Переложение налогов

Общие принципы теории переложения

При рассмотрении способов реализации важнейшего принципа налогообложения – всеобщности и справедливости предполагалось, что плательщик налога, на которого по закону приходится уплата налога, и лицо, на которое фактически падает уплата налога, являются одним и тем же человеком. В действительности это не всегда так. Причиной тому является переложение налога, которое существенным образом меняет картину распределения налогов. Развитие теории налогообложения привело к разделению понятий субъекта налогообложения (налогоплательщика) и носителя налога. Субъект налогообложения – это лицо, на которое по закону возложена обязанность платить налог. Носителем налога является лицо, на которое фактически переложили уплату налога, т.е. лицо, которое является конечным плательщиком. При этом необходимо отметить, что носитель налога формально не несет никакой юридической ответственности за уплату налога, хотя и является фактическим его плательщиком через механизм переложения налогов. Это бывает чаще всего при взимании косвенных налогов, хотя возможно и в случае прямых налогов.

Из-за переложения налогов получается несоответствие между первоначальной адресностью налога и фактическим его плательщиком. В ходе развития налогообложения процесс переложения принял такие размеры, что для практической деятельности правительства потребовались рекомендации финансовой науки.

Обратимся к истории вопроса. В ранние периоды развития налогообложения переложение имело характер принуждения: часть населения, обладающая властью, принуждала другую часть населения нести бремя налогов. Древний Рим освобождал собственное население от обложения, насильственным путем перелагая его на покоренные им народы. Средневековый феодал, будучи лично свободен от обложения, разверстывал на население причитающиеся с феодального поместья налоги. Такое право принадлежало прусским помещикам вплоть до XVII в., а в России оно просуществовало до конца XIX в. Привилегированные слои – дворянство и духовенство, принимая на себя обязанность внесения той или иной суммы налога, являлись лишь посредниками между государством и бесправным населением.

Повсеместное развитие косвенных налогов формально исключило насилие из механизмов переложения налогов, однако, фактическое принуждение осталось, так как косвенными налогами облагались, прежде всего, предметы первой необходимости. Практически история переложения – это борьба имущих классов за переложение налогов на бесправные слои общества.

Исследование этой проблемы начали меркантилисты еще в XVII в., но в начале XX в., по мнению экономистов того времени, финансовая наука не имела ясного и законченного учения о переложении налогов. В конце XIX в. английский исследователь Ф. Эджуорт считал, что важнейшими для теории налогов являются два вопроса: принципы налогообложения и проблема переложения налогов [4, с. 147]. Это связано с тем, что принцип всеобщности и справедливости можно реализовать только с учетом процесса переложения налогов.

Лишь во второй половине XX в., когда были решены теоретические вопросы ценообразования, удалось прояснить проблему переложения налогов.

Рассмотрим эволюцию теорий переложения налогов.

Абсолютные теории переложения

Зарождение теорий переложения относится к эпохе позднего меркантилизма. Зарождающаяся финансовая наука пыталась с абсолютной точностью определить степень переложимости того или иного налога и столь же категорично определить конкретных его носителей. Теории переложения, разработанные на такой методологической основе, позднее были названы "абсолютными".

Первая более или менее определенная теория переложения принадлежала Д. Локку (1632–1704), английскому ученому эпохи меркантилизма. Анализируя косвенное налогообложение в Англии, которое было основой налоговой системы того времени, Д. Локк в 1692 г. сделал вывод о том, что все налоги, в том числе и налоги на потребление, в конечном итоге падают на собственника земли. Д. Локк полагал, что торговцы и посредники перелагают налоги на потребителя – рабочего, который в силу своего бедственного положения не в состоянии платить. Если заработная плата рабочего не увеличивается, то он не в состоянии прокормиться, а это ведет в конечном итоге к тому, что он перебрасывает налог на торговца, тот в свою очередь – на арендатора, а тот – на собственника земли, понижая размер арендной платы. Кроме того, церковь (приход) вынуждена помогать рабочему, чтобы он не умер от голода. Церковь же черпает свои доходы также из обложения земли (церковная десятина). Следовательно, тяжесть налогообложения ляжет на собственника земли или в открытой форме в виде поземельного налога, или в скрытой форме через уменьшение арендной платы. В связи с этим Д. Локк настаивал на замене всех налогов одним поземельным, считая, что он является наиболее выгодным для землевладельцев, поскольку при множественности косвенных налогов землевладельцы отягощаются значительно большим бременем, чем при прямом обложении. Д. Локк, таким образом, выступал в своей теории с позиции собственников земли, отстаивая, в первую очередь, их интересы.

Физиократы (Ф. Кенэ, В. Мирабо и др.) в XVIII в. воскресили теорию Д. Локка о переложении налогов. В своей теории о переложении всех налогов на чистый доход земли они также предлагали установить единый налог на землю, как единственно непереложимый. Отсюда с их точки зрения следовала возможность справедливого распределения налогов.

Классическая школа политэкономии в лице А. Смита, Д. Рикардо и других развивала теорию переложения в том же направлении, с той же категоричностью. А. Смит исследовал проблему переложения ряда налогов. Он полагал, что большинство налогов перелагаются или на земельного собственника, или на богатого потребителя. Непереложимыми налогами он считал поземельный налог, налог на переход недвижимости по наследству или путем купли-продажи, налог на роскошь.

Д. Рикардо в своей теории земельной ренты логически вывел условия переложения земельного налога. По мнению Д. Рикардо, если бы налог взимался с чистой ренты, то он был бы не переложим, но так как он взимается со всех земель, включая худшие, то ведет к повышению цены и, следовательно, перелагается на потребителя. Как и А. Смит, Д. Рикардо признавал переложимость налогов на заработную плату и косвенных налогов на предметы первой необходимости. Он полагал, что, в конечном счете, налоги падают на предпринимателя, ибо рабочий, получающий минимальную заработную плату, неминуемо переложит налоги на потребление на предпринимателя.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >