Историческая критика

Следующей, значительной по важности частью труда А. С. Лап- по-Данилевского является глава, посвященная исторической критике. Ученый говорит о необходимости заменить собрание технических правил общим, систематическим и законченным учением о критике. При этом он подчеркивает, что критика преследует свою познавательную цель и поэтому ее нельзя смешивать с учением об интерпретации. «Целью научной критики является установление научно-исторической ценности источника».

Критика, как считает ученый, возникает под влиянием сомнения в ценности того, что интересует исследователя, если историк не устранил своего сомнения путем интерпретации, когда он наталкивается на разногласия между показаниями источников и т. п.

Всякая критика предполагает наличие критерия, в соответствии с которым нечто признается ценным. В научно-исторической критике за такой критерий А. С. Лаппо-Данилевский принимает прежде всего истину (абсолютную и фактическую), а также критерии подлинности или неподлинности, достоверности или недостоверности.

В связи с тем, что источник может иметь научно-историческую ценность в двояком смысле: в качестве исторического факта и в качестве показания об историческом факте, - имеют место различия в познавательных целях, и соответственно ученый различает два вида критики:

  • 1) критика, устанавливающая научно-историческую ценность источника как факта;
  • 2) критика, устанавливающая научно-историческую ценность показаний источника о факте.

Это деление, отмечает ученый, в известной мере совпадает с делением критики на:

  • • «историческую» и «филологическую»,
  • • «внешнюю» и «внутреннюю»,
  • • «критику подлинности» и «критику достоверности». Главная задача первого вида критики состоит в выяснении

подлинности исторического источника. В этой связи А. С. Лаппо- Данилевский рассматривает понятие «подлинность»:

Если историк имеет основание утверждать, что действительный источник есть тот самый факт, каким этот источник представляется ему (что автор его есть действительно то самое лицо, которым он представляется, что этот источник возник в то время и в том месте, которые в нем означены, что этот источник действительно сохранил ту самую форму и то содержание, какие он получил при своем появлении, что он имел действительно то самое значение, какое он сам себе приписывает), он и признает его подлинным.

В качестве критерия установления подлинности ученый называет два понятия.

Во-первых, понятие о единстве или разъединенности сознания. Под единством сознания понимается логическая согласованность мыслей автора, единство цели и ее исполнения в источнике, тождественные или весьма сходные черты творчества в целом ряде произведений одного автора. Если же историк находит противоречивые элементы источника или его частей, то есть замечает в нем разъединенность, то появляется основание сомневаться в его подлинности.

Во-вторых, понятие о соответствии или несоответствии источника той культуре и той индивидуальности, к которой он относится. Чтобы установить соответствие источника с культурой данной местности, А. С. Лаппо-Данилевский предлагает пользоваться приемами систематической типизирующей интерпретации, а с культурой данного времени - приемами эволюционной типизирующей интерпретации. Возможно также сравнительное изучение исследуемого произведения с источниками данной культуры.

Приведенные выше критерии ученый применяет и для того, чтобы установить группы связанных между собой источников. Под группой понимается совокупность источников, находящихся в некоторой зависимости.

Построение группы «родственных» источников состоит прежде всего в установлении того из них, который признается «архетипом», оригиналом или основным источником, повлиявшим на возникновение остальных, производных членов группы (копии, источники, содержащие заимствования из основного и др.). Далее такое построение нуждается в изучении соотношения, в каком зависимые источники находятся между собой. Поиск «архетипа» производится на основании общих критериев подлинности и неподлин- ности источника.

В связи с приведенными выше понятиями А. С. Лаппо-Дани- левский останавливается на вопросе о соотношении оригинала и копии.

По его мнению, единство сознания всецело не отражается в копии, даже если она безупречно выполнена самим автором - и тем более если копия сделана с чужого оригинала. Поэтому копия не может быть признана оригиналом. В то же время «подлинник - это продукт, в котором индивидуальный акт творчества и его исполнение слились воедино». Ученый также считает возможным установить различия между оригиналом и копией при помощи критерия соответствия. Когда произведение соответствует не той культуре или индивидуальности, к которой его относят, то это не оригинал, не подлинник, а копия.

Большой интерес представляют рассуждения А. С. Лаппо-Да- нилевского о так называемых «мнимых источниках». К таковым ученый причисляет плагиат и подделки.

А. С. Лаппо-Данилевский различает плагиат в широком смысле: «умышленное и тайное заимствование какой-либо части чужого произведения, имеющего некоторую ценность» - и плагиат в более узком смысле, который состоит «в присвоении себе чужых открытий, изобретений или оригинальных наблюдений и выводов с намеренным укрывательством самого источника заимствований и без самостоятельной переработки хотя бы формы заимствуемого».

Что касается подделки, то, характеризуя ее природу в широком, психологическом смысле, ученый останавливается на категориях субъекта и объекта такого источника. Под субъектом подделки он понимает «всякого, кто умышленно выдает посредством лжи или обмана свой (изготовленный) искусственный продукт за настоящий. При этом субъект довольствуется лишь внешним сходством между своим продуктом и оригиналом. Объектом подделки является сам поддельный продукт».

С познавательной точки зрения, отмечает А. С. Лаппо-Данилевский, критерий поддельности оказывается сложнее критерия не- подлинности источника. Чтобы прийти к заключению, что изучаемый им продукт поддельный, историк должен вполне конкретно установить личность самого составителя подделки и его мотивы, иметь основания утверждать, что создатель обнаружил в своем творении злую волю, а именно желал выдать путем обмана свой искусственный продукт за настоящий.

Ученый предлагает использовать понятие о поддельном продукте в историко-познавательном и правовом смысле. В историкопознавательном смысле можно умышленно выдавать посредством обмана искусственный продукт за настоящий, если приписывать ему значение действительного источника. При правовом подходе продукту приписывается правовое значение, которого он не имеет. В последнем случае речь идет о подлоге.

В понятии о подделках А. С. Лаппо-Данилевский выделял различные оттенки в зависимости от мотивов их появления и степени искусственности поддельного продукта. Мотивы подделки - это «страсть к подделке», личная выгода, стремление к богатству, славе, генеалогический расчет, политические интересы и т. п. Степень искусственности поддельного продукта может быть частичной или полной. Частичная подделка иногда называется фальсификацией. Следует иметь в виду, что полная подделка может выдаваться или за оригинал, или за копию либо содержать только пересказ мнимого источника, ссылки на него.

Ввиду того что подделка есть искусственный продукт злой воли человека, «материализованной лжи», методы ее обнаружения во многом сходны с методами установления неподлинности источника. Подделка обнаруживается по «искусственности общего вида продукта, его чрезмерной сохранности или, наоборот, демонстративной архаичности» и т. п. Пригоден в этом случае также технический метод интерпретации.

В то же время А. С. Лаппо-Данилевский обращал внимание, что источник может быть подлинным и тем не менее оказаться недостоверным - и наоборот. Поэтому исследователь должен отличать понятия подлинности и неподлинности от понятий достоверности и недостоверности источника.

А. С. Лаппо-Данилевский считал, что в основе критики второго вида, устанавливающей научную ценность показаний источника, лежит понятие о его достоверности или недостоверности.

Главным критерием достоверности, по мнению ученого, является критерий истины - фактической и абсолютной.

Историк признает источник достоверным, если он на основании его показаний о факте может научно судить о том же факте, как если бы он сам испытал или не испытал (историк может приписывать достоверность и такому показанию, которое сообщает, что факт, интересующий историка, не существовал в действительности) его в своем чувственном восприятии. И, наоборот, он считает источник недостоверным, если на основании его показаний он не может суцить о таком факте в вышеуказанном смысле.

Очевидно, что это понятие о достоверности или недостоверности источника сформулировано А. С. Лаппо-Данилевским с теоретико-познавательной точки зрения.

В том случае, если показание не заслуживает признания его безусловно истинным или безусловно неистинным, необходимо выяснить степень его достоверности или недостоверности.

«Степень достоверности показания находится в зависимости от того соотношения, в каком “верные его элементы” находятся ко всей совокупности включенных в показание элементов». Но при этом нельзя довольствоваться их подсчетом, а надо взвешивать значение каждого элемента. Степень недостоверности показания определяется путем выяснения того соотношения, в каком «неверные его элементы» находятся к совокупности всех элементов, образующих показание.

По убеждению ученого, следует иметь в виду, что такое понятие прилагается не к факту, а к знанию о факте, обнаружившемуся в показании о нем. Нельзя говорить о степени достоверности или недостоверности факта, который случился или не случился, но можно рассуждать о степени достоверности или недостоверности знания о факте.

А. С. Лаппо-Данилевский в качестве критерия установления степени достоверности или недостоверности источника предложил ответить на два вопроса:

  • 1) мог или не мог случиться зафиксированный факт;
  • 2) был или не был он в действительности.

При ответе на первый вопрос историк, по утверждению А. С. Лаппо-Данилевского, должен исходить из понятия о систематическом единстве сознания вообще и с позиции соотношения данного показания с «абсолютной истиной» судить о его значении, а именно соответствует оно или нет «законам сознания» и «законам природы».

При ответе на второй вопрос недостаточно довольствоваться критерием «абсолютной истины», необходимо также установить и критерии фактической истины показаний. Главнейшими из них являются понятия о единстве сознания, заключенном в данном показании, и о соответствии произведения с той культурой и той индивидуальностью, к которой он принадлежит.

Историк постоянно пользуется еще одним критерием, пригодным для установления фактической достоверности показаний: знание, которое он получает о каждом новом факте, интересующем его, должно быть поставлено в соответствие с его знаниями об остальных, уже известных ему фактах. По мнению ученого, можно различать две разновидности вышеуказанного соответствия: согласованность (непротиворечие) показаний и совпадение (тождество независимых) показаний.

Для определения достоверности или недостоверности показаний источника самостоятельное значение, как отмечал А. С. Лаппо- Данилевский, имеет изучение генезиса показаний. При этом подробно изучаются обстоятельства и условия возникновения исследуемого показания, причины и мотивы его появления, выясняются условия данного места и времени, положение, которое занимал их автор в обществе. Генезис показаний выясняется в связи с общими свойствами человеческой природы и в зависимости от условий той культуры, в которой они возникли. Подробного изучения требует личность автора или свидетеля.

Завершается «Методология истории» размышлениями А. С. Лаппо-Данилевского об общем значении исторических источников.

Выводы ученого и сегодня не потеряли своего современного звучания. А. С. Лаппо-Данилевский отмечает:

Исторические источники имеют и теоретическое и практическое значение. В теоретическом отношении они важны для познания исторической действительности. В практическом - нужны для того, чтобы действовать в ней и соучаствовать в культурной жизни человечества.

С общей теоретико-познавательной точки зрения исторический источник получает особого рода значение, так как без исторических источников нельзя конструировать историю человечества, о которой можно узнать только из них.

Но, предупреждает ученый, историческое знание, основанное на исторических источниках, оказывается лишь «более или менее вероятным». Во-первых, потому что материал, которым располагает исследователь, довольно «случайного происхождения». И, во-вторых, потому что историку редко удается достигнуть «полного понимания и надлежащей оценки» показаний источника.

Однако, рассуждает далее А. С. Лаппо-Данилевский, благодаря тесной связи между проявлениями культуры случайные пробелы одного рода источников иногда могут восполняться данными других источников. Лакуны, образовавшиеся в данной группе источников или в одном из них, возможно восстановить путем реконструкции архетипа или реставрации утраченных частей. Понятие же о «случайном материале» более применимо к остаткам культуры, чем к историческим преданиям, поскольку «чем важнее факт для определенной социальной группы, тем более вероятно, что он каким-то образом отразится в сознании современников или даже нескольких поколений и вызовет с их стороны какое-либо воспоминание или оценку».

Кроме того, по мнению А. С. Лаппо-Данилевского, историк должен иметь в виду, что каждый источник получает полное «свое значение» лишь в результате его научной обработки. Но во многих случаях интерпретация и критика не могут достигнуть вполне точных результатов и вынуждены довольствоваться «пониманием источника лишь более или менее приближающимся к истине». Следовательно, и выводы, получаемые путем интерпретации и критики источника, легко могут оказаться «лишь более или менее вероятными».

В то же время, подчеркивает ученый, «исторический материал (контролируемый интерпретацией и критикой) все же пригоден для познания исторической действительности». Более того, «чем шире круг источников, к которым историк обращается, тем более он может рассчитывать на достижение своей цели». Далее А. С. Лап- по-Данилевский делает вывод:

Не следует чрезмерно принижать значение исторического материала для познания и построения исторической действительности: он страдает, конечно, существенными пробелами и не всегда поддается успешной интерпретации и критике, но он содержит и такие сокровища человеческой мысли, исследования которых достаточно для того, чтобы конструировать историю нашей культуры, по крайней мере, в главнейших ее чертах и содействовать ее развитию в будущем.

Рассуждая о значении источников для познания и построения исторической действительности, ученый подчеркивает, что сами они оказываются «фактами из истории культуры, возникшими под ее влиянием» и «могут более или менее существенно действовать на се последующее развитие». Свой труд А. С. Лаппо-Данилевский завершает словами означении исторических источников в деле преемственности культуры: «Без постоянного пользования историческими источниками человек не может соучаствовать в полноте культурной жизни человечества».

Таким образом, «Методология истории» представляет собой цельную, теоретически аргументированную концепцию. А С. Лаппо- Данилевский определил задачи методологии источниковедения, сформулировал понятие исторического источника, как центрального звена его научной концепции, соотнес с ним другие теоретические основы науки и методы источниковедческого исследования - классификацию, учения о критике и интерпретации, определение значения исторических источников. Основные вопросы методологии источниковедения ученый рассматривал в системе исторического познания.

На протяжении почти столетия в отечественной историографии доминировала точка зрения о принадлежности А. С. ЛаппоДанилевского к неокантианскому направлению философии истории. Однако в последнее время сформировался иной взгляд, суть которого заключается в том, что философская концепция ученого близка к феноменологии Э. Гуссерля, исходящей из представлений о единстве мира и научного знания о нем. Так, А. С. Лаппо-Дани- левский видел в человечестве особую, наделенную сознанием часть мирового целого (О. М. Медушевская).

А. С. Лаппо-Данилевский творчески переосмыслил современные ему теоретико-познавательные концепции: позитивизм О. Конта, неокантианскую философию В. Виндельбанда и Г. Риккерта, социологические идеи Н. К. Михайловского. С неокантианцами он был нс согласен в противопоставлении номотетичсского и идеографического подходов в науке и считал, что в исторических исследованиях они сосуществуют и взаимодополняют друг друга. Таким образом, главная позиция неокантианства не только не разделялась, но и опровергалась им.

Рассмотрение морфологических особенностей документов на эмпирическом уровне стало основной целью позитивистского направления. Позитивист-историк изучал исторические источники такими и только такими, какими они представлены в непосредственном эмпирическом восприятии.

Философская парадигма, которая оказалась способной соединить философский и эмпирический подходы в единое целое, - это феноменологический подход к историческим явлениям. А. С. Лап- по-Данилсвский как основатель феноменологической концепции методологии истории выдвинул тезис «признания чужой одушевленности», который означает, что существует универсальная связь человека с человеком, определенная возможность их взаимного понимания. Тем самым утверждается возможность одушевленного обмена посредством реализованных продуктов целенаправленной человеческой деятельности. Феноменологическая философия, исходя из тезиса о целостности и системности окружающего мира, позволяет по-новому подойти к осмыслению огромного эмпирического материала, накопленного в области источниковедения. Сходство и различие исторических источников может изучаться как проявление их единства и разнообразия. Оказывается возможным рассмотрение любого из них как исторического явления и применение к ним единого метода раскрытия их источниковых возможностей.

Оценивая вклад своего учителя, С. Н. Валк определил суть концепции А. С. Лаппо-Данилевского как «феноменологию культуры». Создание в начале XX в. феноменологической концепции методологии истории стало решающим историографическим фактом для последующего развития теории и методологии источниковедения.

Список литературы

Источники

Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории / А. С. Лаппо-Дани- левский. - М., 2006.

Лаппо-Данилевский А. С. Очерк русской дипломатики частных актов. Лекции, читанные слушателям «Архивных курсов» при Петроградском Археологическом институте в 1918 г. / А. С. Лаппо-Данилевский. - Пг„ 1920.

Исследования

Валк С. Н. А. С. Лаппо-Данилевский. Очерк русской дипломатики частных актов / С. Н. Валк // Русский исторический журнал. - 1922. - № 8.

Гревс И. М. А. С. Лаппо-Данилевский: Опыт истолкования души / И. М. Гревс // Русский исторический журнал. - 1920. - Кн. 6.

Иванов Г. М. Исторический источник и историческое познание / Г. М. Иванов. - Томск, 1973.

Историческая наука и методология истории в России XX века : К 140-летию со дня рождения академика А. С. Лаппо-Данилевского. - СПб., 2003.

Малинов А. Александр Лаппо-Данилевский: историк и философ / А. Малинов, С. Погодин. - СПб., 2001.

Медушевская О. М. История источниковедения в XIX-XX вв. / О. М. Медушевская. - М., 1988.

Медушевская О. М. Лаппо-Данилевский / О. М. Медушевская // Общественная мысль России XVIII - начала XX века. Энциклопедия. - М., 2005.-С. 249-250.

Медушевская О. М. Методология истории как строгой науки / О. М. Медушевская // Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории : в 2 т. - М. : РОССПЭН, 2010. - Т. 1. - С. 23-84.

Медушевская О. М. Современное зарубежное источниковедение / О. М. Медушевская. - М., 1983.

Медушевская О. М. Теория и методология когнитивной истории / О. М. Медушевская. - М., 2008.

Пронштейн А. П. Теория и методика исторического источниковедения в труде А. С. Лаппо-Данилевского «Методология истории» / А. П. Пронштейн// Источниковедение отечественной истории. 1989. - М., 1989.

Ростовцев Е. А. А. С. Лаппо-Данилевский и петербургская школа / Е. А. Ростовцев. - Рязань, 2004.

Русина Ю. А. Научное наследие А. С. Лаппо-Данилевского (к вопросу о теории и методике источниковедения) / Ю. А. Русина // Документ. Архив. История. Современность : сб. науч. тр. - Вып. 2. - Екатеринбург: Изд-во УрГУ, 2002. - С. 246-263.

Румянцева М. Ф. Александр Сергеевич Лаппо-Данилевский (вступительная статья) / М. Ф. Румянцева // Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории : в 2 т. - М. : РОССПЭН, 2010. - Т. 1. - С. 5-23.

ХмылевЛ. Н. Проблемы методологии истории в русской буржуазной историографии конца XIX - начала XX вв. / Л. Н. Хмылев. - Томск, 1978.

Шмидт С. О. А. С. Лаппо-Данилевский на рубеже эпох / С. О. Шмидт // Путь историка: избранные труды по источниковедению и историографии.-М„ 1997.-С. 167-176.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >