Правовая природа договора международной перевозки груза

Рассматривая правовую природу договора международной перевозки груза, следует отметить, что, за исключением проанализированных особенностей, он не имеет принципиальных отличий от договора внутренней перевозки груза. Поэтому при его анализе необходимо ориентироваться на оценки, относящиеся в равной степени и к этому договору. Они разные, а споры относительно характера данного договора имеют давнюю историю. Ведутся они в юридической литературе и в настоящее время. Рассмотрение основных точек зрения на указанную проблему приводит к выводу о том, что этот договор не относится к числу классических гражданско-правовых договоров. Поэтому все попытки причислить его к тому или иному типу (виду) обречены на неудачу. Достаточно привести наиболее распространенные мнения, чтобы понять бесперспективность стремления их авторов безоговорочно "подогнать" этот договор под ту или иную типовую модель договора.

В ранних работах, посвященных договору перевозки груза, предлагалось считать грузоотправителя и грузополучателя одной стороной в договоре. В более поздних трудах и современных публикациях высказаны две основные точки зрения. Согласно одной из них договор перевозки груза – это трехсторонний договор, в котором участники обладают как правами, так и соответствующими обязанностями. Другую представляют авторы, квалифицирующие договор перевозки груза как договор в пользу третьего лица. Следует ознакомиться с доводами, которые авторы этих концепций приводят в обоснование своих позиций.

Мнение о том, что в договоре перевозки груза грузоотправитель и грузополучатель представляют одну сторону, а перевозчик – другую, обосновывалось ссылкой, во-первых, на право грузополучателя передавать грузоотправителю свои права по требованию к перевозчику, а, во-вторых, – на принадлежность права требования к перевозчику при полной утрате груза и переборе провозных платежей в одинаковой мере как грузоотправителю, так и грузополучателю, в зависимости от того, кто из них располагает необходимыми документами. Следующий аргумент заключается в том, что при прибытии груза в пункт назначения всю ответственность перед перевозчиком по перевозке несет грузополучатель. Авторы утверждали, что грузополучатель становится субъектом договора перевозки груза с момента его заключения грузоотправителем и перевозчиком.

Эта теория представляется не совсем корректной, так как грузоотправитель и грузополучатель все же не располагают одинаковыми правами и обязанностями. При анализе транспортных уставов и кодексов видно, что грузоотправитель и грузополучатель, напротив, обладают различными правами и обязанностями, которые возникают из договора (например, грузоотправитель обязан уплатить провозные платежи, а грузополучатель – принять поступивший в его адрес груз, произвести его выгрузку и вывоз с территории перевозчика). Кроме того, грузоотправитель и грузополучатель несут различную ответственность перед перевозчиком (в частности, грузоотправитель – за просрочку внесения провозной платы, неправильное указание в транспортной накладной наименования груза или его свойств, предъявление запрещенного для перевозки груза; грузополучатель – за задержку (простой) транспортного средства под выгрузкой, непроведение его очистки после выгрузки груза). Наконец, грузополучатель, как правило, не знает, ни когда именно заключается договор перевозки груза, ни его условий, поэтому он не может стать субъектом этого договора с момента его заключения, каковым становится грузоотправитель.

Точка зрения о том, что в договоре перевозки грузоотправитель и грузополучатель представляют одну сторону, а перевозчик – другую, может быть поддержана только при одном условии: когда грузоотправитель адресует груз себе, т. е. когда грузоотправитель и грузополучатель "совпадают" в одном лице. На практике такая ситуация встречается нечасто. Типовой же характер отношений – это отношения между тремя субъектами: грузоотправителем, перевозчиком и грузополучателем. В этих отношениях грузоотправитель и грузополучатель не могут представлять одну сторону. Они вступают в договорные отношения в разное время, обладают различными правами и обязанностями и несут различную ответственность.

По поводу трехстороннего характера договора перевозки груза достаточно развернутая аргументация дана В. А. Егиазаровым. По его мнению, заключение договора перевозки грузов можно разделить на две части. Первая часть – это заключение договора перевозки между грузоотправителем и перевозчиком, в соответствии с которым грузоотправитель сдает в надлежащем порядке груз, а перевозчик принимает его и обязуется доставить по назначению. Вторая часть – это вступление в договор перевозки грузополучателя. Этим моментом следует считать получение коносамента, который поступает, как правило, в адрес получателя груза задолго до самого груза. Именно с этого момента у грузополучателя возникают не только права, но и обязанности (принять груз, уплатить провозные платежи и т.д.).

Далее автор пишет: "Важным условием является то, что момент получения грузовой квитанции следует считать временем вступления грузополучателя в договор перевозки. Однако может случиться так, что грузополучатель не получил грузовую квитанцию по каким-либо причинам. Возникает вопрос – можно ли полагать, что в этом случае грузоотправитель считается стороной договора? Анализ транспортного законодательства позволяет считать, что грузополучатель вступает в договор независимо от того, получил он грузовую квитанцию или нет. Например, согласно ст. 37 ТУЖД грузополучатель может переадресовать груз. Вышеизложенное позволяет считать договор перевозки грузов трехсторонним договором, все участники которого имеют права и несут обязанности".

Уязвимость этой позиции в том, что она противоречит положениям ГК РФ, относящимся к понятию договора. В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или о прекращении гражданских прав и обязанностей. Его условия определяются сторонами договора (п. 4 ст. 421 ГК РФ). Следовательно, если бы грузополучатель являлся стороной договора перевозки груза, он участвовал бы в выработке условий договора и в его заключении. Однако ничего этого не происходит. Исходя из закрепленного в международных конвенциях и соглашениях, в ГК РФ, транспортных кодексах и уставах порядка заключения договора перевозки груза и его выполнения грузополучатель не только не участвует в выработке условий договора, но и не имеет возможности выразить свое волеизъявление на его заключение.

Наиболее близким к правильному пониманию характера договора перевозки груза является мнение о том, что это договор в пользу третьего лица. Внешне доводы сторонников этой позиции выглядят весьма убедительными. Авторы отмечают, что данному договору присущи следующие два признака, которыми он отличается от других договоров:

  • – в таком договоре предусмотрено, что должник обязан исполнить свое обязательство не кредитору, а третьему лицу (указанному или не указанному в договоре);
  • – третье лицо, в пользу которого должно быть произведено исполнение, наделено самостоятельным правом требования в отношении должника по договорному обязательству (п. 1 ст. 430 ГК РФ).

Сторонники рассматриваемой позиции указывают, что за кредитором сохраняется право требовать от должника исполнения обязательства, но это право может быть реализовано кредитором только в том случае, когда третье лицо, в пользу которого обусловлено исполнение договорного обязательства, откажется от своего права требования к должнику. Данное положение означает, что право требования третьего лица, в пользу которого заключен договор, имеет преимущество перед правом требования, принадлежащим кредитору в договорном обязательстве.

Далее авторы отмечают, что новое положение в правовом регулировании договоров в пользу третьего лица заключается в том, что с момента выражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться своим правом по договору сторонам в договорном обязательстве – должнику и кредитору – запрещается изменять или расторгать договор без согласия третьего лица. Иное может быть предусмотрено законом, иным правовым актом или договором.

Требование третьего лица к должнику исполнить обязательство по своему содержанию аналогично требованию кредитора в этом обязательстве. Поэтому предусмотрено право должника выдвигать требования к третьему лицу, т. е. возражения, которые он мог бы выдвинуть против кредитора.

Наличие у третьего лица самостоятельного права требования от должника исполнения обязательств позволяет отграничить договор в пользу третьего лица от обычных договоров, предусматривающих исполнение обязательств третьему лицу. В этом случае третье лицо является лишь лицом, управомоченным принять исполнение обязательства от должника (ст. 312 ГК РФ). На основании вышеизложенного авторы делают вывод, что договор перевозки грузов является договором в пользу третьего лица.

Однако имеется существенный момент, который подрывает приведенную концепцию. По закону (ст. 430 ГК РФ) третье лицо, в пользу которого заключен договор, наделено только правом требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу, но не обязанностями. Между тем внутреннее транспортное законодательство возлагает на грузополучателя весьма существенные обязанности, в том числе принять груз, разгрузить его, произвести окончательные расчеты за перевозку, вывезти его. На это обстоятельство обращают внимание многие юристы. Международные транспортные источники также содержат аналогичные нормы. Они закреплены, например, в КДПГ (ст. 13) и в Соглашении об общих условиях перевозки грузов в международном сообщении по р. Дунай 1989 г. (ст. 8).

В ответ на это возражение В. В. Витрянский пишет: "Возложение на грузополучателя ряда обязанностей никак не может служить препятствием для квалификации договора перевозки груза в качестве договора в пользу третьего лица. Дело в том, что указанные обязанности возлагаются на грузополучателя отнюдь не договором перевозки, а императивными нормами закона".

Из приведенного рассуждения можно сделать вывод о том, что императивные нормы никак не влияют на условия заключаемых договоров. Именно к такому выводу приходит В. В. Витрянский, подчеркивая далее, что "императивные нормы являются для сторон, вступающих в договорные отношения, внешними правилами, определенными нормативными рамками, никак не связанными с условиями конкретного договора, которые должны вырабатываться соглашением сторон".

Но императивные нормы являются обязательными для сторон договорных отношений. В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК РФ "договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения". Поэтому презюмируется, что стороны принимают такие правила в качестве обязательных условий договора. В противном случае договор противоречит закону и квалифицируется как недействительная сделка со всеми вытекающими правовыми последствиями. На это обращают внимание авторы комментария к ГК РФ: "Если договор противоречит закону, т. е. содержит запрещенные условия или не содержит предписываемых условий, либо не соответствует закону в каком-то ином отношении, то применяются соответственно правила ст. 168, 189 ГК о недействительности противозаконных сделок и их последствиях".

Идея о неразрывной связи императивных норм с условиями договора закреплена и в международных транспортных источниках. Так, в Конвенции ООН о международных смешанных перевозках грузов 1980 г. указывается, что императивная норма национального права означает любую норму закона, относящуюся к перевозке грузов, от положения которой нельзя отступать посредством принятия договорного условия в ущерб грузоотправителю (п. 9 ст. 1).

Таким образом, попытку В. В. Витрянского доказать, что обязанности грузополучателя возлагаются на него не договором, а императивными нормами, которые никак не связаны с условиями договора перевозки груза, нельзя признать удачной.

Представляется, что точка зрения, согласно которой договор перевозки груза является договором в пользу третьего лица, может быть применена лишь к международным перевозкам грузов, урегулированными только теми нормативными источниками, в которых закреплено право грузополучателя требовать от перевозчика выдачи ему груза. Оно закреплено в Монреальской конвенции 1999 г., согласно которой грузополучатель имеет право "требовать от перевозчика с момента прибытия груза в пункт назначения выдачи ему груза после уплаты причитающихся платежей и выполнений условий перевозки". Таким же правом грузополучатель наделен и п. 1 ст. 10 Будапештской конвенции о договоре перевозки грузов по внутренним водным путям (КПГВ) 2001 г.

Понятно, что указанное право может быть реализовано грузополучателем только путем принятия груза: проверки его состояния, пересчета, разгрузки, вывоза с грузовой территории перевозчика, т.е. путем выполнения определенных обязанностей. Они являются вторичными по отношению к праву грузополучателя, по сути, способом его реализации.

Таким образом, вряд ли можно признать продуктивным стремление ученых-юристов причислить договор перевозки груза к какой-либо одной из известных цивилистике типовых договорных моделей. Данный договор обладает присущей только ему особенностью, связанной с правовым статусом грузополучателя, который как самостоятельный субъект вступает в договорные отношения при наличии указанных в транспортном законодательстве соответствующих юридических фактов. Ими являются, например, извещение грузополучателя о доставке в его адрес груза (п. 1 ст. 16 УАТ-ГНЭТ), вручение ему транспортной накладной (п. 2 ст. 78 КВВТ), согласование грузоотправителем с грузополучателем вопроса об оплате перевозки груза грузополучателем на железнодорожной станции назначения при доставке его адресату (ст. 30 УЖТ), переадресовка груза (ст. 31 УЖТ) и др. Указанная особенность свидетельствует о самодостаточности договора перевозки груза, который занимает свою нишу во всем многообразии договорных конструкций.

Договор перевозки груза не относится к числу классических гражданско-правовых договоров. Поэтому все попытки причислить его к тому или иному типу (виду) обречены на неудачу. Достаточно ознакомиться с наиболее распространенными точками зрения, чтобы понять бесперспективность стремления их авторов безоговорочно "подогнать" этот договор под ту или иную типовую модель договора.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >