Ненамеренные последствия

Диалектическое мышление К. Маркса проявляется и в видении взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего, что предполагает изучение исторических корней общества.

Историю, по его мнению, творят люди, не как им вздумается, а в условиях, которые они не выбирают. Более того, ее создают не только современники, но и социальные реалии прошлого, причем на нее оказывают влияние отжившие институты, общественные традиции и поведенческие практики предыдущих поколений. «Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых»1, — писал он.

Все эти обстоятельства могут приводить к непреднамеренным результатам в деятельности нынешних политиков, природа которых может ими и не осознаваться. Поэтому диалектико-материалистическому социологу, чтобы понять современный мир с учетом возникающих в нем непреднамеренных последствий, необходимо изучать исторические корни социальных реалий, прослеживая их развитие.

Так, сам К. Маркс отмечал, что капитализм являл собой непредвиденные последствия многочисленных действий людей, совершенных еще в феодальную эпоху. Никто из них специально не ставил перед собой цель создания принципиально иных экономических и политических структур. С возникновением капитализма политика буржуазии также несет в себе латентные, для нее самой непреднамеренные последствия — создаются общественные отношения, которые в конечном счете подрывают господство, основанное на политическом доминировании класса собственников.

Ф. Энгельс в работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» показал непреднамеренные последствия хищнической эксплуатации человеком природы, отмечая призрачность побед над ней. «За каждую такую победу она (природа. — Примем, ред.) нам мстит. Правда, каждая из этих побед имеет в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых»[1].

Ненамеренными последствиями отчуждения является формирование ущербного общественного сознания.

Многие люди начинают чувствовать себя комфортно от исполнения примитивных функций винтиков машины и не выражают стремления к самосовершенствованию. Изменить подобную ситуацию, по мысли К. Маркса, можно через замену антагонистически-противоречивого процесса разделения труда, создание общественных структур с принципиально иными функциями, которые были бы направлены на развитие всех, на создание в человеке собственно человеческого потенциала.

Праксис

Составной частью социологического воображения К. Маркса является праксис. Он выступал как своеобразный инструмент отрицания существующего положения социальной жизни.

Однако важно подчеркнуть то, что для К. Маркса праксис это не абстрактная оппозиция существующему социальному порядку, а выражение борьбы, ведущейся за социальное счастье, справедливый социальный порядок, в котором нет места эксплуатации человека человеком.

Иными словами, праксис рассматривался как созидательная активность, посредством которой люди познают, создают и преобразовывают мир. Решающая роль в этой деятельности отводилась интеллектуальному творчеству, труду, т.е. она имела социальное основание.

Полагаем, важно отметить, что активный, деятельностный подход к миру, предполагающий как его познание, так и преобразование, получил развитие в творчестве его последователей Д. Лукача, А. Грамши, представителей Франкфуртской школы.

Из работы: К. Маркс. К критике политической экономии[2]

Общий результат, к которому я пришел и который послужил затем руководящей нитью в моих дальнейших исследованиях, может быть кратко сформулирован следующим образом. В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Нс сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание. На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или — что является только юридическим выражением последних — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов необходимо всегда отличать материальный, с естественно-научной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства от юридических, политических, религиозных, художественных или философских, короче — от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт и борются за его разрешение. Как об отдельном человеке нельзя судить на основании того, что сам он о себе думает, точно так же нельзя судить о подобной эпохе переворота но ее сознанию. Наоборот, это сознание надо объяснить из противоречий материальной жизни, из существующего конфликта между общественными производительными силами и производственными отношениями. Ни одна общественная формация не погибает раньше, чем разовьются все производительные силы, для которых она дает достаточно простора, и новые более высокие производственные отношения никогда не появляются раньше, чем созреют материальные условия их существования в недрах самого старого общества. Поэтому человечество ставит себе всегда только такие задачи, которые оно может разрешить, так как при ближайшем рассмотрении всегда оказывается, что сама задача возникает лишь тогда, когда материальные условия ее решения уже имеются налицо, или, по крайней мерс, находятся в процессе становления. В общих чертах, азиатский, античный, феодальный и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить, как прогрессивные эпохи экономической общественной формации. Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства, антагонистической не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма. Поэтому буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества.

  • [1] Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 10. С. 495—496.
  • [2] Маркс К.t Энгельс Ф. К критике политической экономии // Маркс К.,Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 12.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >