Типы привязанностей

Особое внимание сторонники теории привязанности уделяли в своих исследованиях поведению матерей. С точки зрения Дж. Боулби, мать привносит в общение с ребенком гораздо больше, чем сам ребенок, поскольку она представляет собой не просто биологический вид, но и несет культурные ценности окружающего социума. Клинический психолог Мэри Эйнсуорт провела исследование, в котором наблюдала малышей и их матерей в домашних условиях в течение первого года жизни детей. В ее работах было показано, что взаимодействие детей и матерей на протяжении первых трех месяцев обладает предсказательной силой для описания поведения на протяжении года. Например, если матери незамедлительно отвечали на плач и крики малыша в первые три месяца, то в конце года их дети, по сравнению с детьми матерей, которые не утруждали себя подобным поведением, значительно меньше плакали. Аналогичные результаты были получены и в широко известной ситуации с незнакомцем. Данная экспериментальная процедура состоит из восьми эпизодов. За младенцами проводится наблюдение в незнакомой для них игровой комнате, где им предоставлялась возможность исследовать игрушки, а также взаимодействовать с незнакомым взрослым в присутствии и в отсутствие матери. Каждое разлучение длилось три минуты или менее, если малыш проявлял слишком сильное беспокойство. Хотя первоначально М. Эйнсуорт разработала эту ситуацию для оценки влияния отсутствия матери на исследовательское поведение малыша, поведение ребенка во время возвращения матери вызвало у психологов неожиданный интерес. Эйнсуорт выделила три типа привязанности: надежный (характерный для 60–70% детей), избегающий (20%) и амбивалентный (примерно 10%).

Надежно привязанные младенцы довольно скоро после прихода в игровую комнату начинали использовать мать в качестве отправной точки для своих исследований. Но когда мать покидала комнату, их познавательная активность снижалась. Иногда они проявляли заметную обеспокоенность. Когда мать возвращалась, ребенок активно ее приветствовал и некоторое время оставался рядом с ней. Как только к нему опять возвращалась уверенность, он с готовностью возобновлял исследование окружающей обстановки. Обычно матери таких детей достаточно сензитивны и быстро реагируют на плач и другие сигналы своих малышей. Такие матери всегда были доступны детям и делились своей любовью, когда малыши нуждались в утешении. М. Эйнсуорт полагала, что такие дети демонстрировали здоровый тип привязанности.

Избегающие, неуверенные младенцы выглядели достаточно независимыми в незнакомой ситуации. Оказавшись в игровой комнате, они сразу же начинали изучать игрушки. Во время своих исследований они не использовали мать в качестве отправной точки в том смысле, что не подходили к ней время от времени. Они ее просто не замечали. Когда мать покидала комнату, они не проявляли беспокойства и не искали близости с ней, когда она возвращалась. Если она пыталась взять их на руки, они старались этого избегать. Подобная независимость может показаться проявлением исключительного здоровья детей, однако, по мнению М. Эйнсуорт, такие дети на самом деле переживают сильные эмоциональные трудности. Матери таких детей, как правило, не отличаются сензитивностью, они склонны, например, к неприятию физического контакта (что рассматривается как скрытое отвержение детей), поэтому их дети ведут себя неуверенно в домашней обстановке. Попав же в новую ситуацию, они выбирают оборонительную стратегию, не надеясь на помощь матери (поскольку та не оказала должной поддержки в прошлом), а наоборот, стараясь забыть о своей потребности в ней. Когда мать возвращалась после эпизодов разлучения, они отказывались на нее смотреть, как бы отрицая какие-либо чувства к ней.

Джон Боулби считал, что такое оборонительное поведение может стать основой самонадеянной и отчужденной личности. Также оказалось, что такие дети в дошкольном возрасте стремятся идеализировать себя в глазах других людей. Это связано прежде всего с тем, что ненадежно привязанные дети на протяжении своей жизни неоднократно переживали нехватку поддержки со стороны родителей. Поскольку малыш не может понять причины такого поведения родителей, он начинает считать, что "родители так поступают, потому что он делает что-то неправильно". Поэтому, чтобы оградить себя от дальнейшего страдания, дети стараются изобразить себя как достойных родительского внимания. Такие дети начинают демонстрировать зависимое поведение, чрезмерно ориентируясь на оценку других детей и взрослых. В дальнейшем это может привести к тому, что ребенок, найдя себе неформального лидера, будет выполнять любые его указания, поскольку постарается психологически "угождать" такому лидеру, попадая тем самым в психологическую зависимость. Интересен тот факт, что подобные парные взаимодействия существуют уже в дошкольном возрасте и могут сохраняться вплоть до подросткового возраста. Удивительно, что находящийся в зависимом положении ребенок, несмотря на явное унижение со стороны ребенка-лидера, не стремится разорвать такие отношения.

Дети, обладавшие амбивалентной привязанностью, в незнакомой ситуации держались настолько близко к матери и так беспокоились по поводу ее местонахождения, что практически не занимались исследованиями. Они приходили в крайнее волнение, когда мать покидала комнату, и проявляли заметную амбивалентность по отношению к ней, когда она возвращалась. Они то тянулись к ней, то сердито отталкивали ее. У себя дома эти матери, как правило, обращались со своими малышами непоследовательно. Иногда они бывали ласковыми и отзывчивыми, а иногда нет. Эта непоследовательность, как утверждала М. Эйнсуорт, оставляла малышей в неуверенности относительно того, будет ли их мать рядом, когда они будут в ней нуждаться. Эти малыши очень расстраивались, когда мать покидала игровую комнату, и настойчиво пытались восстановить контакт с ней, когда она возвращалась, хотя при этом также изливали на нее свой гнев. Как показали дальнейшие исследования, такие дети, с одной стороны, стараются контролировать мать, а с другой – отвергают ее.

Было также обнаружено, что при выполнении умственных задач надежно привязанные дети отличались большим упорством и опорой на собственные силы. Кроме того, такие дети более успешно справляются со стрессом (в частности, с собственными неудачами), потому что знают о том, что они будут эмоционально приняты матерью, несмотря на допущенные ошибки.

Американский психолог Мэри Мейн выяснила, что дети, обладающие надежной привязанностью в дошкольном возрасте, способны к большей по длительности концентрации внимания, а также склонны к позитивным эмоциям во время игры по сравнению с дошкольниками, имеющими избегающую или амбивалентную привязанность. Здесь важно заметить, что такое качество, как упорство (традиционно рассматриваемое как врожденная черта), с точки зрения Дж. Боулби, является результатом уверенности в физической и психологической доступности матери, которая предстает в виде основы самостоятельной работы и решения возникающих проблем. В то же время двухлетние дети, обладающие надежной привязанностью, что показано в работах М. Мейн, принимают помощь взрослого при решении сложных задач, в отличие от амбивалентно привязанных дошкольников, реагирующих на нее криком, плачем и другими негативными проявлениями. Эти данные подтверждают мнение, согласно которому надежно привязанные младенцы демонстрируют наиболее здоровый тип развития.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >