Ошибки в марксистской трактовке собственности

Экономические отношения в различных формах собственности приобретают свое содержание, специфику, механизм реализации во всей системе общественно-экономических отношений, в том числе и товарно-денежных. Поэтому разобраться в отношениях собственности можно лишь в контексте всего экономического строя общества, его механизма хозяйствования.

В марксизме преобладает, с одной стороны, суженный подход к собственности, а с другой - неоправданное расширение ее роли и значения. Рассмотрим марксистскую концепцию собственности.

Согласно К. Марксу, отношения собственности являются решающими во всей системе экономических отношений. Все общественно-экономические формации он делил не только по уровню развития производительных сил, но и по характеру и формам собственности. Так, при низком уровне производительности труда, не позволяющем получать прибавочный продукт и осуществлять поэтому эксплуатацию, в первобытно-общинном обществе господствовала общинная собственность. В рабовладельческом обществе его строй определялся присвоением прибавочного продукта на основе эксплуатации рабского труда, предпосылкой чему служила собственность (частная или государственная) не только на предметы и орудия труда, но и на саму рабочую силу - рабов. Феодализм характеризуется частной (и государственной) собственностью на землю и личной зависимостью крестьян. Капитализм основан на частной собственности и наемном труде в условиях господства крупного машинного производства.

Основной порок капитализма К. Маркс видел в антагонистическом противоречии между общественным характером производства (развитое разделение машинного труда в обществе и его кооперация в самом широком общественном масштабе) и частной формой присвоения (частной собственностью). Частная капиталистическая собственность, по К. Марксу, имеет четыре кардинальных недостатка: 1) обусловливает эксплуатацию труда капиталом; 2) приводит к стихийному рыночному регулированию хозяйства, в то время как его общественная природа требует непосредственного планового управления им со стороны общества; 3) концентрирует общественное богатство у класса капиталистов, что рождает противоречие между расширением производства и узким платежеспособным спросом населения (последнее в сочетании с рыночной стихией и кредитом, способствующим расширению производства, периодически приводит к жестоким кризисам); 4) фетишизирует общественную жизнь, причем не только субъективно, но и объективно, приводя к овеществлению общественных отношений, когда люди не сами непосредственно их устанавливают, но подчиняют свои отношения и свою судьбу движению товаров и денег на рынке. Сам по себе товарный фетишизм возник одновременно с товарным производством, но завершенного развития достиг при капитализме, когда рабочая сила превратилась в товар. Выход из антагонистического противоречия капитализма представлялся К. Марксу на пути революционной замены частнокапиталистической собственности общественной, для чего созрели, по его мнению, предпосылки в виде крупного машинного производства и пролетариата, способного взять власть и методом диктатуры обеспечить установление всеохватывающего господства общественной собственности на средства производства, плановое ведение всего общественного хозяйства, заменяющего рыночное регулирование экономики, в связи с чем все товарно-денежные отношения ликвидируются. Для этого в пролетариат нужно внести сознание и организованность, что и является функцией партии марксистского типа. Всю сущность своего учения К. Маркс, Ф. Энгельс и их последователь В.И. Ленин сводили к общественной собственности на средства производства и главному орудию ее обеспечения - диктатуре пролетариата. В. И. Ленин в своей деятельности, не меняя этой доктрины в целом, сделал основной акцент на партию и монополию ее власти. "Партия - ум, честь и совесть нашей эпохи", - провозгласил он. Но только не все самые умные, честные и совестливые стали концентрироваться в партии, а наоборот, всевозможные шизофреники на социальной почве, властолюбцы, корыстолюбы, преступники, а также масса честных людей, либо обманутых, либо вынужденных служить обществу на условиях формального соблюдения установок партии, поскольку всякая активность, в том числе профессиональная, разрешалась лишь под эгидой партии. Со времен В.И. Ленина всякий негодяй, пробившийся на высокий партийный пост, получал статус ума, чести и совести всей эпохи.

Помимо прочего, кардинальный недостаток марксистской концепции собственности в том, что тезис об установлении общественной собственности на средства производства носит декларативный характер и явно утопичен. Ведь чтобы его конкретизировать, нужно показать, каким образом общество способно организоваться само без помощи рынка, а значит, и капитала, наличие которого неизбежно в условиях рынка. Только самоорганизованное общество способно сообща владеть средствами производства. К. Маркс и Ф. Энгельс из этого затруднения вышли очень просто, заявив, что детали будущего общества конкретизируют его непосредственные строители, что для определения деталей нужно начать строить социализм, в противном случае всякая конкретизация будет не наукой, а прожектами. В.И. Ленин, приступивший к строительству социализма, переадресовать проблему потомкам уже не мог. И какую же самоорганизацию общества он нашел? Массовый террор против имущих классов, духовенства и всех несогласных с большевизмом. Хлебную монополию государства, чтобы давлением голода преодолеть пассивное сопротивление масс. Железную, казарменную дисциплину для всех трудящихся при обеспечении им взамен ничтожно низкого прожиточного минимума. Ведь все ресурсы были нужны для разжигания пламени мировой революции, если не в форме прямой войны (до такой степени авантюризма Л.Д. Троцкого В.И. Ленин не дошел), то в форме подрыва капиталистического мира изнутри. Когда эта ленинская политика потерпела провал, под ногами большевистской власти разверзлась пропасть, вождь решил отступить, заявив, что жизнь показала нашу ошибку, необходим пересмотр всей точки зрения на социализм. Для спасения власти и ее идей В. И. Ленин предложил нэп, т.е. возврат к самоорганизации общества через рынок. Но при этом гений революции призывал отдавать под суд и строго карать хозяйственных руководителей, не сумевших обеспечить должный уровень экономической эффективности. Как здесь не вспомнить высказывание К. Маркса о том, что насилие - повивальная бабка нового общественного строя.

Вся последующая практика применения социал-коммунистической доктрины в СССР так и не обеспечила установления общественной собственности на средства производства. Период перестройки, несмотря на провозглашение ряда прогрессивных лозунгов в сфере собственности, принятие многих законов, декларирующих эти лозунги, но пораженных под корень своей половинчатостью и непоследовательностью, не сумел сколько-нибудь существенно поколебать тоталитарную собственность государства на львиную долю средств производства и общественного богатства.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >