Система ограничений прав юридических лиц — должников в делах о несостоятельности (банкротстве)

Характеризуя правовое положение юридических лиц — должников в делах о несостоятельности (банкротстве), необходимо отметить следующие моменты.

1. Должники признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве (и. 1 ст. 34 Закона о банкротстве). Система вводимых при этом ограничений одинакова для всех юридических лиц и не зависит от вида их правоспособности.

Однако у юридических лиц, до этого обладающих общей правоспособностью, в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) она изменяется и становится специальной, т.е. по существу это означает ограничение правоспособности целями конкурсного производства.

У организаций со специальной или исключительной правоспособностью вид правоспособности сохраняется.

2. Действующее законодательство не рассматривает возбуждение дела о несостоятельности (банкротстве) в качестве основания для прекращения действия лицензий на осуществление отдельных видов деятельности, имеющихся у должника.

Единственное исключение составляют опять же кредитные организации, в отношении которых дело о несостоятельности (банкротстве) может быть возбуждено только после отзыва у них лицензии на осуществление банковских операций Банком России.

Получается, что у остальных юридических лиц лицензии продолжают действовать до их ликвидации. В частности, такой подход прямо закреплен в законе в отношении страховых организаций (п. 4 ст. 32.5 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации").

Это подтверждается и указаниями закона на переоформление лицензий на создаваемые акционерные общества при замещении активов должника (п. 4 ст. 115, п. 3 ст. 141 Закона о банкротстве), а также на исключение из конкурсной массы прав, основанных на имеющейся лицензии на осуществление отдельных видов деятельности (п. 2 ст. 131 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве упоминает также случаи наличия у должника лицензии на проведение работ с использованием сведений, составляющих государственную тайну, что влечет необходимость направления определения о принятии заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в территориальный орган федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности (и. 4 ст. 42).

В отличие от юридических лиц с момента принятия арбитражным судом решения о признании индивидуального предпринимателя несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства утрачивает силу его государственная регистрация в качестве индивидуального предпринимателя, а также аннулируются выданные ему лицензии на осуществление отдельных видов деятельности (п. 1 ст. 216 Закона о банкротстве).

3. С момента признания арбитражным судом должника банкротом и об открытии конкурсного производства он приобретает статус несостоятельного (банкрота), что означает необходимость его ликвидации (п. 3 ст. 149 Закона о банкротстве).

Ликвидацию юридического лица в связи с признанием его несостоятельным (банкротом) можно рассматривать как ответственность. В этом случае ответственность рассматривается как любое неблагоприятное последствие совершения правонарушения, обеспеченное государственным принуждением1.

Причем данная ответственность наступает вне зависимости от вины. Для ее наступления достаточно факта объективно противоправного деяния (невозможность рассчитаться с кредиторами).

Противники этого подхода отмечают, что именно невыгодность имущественных последствий вкупе с применением санкции отличает меру гражданско-правовой ответственности от принудительного исполнения обязанности. Кроме того, санкции, представляющие собой причинение лицу определенных лишений, должны быть применены к нарушителю иным лицом (уполномоченным государством органом), "причинить же их нарушитель сам себе не может". Между тем при банкротстве мы видим обратное: должник вправе самостоятельно подать заявление о признании самого себя банкротом, банкротство должника-гражданина является скорее благом, нежели невыгодным последствием правонарушения, поскольку освобождает должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, непогашенных в ходе конкурсного производства.

В качестве контраргументов можно отметить следующее. Во-первых, процедуры применения юридической ответственности предполагают возможность добровольного признания в правонарушении. Во-вторых, неблагоприятные последствия признания юридического лица несостоятельным (банкротом) заключаются в лишении его имущества и ликвидации, а для его учредителей и членов органов управления — в возможной субсидиарной ответственности по долгам юридического лица.

Возбуждение дела о банкротстве означает начало юридической процедуры, проведение которой необходимо для принятия решения. В целом данное решение может повлечь и благо для должника (если, например, в рамках дела о банкротстве будет восстановлена его платежеспособность). Поэтому это нельзя признавать ответственностью.

Признание юридического лица несостоятельным (банкротом) обязательно влечет указанные неблагоприятные последствия. Это дает основания считать ликвидацию в связи с несостоятельностью (банкротством) ответственностью в широком смысле как неблагоприятное последствие любого правонарушения.

Должны быть и определенные поражения в правах: невозможность определенное время зарегистрировать новое юридическое лицо, занимать руководящие должности в организациях, для физических лиц — зарегистрироваться в качестве индивидуальных предпринимателей. Пока это все в зачаточном состоянии.

4. В настоящее время законодательство о несостоятельности (банкротстве) идет по пути ограничения и правоспособности, и дееспособности должника.

Ограничение правоспособности (в виде запретов совершения определенных действий и необходимости согласования сделок с арбитражным управляющим и собранием (комитетом) кредиторов) используется при проведении наблюдения и финансового оздоровления, а ограничение дееспособности (в виде передачи полномочий по управлению юридическим лицом — арбитражному управляющему) — при проведении внешнего управления и конкурсного производства.

Следует не согласиться с мнением, что "переход" к арбитражному (внешнему или конкурсному) управляющему полномочий органов управления юридического лица означает фактическое прекращение его правоспособности.

До момента исключения из реестра должник продолжает существовать как юридическое лицо и, соответственно, обладает правоспособностью; в частности, он продолжает оставаться должником по обязательствам.

Следует отметить, что с момента принятия заявления о признании несостоятельным (банкротом) ограничение правоспособности распространяется на предшествующие периоды. Это находит выражение в возможности оспаривания сделок или иных действий должника, совершенных в преддверии несостоятельности (банкротства), например при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (ст. 61.2 Закона о банкротстве) или, если сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (ст. 61.3 Закона о банкротстве).

Указанные сделки на момент их совершения не противоречат законодательству. Основания для их оспаривания возникают в связи с последующей подачей заявления о признании должника банкротом и возбуждением судом дела о несостоятельности (банкротстве), что "является необходимым условием для признания сделки недействительной. Это объясняется тем, что с этого времени в отношении должника вводится особый правовой режим, который кардинально изменяет весь комплекс юридических отношений должника". Такое ограничение правоспособности должника можно назвать условным.

Основная причина введения в отношении юридического лица— должника особого режима деятельности, предполагающего ограничение его правоспособности и дееспособности, выражена в следующей позиции Конституционного Суда РФ.

Установление Законом о банкротстве особого режима имущественных требований к должнику, не допускающего удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, позволяет обеспечивать определенность объема его имущества в течение всей процедуры банкротства, создавая необходимые условия как для принятия мер к преодолению неплатежеспособности должника, так и для возможно более полного удовлетворения требований всех кредиторов, что, по существу, направлено на предоставление им равных правовых возможностей при реализации экономических интересов, в том числе когда имущества должника недостаточно для справедливого его распределения между кредиторами. При столкновении законных интересов кредиторов в процессе конкурсного производства решается задача пропорционального распределения среди кредиторов конкурсной массы (см. абз. 5 п. 3 мотивировочной части постановления Конституционного Суда РФ от 12 марта 2001 г. № 4-П "По делу о проверке конституционности ряда положений Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", касающихся возможности обжалования определений, выносимых Арбитражным судом по делам о банкротстве, иных его положений, статьи 49 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций", а также статей 106, 160, 179 и 191 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда Челябинской области, жалобами граждан и юридических лиц").

5. Ограничивается и компетенция органов управления юридического лица-должника.

Так, при введении процедуры наблюдения вводится запрет органам юридического лица принимать определенные решения (п. 3 ст. 64 Закона о банкротстве).

Следует согласиться с мнением, высказываемым в юридической литературе, что такие действия не могут совершаться ни органами управления должника, ни временным управляющим, т.е. "восполнение правосубъектности должника не может быть реализовано за счет передачи правомочий арбитражному управляющему, поскольку последний имеет четко определенные Законом цели и задачи ведения процедур банкротства и соответствующие этим целям и задачам полномочия". Одной из основных обязанностей временного управляющего является принятие мер по обеспечению сохранности имущества должника (п. 1 ст. 67 Закона о банкротстве).

В то же время необходимо отметить некорректность подобных формулировок запретов. С формально-юридической точки зрения запрет, адресованный органам управления юридического лица-должника, не распространяется на другие органы или лиц (арбитражных управляющих, собрание кредиторов). Такой запрет должен носить абсолютный характер (распространяться на всех).

Введение запретов органам управления юридического лица — должника принимать решения по определенным вопросам необходимо тогда, когда принятие таких решений запрещается не полностью, а передастся в компетенцию арбитражных управляющих или собрания кредиторов.

В делах о несостоятельности (банкротстве), проводимых на основании общего Закона о банкротстве, не применяется такой способ ограничения компетенции органов юридического лица как прекращение или приостановление их деятельности без возможности восстановления полномочий, поскольку даже прекращение полномочий руководителя должника и иных органов управления при открытии конкурсного производства возможно восстановление их полномочий.

В частности, это возможно:

  • - при заключении мирового соглашения, поскольку в этом случае прекращается производство по делу (ст. 56, 57);
  • — при переходе к внешнему управлению (п. 3 ст. 146).

К этому же случаю относится прекращение полномочий руководителя должника при введении внешнего управления, которое может закончиться восстановлением платежеспособности должника, что также является основанием прекращения производства по делу.

При проведении наблюдения и финансового оздоровления полномочия органов управления юридического лица ограничиваются (они продолжают функционировать, по вправе совершать определенные сделки только с согласия арбитражного управляющего).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >