Французское Просвещение

Хотя идеи Просвещения зародились первоначально в Англии еще в конце XVII в., наиболее полное развитие дух Просвещения получил во Франции, где просветители стали «властителями дум» и, по выражению Ф. Энгельса, «просвещали головы для приближающейся революции»[1]. Философия Просвещения с наибольшей полнотой отражала состояние и содержание массового общественного сознания и формировала его.

Особенности французского Просвещения. Помимо общих идей, присущих Просвещению в целом, французское Просвещение характеризуется политическим радикализмом и антиклерикализмом.

Не только в советской, но и в европейской историко-философской литературе философия Просвещения рассматривалась и до сих пор иногда рассматривается главным образом как идеологическое обоснование Великой французской революции. И для этого имеются все основания.

На протяжении десятилетий французские просветители подвергали беспощадной критике все институты традиционного общества: монархию, сословную структуру общества, церковь, сложившуюся систему воспитания. По сути дела они вели идеологическую подготовку к радикальному слому социальных структур, унаследованных от феодального прошлого. Они провозглашали новые социальные идеалы, главным из которых была свобода.

Главной идеологической опорой феодальных общественных отношений во Франции была католическая церковь. Французские просветители в отношении к религии занимали разные позиции: одни из них придерживались деизма (Вольтер, Руссо), другие — атеизма (Гольбах, Ламетри). Но и те и другие были антиклерикалами (от греч. civil — против и лаг. clericalis — церковный), яростно боролись против католической церкви как социального института. Разрушение сложившегося общества невозможно без разрушения его духовных основ, каковыми являлось христианство. Борьба с католической церковью перерастала в борьбу с религией, которая вызывала у просветителей ненависть на эмоциональном уровне.

Философские идеи французского Просвещения. На первом этапе французского Просвещения главными фигурами выступали Франсуа- Мари де Аруэ, вошедший в историю под именем Вольтера (1694—1778) и Шарль-Луи де Секонда, барон Ля Брэд и де Монтескье (1689—1755).

Они заложили основы французского Просвещения и были его лидерами до конца 1740-х гг., затем на сцену вышло новое поколение просветителей.

На втором этапе французского Просвещения основную роль играли редактор «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел» Дени Дидро (1713—1784), идеолог «третьего сословия» Жан-Жак Руссо (1712—1778), философы и ученые, стоявшие на позициях материализма: Этьен Боно де Кондильяк (1715—1780), Жюльен Оффре дс Ламе- три (1709—1751), Жан Д’Аламбер (1717—1783), Пауль Генрих Дитрих Гольбах (1723—1789) и Клод Адриан Гельвеций (1715—1771). В отличие от представителей раннего Просвещения, стоявших на позициях деизма, представители позднего были последовательными материалистами и атеистами.

Первым мыслителем, употребившим слово «просвещение», был Вольтер, крупнейший представитель старшего поколения просветителей, признанный вождь французского Просвещения. Его творчество отличается необычайной многосторонностью: романы, драмы, поэзия, памфлеты, статьи.

Важнейшая черта мировоззрения Вольтера — антиклерикализм. Приведем некоторые мысли Вольтера относительно церкви и духовенства, ставшие афоризмами.

  • • С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом.
  • • Если Бог сотворил человека по своему образу и подобию, то человек отплатил ему тем же.
  • • Догмат бессмертия души есть самая утешительная и в то же время наиболее устрашающая идея.
  • • Христианская религия — это сеть, которой мошенники опутывали глупцов более семнадцати веков, и кинжал, которым фанатически убивали своих братьев более четырнадцати столетий.

Каковы, по Вольтеру, истоки официальной религии? Это — невежество, фанатизм и обман, которые церковники распространяют с корыстными целями. Он считал, что христианская религия основана на переплетении «самых пошлых обманов, сочиненных подлейшей сволочью». Стиль критики религии, заметим, отнюдь не философский.

Но борьба против церкви, духовенства и религий «откровения» не привела его к атеизму. Отвергая господствующие религии, апеллирующие к откровению и чудесам, он признавал в то же время необходимость веры в Бога. Именно религия, согласно Вольтеру, помогает держать массы в повиновении.

Социальное неравенство Вольтер считал вечным законом жизни и был достаточно низкого мнения об умственных способностях народа: «Когда быдло берется рассуждать — все пропало». В своих замечаниях на полях трактата Руссо «О причинах неравенства между людьми» он называл пропагандируемые Руссо идеи социального равенства философией оборванца, желающего, чтобы бедные ограбили богатых. Равенство, по мнению Вольтера, есть вещь самая естественная и в то же время химера.

Вольтер считал, что общество можно и нужно усовершенствовать на основах разума.

Вместе с Вольтером век французского Просвещения открыл Монтескье.

В историю социально-философской мысли Монтескье вошел благодаря трактату «Дух законов», в котором дается стройный свод юридических понятий того времени, исследуются происхождение и функции различных форм правления, разрабатывается концепция географического детерминизма.

В полном согласии с просветительской установкой закон определяется им как создание разума. Законы подразделяются на естественные — неизменные, созданные Высшим разумом, и на общественные — несовершенные и изменчивые, созданные законодателями.

Законодатель, согласно Монтескье, не может поступать по своему произволу. Он должен учитывать всевозможные условия, при которых складывается историческая жизнь народа, и сообразно им устанавливать наиболее мудрые законы.

К этим условиям относятся: природа страны, величина территории, принятая правительственная система, религия, быт и нравы народа.

Отношения законов ко всем этим условиям и составляет дух законов.

Монтескье поставил перед собой задачу проследить на конкретных исторических примерах зависимость законов от условий, в которых они издаются и принимаются народами, указать законодателям на эту зависимость, чтобы они могли издавать законы, «дух» которых соответствовал бы наиболее совершенным образцам государственного строя.

Все существующие формы правления Монтескье разделял на три вида: республику, монархию и деспотию. Рассматривая условия, при которых возникает та или иная форма правления, он устанавливает тесную зависимость ее от природных условий страны, разрабатывая тем самым концепцию географического детерминизма.

Свое исследование роли географической среды Монтескье начинает с выяснения вопроса о человеческой природе. По его мнению, климатические условия определяют индивидуальные особенности человека, его телесную организацию, характер и склонности. Он резко противопоставлял друг другу северные и южные народы, определяя противоположность их характера резким различием климатических условий, в которых люди живут. Холодный климат определяет такие качества народов Севера, под которыми подразумевались европейцы, как энергичность, воинственность, храбрость, выносливость, любовь к свободе. Почему у южных народов отсутствуют эти качества? Климат такой, что расслабляет умственные способности и вызывает желание впасть в нирвану[2]. Большое влияние на политическое устройство народа, наряду с климатом, оказывают и почва, и размер территории.

В результате взаимодействия природных и социальных факторов образуется общий дух народа, которому должен следовать законодатель.

Отметим, что географический детерминизм в дальнейшем послужил одним из теоретических источников такой науки, как геополитика.

Демократическое крыло французского Просвещения было представлено Ж.-Ж. Руссо. В центре его внимании — социальные проблемы, главная из которых —социальное неравенство и пути его преодоления. В виде требований, носящих общечеловеческий характер, он впервые отчетливо сформулировал буржуазно-демократические требования равенства.

Главный источник социального зла он усматривал в социальном неравенстве. Из богатства возникают праздность и роскошь, которые ведут к развращению нравов. Освящающей неравенство цивилизации Руссо противопоставлял простоту и «невинность» первобытных людей. Но откуда произошло неравенство? Этой проблеме посвящена работа «Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми».

Руссо различал следующие виды неравенства: физическое, имущественное и политическое неравенство.

Первая ступень неравенства, обусловленная природой человека и вследствие этого неустранимая, была связана с физическим неравенством, проистекающим из разницы в возрасте, здоровье и т.д.

Вторая ступень неравенства возникает вместе с появлением государства в результате соглашения. Государственные законы окончательно закрепили частную собственность и обрекли большинство людей на тяжкий труд и нищету. Государство добавило к имущественному неравенству неравенство между властвующими и подвластными.

Третьей ступенью общественного неравенства был переход от правомерной власти к власти деспотической, основанной на произволе. Правители, которые вначале служили государству, стали смотреть на себя как на его собственников. Деспотизм узаконил деление на господ и рабов, но даже господа не были защищены законами от деспотической власти. На этой высшей ступени неравенства люди опять становятся равными в том смысле, что перед деспотом каждый из них становится ничем (равенство в рабстве, как сказал задолго до него Платон).

Главное произведение Руссо — «Об общественном договоре, или Принципы политического Права» — начинается словами: «Человек рождается свободным, но повсюду он в оковах. Иной мнит себя повелителем других, что не мешает ему быть рабом в большей еще мере, чем они»[3].

Основная задача общественного договора, считал Руссо, состоит в отыскании такой формы объединения людей, которая бы защищала и охраняла общей силой личность и собственность каждого члена и в которой каждый, соединяясь с другими, оставался бы в то же время свободным. Общественный договор, согласно Руссо, должен гарантировать гражданскую свободу и право собственности, основанной на личном труде. Учение об общественном договоре служит основанием учения о демократии. Требование народного суверенитета — основа политической доктрины Руссо. Власть в государстве всегда и везде должна принадлежать народу. Если правительство, которое призвано выполнять волю народа, нарушает ее, то оно заслуживает насильственного свержения.

Учение Руссо стало мощной идейной силой, способствовавшей подготовке французской буржуазной революции. Оно явилось одной из идеологических предпосылок якобинской диктатуры. Политические идеи Руссо нашли наиболее полное преломление в радикальнейшей из буржуазных конституций — конституции 1793 г., в которой в соответствии с доктриной Руссо якобинцы декларировали принцип народного суверенитета и право народа на революцию.

Французский материализм был первой формой материализма, опиравшегося в своих выводах на естествознание, представленного механикой Ньютона, показавшей к тому времени эффективность своих представлений о мире и своей методологии. Механика стала символом науки вообще и вполне закономерно, что одной из господствующих форм, которую приняла тогда философия, был механистический материализм. Его подходы и принципы во многом оказались отражением успехов механики и механицизма. Механистический взгляд французскими материалистами был распространен на природу в целом, включая человека.

Онтология. Все французские материалисты, несмотря на различие оттенков, выражали единый материалистический взгляд на природу.

Целостная система материалистических воззрений на природу изложена в работе «Система природы, или О законах мира физического и мира духовного» П. Гольбаха.

Материя, по убеждению философа, вечна, несотворима и неуничтожима. Все бесконечное многообразие явлений природы порождается взаимодействием различных молекул и атомов, являющихся элементами структуры материи.

Французские материалисты обосновывали положение о том, что материя активна и движение является ее внутренним и необходимым качеством. Гольбах определяет движение как способ существования материи. Он многократно подчеркивал, что «движение так же вечно, как и материя», «движение существует лишь в материи и через нее: подвижность — это следствие ее существования»[4].

Гольбах утверждал, что все во вселенной находится в движении, движение абсолютно, между тем как абсолютного покоя не существует, покой возможен лишь по отношению к какому-либо данному определенному движению. Из вечности и абсолютности движения как способа существования материи следовало отрицание перводвигателя, давшего начало движению. Все, что имеется в природе, есть результат движения материи. Нет никаких сил или существ, стоящих над материей, вне и независимо от нее, так как «в материальном мире двигатель должен быть материальным»[5]. Гольбах прочно связывал принцип самодвижения материи с атеистическим миропониманием.

Признав всеобщность движения, французские материалисты в целом оставались в рамках механистической картины мира.

Гносеология. В теории познания французские материалисты были сенсуалистами. Сенсуализм материалистов XVIII в. не находился в противоречии с общей рационалистической установкой философии эпохи Просвещения. Сущность реальности, с их точки зрения, может быть познана только разумом. Чувственное познание является лишь первым шагом на этом пути.

Французские материалисты были сторонниками материалистической теории отражения. Гольбах определял идеи как образы предметов, от которых происходят ощущения и восприятия. Гельвеций называл суждения утверждением отображений, данных нам в ощущениях. Дидро сравнивал мозг с чувствительным и живым воском, способным воспринимать всякого рода формы, запечатлевая на себе воздействие разных предметов. Ламетри говорил о «мозговом экране», на котором отражаются запечатлевающиеся в глазу предметы.

Признавая ощущения образами внешнего мира, французские материалисты последовательно распространяли принцип отражения на процесс мышления. Связь и последовательность понятий, суждений и умозаключений, согласно их взглядам, отражают объективную связь причин и следствий. В своих размышлениях и рассуждениях люди регистрируют действительную связь вещей и процессов, совершающихся в мире.

Французские материалисты отличались гносеологическим оптимизмом, беспредельной верой в могущество человеческого разума: «Не существует ничего, чего люди не могли бы понять», считал Гельвеций. Его убежденность в познавательных возможностях человеческого разума разделяли и остальные представители материализма.

Антропология. Человека — его органическую и психическую жизнь — все французские материалисты признавали произведением природы, целиком обусловленным ее законами.

Наиболее полно материалистические взгляды на природу человека представлены в работах Ж. О. Ламетри «Человек-машина» и «Человек- растение», который, в отличие от других материалистов, имел не гуманитарное, а медицинское образование, что обусловило хорошее знание анатомии и физиологии животных и человека на уровне науки своего времени.

Все наблюдения и опыты ученых свидетельствуют, что и в человеке, и в животном, и в растении, и в минерале представлена одна и та же материя. Различия между ними определяются лишь различными степенями ее организации.

Развивая учение о материальной обусловленности всей органической и психической жизни человека, Ламетри выдвинул концепцию человека как особого рода одушевленной машины.

«Человек — машина», полагал Ламетри, хотя он «настолько сложная машина, что совершенно невозможно составить себе о ней ясную идею, а следовательно, дать точное определение»[6]. Это огромный, сложный самостоятельно заводящийся механизм. Человек, по его словам, есть живое олицетворение беспрерывного движения, требующее для поддержания сил пищи. Пища, климат оказывают воздействие на человека. Различные состояния души всегда соответствуют аналогичным состояниям тела. Человеческий разум — тоже механическое явление, он одновременно и результат, и условие совершающихся в человеческом механизме движений. Поэтому философ называет человека «весьма просвещенной машиной».

В общем виде взгляды Ламетри на человека разделял также Дидро. Если Ламетри сравнивал человека с машиной, то Дидро называл человека инструментом, одаренным способностью ощущать и памятью: «Наши чувства — это клавиши, по которым ударяет окружающая нас природа и которые часто издают звук сами по себе; по моему мнению, это все, что происходит в фортепьяно, организованном подобно вам и мне»[7]. Сравнение человека с фортепьяно дало повод критиковать Дидро за механицизм, вульгарный материализм и т.п.

Рассматривая проблему детерминации поведения человека, французские материалисты исходили из всеобщей причинной обусловленности. Ни один поступок человека не может произойти без какого-либо мотива, обусловленного состоянием организма и обстоятельствами, в которых он находится. Поэтому они делали вывод о невозможности человеческой свободы.

  • [1] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 20. С. 16.
  • [2] См.: Монтескье Ш. Избранные произведения. М.: Гос Политиздат, 1955. С. 350.
  • [3] Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре, или Принципы политического Права. URL:http://lGg-in.ru/books/ob-obshestvennom-dogovore-russo-zhan-zhak-filosofiya.
  • [4] Гольбах П. Система природы, или О законах мира физического и мира духовного // Егоже. Избранные произведения : в 2 т. Т. 1. С. 461.
  • [5] Там же. С. 462.
  • [6] Ламетри Ж. О. Человек-машина // Его же. Сочинения. М., Мысль, 1976, С. 196.
  • [7] Дидро Д. Сочинения : в 2 т. Т. 1. С. 385—386.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >