Существуют ли закономерности развития экономики

Ответ на этот вопрос имеет не только познавательный интерес, поскольку если ответ утвердительный, то законы этого развития может использовать любое заинтересованное в росте общество. Тогда рост станет уделом не небольшого числа развитых стран, а всех. Поэтому экономисты издавна пытались установить законы экономического развития, а историки хотели знать, как все было, и желательно в деталях. Марксизм давал на этот вопрос положительный ответ, но со временем он стал неудовлетворительным, поскольку не соответствовал действительности. Мрачные пророчества основоположников марксизма о неизбежной гибели капитализма не оправдались, а социализм оказался экономически неэффективным. Мнение К. Маркса о том, что цикличные кризисы капитализма порождают нарастающие непреодолимые внутренние противоречия и ведут к гибели капитализма, оказалось ошибочным. Помимо марксовой существовали и другие точки зрения на эту важнейшую проблему.

Еще в XIX в. ученые обращали внимание на периодические конъюнктурные кризисы разной продолжительности. В 1920-е гг. советский экономист Николай Дмитриевич Кондратьев указал на большие циклы конъюнктуры (поступательного развития спроса и предложения, благоприятного для роста экономики и нормы прибыли) в 50—60 лет. Правда, ни он, пи кто-либо еще не смогли дать полностью удовлетворительное объяснение этим колебаниям, но одно Кондратьев определил практически достоверно — в конце каждой «длиннои волны» происходит спад конъюнктуры, а вместе с ней и мировой экономики. Первый кризис капитализма, выделенный Кондратьевым, приходится на 1815 г., после чего началась «длинная волна» — подъем в 60 лет, завершившийся структурным кризисом 1873 г., а следующий кризис пришелся на самый значительный экономический коллапс в истории — кризис 1929—1933 гг. Практическое значение открытия Кондратьева заключается в том, что на его основании можно строить эффективные прогнозы.

Американец (выходец из СССР) Саймон Кузнец раскрыл циклы инвестиций общей длительностью 20—25 лет, указывая на особое значение именно инвестиций.

Австрийский ученый Йозеф Шумпетер попытался установить зависимость между циклами роста экономики и внедрением нововведений. Крупные новации, обеспечивающие предпринимателю-новатору высокую прибыль, влекут за собой «гроздь» сопряженных нововведений. Начинается бум. Однако такой период процветания постепенно себя исчерпывает, ошибки и просчеты рождают серию банкротств, прибыли падают. Наступает депрессия до новых открытий, пока смельчаки не предпримут усилия по их внедрению в жизнь. Этот процесс «созидательного разрушения» Шумпетер считал определяющей чертой капитализма. От марксистской теории кризисов капиталистической экономики эта теория отличается тем, что не ведет к неминуемой гибели капитализма, а вскрывает источник постоянного обновления рыночной экономики и ее эффективности.

В целом следует отметить, что точного и однозначного объяснения закономерностей развития экономики нет, поскольку многие аспекты связаны с политическими и экономическими решениями или их отсутствием, т.е. свободной волей человека и его подчас иррациональными решениями. Надо признать, что современный уровень знания не позволяет оценить все параметры феномена экономического роста и свести их в закон. К тому же чисто экономических вопросов вообще не существует, все переплетено с историческими, этическими, традиционными, политическими обстоятельствами.

Пример

Антитрестовский закон Шермана (1890) в США проистекал из духа американской демократии. В Европе даже не чувствовали потребности в подобной установке, огромные компании контролировали целые отрасли экономики, не вызывая протеста общественности. В политической сфере эти монополии проявляли себя крайне редко и со временем растворились сами собой или вследствие экономических или политических катаклизмов.

История экономики современной цивилизации показала, что иного, чем рынок, механизма для рационального регулирования производства и потребления нет. В рыночной системе определенно есть рациональное зерно, даже если мы не можем понять, в чем именно оно заключается и как действует. Вместе с тем не следует преувеличивать универсальное всемогущество рынка и механизмов, связанных с ним, поскольку рынок — хотя и мощный инструмент, но все же чрезвычайно хрупкий и неустойчивый, а в иных случаях даже зловредный: рыночные отношения не действуют одинаково эффективно в любую эпоху в каждой стране, поскольку экономическая выгода одного толкает к честному труду, другого — ко всякого рода бесчестным махинациям, третьего вообще не трогает. Политика строгой рыночной ориентации дает хрупкую и ненадежную стабильность экономического порядка, а плановая экономика не предполагает никакой перспективы. Выход — конкурентная экономика, организованная государством по определенным правилам. Поэтому все разговоры о естественном характере рыночной системы — чепуха. Рынок не более естественен, чем государство, — и то и другое следует сначала организовать для того, чтобы он работал.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >