История развития патопсихологии

Развитие представлений о патопсихологии в дореволюционный период

История патопсихологии связана с развитием психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии.

В конце XIX в. психология стала постепенно утрачивать характер умозрительной науки, в ее исследованиях начали использоваться методы естествознания. Экспериментальные методы В. Вундта и его учеников проникли в психиатрические клиники - в клинику Э. Крепелина (1879), в крупнейшую психиатрическую клинику Франции в Сальпетриере (1890), где должность заведующего лабораторией более 50 лет занимал П. Жане; экспериментально-психологические лаборатории были открыты и в психиатрических клиниках России - в лаборатории В. М. Бехтерева в Казани (1886), затем в лаборатории В. Ф. Чижа в Юрьеве, И. А. Сикорского в Киеве и др.

Патопсихология как самостоятельная отрасль психологической науки начала формироваться в начале XX в. Так, в 1904 г. В. М. Бехтерев пишет о том, что новейшие успехи психиатрии во многом были обязаны клиническому изучению психических расстройств больного и легли в основу особого раздела знаний - патологической психологии; она уже помогла решить многие психологические проблемы, а в будущем, скорее всего, окажет еще большую помощь.

Именно в работах В. М. Бехтерева содержались наиболее четкие представления о предмете и задачах патопсихологии на начальных этапах ее становления, а именно - изучение ненормальных проявлений психической сферы, так как они освещают задачи, стоящие перед психологией нормальных людей. В организованном В. М. Бехтеревым Психоневрологическом институте читались курсы общей психопатологии и патологической психологии. В литературе тех лет она обозначается как "патологическая психология" (В. М. Бехтерев, 1907).

В одной из первых обобщающих работ по патопсихологии "Психопатология в применении к психологии" швейцарский психиатр Г. Штерринг писал, что изменение в результате болезни того или иного составного элемента душевной жизни дает возможность узнать, в каких процессах он принимает участие и какое значение имеет для явлений, в состав которых входит. Патологический материал способствует постановке новых проблем в общей психологии, чем содействует ее развитию; кроме того, патологические явления могут служить критерием при оценке психологических теорий.

Таким образом, у самых истоков повой отрасли психологической науки, когда еще не был в достаточной мере накоплен конкретный материал, ученые уже осознавали ее значение как прикладной к психиатрии науки. В предисловии к русскому изданию работы Г. Штерринга (1903) В. М. Бехтерев высказал мысль о том, что патологические проявления душевной деятельности - это отклонения и видоизменения нормальных проявлений душевной деятельности, подчиняющиеся одним и тем же законам.

В 20-х гг. XX в. появляются работы по медицинской психологии известных зарубежных психиатров: "Медицинская психология" Э. Кречмера, трактующая проблемы распада и развития с позиций конституционализма, и "Медицинская психология" П. Жане, в которой автор останавливается на проблемах психотерапии.

Развитие отечественной патопсихологии отличалось наличием прочных естественнонаучных традиций. И. М. Сеченов придавал большое значение сближению психологии и психиатрии. В письме к М. А. Боковой в 1876 г. он сообщил, что приступает к созданию медицинской психологии - своей "лебединой песни" - и констатировал тот факт, что психология становится основой психиатрии. Ученый - в частности, его работа "Рефлексы головного мозга" (1863) - оказал значительное влияние на формирование ее принципов и методов. Однако основоположником патопсихологического направления в России стал не И. М. Сеченов, а В. М. Бехтерев, который организовал широкие экспериментально-психологические исследования нарушений психической деятельности.

Представитель рефлекторной концепции В. М. Бехтерев изгнал интроспекцию из сферы науки, объявив единственно научным метод объективный, что было его заслугой в период засилья субъективно-идеалистической психологии. Но, как известно, логика борьбы с интроспективной психологией привела В. М. Бехтерева к отказу не только от употребления психологической терминологии, но и от попыток проникновения в субъективный мир, к созданию рефлексологии, и это не могло не отразиться на патопсихологических исследованиях его учеников и сотрудников: рефлексологический принцип лишал исследования собственно психологического анализа объективных проявлений психики. Поэтому интерес представляют скорее протокольные записи работ школы В. М. Бехтерева, а не сам их анализ: объективное исследование требовало по возможности охватывать всю совокупность факторов, связанных с внешним проявлением невропсихики, а также сопутствующие им условия.

Кроме того, большинство патологических исследований было осуществлено в дорефлекторный период творчества В. М. Бехтерева, в лаборатории и клинике душевных и нервных болезней Военно-медицинской академии в Петербурге.

В работах школы В. М. Бехтерева получен богатый конкретный материал об особенностях ассоциативной деятельности, мышлении, речи, внимании, умственной работоспособности у разных категорий больных сравнительно со здоровыми людьми соответствующего возраста, пола и образования; этот материал представляет интерес как исторический факт "деятельностного" подхода к психическим явлениям.

Уход от собственного психологического анализа фактически противоречил выдвинутому В. М. Бехтеревым принципу личностного подхода, согласно которому в ходе эксперимента учитывается личность больного и его отношение к эксперименту, принимаются во внимание малейшие детали - начиная с мимики и заканчивая репликами и поведением больного. Это противоречие приводило к тому, что вопреки принципам рефлексологии в конкретные исследования представителей школы В. М. Бехтерева проникал психологический анализ. Примером может служить вышедшая в 1907 г. работа М. И. Аствацатурова "О проявлении негативизма в речи". Речь больного в этом исследовании анализируется в системе целостного поведения, особенности речи в экспериментальной беседе сопоставляются с речью больного в иных обстоятельствах, подчеркивается, что сходные речевые реакции могут иметь различную природу.

Принятый в школе В. М. Бехтерева принцип качественного анализа нарушений психологической деятельности стал традицией отечественной психологии.

В. М. Бехтеревым, С. Д. Владычко, В. Я. Анифимовым и другими представителями школы было разработано множество методик экспериментально-психологического исследования душевнобольных, некоторые из них (методика сравнения понятий, определения понятий) вошли в число наиболее употребляемых в советской патопсихологии.

Сохранили свое значение для современной науки сформулированные В. М. Бехтеревым и С. Д. Владычко требования к методикам:

  • o простота (для решения экспериментальных задач испытуемые не должны обладать особыми знаниями, навыками);
  • o портативность (возможность исследования непосредственно у постели больного, вне лабораторной обстановки);
  • o предварительное испытание методики на большом количестве здоровых людей соответствующего возраста, пола, образования.

Видную роль в определении направления отечественной экспериментальной психологии сыграл ученик В. М. Бехтерева - А. Ф. Лазурский, заведующий психологической лабораторией в основанном В. М. Бехтеревым Психоневрологическом институте, организатор собственной психологической школы. В предисловии к книге А. Ф. Лазурского "Психология общая и экспериментальная" Л. С. Выготский писал, что А. Ф. Лазурский относится к тем исследователям, которые были на пути превращения эмпирической психологии в научную.

Ученый внес большой вклад в развитие методологии патопсихологии. В клинику был внедрен разработанный им для нужд педагогической психологии естественный эксперимент. Он применялся при организации досуга больных, их занятий и трудовой деятельности.

Значительным этапом в развитии патопсихологии стала работа Г. И. Россолимо "Психологические профили. Метод количественного исследования психологических процессов в нормальном и патологическом состояниях" (1910), получившая широкую известность в России и за рубежом. Это была одна из первых попыток тестовых исследований: предлагалась система обследования психических процессов и оценки их по 10-балльной шкале. Это был еще один шаг на пути превращения патопсихологии в точную науку, хотя в дальнейшем предложенный подход оказался недостаточно состоятельным для решения задач патопсихологического исследования.

Вторым центром, в котором развивалась клиническая психология, была психиатрическая клиника С. С. Корсакова в Москве. В этой клинике в 1886 г. была организована вторая в России психологическая лаборатория, которой заведовал

А. А. Токарский. Как и все представители прогрессивных направлений в психиатрии, С. С. Корсаков придерживался того мнения, что знание основ психологической науки дает возможность правильного понимания распада психической деятельности душевнобольного человека.

В работах школы С. С. Корсакова содержатся положения, вносящие ценный вклад в теорию психологической науки. Так, статья А. А. Токарского "О глупости" содержит интересный анализ структуры слабоумия, подводит к мысли о том, что нарушения интеллектуальной деятельности больных не сводятся к распаду отдельных способностей, что речь идет о сложных формах нарушений всей целенаправленной мыслительной деятельности.

В 1911 г. вышла книга А. Н. Бернштейна, посвященная описанию методик экспериментально-психологического исследования; в том же году Ф. Е. Рыбаков издал свой "Атлас для экспериментально-психологического исследования личности". Таким образом, к 20-м гг. XX в. начала формироваться новая область знаний - экспериментальная патопсихология.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >