Эстетические категории

В числе основных категорий эстетики: эстетическое, прекрасное, безобразное, возвышенное, низменное, трагическое, комическое, ироническое, мимезис, катарсис, художественный образ, символ, симулякр, канон, художественный стиль, искусство, игра, эпатаж и т.д. Никакого исчерпывающего перечня эстетических категорий не существует, с изменением сферы эстетического меняются и те общие понятия, которые необходимы для ее анализа.

В традиционной эстетике утверждалось, что основной категорией является прекрасное и, соответственно, искусство призвано представлять мир в модусе красоты. Однако более важная задача искусства – расширение и углубление многообразной жизни человеческой души. Красота не единственное измерение человеческого существования и не единственная ценность, реализуемая искусством. Задача искусства шире и сложнее – делать душевную жизнь человека более динамичной и разнообразной, и только в частности – давать ему образцы прекрасного.

Традиционная эстетика видела главное предназначение искусства, как и вообще эстетического созерцания, в том, чтобы доставлять человеку удовольствие. Иногда говорилось об особом эстетическом удовольствии. Искусство создает красоту, красота – источник удовольствия, ради этого специфического удовольствия, доставляемого созерцанием красоты, и существует искусство. Ради удовольствия существует всякое эстетическое созерцание.

Тема связи красоты с удовольствием проходит через всю историю старой эстетики. Не вдаваясь в детали, можно отметить следующее.

Созерцание далеко не всякого произведения искусства порождает в душе человека удовольствие, и не всегда, когда мы испытываем эстетическое удовольствие, это связано с восприятием красоты. Особенно это очевидно в случае современного искусства, зачастую пытающегося не столько доставить человеку наслаждение, сколько шокировать его, выбить из привычной колеи, дыбом поднять волосы на его голове и т.п.

В пьесе Э. Ионеско "Лысая певица" герои говорят о болгарском бакалейщике Розенфельде и докторе Маккензи-Кинге. Первый из них – "большой специалист по йогурту. Окончил институт йогурта в Лндрианополе. Завтра же надо будет купить у него большой горшок болгарского фольклорного йогурта. Такие вещи редко встретишь у нас в окрестностях Лондона. Йогурт прекрасно действует на желудок, почки, аппендицит и апофеоз. Это мне доктор Маккензи-Кинг сказал, который лечит детей наших соседей, у Джонсов. Он хороший врач. Ему можно верить. Он никогда не пропишет средства, которое бы на себе не испробовал. Прежде чем оперировать Паркера, он сперва сам лег на операцию печени, хотя был абсолютно здоров. – Так почему же доктор выкарабкался, а Паркер умер? – Потому что операция доктора прошла удачно, а операция Паркера неудачно. – Значит, Маккензи плохой врач. Операция должна была пройти удачно в обоих случаях либо в обоих случаях дать летальный исход. – Почему? – Добросовест ный врач умирает вместе с больным, если оба они не выздоравливают. Капитан корабля вместе с кораблем гибнет в волнах. Если тонет корабль, он не может остаться в живых".

Какая красота может содержаться в этом абсурдном разговоре? Тем не менее зритель или читатель пьесы, несомненно, получает эстетическое удовольствие. Но не от соприкосновения с прекрасным, а от пронизанного комизмом абсурда происходящего на сцене.

На картине английского художника Роджера Бэкона "Портрет Джорджа Дайера на велосипеде" на розово-фиолетовом фоне представлен молодой человек, мчащийся на велосипеде. Лицо этого человека затемнено, но удается угадать, что он очень доволен. В центре головы намечен вырез, через который смотрит внимательный, несколько настороженный глаз. Фигура человека размыта, на месте переднего колеса велосипеда катятся сразу три зеленоватых обода, заднее колесо одно, но оно как будто сломано. Внизу валяется какая-то неопределенная жестянка с длинной ручкой. Бэкон прекрасно передает радость жизни, удовольствие несколько легкомысленного молодого человека от езды на велосипеде. Но очевидно, что данная картина, как и все творчество этого художника, да и большая часть современного искусства, не соответствуют предписанию классической эстетики – изображать прекрасное, чтобы вызвать у зрителя эстетическое удовольствие.

Эстетическое – это не столько красота, сколько столкновение прекрасного и безобразного, возвышенного и повседневного, трагического и фарсового, серьезного и игрового, рассудочного и чувственного, последовательного и абсурдного и т.д. Искусство, воплощающее эстетическое видение мира в наиболее прозрачной и чистой форме, если и сосредоточивается на прекрасном, то, скорее, не на прекрасном, существующем в реальности, а на прекрасном изображении всего того, что интересно человеку и что расширяет его опыт, будь то отвратительное, скучное, банальное и т.п.

Переход от традиционной к современной эстетике сделал очевидным изменение той системы категорий, или системы координат, в рамках которых эстетика рассуждает об искусстве.

Современная эстетика включила все основные понятия традиционной эстетики, существенно переосмыслив их содержание. Она принципиально изменила старую иерархию категорий и ввела целую серию новых категорий, без которых, как выяснилось, не является возможным достаточно полный анализ не только современного эстетического видения и искусства, но и эстетического видения и искусства предшествующих эпох. В числе новых категорий можно упомянуть: художественный стиль, тенденцию в развитии искусства, художественное пространство, художественное время, игру, абсурд, лабиринт, повседневность, символ, симулякр (нерепрезентативный образ, образ несуществующего объекта), деконструкцию (разложение имеющейся конструкции) и др.

Современная эстетика исходит из мысли, что история искусства, как и сама человеческая история, представляет собой последовательность индивидуальных и неповторимых событий. В ней нет никаких общих законов, определяющих ее ход и предопределяющих будущее. Каким окажется будущее, во многом зависит от деятельности самого человека, от его ума и воли. В эстетике невозможны какие-либо предсказания, опирающиеся на научные законы ("законы развития искусства"), хотя в ней возможны предсказания, основывающиеся на знании причинных связей и устойчивых тенденций в развитии искусства. Будущее является открытым не только для индивидов, но и для отдельных обществ и для человечества в целом. Вместе с тем будущее в известной мере определяется каузальными связями, имеющимися между существующими явлениями и уже успевшими сложиться и проявить себя тенденциями развития. Предсказание развития искусства в будущем является сложным, во многом такое предсказание ненадежно, но тем не менее оно возможно.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >