Привилегии как первая форма правовой защиты интеллектуальной собственности

Основы права интеллектуальной собственности были заложены привилегиями, которые выдавались в европейских странах в эпоху позднего Средневековья и Возрождения. Начинать историю права интеллектуальной собственности с более раннего периода (Древнего Египта, Древней Греции и Рима) было бы неверно с научной точки зрения в силу особенностей экономического уклада, культуры и традиций цивилизаций Древнего мира. Как отмечал Г. Ф. Шершеневич: «Авторское право, в смысле исключительного права воспроизведения своего сочинения, является продуктом новейших технических и экономических условий общественной жизни и было чуждо древнему миру»[1]. Применительно к патентному праву сходной точки зрения придерживался А. А. Пиленко: «Античный мир не знал ничего аналогичного с современными привилегиями на изобретения. Объясняется это чрезвычайно просто: весь строй тогдашних экономических и социальных отношений складывался так, что не было потребности защищать права изобретателей»[2].

В переводе с латыни привилегия означает «личное право» (priva lex), т. е. право, которое даруется лицу за какие-либо особые личные заслуги. История европейского и российского права, однако, свидетельствует о более широком применении привилегий[3].

Привилегия представляет собой исключительное право или преимущества, которые связаны с определенным видом деятельности и предоставляются государством (его представителем) конкретному лицу, сословию, органу или корпорации.

Привилегии не наделяли своих обладателей каким-либо неотъемлемым правом, а рассматривались как необходимые, но все же исключения из общего правила. В течение XVI—XVI вв. городскими властями на основании специальных заявлений мастерам или предпринимателям, предлагавшим новые технологии и продукты, которые могли оказаться полезными для города, выдавались сотни привилегий на фиксированный срок. Только позднее такие привилегии стали патентами на изобретения.

В Западной Европе XV в. действовала хорошо отлаженная система гильдий, основной целью которых была территориальная защита представителей различных ремесел. Защищая свои монополии, гильдии активно препятствовали импорту товаров и специалистов, однако заинтересованные в сохранении своей власти и пополнении казны городские советы различными способами старались привлечь на территорию своих юрисдикций тех, кто мог производить технические новшества. В Венецианской Республике, в которой привилегии стали использоваться раньше в сравнении с другими государствами Западной Европы, в 1453 г. был принят закон, предусматривающий специальное вознаграждение тем, кто придумает, как увеличить доходы без увеличения налогов, а также авторам полезных для государства изобретений, особенно в военной сфере[4]. Вслед за Венецией, привилегии получили распространение на территории Священной Римской империи, в Испании, Голландии и Англии.

Пример

В Англии первая патентная привилегия была пожалована в 1449 г. сроком на 20 лет фламандцу Джону из Ютимана, владевшему новой, еще неизвестной англичанам технологией изготовления витражей. Первая привилегия на книгопечатание была предоставлена Венецией немецкому книгопечатнику Иоганну фон Шпейеру в 1469 г. сроком на пять лет.

История привилегий показывает, что у двух основных разделов права интеллектуальной собственности — авторского и патентного права — имеются общие корни. Книги как продукты книгопечатания были такими же ремесленными товарами, как и все прочие. Ранние привилегии на книгопечатание и на механические изобретения были практически неразличимы, как с точки зрения процедуры их получения, так и по сути предоставляемых полномочий (защита от конкурентов), что объясняется тем, что авторско-правовая защита первоначально касалась исключительно самих технологий книгопечатания[5]. Как указывает А. А. Пиленко: «Очень часто было даже трудно различить, дана ли привилегия писателю как автору или издателю как технику. Две родственные области были плохо дифференцированы»[6] [7]. Помимо издателей и книгопечатников, привилегии выдавались и самим авторам. За 35 лет, начиная с конца XV в., в Венеции в общей сложности было выдано 254 привилегии, 79 из которых получили авторы.

В России первоначально привилегии жаловались, прежде всего, сословиям и городам, т. е. не были индивидуальными, и только с конца XVI в. «жалованные грамоты» стали выдаваться конкретным лицам на заведение мануфактур, использование прииска и т.д. К середине XVIII в. жалованные грамоты сменились «промышленными привилегиями», что связано с новой государственной политикой поддержки и поощрения национальной промышленности, которую последовательно проводил Петр R

Хотя первоначально как в Европе, так и в России привилегии были связаны не столько с техническими и иными инновациями, сколько с промышленным развитием, постепенно начинает формироваться устойчивая связь между привилегиями и новаторской деятельностью, которая требует поддержки со стороны государства.

В 1749 г. купец Сухарев подал прошение о выдаче привилегии на заведение красочного завода, которое обосновал тем, что «на взыскивание курьезных секретов употребил много неусыпных трудов, потерпел убытки, весь свой купеческий капитал (хотя и не всуе) истратил». В данном прошении, как указывал А. А. Пиленко, заложены два важных принципа, касающихся, во-первых, права изобретателя на вознаграждение, а во-вторых, необходимости в содействии государства[8].

Подводя итоги предпринятому нами историческому обзору раннего этапа становления авторского и патентного права в Европе и в России, полагаем необходимым выделить следующие закономерности. Во-первых, границы между авторским и патентным правом, которые воспринимаются сегодня как самостоятельные сферы регулирования интеллектуальных прав, первоначально были размыты, поскольку предоставляемые права в обоих случаях были ориентированы на коммерческую деятельность и ее вещественный результат. Во-вторых, на протяжении длительного периода в предмете выдаваемых привилегий творческий вклад (само изобретение или авторский текст) и связанная с ним предпринимательская деятельность практически нс дифференцировались. Наконец, в-третьих, привилегии служили, прежде всего, инструментом государственной политики, и наделение временной монополией решало конкретные социальные, экономические и политические задачи. Только с приходом Нового времени государственные цели уходят на второй план, тогда как экономические и личные интересы авторов и изобретателей начинают преобладать.

  • [1] Шершеневич Г. Ф. История авторского права на Западе. Казань, 1891. С. 1.
  • [2] Пиленко А. А. Право изобретателя. М., Статут, 2001. С. 81—83.
  • [3] Об истории и современном содержании привилегий см. подробнее: Малько А. В., Морозова И. С. Привилегии как специфическая разновидность правовых льгот // Правоведение.1999. №4. С. 143-156.
  • [4] Mold L. The silk industry of Renaissance Venice. Baltimore : Johns Hopkins UniversityPress, 2000. P. 186.
  • [5] Kostylo J. From Gunpowder to Print: The Common Origins of Copyright and Patent //Privilege and property: essays on the history of copyright. Ed.: Ronan Deazley, Martin Kretschmer,Lionel Bendy. Open Book Publishers, 2010. P. 22.
  • [6] Пиленко А. А. Право изобретателя. M., Статут, 2001. С. 107.
  • [7] Колесников А. П. История изобретательства и патентного дела. М. : Информационно-издательский центр (ИНИЦ), 1998. С. 7.
  • [8] Пиленко А. А. Право изобретателя. С. 142—143.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >