Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Геополитика современного мира

Конфликты низкой интенсивности: геополитика "управляемого хаоса"

Войны нового века: метаморфозы насилия

Выдающийся немецкий военный теоретик Карл фон Клаузевиц (1780-1831) определял войну как "столкновение двух живых сил", конечной целью которого является "сокрушение противника". Он с нескрываемой иронией относился к "филантропам", которые воображали, что возможно обезоружить и сокрушить противника искусственным образом, без особого кровопролития. В то суровое время введение в философию войны принципа ограничения и умеренности представлялось полнейшим абсурдом. Однако спустя два столетия, в начале нынешнего века, взгляды на философию войны коренным образом изменились.

Формальное объявление войны - дело достаточно далекого прошлого. Пожалуй, эта традиция в полной мере соблюдалась европейцами последний раз во время Второй мировой войны, когда послы Франции и Великобритании уведомили нацистскую Германию о начале военных действий (3 сентября 1939 г.). Но, к сожалению, отказ от формального объявления войны не привел к прекращению реальных военных столкновений. Современный мир полон затяжных кровавых конфликтов, которые начинаются и продолжаются без каких-либо официальных предупреждений. Аналитики даже придумали новый термин, характеризующий современную геополитическую ситуацию, - "новый глобальный беспорядок", а военные ввели в оборот понятия конфликтов низкой интенсивности и суррогатных войн, чтобы операционально объяснить новые подходы к ведению военных действий.

В 2002 г. в Нидерландах в рамках Международной программы исследований причин нарушения прав человека (РЮОМ) был опубликован отчет, посвященный динамике конфликтов в современном мире. По данным отчета, в 2001 г. в мире было зафиксировано 23 конфликта "высокой интенсивности", унесших жизнь 125 тыс. человек, 79 "конфликтов низкой интенсивности" (в каждом из которых погибло от 100 до 1 тыс. человек), а также 38 "конфликтов с элементами насилия", где погибли от 25 до 100 человек в каждом случае. И лишь в 35 странах современного мира не было вообще зафиксировано военных конфликтов. Таким образом, конфликты низкой интенсивности стали тревожным симптомом современной геополитической ситуации.

Конфликт низкой интенсивности в геополитике можно определить как военное столкновение ниже порога стратегической войны, без подключения основных военных сил противоборствующих сторон. Такие конфликты не имеют четкой локализации в пространстве и во времени, ведутся на территории обеих сторон с применением террористических актов и локальных военных операций.

Новый взгляд и новое мировоззрение

Причины широкого распространения конфликтов низкой интенсивности и как следствие - высокой геополитической нестабильности современного мира многообразны.

Первым фактором, который, но существу, исключает тотальные войны между высокоразвитыми странами и предполагает наличие конфликтов низкой интенсивности, является высокая разрушительная сила оружия массового уничтожения, что делает стратегические войны бессмысленными актами взаимного истребления. Поэтому военные операции развитых стран против более слабых государств сегодня ведутся с помощью высокоточного оружия, и их целью является разоружение и подчинение противника, а не его полное уничтожение. Наиболее известные примеры последних лет - военные операции США в бывший Югославии, Афганистане и Ираке, после проведения которых эти страны погрузились в перманентное состояние конфликтов низкой интенсивности.

Вторым фактором, ведущим к развязыванию подобного рода конфликтов, являются тайные операции спецслужб, которые организуют так называемые суррогатные войны - особый метод ведения тайных военных действий. Эксперты считают важными признаками таких нетрадиционных войн присутствие государств-спонсоров, которые действуют конспиративно, привлечение специалистов спецслужб для вербовки и финансирования банд наемников, обычно под дипломатическим прикрытием, использование тактики внезапности, предоставление значительных ресурсов и новейшего оружия, обладающего большой поражающей силой.

Некоторые специалисты вполне откровенно перечисляют этапы работы, необходимой для подготовки суррогатной войны в целях смены режима в нужной стране:

  • 1) выберите режим, который необходимо сменить;
  • 2) очерняйте режим в публичных высказываниях, критически освещайте в прессе;
  • 3) подчеркивайте, что это государство находится в черном списке госдепартамента США:
  • 4) подчеркивайте, что данное государство имеет связи с иностранными террористическими организациями;
  • 5) любыми способами объединяйте эти террористические организации с "Аль-Каидой";
  • 6) объединяйте угрозы Израилю с угрозами США;
  • 7) подчеркивайте наличие у выбранного режима оружия массового поражения;
  • 8) используйте доктрину превентивного удара, в соответствии с которой возможность угрозы оправдывает односторонние действия США;
  • 9) получите добро конгресса на действия против режима;
  • 10) получите, если это возможно, резолюцию ООН, которая может оправдать военные действия;
  • 11) описывайте сопротивление ООН планам но смене режима в терминах ее неадекватности, коррупционности и устарелости;
  • 12) описывайте сопротивление союзников как эгоизм и антиамериканизм;
  • 13) поддерживайте новых союзников, жаждущих помочь в смене режима;
  • 14) вторгайтесь и оккупируйте.

Третий фактор, способствующий распространению конфликтов низкой интенсивности, - так называемые цветные революции, сценарий которых был успешно апробирован в Словакии, Сербии, Грузии, Киргизии, Молдавии, на Украине, после чего обстановка в этих странах надолго дестабилизировалась. Сценарий "бархатной революции на экспорт" предусматривает наличие "спонсоров" революции, финансирующих "революционные молодежные организации" и "оппозиционные политические партии", лидеры которых являются держателями грантов влиятельных западных фондов, направленных на "развитие демократии". Известно, например, что американский финансовый магнат Джордж Сорос (р. 1930) выделил огромные суммы на поддержку "оранжевой революции" на Украине. Кульминационным моментом "бархатной революции" являются массовые выступления молодежи на центральной площади столицы в поддержку оппозиционного кандидата в президенты во время выборов, которые разворачиваются в виде перманентного шоу-концерта с участием популярных молодежных певцов и музыкантов, поддерживающих молодежную аудиторию в состоянии песенно-музыкального экстаза.

Этот сценарий появился в арсенале современных политтехнологов в ответ на тревожную статистику: предполагалось, что к 2020 г. население беднейших регионов мира будет состоять в основном из молодежи - контингента наиболее беспокойного в политическом отношении. По данным доклада ЦРУ за 2001 г., ожидалось, что население в возрасте до 30 лет к 2020 г. составит соответственно в Азии - 47%, на Ближнем Востоке и в Северной Африке - 57%, в зоне к югу от Сахары - 70%. При этом в большинстве стран не будет условий для успешной интеграции молодежи в общество1. Все это позволило американским политикам предположить, что бесправная и разгневанная молодежь, лишенная всякой надежды, будет самым яростным оппонентом международного порядка, который хочет установить Америка.

Исторические аналогии здесь напрашиваются сами собой: в начале XX столетия Германия являлась страной, в которой больше полонить населения было моложе 25 лет и жило в бедности, накапливая "в молодой крови нации" жажду реванша. Спонтанное развитие ситуации в Германии привело к победе фашистской партии и развязыванию Второй мировой войны. Для того чтобы нынешнюю молодежную энергетику беднейших стран мира направить в безопасное для американской гегемонии русло, и были придуманы новые технологии "бархатных революций".

Четвертым фактором, способствующим распространению конфликтов низкой интенсивности, является рост террористических организаций, которым сегодня доступны средства мощной поражающей силы. Современные высокие технологии стирают эффект больших географических расстояний, и приказы, отданные на одном континенте, могут приводить к мгновенным разрушительным терактам на другом. При этом радиус действия и поражающий эффект новых средств уничтожения (включая химическое и бактериологическое оружие) радикально увеличился. Уже известны случаи использования террористами нервнопаралитического газа, как это имело место в 1995 г. в Токио при террористическом акте секты "Аум Синрикё". Лидер "Аль-Каиды" Усама бен Ладен неоднократно выступал с заявлениями о том, что обладает ядерным оружием.

Аналитики отмечают, что совершение в том или ином месте акта подлинно высокотехнологического терроризма - вопрос времени. Не секрет, что сегодня информацию о методах террористической деятельности, в том числе и специально-технического характера, можно получить в Интернете или на компакт-диске. Специалисты считают, что наиболее вероятно применение террористами так называемых грязных бомб, которые достаточно легко изготовить кустарным способом, используя высокотоксичные радиоактивные вещества в обычном взрывном устройстве, в результате чего получается нерасщепленная атомная бомба, способная при взрыве создать радиоактивное загрязнение в значительном районе.

При этом современные демократические страны, будучи "открытым" обществом, создают возможности для высокой мобильности населения и миграции, уничтожая некогда существовавшие естественные барьеры на пути распространения террористических организаций. Интернет и вся система современных коммуникаций значительно упрощают для террористических групп проблему координации и связи подпольных ячеек в единую системную организацию. Глобализация информационного пространства позволяет добиваться наибольшего пропагандистского эффекта, поскольку лидеры террористических группировок имеют сегодня возможность обращаться через Интернет к самой широкой аудитории.

Именно современные средства массовой коммуникации способствовали широкому распространению национализма, социального радикализма и религиозного фундаментализма по всему миру. Интернет является также важным средством психологического воздействия террористов на население. Как отмечает З. Бжезинский, американская тактика "шока и трепета" получила противовес в виде парализующей паники, которую террористы без особых стараний способны посеять в рядах своего могущественного противника.

Ярким примером последних лет является "демонизация" средствами массовой информации фигуры "террориста номер один" Усамы бен Ладена: журналисты наделили его зловещей способностью проникать повсюду, распространяя террористические сети "Аль-Каиды", в рядах которой насчитывают уже "до 50 тысяч хорошо подготовленных террористов".

Несомненно, притягательность экстремистских идеологий возросла на фоне осознания большинством глобального неравенства современного мира. До информационной революции и глобализации огромное большинство человечества, живущее менее чем на один доллар в день, достаточно безропотно мирилось с нищетой, поскольку не подозревало об уровне жизни и благосостояния в развитых странах мира. Гедонизм "золотого миллиарда" вызывает сегодня чувство зависти, возмущения и ненависти, которые умело подогреваются лидерами экстремистских группировок. Таким образом, информационная революция сильно политизировала современный мир, что также способствовало общей дестабилизации геополитической ситуации.

Пятым фактором нестабильности является стремительное распространение новых форм насилия, связанных с научно-техническим прогрессом и новыми высокими информационными технологиями, овладеть которыми способны не только неправительственные субъекты, террористические организации, но даже отдельные хакеры. Периодически предпринимаются анонимные кибернетические атаки, угрожающие правительствам отдельных высокоразвитых государств, с целью погрузить их в состояние хаоса. Например, известны случаи отключения с помощью анонимных террористических актов линий электропередачи в Великобритании, Италии, во Франции и некоторых других странах на срок от нескольких часов до нескольких дней. Операционная инфраструктура высокоразвитых государств достаточно уязвима: атаки хакеров на компьютерные сети, системы связи и авиалинии способны мгновенно парализовать общество и вызвать панику.

Кроме того, анонимное применение современного бактериологического оружия также способно вызывать летальные эпидемии и массовые истерии. Например, паника в США по поводу возможной эпидемии сибирской язвы после теракта 11 сентября 2001 г. и полномасштабная эпидемия атипичной пневмонии в Китае в 2003 г., а затем "куриного гриппа" в 2004 г., "свиного гриппа" в 2009 г. являются яркими примерами дестабилизации общественной обстановки в ведущих странах мира. К счастью, постепенно удалось справиться с массовой истерией и паникой, остановив цепную реакцию, которая грозила перекинуться на весь мир.

Сегодня нельзя сбрасывать со счетов и еще один фактор, усиливающий геополитическую нестабильность современного мира, - глобальную системную взаимозависимость современных государств, образующих единую глобальную коммуникационную среду для развития ценных реакций по всему миру. Интернет и другие массовые коммуникации могут многократно усиливать общественный резонанс по поводу региональных конфликтов низкой интенсивности, что в конечном счете способно раздуть эти конфликты до весьма высокого уровня. С сожалением согласимся с мнением тех аналитиков, которые подчеркивают, что мир в ближайшем будущем будет жить при ином, гораздо более низком, чем прежде, пороге террористических угроз.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы