические разновидности фразеологизмов, выделенные в свое время академиком В. В. Виноградовым: составные термины кесарево сечение и железная дорога являются (как совершенно немотивированные и безобразные) фразеологическими сращениями, белый гриб, слепая кишка, обладающие образностью, являются фразеологическими единствами, фрикативные звуки и вопросительный знак, включающие в свой состав слова с фразеологически связанным значением, являются фразеологическими сочетаниями [Н. М. Шанский, 1985. С. 61]. Иначе говоря, составные термины по характеру семантической связи между их компонентами распределяются авторами по трем основным типам фразеологических единиц.

Конечно, ряд составных терминов, компоненты которых по степени семантической спаянности аналогичны составляющим фразеологизмы, может быть продолжен: беглые гласные, косвенная речь, красная строка, одушевленные существительные; божья коровка, анютины глазки и т.д. Однако основная масса составных терминов (а их в настоящее время насчитывается в разных науках десятки тысяч) образуется не за счет развития в них "образного стержня", а посредством расширения производящих терминов распространителями, присоединенными к ним справа или слева, что ведет не просто к дифференциации значения этих терминов, а к сужению, детализации первоначальных понятий, обнаружению в них новых отличительных черт, обозначению новых сущностей. Например: деятельность, брокерская деятельность, депозитарная деятельность, дилерская деятельность, деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг, деятельность по организации торговли на рынке ценных бумаг, деятельность по организации торговли ценными бумагами, деятельность по управлению ценными бумагами, деятельность финансово-промышленной группы; охрана, пожарная охрана, охрана военных объектов, охрана животного мира. Все приведенные составные наименования являются терминами и имеют официальные дефиниции.

Следует добавить также, что главной функцией составных наименований — в отличие от собственно фразеологизмов — является не эмоционально-оценочная, а номинативная. Составные наименования используются в большинстве случаев для называния новых предметов и явлений, открываемых человеком в процессе познания окружающей действительности, что не просто сближает их с обычными словами (однокомпонентными терминами), но и приравнивает двухкомпонентные и многокомпонентные наименования по целостности семантики и синтаксической роли к однокомпонентным. Все это свидетельствует о том, что составные наименования должны рассматриваться в рамках не фразеологии, а лексики.

В заключение можно сделать вывод, что в науке существуют разные точки зрения на понятие "фразеологизм". Сам термин может пониматься в узком и широком смысле. В узком понимании фразеологизмы включают только идиоматику — фразеологические сращения и фразеологические единства. В расширенном понимании сюда входят также фразеологические сочетания, поговорки и крылатые выражения. Их объединяет в одну группу собственно фразеологизмов четыре признака: лексическое (фразеологическое) значение, компонентный состав, лексико-грамматическая соотнесенность с частями речи, способность выступать в роли одного члена предложения, хотя для наиболее типичных фразеологизмов характерны также устойчивость (относительная), воспроизводимость, возможность структурных вариантов, экспрессивно-оценочная окрашенность.

К фразеологизмам в самом широком понимании этого слова, кроме перечисленных разрядов, могут относиться пословицы, речевые стандарты (штампы, клише), лозунги, призывы и слоганы, а также крылатые выражения в форме предложений и составные наименования, немотивированные или обладающие образным стержнем.

При дальнейшем изложении материала основное внимание будет уделяться собственно фразеологизмам. Остальные разряды устойчивых словосочетаний будут привлекаться лишь для сравнения или сопоставления.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >