Ризома

Примером децентрации и деконструкции является обращение к модели ризомы — корневища.

Жиль Делёз (1925—2995) и Феликс Гваттари (1930—1992) в произведении «Тысяча плато: Капитализм и шизофрения» (1980) отмечали, что мифопоэтическая модель мирового древа стала господствовать над западной реальностью и всей западной мыслью, объясняя это тем, что у Запада привилегированные отношения с лесом, с вырубкой леса. Древовидный тип имеют сельскохозяйственные растения и животные, дихотомическая логика и структура социума (например, «отрасли» права). В дереве важна вертикаль, иерархия корня, ствола, ветвей, т.е. порядок, жесткая осевая ориентация и наличие ствола — магистрали развития.

Представитель Франкфуртской критической школы Теодор Адорно (1903—1969) обращал внимание на политическую подоплеку мышления «корнями»: «Категории “корней”, “истоков” сами принадлежат господину; они легитимируют того, кто первый достиг цели, потому что он уже был у цели; коренного жителя в противоположность переселенцу, оседлого в противоположность мобильному. Истоки — вот что привлекает, потому что не хочется дать себя обмануть производным, идеологичным; но сами истоки — это идеологический принцип»[1].

Поэтому понятным является уклонение от модели мирового древа. «Мы устали от дерева. Мы нс должны больше верить деревьям, их корням, корешкам, мы слишком пострадали от этого. Вся древовидная культура основана на них — от биологии до лингвистики»[2], — пишут Делёз и Гват- тари.

Ризома интерпретируется как сетевидная структура, в которой любая точка может и должна быть связана с любой другой ее точкой[3]. В отличие от метафоры «корня» как предполагающего жестко фиксированную конфигурацию и генетическую (осевую) структуру, ризома есть «корешок», т.е. «корневище-луковица» или сеть «корневых волосков» с непредсказуемыми переплетениями.

В действительности возможны следующие виды построения сети: а) полносвязное (каждый с каждым), при котором любой узел имеет прямые связи со всеми остальными узлами; б) узловое, при котором несколько пунктов группируются в узлы и последние соединяются между собой; в) радиальное (звездообразное), при котором имеется лишь один узел с расходящимися линиями по радиусам к другим пунктам. Полносвязные и узловые сети надежны, но затратны. Радиальная сеть не имеет путей резервирования и не гарантирует непрерывность связи. Оптимальна радиально-узловая система, имеющая обходные, резервные пути и два-три независимых выхода к любому узлу связи.

Ризоморфная структура характеризуется:

  • — открытой архитектурой, допускающей сборку и досборку, включение дополнительных модулей;
  • - ацентризмом, когда нет ни начала, ни конца, но всегда посреди («межбытие»);
  • — принципом незначащего разрыва, который всегда может быть компенсирован;
  • - способностью устанавливать неожиданные связи, соединения, альянсы;
  • — возможностью движения по разным направлениям, растекания и запутанного блуждания с отступлениями, вариациями и повторениями;
  • — множеством входов и выходов, направлений роста.

В своей процессуальности конкретная конфигурация ризомы непредсказуема. В ней возможно выделение временно актуальных соотношений — плато.

«Кто мы? Откуда мы? Куда мы идем?» — это самые бесполезные вопросы, по мнению Делёза и Гваттари. Каждая позиция является одновременно и началом, и концом, и серединой пути. Нужно быть ускользающим в пути, а не начинать и не заканчивать.

Согласно Ж.-П. Сартру, обеспечиваемое более высокой скоростью движения ускользание (и скольжение) — это «восхитительный образ власти», противоположный укоренению: «Корень наполовину уже ассимилирован в земле, которая его питает; он — живая конкретность земли; он может использовать землю, только делаясь землей, т.е. в определенном смысле подчиняясь материи, которую он хочет использовать» («Бытие и ничто», 1943). В идеале скольжение не оставляет следа, но сосредоточивает и уплотняет несущее бытие, мимолетно его организуя. «Отсюда, — поясняет Сартр, — известный совет: “Скользите, смертные, не опирайтесь”, что не означает: “Оставайтесь на поверхности, не углубляйтесь”, но напротив: “Реализуйте синтезы в глубине, но не подвергайте себя опасности»[4].

  • [1] Адорно Т. Негативная диалектика. М., 2003. С. 143.
  • [2] Делёз Ж., Гваттари Ф. Тысяча плато: Капитализм и шизофрения. С. 26.
  • [3] В представлении Делёза и Гваттари, Амстердам — город, который совсем не укоренен,город-ризома со своими каналами-стеблями. См.: Делёз Ж., Гваттари Ф. Тысяча плато:Капитализм и шизофрения. С. 27.
  • [4] Сартр Ж.-П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии. Мм 2000. С. 587.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >