Социальное последействие

Профессиональное сообщение содержит все факты, необходимые для понимания изображаемой ситуации. Но оно же исключает побочную информацию, способную вызвать негативные общественные последствия (например, уведомления о готовящихся общественных беспорядках с указанием места и времени, где и когда они могут произойти). В противном случае журналист рискует оказаться не столько информатором, сколько подстрекателем, выполняя роль рупора для зачинщиков противоправных действий, а обнародованный прогноз обернется реальностью именно в силу массового оповещения. Невинное сообщение о повышении цен на сахар в каком-нибудь регионе может заставить сотни тысяч встревоженных граждан начать запасаться сахаром, после чего цена на него поднимется повсеместно.

Понятие о нежелательной информации не ставит под сомнение принцип гласности и свободы слова. Речь идет о реальных противоречиях, когда документалист оказывается в ситуации морального выбора. И хотя никакая истина не опаснее последствий, к которым приводит ее незнание, но фрагментарный факт, изъятый из контекста происходящего и обнародованный без учета состояния массового сознания, может вызвать общественную реакцию, совершенно несоизмеримую с социальным значением этого факта. Сообщение, скажем, о забастовке в шахтерском поселке, вызванной причинами сугубо местными, способно привести при экономическом кризисе к забастовкам в других районах, особенно если об этих причинах не упомянуто.

Социальная ответственность журналиста обязывает его принимать в расчет все возможные результаты оглашения информации, с которой следовало бы по крайней мере повременить, или, напротив, сокрытия фактов, требующих безотлагательного общественного внимания. От подобного морального выбора журналиста «освобождают» лишь два условия: наличие внешней цензуры (как политической, так и экономической) и отсутствие нравственной самоцензуры.

Опасность нежелательной информации многократно возрастает, когда речь идет о военных действиях, катастрофах, несчастных случаях, этнических столкновениях, террористических актах и общественных беспорядках. В обостренной степени чувство меры должно присутствовать при изображении сцен насилия, демонстрации трупов или жертв преступления (см. Приложение: «Журналист в экстремальной ситуации»).

Слухи

Разновидность нежелательной информации — слухи. И не только в тех случаях, когда они выдаются за нечто реальное. Телевидение нередко оказывается в двусмысленной ситуации. Сообщая о слухах (тем более в рубрике новостей), оно предоставляет им огромную аудиторию, а умалчивая — рискует утратить доверие части зрителей, убежденных, что сокрытие информации говорит о ее особой ценности (раз скрывают, значит — правда).

Тактика журналистского поведения зависит от характера слуха, его распространенности, предполагаемого — невольного или злонамеренного — источника, а также возможных социальных последствий подобного сообщения.

«Слухов, полезных нам, не бывает. Слухи бывают только вредные».

Лучший способ рассеять слух — предоставить слово экспертам или иным компетентным лицам. Необходимо помнить, однако, что опровержение, проведенное без учета психологии восприятия, может привести к противоположному результату — зрители не всегда достаточно внимательно выслушивают обнародованные доводы и зачастую готовы истолковать их по-своему («дыма без огня не бывает»). Нейтрализация слуха в подобном случае оборачивается его популяризацией, а средство массовой информации превращается в средство массовой дезинформации. Это обязывает особо тщательно продумывать формулировки и тональность опровержения, его продолжительность и время выхода в эфир.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >