Изменения природной среды в период зарождения и развития земледелия и скотоводства

Переход от присваивающего к производящему хозяйству принято называть неолитической революцией. Однако революционным он является по значимости изменений (как для человека, так и для биосферы), а отнюдь нс по скорости их протекания. Для территорий (их было несколько), считающихся первичными очагами зарождения земледелия и скотоводства (лесные и лесостепные предгорья и низкогорья современных тропической и субтропической зон), становление производящего хозяйства растянулось на 3 4 тыс. лет. Предполагаемой причиной поиска новых источников пищи называют медленное, но прогрессирующее истощение биологических ресурсов охоты.

Как присваивающий, так и производящий типы хозяйства имеют свои достоинства и недостатки. Охота и собирательство ограничивают численность локальных сообществ, не позволяют создавать необходимые пищевые запасы на случай продолжительных неблагоприятных условий жизни и вынуждают время от времени мигрировать в районы, более богатые биологическими ресурсами.

Земледелие и скотоводство на заре своего становления гарантированно страховали производителей от голодных периодов. Однако они требовали больших затрат времени и труда, более однообразного и утомительного, чем у охотников и собирателей. Важно также и то, что с увеличением в рационе человека продукции этого типа, его питание становилось более низкокачественным (в т.ч. - однообразным по составу), хотя и более обильным по объему.

Земледелие благоприятствовало закреплению оседлого образа жизни. С единицы обрабатываемой территории могли прокормиться гораздо больше людей, чем с ареала сбора дикоросов. Это вело не только к увеличению численности, но и концентрации населения. Неблагоприятные следствия последнего уже тогда проявились точечными эпидемиями инфекционных заболеваний и избыточным давлением на пространства, непосредственно прилежащие к поселениям.

В становлении аграрного производства можно выделить две крупные эпохи — «эпоха предгорных рек» и «эпоха крупных речных долин» (Баландин, Бондарев, 1988). Первая охватывает период 12-6 тыс. л.н., вторая - 5-3 тыс. л.н. Эта периодизация важна для понимания последовательности и механизмов углубления антропогенного изменения окружающей среды а также его перехода с локального на региональный и макрорегиональный уровни.

Земледелие, зародившееся в лесном и лесостепном поясе горных массивов тропической и субтропической зон, уже на ранних своих этапах сопровождалось сведением лесов. Единожды начавшись, оно уже нс прекращалось и вызвало к жизни комплекс сопутствующих процессов деградации первичных ландшафтов.

Первой и многие тысячелетия единственной или преобладающей системой земледелия была подсечно-огневая. На каждом новом участке деревья подсекались, с них частично снимали кору. В течение года лес превращался в сухостой. В таком состоянии его сжигали, а посев злаков производили в золу, без рыхления земли. Рыхление осуществляли при посадках второго и последующего годов. Обычно такие участки давали приемлемые урожаи два - три года. Потом они забрасывались на несколько десятков лет (что было возможно при обилии целинных земель), и все повторялось на новом месте.

Переход к более продуктивной системе использования биорссурсов (от собирательства - к земледелию, от охоты к скотоводству) благоприятствует быстрому возрастанию численности населения. Но его последующее надежное жизнеобеспечение требует расширения ареала антропогенного воздействия.

Прогрессивное сокращение древесной растительности (особенно - на водосборах) вело к росту неравномерности стока поверхностных вод, создавало ситуации, когда катастрофические паводки сменялись продолжительным безводьем. Удлиняющиеся засушливые периоды угнетали остатки древесной растительности, сокращали возможности ее самовозобновления. Занятие земледелием нс исключало содержания скота, который кормился на специально расчищаемых пространствах и объедал молодые побеги и листву восстанавливающегося древостоя. Сокращение площадей, а позже - и исчезновение, лесов неизбежно сказывалось на биоразнообразии обширных территорий.

Почвы на склонах холмов и низкогорий, существенно снизившие устойчивость к размыву вследствие выжигания растительности и рыхления, обеднялись биогенными веществами, истощались, становились пространством активного развития денудационных и эрозионных процессов. В том случае, если в низкогорных массивах располагались верховья крупной равнинной реки, колебания стока, аккумуляция наносов и связанные с ними опасные процессы постепенно распространялись на все ее течение.

Во второй половине «эпохи предгорных рек» в обиход стали входить орудия труда из бронзы. Это позволило многократно расширить площади лесных «подсек» (скорость рубки возросла в 3 - 5 раз). Периода в несколько тысячелетий оказалось достаточно, чтобы низкогорные массивы и нижний пояс более высоких гор современной Турции, Ирана, Греции навсегда утратили вечнозеленые дубовые леса и к началу античной эпохи были покрыты жестколистным кустарником. К этому же периоду относится начало быстро прогрессировавшего иссушения (опустынивания) Сахары, прежде представлявшей собой саванну.

Рост численности населения и истощение плодородия земли в очагах первичною возникновения земледелия ускоряли процесс вовлечения в

оборот целинных земель, ресурсы которых в описываемых районах иссякли около 7 тыс. л.н.

Начало эпохи «крупных речных долин» пространственно может быть привязано к междуречью рр. Тигр и Евфрат (древняя Месопотамия). За ним последовала долина Нила, междуречье Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи, долина Инда, бассейн р. Хуанхэ. В истории древнего мира эта эпоха известна как время существования ранних рабовладельческих империй. В верховьях некоторых из названных рек длительное время уже существовало земледелие и скотоводство. Многие пашенные угодья к тому времени были сильно истощены и иссушены. За счет них расширялась площадь пастбищ, с которыми неизбежно связано дальнейшее угнетение травянистой и кустарниковой растительности.

По мере совершенствования (с точки зрения человека как потребителя) окультуренных растений и животных прогрессировало их обособление от естественной среды. Это, а также введение в сельскохозяйственный оборот земель, естественная продуктивность которых не позволяла получать урожаи необходимого объема, требовало все больше затрат труда, энергии, материалов и знаний для устойчивого функционирования и дальнейшего совершенствования таких агроландшафтов.

Решение проблемы вызвало к жизни мелиорацию (обычно - ирригацию) земель на обширных территориях. Первые крупные ирригационные системы появились на Ближнем Востоке ок. 6 тыс. л.н. Для обеспечения искусственного орошения потребовались: а) концентрация населения; б) жесткая управленческая система (социальная иерархия); в) возрастающее вовлечение в хозяйственный оборот так называемых вторичных ресурсов.

Если первичными ресурсами считаются необходимые для физического существования человека (воздух, питьевая вода, солнечный свет, почва, некоторые виды растений и животных), то ко вторичным относятся все те, которые обеспечивают или облегчают добывание первичных (минералы и горные породы, энергоносители, неминеральные строительные материалы).

Добыча и переработка вторичных ресурсов, развитие ремесел и содержание управленческого аппарата были возможны лишь при наличии постоянного и существенного прибавочного продукта. Его появление стало

первым шагом на пути к возникновению богатства и определяемого им типа социальной иерархии.

Частые разрушительные паводки - следствие сведения лесов в речных бассейнах (особенно - в верховьях), а также нагонные наводнения на реках приморских равнин вынуждали людей к строительству системы защитных дамб и поддержанию их в надлежащем состоянии. Так появился новый источник антропогенного давления на окружающую среду - техногенные системы (в том числе - техногенные формы рельефа), вскоре приобретшие значимость субрегионального фактора ее изменения.

Искусственное орошение полей в условиях засушливого климата при наличии технологий того времени (особенно - при значительной доле в орошении грунтовых вод) неизбежно вело к засолению почв. Более или менее раннее достижение такого уровня ирригационного земледелия, при котором наличное население не могло быть обеспечено необходимым количеством продуктов питания, определялось совершенством технологий и режимов орошения. Последнее достигалось вековым (многовековым) опытом подобного типа природопользования, передаваемого и творчески развиваемого в последующих поколениях.

В зоне пониженного естественного обводнения ирригация начинается в местах, обогащенных поверхностными и/или подземными водами. Ценные ресурсы эксплуатируются с помощью каналов, колодцев, систем подземных водосборов. Нередко это приводит к обеднению водой соседних территорий (уменьшение длины и водности водотоков, снижение уровня грунтовых вод), что благоприятствует их иссушению. Вырубка лесов и выбивание пастбищ ускоряют процесс опустынивания.

Однако, кроме водоснабжения, длительная эксплуатация полей требует восстановления изъятых оттуда с растениями биогенных веществ. Технологий внесения органических удобрений на большие площади в те времена в восточном полушарии еще не существовало. Вот почему через более или менее продолжительные отрезки времени пашни истощались, урожайность падала, хозяйство рабовладельческих империй приходило в упадок и они, часто не без «помощи» агрессивных соседей, прекращали свое существование.

Единственным долгожителем на их фоне выглядит Древний Египет, обладавший, как сказали бы теперь, исключительно выгодным физико- и экономико-географическим положением. В верховьях Нила нс было населения, занимавшегося земледелием или скотоводством. Условия (]юрмировапия стока на его водосборе оставались неизменными, что делало прогнозируемым время и высоту подъема воды. Вместе с паводковыми водами из лесистых верховий на поля поступал наилок, пополнявший запасы органического вещества. Впадение Нила во внутреннее море избавляло от нагонных наводнений и долгое время — от агрессивных соседей. Крайне малое (по сравнению с иными государствами аналогичного типа той эпохи) количество войн не нарушало нормальной передачи в поколениях традиций грамотного природопользования в специфических условиях нильской долины и позволяло творчески развивать накопленные знания соответствующей профессиональной группой.

Благоприятные условия для восстановления почвенного плодородия существовали и в странах с муссонным типом климата. Однако нарушенность растительного покрова водосборных бассейнов (= сильные наводнения) и частые социальные потрясения не позволяли реализовать этот фактор стабилизации хозяйства в полной мере.

Ирригационное земледелие на неистощенных землях давало устойчивый прибавочный продукт, что позволяло части населения трудиться в иной сфере деятельности (в частности - профессионально заниматься ремеслами, искусствами). В то же время, обеспечение качественной работы обширных и сложных ирригационных систем требовало одновременного труда многих работников. Все это благоприятствовало или требовало концентрации населения. Так были созданы условия, и начался уже не прекращавшийся процесс урбанизации со всеми его экологическими издержками.

Сложившееся разделение труда, наличие прибавочного продукта и спрос на «импортные» материалы или предметы, стимулировали развитие торговли. При закреплении в общественном сознании определенных социокультурных норм (о чем будет сказано в гл. 6), развитие торговли становится значимой силой истощения природных ресурсов.

Эпоха поздних рабовладельческих империй (прежде всего - северного и восточного Средиземноморья) уже именуется эпохой «морских цивилизаций». Торговля и иные способы добывания «импортных» ресурсов благоприятствовали развитию кораблестроения («ненасытного» потребителя древесины) и мореходства. Создание флотов критян, финикийцев, греков, египтян, римлян и т.д. привело к окончательному истреблению древостоя африканской саванны той эпохи, лесов на территориях современной Сирии, Палестины, Израиля, Турции, отчасти - Греции. Судоводители античной эпохи освоили не только Средиземное, Мраморное и Черное моря, но и огибали Европу с запада и северо-запада.

Эпоха ранних рабовладельческих империй («деспотий») «подарила» человечеству еще один источник истощения среды обитания, значимость которого быстро возрастала. Ныне его прямое и косвенное влияние приобрело определяющее значение для состояния не просто окружающей среды, но биосферы в целом. Этот источник - войны и все, что связано с их подготовкой или ожиданием.

Социально-экологические следствия наступления эпохи войн вкратце сводятся к следующему:

  • а) резко возрастает потребление биологических и минеральных ресурсов, являющихся источником создания и поддержания технических средств, необходимых для ведения войны;
  • б) растет потребность в тружениках и воинах;
  • в) появляются новые способы давления на окружающую среду за счет стихийных военных разрушений и сознательного экоцида;
  • г) проводятся массовые добровольные и принудительные переселения людей, часто - с нарушением демографической емкости экосистем и традиций экологически приемлемого типа природопользования;
  • д) присвоение «прибавочного продукта», созданного трудом иных народов, благоприятствует постепенному смещению нравственных и этических норм (и шире - духовной культуры народов) в сторону признания престижности богатства, непрестижности груда, вложенного в производство материальных ценностей, в сторону развития потребительства.

Ведение войны требует пищевого и иного материального обеспечения профессиональных военных. Численность армий крупных рабовладельческих империй измерялась тысячами и десятками тысяч человек. Содержание избыточного населения обеспечивало устойчивую перегрузку и истощение вмещающего ландшафта.

Помимо людей, боевые действия обеспечивались пропорциональным количеством тягловых и боевых животных. Их содержание усиливало истощение пастбищ, ускоряло опустынивание. По завершении военных действий, стада, захваченные у побежденных, «обвальным» образом увеличивали нагрузку на пастбища победителей. Существует мнение, что этот фактор явился одним из основных в прогрессивном опустынивании территорий, ныне известных как Ливийская и Аравийская пустыни.

Ведение войн стимулировало совершенствование известных и развитие новых ремесленных технологий. Еще одним «врагом» леса, кроме полей, пастбищ и флота, стала металлургия.

Есть предположение, что введение человеком в хозяйственный оборот металлов было связано с поисками натуральных красителей для наскальной живописи. К числу наиболее часто использовавшихся относились соединения меди и железа.

Первоначально придание металлическим самородкам иной формы осуществлялось с применением ковки, несколько позже - литья. Медь была первым металлом, который человек начал активно и массово использовать. Это связано со сравнительно низкой температурой ее плавления, доступной людям каменного века. Начало металлургической эпохи, относимое к 7 — 8 тысячелетию до н.э., не было связано с удовлетворением производственных или иных жизненно необходимых потребностей человека. Долгое время медные предметы использовались только как украшения.

Использование медных орудий в хозяйственных целях продемонстрировало их большую производительность по сравнению с каменными (медный топор ускорял процесс рубки втрое, железный - в 10 раз). Однако их массовое изготовление долгое время оставалось локальным: оно развивалось там, где медь встречалась достаточно часто. Случайным образом было обнаружено, что соединение меди с оловом (т.е. бронза) многократно повышает потребительские качества орудий из этого сплава.

Железо, как материал для орудий труда, стал известен человеку почти также давно, как и медь. Месторождения железа распространены гораздо шире медных. Позднее наступление «эры железа» связано с более сложной технологией получения материала, обладающего приемлемым сочетанием твердости и упругости

Массовый характер и сравнительно высокую производительность «бронзовая» металлургия приобрела во втором тысячелетии до н.э. К этому времени рудознатцы научились добывать металл не только из самородков, но и из руды, в том числе из горизонтов, находящихся ниже поверхности земли. Лес использовался для крепления подземных выработок, изготовления подъемных механизмов, но главное - как энергоноситель, требующийся в больших количествах для расплавления металла.

Вплоть до 17 в. н.э. преимущественным или единственным источником энергии и углерода (важного компонента при выплавке чугуна и стали) был древесный уголь. Перед употреблением непосредственно в металлургическом производстве производится т.н. «выжигание» угля из древесины. При этом бесцельно пропадает более половины энергии.

Среди многих документов древнего Междуречья учеными было расшифровано и деловое письмо вавилонского правителя, написанное 17-18 вв. до н.э. В нем требовалось срочно срубить и прислать 7200 деревьев, т.к. литейщики не заняты работой. В этом распоряжении специально было оговорено, что рубить надо не сухие, а зеленые деревья, которые более пригодны для выжигания угля.

Многие успешные завоеватели древности в целях закрепления своих побед уничтожали или сильно подрывали демографический и экономический потенциал соперников. Если завоеватели были не заинтересованы в пополнении своих трудовых ресурсов новыми рабами, побежденные физически уничтожались (прежде всего - мужчины), т.к. оставлять крупную потенциально боеспособную силу у себя в тылу было опасно.

Обычной практикой победителей было уничтожение плодовых деревьев, виноградников, посевов на полях и самих полей, приведение в негодность ирригационных сооружений, разрушение домов и крепостей. Нередко одни и те же земли испытывали подобное разрушение многократно. Если учесть, что естественные природные ресурсы (в частности - лес) с побежденных территорий нередко изымались и вывозились, то многие государства древности в прямом смысле слова превращались в безжизненные пустыни.

Гак, по оценкам сделанным на основе материалов аэро- и космической съемки, древние аграрные империи, существовавшие в низовьях рек Сыр-Дарья и Аму-Дарья (ныне здесь песчаная пустыня) за несколько тысячелетий до н.э. имели обрабатываемые обводненные земли площадью до 8 — 10 млн. га. Эти благодатные земли неоднократно подвергались внешней агрессии, в частности персов, македонцев, монгол и др.

В одном из папирусов времен фараона Снофру, повелевшего построить первую пирамиду, сообщается, что с территории, где сейчас расположены государства Ливан, Израиль, Палестина, одномоментно была вывезена «деловая древесина», загруженная в 40 (!) кораблей. Во времена иных египетских правителей государство Нубия, располагавшееся юго-восточнее, платило дань деревьями нескольких ценных пород.

Нередко экоцид осуществлялся коренным населением. Эти действия носили характер оборонительных в случае внешней агрессии. Особенно приемлемы они для скотоводов.

Так, например, скифы, обитавшие в причерноморских степях, будучи не в силах открыто сопротивляться вторжению персов под предводительством Дария I (сер. 1-го тыс. до н.э.), уходили от них вглубь своей территории, выжигая травы, засыпая источники, нарушая иные способы водоснабжения. Впоследствии такой способ боевых действий получил название «тактика выжженной земли».

Практически всеми завоевателями древности практиковались массовые переселения народов с захваченных территорий. Помимо цели пополнения собственных «трудовых ресурсов» дешевой рабочей силой, преследовалась цель разобщения моноэтничных общин в качестве профилактики восстаний на захваченных территориях. Другой мотив - насыщение рабочими руками иных завоеванных территорий, где собственного населения было недостаточно.

Нередко население стран-завоевательниц частично или в большинстве перебиралось на завоеванные территории. Обычно это имело место в тех случаях, когда их собственные природные ресурсы оказывались сильно истощенными, и демографическая емкость территории резко сокращалась. Подобные случаи описаны для ситуаций, когда народы «предгорий» завоевывали государства «крупных речных долин», где функционировала отлаженная система поливного земледелия. Нс имея достаточных знаний и собственного живого многопоколенного опыта управления столь сложными системами, завоеватели за исторически короткий срок приводили хозяйство в упадок.

В империи центрально-американского народа майя продовольственное и экономическое благополучие создавалось специальной агротехникой «приподнятых садов», обеспечивавших урожай дважды в году. Их оптимальное функционирование достигалось ювелирно «дозированной» водоподачей. Завоевавшие земли майя тольтски, выходцы из Центральной Мексики, не владели навыками ведения подобного хозяйства. Майянская элита — хранители и носители необходимой информации — были уничтожены или разбежались. За столетие некогда плодородные земли перестали быть таковыми, оказались заброшенными, а через 500 лет испанские завоеватели увидели здесь «дикий» восстановленный ландшафт — сельву.

Победоносные завоевательные войны обеспечивали приток в страну разнообразных ресурсов, благоприятствовавших развитию избыточного потребления. Возникло богатство. Многочисленные рабы выполняли все большее и большее число трудовых операций. Для свободных граждан труд перестал быть необходимостью.

Наиболее яркое и завершенное выражение результаты упомянутых изменений приобрели в Римской империи. Некоторые историки называют римское общество завершающего периода его существования первым

«обществом потребления». Развращенные богатством и праздностью, римляне возвели порок в норму жизни, а человеческую жизнь, как и окружающую среду, рассматривали исключительно в качестве ресурса удовлетворения своих прихотей.

Хорошо известна популярность в римском обществе жестоких боев на аренах цирков. Историки свидетельствуют, что нередко на них выпускали (и убивали) до нескольких сотен львов или других крупных животных.

Водоснабжение многих городов осуществлялось издалека, т.к. водных ресурсов староосвоенных земель не хватало. В разные эпохи и на разных территориях Римского государства многокилометровые трубы водоводов были деревянными и/или свинцовыми. Для первых использовались отборные деревья ценных пород.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >